Безвозвратно утерянные чувства

С первыми лучами солнца А-Юань тихо встал с нагретой постели и без помощи Лань Ванцзи смог сам переодеться. Лишь края его белоснежного ханьфу помялись из-за частых попыток правильно его надеть. Бросив взгляд на небольшой стол где лежали налобные ленты, А-Юань взял ту, на которой не были изображены плывущие облака. Мальчик бесшумно подошёл к Лань Ванцзи, который ещё спал, и легонько до него дотронулся. — Хань Гуан Цзюнь, помогите мне с налобной лентой. Тон А-Юаня был вежливым, как его и учили. Держа осанку мальчик не спеша и ясно выражался. Он не должен перечить старшим, лишь прислушиваться к их советам и благодарить за учения. Вот и сейчас, с лёгкой улыбкой А-Юань поблагодарил Лань Ванцзи за помощь: — Примерно благодарен Хань Гуан Цзюню. Сложив руки лодочкой А-Юань поклонился и поспешно вышел из цзинши. Теперь Лань Ванцзи остался один, но и он скоро покинул эти прохладные покои, взяв, перед этим, небольшой парчовый мешочек. Не спеша, легкой походкой шагая по цветочной поляне, Лань Ванцзи прекрасно видел резвящихся кроликов, которых поспешно обошёл стороной. Только, вот, один крольчонок не стал с этим мириться. Он сам добрался до альфы, который сейчас оглядывал ближайшую территорию и, кажется, он нашёл, что искал. Небольшой холмик на этой поляне выглядел неплохо, на нём росли лишь цветы и трава, которая никак не пригодится для медицинских отваров или лекарств. Перепрыгнув на него Лань Чжань взял Бичэнь в руки и проделал дыру вглубь в три чи в земле. Он рыхлил небольшой участок, который позже планировал использовать. Когда же он остался довольный результатом, Лань Ванцзи засунув в ножны Бичэнь, отправился за водой. Воду, что принёс альфа было достаточно, чтобы полить землю, перед тем, как сажать семена. Семена локвы крупные, с толстой кожурой и если соотносить их размер с размером самого плода, то косточки занимают одну третью объёма плода. Зарыв вырытую яму Лань Ванцзи ещё немного постоял у места где, по истечении некоторого времени, должна будет вырасти локва. Её плоды имеют весьма гармоничный вкус, с первого раза может показаться что это сочный плод, когда же другой её плод скорее будет с кисловатым привкусом. Это зависит от степени её зрелости и Лань Ванцзи непременно проследит за тем, что плоды именно этой локвы были с нотками цитрусов, как и в тот самый день. День, когда не пробуя локву, Лань Чжань чувствовал цитрус. Пока Вэй Усянь рисовался перед женщинами и кокетничал направо и налево, Лань Ванцзи деликатно смотрел прямо перед собой, излучая благородство и душевную чистоту. Ванцзи не волновало, что вытворял Вэй Усянь, он лишь надеялся, что заигрывания этого альфы никак не затронут его. Но Лань Ванцзи ошибся, он услышал, как Усянь в очередной раз обратился к девушкам: — Сестрицы, а он, по-вашему, красивый? Лань Ванцзи никак не ожидал, что Вэй Усянь вдруг заговорит о нём. Пока он колебался с ответом, женщины со своих лодок ответили хором: — Даже ещё красивее! Вэй Усянь сказал: — Тогда, может быть, кто-нибудь из вас хочет подарить локву и ему? Если я получу от вас подарок, а он — нет, то боюсь, он начнёт ревновать, когда мы вернёмся домой! Звонкий смех, напоминающий пение иволги, эхом разнёсся по всей реке. Ещё одна женщина подплыла к ним навстречу, стоя на своей лодке: — Хорошо, хорошо, будет тебе и вторая. Поберегись и лови, молодой чаровник! Вторая локва приземлилась ему в другую руку, и Вэй Усянь помахал локвой перед глазами Лань Ванцзи, стоило их лодкам сравняться, но тот всё также смотрел ровно перед собой: — Убери. Вэй Усянь послушался его: — А я знал, что ты откажешься, так что и не собирался тебя угощать. Цзян Чэн, лови! Спелая локва была отправлена прямо к Цзян Чэну, плод имел оранжеватый оттенок и, скорее всего, имел прекрасный вкус, но Лань Ванцзи уже не удастся это узнать. Мимо них проплыла лодка, до отказа гружёная корзинами с большими наливными локвами. Лань Ванцзи мельком взглянул на неё и продолжил смотреть вперед. Заметив досаду на лице младшего брата Лань Сичэнь вдруг сказал ему: — Если тебе так хочется локв, может быть, купим корзину? — … Лань Ванцзи