Глазами Люцифера

— Люцифер, — еле слышный голос Непризнанной донёсся до меня эхом. Ресницы дрогнули, слегка открываясь. — Ты...жива, — сипло проговорил я, устало прижимая Вики к себе, — жива... Я не потерял её. Не потерял...Тревожность не покидала, когда девушка не могла встать и, в попытках, беспомощно упала опять ко мне на колени. — Не вставай, лежи, я отнесу, — словно хрупкое стекло, я поднял её на руки, в мыслях проговаривая больше никогда не отпускать. Вики в ответ осторожно скрепила руки за моей шеей. Тепло, что отдавалось от неё, вызывало во мне бурю счастья. Она была здесь. Со мной. — Не так быстро, Люцифер, — проговорил Советчик, останавливая меня. Совсем позабыв, что мы не одни, я опешил, оглядывая последствия произошедшего. Перебитые тела валялись в разных местах, напоминая о совершенной ошибке. Вот только это была не моя ошибка. Меня окружили солдаты, не давая выйти из круга. Прислужники Ада стояли неуверенно, не понимая, чей приказ выполнять. Лёгкий взмах руки, и все, кто были здесь, упали на пол, в том числе и Совет Цитадели. — Теперь я сильнее вас, и поэтому я не вижу смысла сопротивляться, — сказал я, отметив недовольные взгляды, — вы мерзкие, такими я вас считал всегда. Но вы не нужны мне, как и ваша Цитадель. Я возвращаюсь домой. В Ад, и займу место, что принадлежит мне. И вы не смеете мне помешать, — я вопросительно взглянул на Совет, — вам всё понятно? — Не всё так просто. Мне ещё нужно было разобраться со своей силой, ощутить возможности, которые мне были даны. Но я знал, что мог убить их всех за считанные секунды. Было достаточно одного моего взгляда, чтобы советчик начал задыхаться. Стража напряглась, вытаскивая оружие из чехлов. Зал повис в тихом ожидании моих дальнейших действий. — Хоть одно движение, и я сверну ему шею, — угрожающе отметил я, — мы разберёмся с вами позже, приберите всё за собой, а мне нужно уходить, — всё также держа Вики на руках, мы вышли из помещения, стирая из памяти ужасные события. Относя её в медпункт, она то и дело пыталась не засыпать, говоря себе что-то под нос, но я не мог разобрать и слова. Лишь улыбаясь как дурак, любовался на неё, радуясь, что всё миновало. — А ведь я думал, что потерял тебя, — шёпотом сказал я, целуя её в лоб, перед самой дверью санчасти. Доверив девушку врачам, я закрыл дверь и оперся на обратную сторону. Сейчас, когда всё стихло, реальность рухнула на мою голову. И разгребать последствия предстояло мне. Отчего же так тяжело? Вот они. Воинственные врата моего Дома. Ад был тот же. Только теперь всё будет по-другому. По моему. Встав прям у ворот, меня будто заклинило. Ожидание перед предстоящими делами будоражило кровь. По пути сюда я столько раз прокручивал в голове, что мне придётся сообщить. Но когда сталкиваешься с реальностью, то, почему-то, становится неспокойно на душе. Врата распахнулись. и, вместо привычного вида, меня встретила другая картина. Подданные выстроились в обе шеренги, дорогой, ведущей к замку. Воздух давил, но всё, что я позволил себе сделать, это гордо вскинуть подбородок и пройти прямо, словно никого здесь и не было. Никто из стоящих не мог промолвить даже шёпота. Словно солдаты, они смотрели куда то перед собой, не решаясь отвести взгляда. Каждый шаг давался тяжелее предыдущего. И теперь, остановившись у самых дверей, я окликнул близко стоящего дворецкого: — Демьяна в главный зал. Срочно. Одно я знал: Ад теперь принадлежит мне. И я вскоре стану правителем. Осознание ещё не доходило до конца. Но сколько мечт было этому посвящено, сколько усилий было проделано для этого? Их не счесть. Словно в тумане, я нашёл главный зал. Внутри ещё остался запах Отца, который предательски ударил в нос ностальгией. Увидев трон, меня затрясло. Стоило ли мне подниматься? После стольких лет, после стольких картинок в своей голове, как я восседаю на нём, теперь это казалось невозможным. Ватными ногами я поднимался по ступенькам, прекрасно зная их число. 