Тайна острова

      В центре на готическом кресле восседал именуемый Верховным. Я невольно задержала дыхание, рассматривая волевые черты лица. Время тронуло его лицо, оставив свой неизгладимый след, но мужественность и красота оказались неподвластными его течению. Седина не тронула виски, хоть по человеческим меркам возраст близился к сорока. Волосы цвета вороного крыла ниспадали до самого пояса, на лбу — несколько волнообразных морщин и витиеватое украшение с россыпью драгоценных камней.       Верховный был облачён в небесно-голубое одеяние с широкими и длинными рукавами, расшитыми по краям золотой нитью. Ровный нос и волевой подбородок, чётко выраженные скулы. Но красноречивее всего — глаза. Светло-голубые, как тихие морские воды, ласкающие берег и золотой песок. Его черты показались смутно знакомыми, находя отклик в лихорадочном, взбудораженном сознании. Словно я видела его ранее.       Словно…             Нет.       Словно я представляла его ранее.       Лучи заходящего солнца пробивались сквозь толстые стёкла витражных окон, наполняя зал светом уходящего дня. Величественные необъятные потолки украшала разноцветная фреска, соединяя в единую картину изображение неизведанных растений и цветов, таких диковинных и разнообразных. Высокие резные колонны из ослепительно-белого камня держали потолок, возвышаясь по обе стороны от величайшего произведения искусства. Я невольно опустила взгляд, рассматривая трон Верховного. Высокая спинка и острые пики свидетельствовали о таланте мастера. Невольно призадумавшись о том, сколько времени и усилий необходимо принести в жертву для создания подобных шедевров, я сделала шаг навстречу, замечая под ногами светлый мрамор и ворсистую дорожку насыщенных синих цветов. Расшитое золотыми нитями полотно такой же палитры украшало стену позади резного трона, вызывая неподдельное восхищение.       Стоя здесь, среди этого величия, я почувствовала себя маленькой и незначительной. Словно муравей, снующий среди стебельков зелёной травы. Весь этот мир, их мир, казался таким необъятным, невозможным и волшебным, что сердце пропускало удар, невольно замирая на миг. Что-то дрогнуло в душе, рождая тягучее, ноющее чувство чего-то забытого и утраченного. Волна воспоминаний захлестнула меня.       Я подняла взгляд на Верховного и замерла.       Словно персонаж из сказок, что читала мне мама.       О Боги!       Этого.       Не.       Может.       Быть.       Обладающие магией, создания с острыми ушами. Сильные, благородные и прекрасные. Эльфы. Именно так называла их мама.       «Не слушай никого, кто насмехается над тобой, Лекси. Ты — особенная. Представь, что ты — часть огромного и совершенного мира, населяемого волшебными существами. А жителей этого мира именуют эльфами. Они живут в прекрасных замках в единстве с природой и обладают невероятной красотой, не увядающей с течением времени. Представь, что ты — одна из них, моя девочка»       Я была недоверчивым ребёнком. Рано познакомилась с жестокостью, столкнулась с бесчеловечностью, поэтому понимала, что всё это — придуманные мамой утешения. Я никогда не воспринимала сказки как нечто реальное, жизнь рано преподнесла урок: не жить иллюзиями. Однако, стоит признать, эти истории всегда завораживали, унося прочь жестокую реальность и позволяя обрести желаемое забытье, хоть и всего на миг.       Голос мамы ожил в голове, вырывая из глубин памяти стёртые временем воспоминания. Вновь оглянулась, на этот раз внимательнее, рассматривая всех присутствующих и диковинные предметы интерьера. Я отмечала всё больше деталей, казавшихся ранее совсем незначительными.       Отчетливо помню книгу в кожаном переплёте. Приглушая свет, мама открывала её каждую ночь, погружая меня в сказочный мир, сотканный из грёз и фантазий. Это воспоминание и подвело черту. Я подняла взгляд, завидев на синем полотне узор. Витиеватое сплетение золотых нитей. Точно такое же красовалось на твёрдой обложке той книги, образуя своеобразную эмблему.       Неужели…       Всё это реально?       Пока всё, что я знала и во что верила, рушилось на моих глазах, Вильям учтиво преклонил колено, ожидая дальнейших указаний от Верховного. Владыка приветственно кивнул, позволяя ему подняться.       — Quel amrun, Вильям. Ветер нашёптывает мне, что ты не один. Подойди ближе.       Эльф сделал несколько шагов по направлению к трону, отвечая на неизвестном мне языке.       — Orthor edrain, Владыка.       — Границу? Невозможно.       Верховный медленно поднялся с трона, откинув полы длинного плаща, и с горделивой осанкой двинулся ко мне, мерно постукивая посохом о холодный мраморный пол. Голубое свечение, которое излучал камень, закреплённый в центре витиеватого посоха, пульсировало, завораживая и привлекая взор. Я никогда не видела таких камней.       Задумавшись о природе его происхождения, я невольно подняла взгляд, встретившись с оценивающим взором Владыки. Он остановился в двух шагах от меня, позволяя ощутить энергию, что не поддавалась логическому объяснению. Не выдержав давления и пронзительного взгляда, я смутилась, опустив глаза. Впервые за долгое время ощутила невероятную слабость — захотелось сжаться в комочек и спрятаться где-нибудь в укромном уголке.       — Кто ты, дитя? — произнёс Владыка, изучая меня.       Я покосилась на Вильяма в ожидании дальнейших указаний, понимая, что по устоям человеческого мира каждое слово может быть использовано против меня. Наивно полагать, что здесь будет иначе. Но эльф подбадривающе кивнул в ответ, позволяя рассказать всю историю.       — Здравствуйте, — ограничившись приветствием на известном мне языке, облизнула пересохшие губы и решительно подняла взгляд на Светлейшего, собравшись с мыслями.       Не съест же он меня в самом деле. Только испепелит взглядом до основания, оставив кучку серого пепла. Нет, не хочу быть пеплом.       Вдох-выдох, сжала руки в кулак, чувствуя как ногти впиваются в кожу, оставляя на ней свой след.       — Меня зовут Лекси. Мой корабль разбился о скалы во время шторма. Так я оказалась здесь, на вашем берегу. Не заметила, как невольно сделала шаг навстречу ему, отмечая, как позвоночника коснулся липкий холодок страха. Неизвестность пугала. Хотелось расставить все точки над «і», вырваться с оков неведения. Хотелось, чтобы все побыстрее закончилось.       Казалось, его не удивили мои слова. Холодная сдержанность и рассудительность, никаких иных эмоций. Верховный потёр подбородок, на мгновение призадумавшись.       — Вильям, это правда? — Верховный повернулся к моему спутнику, ожидая подтверждения или опровержения моих слов.       — Да, Владыка. Я нашёл её на берегу. Лекси утверждала, что прибыла к нам из человеческого мира. Полагаю, она не лжёт.       Вильям мне верит?       Не знаю почему, но эта мысль разлилась приятным теплом в области груди, обволакивая измученное сердце. Эта мысль успокоила, придав уверенности.       Верховный не произнёс ни слова, только приблизился ко мне, протянув руки к лицу. Я оглянулась, пытаясь отыскать в лице моего спутника поддержку.       — Не бойся. Позволь ему, — прошептал Вильям, пытаясь заверить меня в том, что всё хорошо. — Открой свое сознание.       Прекрасно.       Вот только я понятия не имею, о чём ты твердишь. Сознание ведь не жестяная банка с бобами, здесь недостаточно дёрнуть за ключ-открывалку, дабы явить на свет содержимое. Да и любую консервную банку легко повредить, особенно, если нарушить герметичность и впустить в неё воздух. Не думаю, что вторжение в сознание чем-то отличается от этого процесса и проходит бесследно, являясь полностью безопасным.       Но выбора нет.       Снова сжала руки и зажмурилась, позволяя Светлейшему прикоснуться. Прохладные шероховатые пальцы прикоснулись к вискам, и лёгкая ноющая боль, преследующая меня всё время, мгновенно утихла.       Океан. Морской бриз и холодные волны унесли все эмоции, наполняя заветной пустотой. Я потеряла нить мыслей, позволяя себе отпустить горе и боль, всё то, что преследовало меня с момента рокового события. В голове яркими вспышками проносились мелькающие цветные картинки воспоминаний. Раннее детство, юность, мама, друзья. Небольшой и уютный задний двор, цветы, что выращивала мама и пёс, играющий с мячом. Он подтолкнул его к моим ногам и уткнулся мокрым носом в мою ладонь. Я улыбнулась и почесала его за ухом.       После — словно кто-то поставил на ускорение, перебирая воспоминание за воспоминанием. Первая влюблённость, первые слёзы. Я просматривала каждое из воспоминаний, словно листая слайд за слайдом и оживляя в памяти поблекшие эпизоды.       А дальше шторм.       Корабль. И страх. Дикий, животный и панический. Я поморщилась, неосознанно сопротивляясь и не желая переживать эти события вновь. Верховный убрал ладони, не принуждая, и я распахнула глаза. Суровые черты сгладились, а мне невольно захотелось вернуться обратно. Домой. Где всё хорошо и все живы.       — Немыслимо, но это так. Она действительно обитала среди людей, не подозревая о своём истинном происхождении, — в его голосе проскользнула тень удивления. Эльф развернулся и зашагал к трону, но на мгновение замер, нахмурился и, не оборачиваясь, выразил слова сочувствия.       — Мне жаль, что ты потеряла близких. Никто не в силе совладать с буйством стихии. Таков их удел.       — Как вы…       Вильям шагнул ко мне, и тихий шёпот коснулся уха. Дыхание колыхнуло прядь волос, по телу пробежала толпа мурашек.       — Он проник в сознание, увидел всё, что ты видела твоими же глазами. Лишь маленькая часть его дара.       Я подняла взгляд, вновь обращая на себя взор Владыки. Если Светлейший способен видеть всё, возможно ли то, что он знает ответы на терзающие меня вопросы?       Это мой шанс разобраться хоть в чём-то. Ничтожный и мизерный, но я попытаюсь.       — Позвольте задать вопрос… Если вы видели всё моими глазами… Как же я выбралась? — волшебство его прикосновений рассеялось, обрушивая на меня весь ворох чувств с новой силой. Очередная попытка вспомнить не увенчалась успехом, рождая вспышку острой терзающей боли, зарождающейся где-то в груди.       — Почему? Почему я не могу вспомнить…       Верховный откинул плащ в сторону, и сел на трон, закинув ногу на ногу. Склонив голову набок, он задумчиво посмотрел на меня. Во взоре бледно-голубых глаз читалась озадаченность и нескрываемый интерес. Словно он впервые столкнулся с загадкой, неподвластной ему.       — Дитя… Я могу увидеть всю твою жизнь, даже годы младенчества. Соединить воедино обрывки давно утраченных воспоминаний. Но после крушения корабля — вижу лишь тьму.       Светлейший ударил посохом о мрамор, рождая звуковую волну, что эхом пронеслась по огромной тронной зале. Я вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки, гордо вскинув подбородок. Он усмехнулся этому жесту и продолжил свою речь.       — Увы, я не знаю, каково твоё предназначение. В твоих жилах течёт наша кровь. Здесь твоё место, не в мире людей. И нам предстоит выяснить в будущем, кто же ты и для чего здесь.       Я не готова была это услышать. Ещё не смирилась со своей новой ролью в этой жизни. Сложно было признать, что они — иные. Те самые выдуманные существа-эльфы из детских сказок. И если я изначально посчитала Вильяма сумасшедшим, то сейчас, на фоне всего происходящего, сумасшедшей казалась я.       Кто-то отворил тяжёлую дверь. Обернувшись на звук, я увидела незнакомку с чёрными как смоль волосами, вошедшую в тронный зал. Необычайно хороша собой, отлично сложена, облачённая в платье с небесно-голубого шёлка, она невольно привлекла взгляды всех присутствующих.       И все же, её взор и горделивый вид выдавал в ней воительницу. Я заметила тонкие пластины металла, контрастирующие с лёгкой воздушной тканью. Не иначе, как корсет-броня из начищенной до блеска стали. Широкие браслеты красовались на запястьях, свидетельствуя об опыте оружейного мастера. Выполненные из того же материала, они были украшены витиеватым узором-сплетением, как и лиф её платья. Роскошные чёрные волосы струились волнистыми прядями по плечам. Дополнением к её образу стала необычная диадема, инкрустированная россыпью небесно-голубых камней, вторящих цвета её одеяния. В правой руке она держала колчан со стрелами. В левой — лук.       Незнакомая мне девушка подмигнула Вильяму, а после учтиво поклонилась Верховному, пытаясь прогнать со своего лица нотки озорства и придать ему выражение безмятежности и покоя.       — Сильвия, дорогая, проведи гостью в свободные покои. Ей нужно прийти в себя. Сегодня ожидаю всех присутствующих на ужин. Обсудим ситуацию и поищем подходящее решение.       Верховный снова ударил посохом, поставив этим движением точку в разговоре. Я вздохнула, понимая, что мне не удастся выяснить больше. Ну что ж, придётся довольствоваться теми скудными познаниями, что у меня есть.       — Здравствуй, — Сильвия добродушно улыбнулась, спрятав колчан со стрелами за спину. — Что ж, незваная гостья, прошу. Следуй за мной.       Я невольно вскинула бровь в удивлении, пытаясь взвесить все «за» и «против», и принять решение касаемо того, стоит ли ей доверять. Прочитав мои эмоции, Сильвия рассмеялась, видимо, позабавленная моей реакцией.       — Не бойся, милая, не обижу.       — Мне и не страшно. В конце концов, ты не гриб-шептовик.       Звонкий смех эхом разнесся по залу. Вильям закатил глаза, с укором посмотрев на Сильвию. Но, не выдержав, улыбнулся в ответ.       — Вильям, ну ты как всегда. Встретил такую красотку и рассказывал ей о грибах!       Девушка изобразила подобие сочувствия и похлопала ладонью по плечу парня. Вильям прищёлкнул языком и легонько толкнул её в ответ, пытаясь скрыть лёгкое смущение. Сильвия расплылась в улыбке снова, напоминая мне излюбленное людьми домашнее животное. Так вели себя толстые, ленивые коты, которым удавалось полакомиться сметаной.       Она добилась именно той реакции, которую хотела, наслаждаясь своей маленькой победой. Это всё показалось таким простым, таким человечным, что впервые за долгое время я облегчённо выдохнула, почувствовав себя практически своей, в компании старых-добрых друзей, а не могущественных существ из неизведанного мира.       Вильям положил ладони мне на плечи, легко сжимая пальцы. Я запрокинула голову, дабы взглянуть на него.       — Иди, Лекси. Я присоединюсь к вам чуть позже.