растрактовав вопрос Лань Сичэня по-своему лишь раздражённо взмахнул рукавами: — Я не хочу! Пробыв на той поляне ещё несколько часов Лань Ванцзи направился к своим покоям. Его одеяния были испачканными и именно это стало причиной обсуждения его среди адептов клана. Вечно опрятный Лань Ванцзи сейчас выглядел словно ребёнок, который копался в грязи. Слушая перешептывания младших учеников, альфа молча шёл к цзинши, где уже находился А-Юань. Малыш держал в руках книгу и что-то тихо произносил. Он казался погруженным в учения. Брови иногда хмурились и сводились к переносице, ещё реже поднимались вверх. Перелистнув на последнюю страницу А-Юань бегло пробежался по строкам и отложил трактат в сторону, после вежливо поприветствовав поклоном Лань Ванцзи. Ответом стал небольшой кивок головой. Лань Ванцзи оставался таким же немногословным до конца дня. Словно задумавшись о чём-то, он не замечал передвижений А-Юаня, лишь сидел за столом с гуцинем и перебирая струны играл незамысловатую мелодию. Грязные одеяния были всё ещё на нём. Они его не беспокоили, но малейшие пятна озадачивали А-Юаня. Этот мальчик отлично знает каков характер этого старшего. Став напротив Лань Ванцзи А-Юань довольно вежливо обратился к нему: — Не желает ли Хань Гуан Цзюнь переодеться? Задумчивый взгляд вдруг прояснился, Лань Ванцзи посмотрел на мальчика и отрицательно махнул головой. А-Юань сжав губы в одну тонкую полоску кратко поклонился и вышел из цзинши в небольшой двор, где ранее он оставил книгу. Лань Ванцзи видел, как А-Юань снова стал тихо читать иероглифы, которым его обучили на занятиях. Главным и основным же словам малыша обучил сам альфа. Лань Ванцзи не рвался отправлять А-Юаня к Лань Цижэню на учения, а потому решил для начала обучить, как нормам приличия, так правилам правильного разговора со старшими. Больше всего усилий Лань Ванцзи приложил когда пытался отучить А-Юаня обнимать ноги, не только его, но и любого встречного. После каждого замечания мальчик начинал плакать и Лань Ванцзи застывал на месте, не зная как успокоить этого непоседу. Но с того момента прошёл не один год и Ванцзи мог смело сказать, что А-Юань вырос. С наступлением часа петуха мальчик вернулся в покои и зашёл за ширму-гармошку, где и переоделся. Он умыл своё лицо в тазе с водой и теперь точно был готов ко сну. Тихо пожелав спокойной ночи старшему, мальчик закрыл глаза и уснул. В комнате тускло горела свеча, а Лань Ванцзи немного выставив свою руку, тихо наблюдал, как с кончиков его пальцев полился поток духовной энергии. Он имел форму простой голубой нити. Её конец был заметен и ничего его не скрывало. Духовная нить казалась короткой и хрупкой, но в определённых случаях она могла растянуться не на один ли. Обмотав её край вокруг своего пальца, с губ Лань Ванцзи сорвался тяжелый вздох. Этой нити не суждено соединиться с другой, Лань Ванцзи останется один. Эти мысли убивали альфу, днём за днём он ожидает чуда, которому не суждено случиться. Желая хоть как-то отвлечься Лань Ванцзи отправился на цветочную поляну. И пускай это нарушение, альфе всё равно. Он уже ранее нарушал правила, за которые жестоко поплатился, только вот, боль от наказания не уняла его душевную боль. Было довольно темно, но это не было проблемой. Лань Ванцзи выбрав наиболее подходящее место решил помедитировать. Прямой позвоночник, и расслабленные мышцы тела. Лань Ванцзи сел в нужную позу так, чтобы голова, шея и спина находились на одной прямой линии. Голову он держал прямо, стараясь не наклонять её. Подбородок был утоплен, а плечи расслаблены. Данная поза являлась самой идеальной. Медитируя сидя он способствовал своей алертности и спокойствию. Спокойствие приносило Лань Ванцзи устойчивость и ощущение опоры. Тело расслаблено, но ум начеку. Эта поза преисполнена чувства собственного достоинства, это же состояние передается и уму. Медитация продлилась дольше, чем планировал Лань Ванцзи, но это его не смутило. Открыв глаза он тут же бросил взгляд на место где была посажена локва. За такой короткий период дерево бы не выросло, тут остаётся лишь ждать, когда оно взрастёт. Встав Лань Ванцзи прошёл мимо кроликов, которые плодятся всё больше с каждым годом, но вдруг он остановился. Вытащив из-за пазухи небольшой кусочек морковки, альфа аккуратно положил его возле этого стада. Вернувшись в свои покои Лань Ванцзи впервые за последние сутки переоделся. Он взяв Бичэнь и немного денег - направился в ближайшую провинцию на ночную охоту. Местные жители только и говорили о нечисти, что бесчинствует в лесу. Расспросив прохожих Лань Ванцзи сразу направился в место о котором говорили люди. Лес не казался жутким, но густой туман был явно не к добру. Под ногой Лань Ванцзи с характерным звуком хрустнула хрупкая ветвь и сбоку что-то шевельнулось. Не медля ни минуты он вытащил Бичэнь с ножен и двинулся вглубь. Чёрная тень быстро металась из стороны в сторону, будто дразнила Лань Ванцзи, но тот оставался спокоен. Альфа молча наблюдал и анализировал все действия этой нечисти. Кажется эта ночная охота затянется. Лань Ванцзи запрыгнул на широкую ветку дерева и удобно устроился на ней. Сейчас ему нужно оценить все скрытые потенциалы духа. Последний же показательно крутился вокруг деревьев, но тут же развеялся как только завидел летящий в него Бичэнь. С наступлением ночи этот дух стал сильнее и он уже не был таким игривым. Не боясь заклинателя, нечисть сама набросилась на Лань Ванцзи. Атака была с легкостью отбита, теперь же между ними начался открытый бой, который не продлился долго. С первыми лучами солнца дух начал ослабевать и Лань Ванцзы взяв вверх над ним. Хватило двух ударов на уничтожение, после чего альфа вернул Бичэнь в ножны. Здесь ему больше нечего делать. — Хань Гуан Цзюнь! - услышал Лань Ванцзи стоило ему выйти из леса. Это был один из адептов Гу Су Лань. Сравнявшись, он почтительно поклонился старшему. — Вы были на ночной охоте? Удалось кого-то уничтожить? Лань Ванцзи немногословно ответил: — Мгм. Перемолвившись ещё парой фраз они разошлись в разные стороны. Лань Ванцзи вернулся в Облачные Глубины, где пройдя пару ли он встретил Лань Сичэня, который поприветствовал его тёплой улыбкой. — Ванцзи, дядя жалуется на учеников, которые нарушили правила и просит, чтобы ты присмотрел за ними в библиотеке. Тебя же это не затруднит? — Нет. Произнесённое слово «нет» из уст Лань Ванцзи означало, что его не затруднит эта просьба, и Лань Сичэнь сразу это понял. Поэтому на его лице расцвела улыбка. Он одобрительно кивнул и направился в противоположную сторону от той в которую пошёл его младший брат. Дверь в библиотеку открылась, и все кто находился там тут же поднялись и поприветствовали старшего. Теперь же в библиотеке воцарилась гробовая тишина, хотя всего пару минут назад ученики воодушевлённо рассказывали друг другу что-то. Хань Гуан Цзюнь прошел во внутрь библиотеки и занял пустующее место. На столе аккуратно лежали сборники. Пролистав все книги, он отложил их в сторону. Лань Чжань поднявшись с насиженного места, тем самым напугав учеников переписывающих правила клана, решил найти более полезное. Он подошел к стеллажам и прошелся взглядом по корешкам книг читая их название. В этот же момент зашел адепт ордена Лань. Он осмотрелся и уже хотел что-то спросить когда увидел как из-за стеллажей вышел Лань Чжань. Ванцзи узнал его, это был тот самый адепт которого он встретил после ночной охоты. Младший ученик почтительно поклонился. — Хань Гуан Цзюнь, местные жители просили передать благодарность за уничтожение той твари. Так же я слышал, что в нескольких ли от того поселение есть место с тяжелой темной энергией. Сказанные слова адепта очень сильно повлияли на Лань Ванцзи, из его рук чуть не выпала книга, которую он взял со стеллажа. Всего на секунду в глазах второго нефрита появилась надежда на то что это след оставленный Стигийской Тигриной Печатью. Не контролируя себя он неосознанно повысил голос: — Насколько тяжелая? Задумавшись на несколько минут и пожав плечами, адепт не дал четкого ответа. У Лань Чжаня появилось резкое желание бросить в него книгу. Ученик будто поняв его желание быстро откланялся. За ним из библиотеки вышел и сам Лань Ванцзи. Прибыв на место про которое говорил адепт, альфа сразу нашел постоялый двор, где планировал