25. И на 24ой я будто оступился, замер. Не смог поднять глаз на то, что так было желанно всю мою жизнь. Глубокий вдох. Потянувшись к ручке трона, я хотел прикоснуться к ней, но, когда красная кожа была почти осязаема, меня прервали: — Люцифер, — окликнул Демьян. Я обернулся. Мужчина, впервые строгий и сдержанный, держал в левой руке трость. — Ты хромаешь? — обеспокоенно спросил я. — И это первый вопрос, который мне задаёт будущий правитель? — он улыбнулся, отчего я смог расслабиться, — Всё потом, нужно обсудить важные вещи. В последний раз оглянув трон, он больше не казался таким страшным. Больше нет. — Я знаю, у тебя много вопросов, — начал мужчина, — но всё будет не так легко, как кажется. — ? Немного отпрянув, он погрузился в свои мысли, абстрагируясь. После, начал тяжёлым голосом: — Слухи быстро ходят, и, как тебе уже сказала Цитадель, есть нюансы, — Демьян сложил руки в кулак, — но мы добьёмся того, чтобы ты возглавил трон. После, мы несколько дней готовились к моей инаугурации. Суматоха, что творилась в Аду, отвлекала меня от навязчивых мыслей об Отце. Но каждый раз, проходя мимо тронного зала, я не мог не кинуть беглый взгляд на то место, что раньше принадлежало ему. Всё раньше принадлежало ему. Но именно это место больше всех показывало, кто его бывший хозяин. Каждый сантиметр Ада был пропитан им. И я был намерен это исправить. Стараясь погружаться в дела как можно больше, дни летели. И, когда уже всё было почти готово, дата была назначена, мне пришло то, что я меньше всего ожидал. Стук в дверь отвлёк меня от разговора с прислугой. Громко дав команду войти, дворецкий растерянно вошёл в полшага, держа в руках конверт: — Госпо...повелитель, вам письмо из Цитадели, — исправившись, дрябло сказал он. Нервно отобрав бумагу и приказав ему сейчас же уйти, я открыл содержимое. — Что там? — спросил Демьян. — Нужно явиться к ним завтра, — ответил я, словно прочитал обвинение, — ты пойдёшь со мной. Глядя долго в зеркало, я не решался отойти от него. В отражении был тот Люцифер, которого я так давно ждал. Совершенно тот же, но почему-то другой. Глаза больше не те, что были раньше. Волосы лежали немного по-другому. Но лишь совсем немного. Всё было то же, но всё равно другое. Официальная форма доставляла дискомфорт, жала в неудобных местах и, когда я ходил по комнате, нервно поправлял рукав несчастного пиджака. — Нужно собраться с мыслями, — опередил мои слова Демьян, — пора вылетать. Молча сопроводив его взглядом, я прошёл мимо, выходя навстречу новому этапу жизни. Когда из облаков начали просматриваться вышки здания Цитадели, меня охватил жар. Словно иголки, острые крыши протыкали пушистые облака, давая знать, что они здесь. Встретили нас придворные. Безэмоционально, величественно. Поморщившись, я последовал за ними. Устои Цитадели не менялись никогда, они были неприкосновенны с самых первых дней их существования. Я огляделся, осматривая витражи. Всё было так, как всегда, когда мне приходилось прилетать сюда с Отцом. Те воспоминания бессовестно влезли в голову, хоть я и пытался всё это время забыть, как страшный сон. Всю дорогу по дворцу мы шли в тишине, нарушать которую не решался никто. Лишь слабый свет от окон ронял на пол лучи от солнца. Погода предвещала хороший день. Но будет ли он такой на самом деле? Мне предстояло это узнать. Двери главного зала распахнулись одним лишь лёгким прикосновением, и предо мной предстали всё те же, с кем мы недавно «дружелюбно» попрощались. Встав в самый центр комнаты, я предстал пред их высоким столом, словно мишень. Прежде чем что-то сказать, они жадно рассматривали меня, а в их глазах читалось слишком много мыслей, которые не было позволено оглашать вслух. — Люцифер, до нас дошло, что ты готовишься стать правителем Ада, — начал первый. — Приглашение не ждите, — перебил его я, отчего он оскалился, но лишь на секунду. Но в этом миге была показана вся его ненависть ко мне. — Мы не можем дать тебе Ад, Люцифер, — послышался голос второго Ангела. — Я не спрашивал у вас разрешения, — кулаки рефлекторно сжались, предвещая плохое. — Ты нарушаешь закон, Демон. Правителей Ада назначает Цитадель. Я надолго прикрыл глаза, но, когда веки открылись, из них горели два красных зрачка. — Я не буду спрашивать у вас разрешения, — уже собираясь развернуться, меня остановили. Сковав магией моё тело, я был не в силах пошевелиться. Демьян, стоявший рядом, явно занервничал. Злость, что напала на меня так резко, помогла выбраться из магических оков. Перекрыв воздух одному из Ангелов, я грозно произнёс: — Ад всегда был и будет суверенным государством, куда ваши мерзкие белые крылья не будут соваться. Я сяду на трон, и спрашивать брать ни у кого не буду. Когда они все поднялись, чтобы применить ко мне силу, я взмахнул рукой и повалил их всех на пол. — Зря вы это затеяли, — сказал я, опуская ладонь, — я гораздо сильнее вас, неужели вы не поняли ещё в тот раз? — В этом и дело, Люцифер! Мы не можем позволить слишком сильному существу править Адом! — Если вам нужна пешка на это место, я вас огорчу – этого не будет. Если бы я хотел убить вас, вы бы были уже мертвы, уж поверьте. Мне нет дела до дел небес, в этом я вас могу заверить, — спустя небольшую паузу, мне пришла идея, — мы заключим договор: вы не суётесь ко мне домой, а я подпишусь под тем, что никогда не посягну на вашу Ци-та-дель, — с особым отвращением я сделал акцент на последнем слове. Было видно, как они задумались. Долгое, мучительное слово проносилось в их головах. «Договор». — Нам нужно всё обсудить, покиньте пожалуйста зал на некоторое время, — официально-противно произнёс Советник. Я усмехнулся, кивнул головой Демьяну, и мы вышли за двери. Как только тишина вновь нас встретила, он шёпотом произнёс: — Ты поступил очень мудро. Я горжусь тобой, — холодная рука легла мне на плечо. — По другому и быть не могло, — решительно ответил я. Когда мы вновь вошли к Советникам, перед нами лежал готовый договор, который я сразу принялся читать. Но, как только я взял в руки бумагу, меня окликнули: — Мы согласимся лишь при одном условии, — начал Ангел. — При каком? — Ты не будешь иметь права ступать на наши Земли и, в случае чего, не будешь рассчитывать на нашу помощь. — Вы запрещаете мне подниматься наверх? — Да. А мы не будем трогать Ад. Компромисс, как и в любой демократии, не так ли? — язвительно отчеканил Советник. Долгое молчание. Я уставился в листочек, не видя в нем букв. Вопросительный взгляд Демьяна проходил сквозь меня, будто он тоже был удивлён. Как же я буду видеться с Вики? Неужели, мы увидимся только тогда, когда она закончит обучение? «А если она решит стать Ангелом?» Это означало, что мы не увидимся больше никогда. Холодный пот прошёл по телу. Переживания выводили ситуацию из под контроля, но я не мог показать им даже на миг свои мысли. Нельзя. — Тогда и вы не будете рассчитывать и на мою помощь. — Не переживай, Люцифер, — ответил Совет, — ты никогда не будешь нам нужен. Я ухмыльнулся. Прочитав бумагу до каждой мелочи, я бросил на них последний взгляд: — Есть у вас здесь чернила? Договор должен вступить в силу через три дня. А значит, у меня ещё были те драгоценные дни, когда я могу увидеться с Непризнанной. Я постоянно узнавал о её состоянии через третьи лица. Она быстро пошла на поправку и вновь занялась учёбой. После того дня, мы с ней так и не смогли увидеться. В голове было много мыслей, как пройдёт наша встреча. Столько предоставлений, какая же она будет? Какие эмоции будут у неё? Будет ли она рада мне? Скучала ли она и думала ли обо мне? О нас? Ведь столько произошло. В школу я хотел войти тихо, без лишних глаз. Но, как только моя нога переступила порог школы, все будто замерли при виде меня. Не обращая ни на кого внимания, я пошёл дальше, не оглядываясь по сторонам и сохраняя спокойствие. Перешёптывания между учениками не заканчивались, и я мечтал поскорее скрыться среди коридоров, частью которых я больше не являюсь. Я стал почти что правителем Ада, но мне было страшно встретиться с девушкой. От того, насколько глупым это казалось, я издал короткий смешок прямо перед её дверью. Лёгкое касание дверной ручки привлекло внимание тех, кто был внутри. Глаза, что так давно я хотел увидеть, встретились с моими. Сердце пропустило удар. Вики, сидевшая на подоконнике, встала в удивлении. Мими, которая тоже была в комнате, неловко поёжилась, стоя между нами. — Мими, оставь нас, — сказал я, продолжая смотреть на Вики. Когда девушка скрылась за дверью, повисло молчание. То, которого я больше всего боялся. Мы стояли по разным углам, не решаясь отвести взгляда. Но и нарушить тишину никто не мог. Тяжёлый, томный вздох. Прикрыв глаза, я начал: — Вики, я... Вики тихо прошептала, словно нас кто-то мог услышать: — Люцифер... Я так хотел, чтобы мы слились в тёплых объятиях, Чьи-то тёплые руки стремительно обвили мою шею. Точнее, её руки. Обомлев, я обнял Вики в ответ. Сначала нежно, робко, но потом сильно и так отчаянно. Будто она была в моих руках последний раз. Я не знаю, сколько мы так простояли, но заканчивать не хотелось. Мягкие прикосновения отогрели мою душу. И, хоть я и представлял нашу встречу тысячу раз, этот исход был самый лучший из тех, что я прогонял в своей голове. Уткнув голову в мою шею, Вики тихо прошептала, словно нас кто-то мог услышать: — Люцифер... Мне всегда казалось, что я ненавидел свое имя. Ненавидел каждую букву, каждый звук, что слышал, когда моё имя звучит. Я ненавидел его, когда Отец кричал на меня, чтобы избить. Ненавидел, когда в гневе он кидал в меня чем-то тяжёлым, выкрикивая моё имя. Но теперь, когда в моей жизни появилась она, с самых первых дней, я стал его любить. Слегка отпрянув от неё, наши глаза вновь встретились. Соскучившиеся лица сменились, как только губы прикоснулись друг к другу. Лёгкий, нежный поцелуй заставил меня обомлеть. Как я, имея столько подчинённых, готовясь к тому, чтобы сесть на трон, теряю голову при виде ней?  Погладив Вики по голове, я спокойно произнёс: — Нам есть, о чём поговорить. Мы разговаривали. Долго. Я рассказал ей всё, что сейчас происходит, о том, как готовлюсь стать правителем, о том, как иногда сложно это даётся. Но последнее, о чем мне хотелось ей говорить, так это о договоре. Но выхода не было. Мне не хотелось, чтобы между нами оставались недомолвки, поэтому, собрав последние остатки воздуха, я сказал всё одним предложением: — И, чтобы Цитадель разрешила мне это сделать, мы заключили договор о том, что мне больше нельзя будет подниматься наверх. Было видно, как она задумалась. Грусть, что сковала Вики, не давала ей ответить. