start the engine.

bring me the horizon – 1x1

      Изначально, Пак отличался от товарищей, с которыми вырос в одном дворе. И не только благодаря складу характера, порой чересчур невозмутимого, но и резко возникшим интересом к гонкам. Это даже можно было обозвать зависимостью, без которой не было возможно уснуть или прожить очередной тяжёлый день. Если бы не дядя Сона, что тогда перед воодушевлёнными глазами подростков не поведал о другой стороне Сеула, словно сказку рассказывая о нелегальных уличных гонках, возможно, их судьбы сложились куда иначе. Оба родителя Сонхва состояли на хороших должностях в полиции: мать руководила отделом по делам несовершеннолетних, а отец был капитаном команды по особо тяжким. Именно они являлись тем самым предметом для подражания, проще говоря role model для единственного сына. Несомненно, Пак до определённых пор видел себя в роли полицейского, мечтая в один прекрасный день дослужиться до детектива. Обладая логическо-математическим складом ума, быть отличником ещё в школьные года не составило труда. Как и личной гордостью родителей, которые не по собственной воле пропадали на работе днями напролёт. Может Сонхва и жутко умён не по годам, но чувство одиночества всё больше вводило ещё подростка в депрессивное состояние. Если бы не соседские друзья, проживавшие в домах рядом, то кто знает каким бы по итогу вырос Пак. Ещё более закрытым, как в последнее время? Возможно. Не познавшим чувство адреналина, опасности и первой любви? О, ещё как! Жизнь, однако, не столь сладка, как любимый карамельный сироп поверх ванильного мороженого. Родители до последнего не догадывались про незаконную деятельность собственного ребёнка, который мог сбежать по ночам, лишь бы посмотреть на уличные гонки. А лишь позже – самолично участвовать, обучаясь параллельно мастерству под чутким присмотром господина Сона. Поэтому, его скорая кончина оставила след в душе Хва, вместе с осознанием всей опасности сего увлечения. Какое-то время, Пак посвящал себя учёбе и вечной зубрёжкой, пока родители продолжали появляться дома только поздно ночью, до жути уставшими. До момента, когда в одну звёздную ночь в окно постучали тихонько, от чего юноша даже дрогнул. Но яркая улыбка Хонджуна успокоила, как и силуэт Минги за спиной того, к кому дышал не столь ровно вот уже точно с начала старшей школы. Вот только, осуществляя одну мечту, решая сбежать на ночь из дома и выслушать довольно безумный план, Пак понимал одно: другое, такое же тёплое желание не суждено сбыться. Он не мог осуждать друга за то, что чувства Сонхва были отвергнуты, безответными. Хонджун всем сердцем дорожил лучшим другом с пелёнок, будучи готовым прикрыть в любой момент, да послушать вечные недовольства насчёт недостатка любви родительской. Однако, перешагнуть черту попросту не хватало сил, как бы Пак не тянул сильнее воображаемый канат. Их первый и последний поцелуй, тот раз, всё было как во сне, в пьяно-угашенных красках. Удивительно вовсе, что у Кима хватило духа отпустить неловкую ситуацию между ними, позволяя сохранить дружбу и связь. Но, Сонхва уже тогда чувствовал нутром внутренним: всё уже не будет так, как прежде. Пожалуй, Хонджун выстроил потрясающую схему, которую оценил даже столь молчаливый стратег как Пак. Благодаря семье, Ким имел уже несколько добротных связей, Минги же делал упор в комьюнити стритрейсеров, а Сонхва – в полиции. Патрулируя утром улицы, заодно проводя свои каналы через коллег, выходило организовать идеальную зону для гонок, привлекая полицейские силы на свою сторону. Естественно, не за просто так. 'Бесконечные' на изначальном этапе заработали неплохой оборот благодаря победам в ставках, обретении славы. Понимали прекрасно, что им предстоит расширяться, посему стоило привлекать в свою небольшую группировку полезных людей. Кого-то по типу Чонхо, что встретился Минги по чистой удаче. Может и нагло воспользовавшись бездомным положением только-только окончившего университет молодого парня, у которого в семье не всё в порядке, но образованный баллистик – это огромный подъем. Пак вычислил Юнхо по наводке лидера, когда они были в поисках первоклассного механика. Не сказать что ребята были глупы и не могли справиться сами, но Хонджун был прав: у каждого члена группировки должна быть собственная задача, именно по такому принципу и строилась команда. Чон был на год младшего его, но со стороны и первого взгляда – куда более старше, пусть и с лицом миловидным. Даже не подумаешь что такой молодой человек залезал под автомобиль, копаясь в деталях часами и устраняя любые проблемы. Юнхо, однако, продемонстрировал себя с лучшей стороны. И прикрытие полицейского рухнуло в один момент, раскрывая истинные намерения Пака, словно театральный занавес. Сказать, что Чон был удивлён – ничего не сказать. Но, в конце концов, стратег 'Бесконечных' замечал, что в тёмных глазах юноши отражалось желание нарушить привычные будни, начать всё заново. Ведь, Юнхо на самом деле было что скрывать от всех. Даже от того, кому доверился с самого начала. 'Кровавые драконы' уже давно приметили эту странную, как все называли, группу стритрейсеров, что с каждым разом уносили победу за собой. А ещё позже просочилась информация, что один из подчинённых был на примете у 'Бесконечных'. Означало это особенную возможность, благодаря которым главарь банды мог узнать абсолютно всё как и о членах, так и о их будущих целях. Сонхва только мог догадываться, да выстраивая теорию собственных суждений, что эта чёртова банда не зря начинала умело идти против них, пытаясь ещё и под крышу собственную переманить. Явно не ожидали, что тот же Хонджун ответ грубо и резко не только острым языком, но и ответными действиями. На стороне 'Бесконечных' было не только несколько близких людей, но и целые группы гонщиков, не готовых дать в обиду тех, кто открыл для их мира новые пути. И 'Драконы' отступили, а Юнхо становился всё более молчаливым, проявляя не присущую его заводному характеру замкнутость. Потому что знал, что банда обязательно отомстит им. В первую же очередь затронет то, что было самым дорогим для каждого.

***

– Сокол, доложи местоположение. – В пути на базу. Осталось примерно пару километров, – прямой взгляд неотрывно следил за дорогой, позволяя спорткару разогнаться на трассе с новым рыком. Никогда ранее Пак не был за рулём столь редкой Dodge Viper, снятой с производства ещё в 2017-ом. И даже последнее, пятое поколение моделей, было редкостью, особенно в Сеуле: максимум всего несколько автомобилей, тщательно охраняющихся в частных коллекциях. Одну из них Сонхва успешно ограбил этой ночью, уносясь на серии SRT как можно скорее, лишь бы не быть пойманным. Кажется, он ненароком припоминал воодушевлённые рассказы Юнхо о моторах в этих спорткарах, что на деле уже входят в ряды повыше – суперкаров. Насколько модернизированный V10 выдавал более сильную мощь и разгон, а дизайн был той ещё сладкой конфетой. Что же, главный механик группировки не врал: Пак бы дал этим ощущениям высший балл, да вздохнул бы обречённо, понимая, в какие ужасные руки попадёт эта красота. Но, стоило возвращаться к привычному образу. Хва вот уже почти третий год трудится 'на благо' этой ебучей банды, глубоко зарывая воспоминания прошлого, как и все свои позитивные качества. Он копает глубокую яму, дабы на дно скинуть тепло крупных ладоней, сжимающие талию, вместе с жаром губ, что по цвету напоминали нежную сахарную вату. Одно лишь проявление слабости могло сыграть злую шутку, а стратег не мог позволить всему плану провалиться. Ворота в здание, напоминающее гараж