остаться на некоторое время. Заплатив за комнату Лань Чжань остался на первом этаже попить чаю. Сидя за самым отдаленным столиком Ванцзи слушал о чём говорят люди и наблюдал за происходящим. Внезапно за столиком находящимся недалеко от него началась перепалка. Парень лет восемнадцати резко встал и, схватив за грудки парня сидящего напротив такого же возраста что и он, выкрикнул на всё помещение: — Ты не имеешь права так говорить о моей сестре! Все находящийся там обратили внимание на эту пару парней. Лань Чжань устремил взор на парня начавшего перепалку. Его эмоции совпадали с эмоциями Вэй Ина в тот день... Улыбка Вэй Усяня испарилась, Лань Ванцзи заметил как тот с каждой секундой все крепче сжимал Чэнь Цин, выражение лица Вэй Ина помрачнело и он переспросил: — Воспитание? — А потом медленно повернул голову: — Кривая дорожка? Лань Ванцзи уже предполагая к каким последствиям может привести эта ситуация с нажимом позвал: — Вэй Ин. Необычную атмосферу заметили все вокруг, включая Цзинь Цзысюня. Затаив дыхание, они смотрели на Вэй Усяня, который снова улыбнулся. — Хочешь знать, почему я не ношу с собой меч? Что ж, мне не сложно вам разъяснить. Он развернулся и произнёс, чеканя слова: — Потому что я хочу, чтобы вы знали: даже не используя меч, не имея при себе ничего, кроме того, что вы называете «кривой дорожкой Пути Тьмы», я всё равно останусь на недосягаемой высоте, а вы будете смотреть мне в спину. Цзинь Цзысюнь снова завопил: — Вэй Усянь! Ты всего лишь сын слуги! Как ты смеешь дерзить?!! Взгляд Лань Ванцзи заледенел, едва он услышал те два слова. Его рука легла на рукоять Бичэня. Он был готов в случаи чего защитить Вэй Ина, который из-за переполняющих его эмоций мог выйти из себя в любой момент. Одним глотком допив содержимое чаши, Лань Ванцзи направился к месту активности тёмной энергии. Зайдя вглубь леса Бичэнь то и дело пытался вырваться из рук владельца, но Лань Ванцзи держал его крепко. В случае нападения у него будет чем отбиваться, ведь талисманов при себе у него не было. Тёмная энергия не была сосредоточена в одном месте, и это лишь усложняло ситуацию. Идти обратно в город за талисманами или же за сетью божественного плетения - не вариант. Лань Ванцзи придётся побороть эту тварь собственными усилиями. С противоположных сторон послышались шорохи и Лань Ванцзи тут же сделал выпад назад, заведя руку для удара. Противник явно был не слабым, что давало альфе повод для беспокойства. День за днём он лишь гонялся за тёмной энергией и медитировал, восстанавливая свои силы. Лань Ванцзи не ел и не пил, умывал своё лицо в реке, что протекала в этом лесу. И всё же, он, в конце концов, убил ту нечисть слабым ударом Бичэня. В лес стали проникать лучи солнца и он больше не казался таким мрачным. Ноги Лань Ванцзи подкашивались, он упал на мягкую траву закрывая ненадолго глаза. После месяца проведенного на ночной охоте, Лань Чжань наконец-то вернулся в Облачные Глубины. Первым делом второй господин Лань направился к цветочной поляне, где растёт локва. Было заметно, что локва очень хорошо увеличилась в размерах на это повлияла хорошая ци. Пока он стоял напротив локвы незаметно подошел глава клана Лань. Поприветствовав друг друга Лань Чжань кратко рассказал о ночной охоте, а так же поинтересовался где сейчас находиться А-Юань. Услышав ответ на свой вопрос Ванцзи направился в меньши повидаться с малышом. Стоило ему подойти к меньши он услышал неправильную игру на гуцине. Когда же Хань Гуан Цзюнь зашел внутрь, он увидел, что А-Юань старательно перебирает струны, стараясь сыграть мелодию, что когда-то играл сам Лань Чжань. Он заметил раны на маленьких пальчиках ребенка. Лань Ванцзи обратился к ребенку: — Ты еще слишком мал, чтобы играть на гуцине, подрасти еще немного и сам научу тебя играть. Мальчик лишь кивнул в ответ. Лань Чжань присел рядом с А-Юанем и принялся играть уже знакомую ребёнку мелодию. Доиграв он взял ребенка за руку и отправился с ним в цзинши. По дороге они, проходя мимо группы людей, услышали о смерти Не Минцзюэ. Уже в покоях он подумал: «Погиб храбрый, благородный человек. Жаль, что не смог ему помочь...»