огромный, открылись автоматически, стоило глянцево-серому Доджу блеснуть в свете ночных фонарей, подъезжая. Припарковавшись внутри, среди различных спорткаров, Сонхва тихо выдыхает: голова сегодня болела необычно-сильно, словно предупреждая о главном. Однако, чужое присутствие заставляет повернуться, да навстречу пойти. – Отличная работа, Сокол, – получая на руки ключи, девушка с пепельным цветом волос лишь довольно улыбнулась, следом касаясь щеки парня, поглаживая нежно. – Выглядишь уставшим, не хочешь сегодня у меня переночевать? – Всё в порядке, просто спал плохо, – обхватывая тонкую талию одной правой, Пак сегодня даже сам коснулся губ чужих, задерживаясь на минуту. Никогда не мог подумать что докатиться до подобного положения. Конечно, благодаря тесной связи с дочерью главаря статус его повысился в разы, но… Счастлив не был абсолютно. Её общество лишь сводило на нет колющее одиночество и самоненависть, а совместные ночи попросту отвлекали. На самом деле, Сонхва много симулировал, принимая стимуляторы в тихую и готов был буквально разорваться на части. В этот день почему-то всё ощущалось иначе. Отстраняясь от губ женских, отдающих сладостью бальзама с персиком, Пак легко улыбнулся. В своём стиле обычном, но на деле через огромную силу, лишь бы искренней казалось в чужих глазах. Он умел соблазнять, успокаиваться и подавать надежды: от Сонхва веяло крайне сильным, но в то же время умиротворённым духом ещё с самого начала из встречи. И цель была успешно выполнена, она теперь была в его руках. – Увидимся завтра, детка, не сиди тут долго, – подмигнув напоследок, оставляя за собой улыбку, стратег уже нащупал в собственном кармане ключи от спорткара. Матово-чёрный спорткар разгонялся по ночным улицам Сеула, что пустовали в столь поздний час. Сонхва уже давно не боится быть пойманным за превышение, потому что всё схвачено. Правда, в каких-то моментах скорость значительно снижалась, а мысли о главном не отпускали снова и снова. У Пака всё ещё не хватало смелости проехаться до одного места, к одному единственному. К тому, кто изначально знал всю правду. Но, то ли дело в наступающем полнолунии, то ли терпение бывшего 'Бесконечного' доходит до края: брюнет всё-таки сворачивает на противоположный от своего привычного маршрута поворот, под сомкнутыми губами стискивая зубы. Насколько же стыдно было вот так поддаваться сейчас, когда всё ещё не было доведено до нужной точки. Знакомый логотип цвета сирени вызывает тянущую, ностальгическую боль. И, кажется, раньше сие вывеска горела куда ярче, как их общие амбиции с нарастающими чувствами. Сонхва много о чём сожалел, в особенности насчёт собственной слепоты в сторону Чона. А последний словно давно уже простил его, так скоро приняв, согревая своим телом. Стратег, кажется, ощущает подступивший к горлу ком, который лишь без остатка глотает, покидая салон Феррари. Неудивительно, что центральный вход в мастерскую уже был закрыт. Благо, Пак знал обходные пути и что дверь чёрного входа всегда открыта, благодаря забывчивости Юнхо, если тот внутри был. Как и сегодня. Проходя со стороны гаража, подмечая необычную тишину с еле-слышным рычанием мотора, брюнет буквально замирает на месте. Особенно когда в глаза бросается яркий цвет и выделяющийся шланг, идущий от выхлопной трубы в салон. Не пустой салон. Сонхва – человек особого склада ума, что не поддаётся панике. Но ощутил в эти секунды, подбегая, как сердце было готово выпрыгнуть из груди. Стуча по стеклу кулаком, продолжая дёргать ручку закрытой двери, Пак кричал лишь одно имя. Вспоминая параллельно, что кастет всё ещё был в кармане лёгкого пальто. А пару хороших ударов помогут разбить стекло, за которым находился Чон, утерявший сознание. И тонущий во тьме непроглядной, явно не ожидая спасительной руки из ниоткуда.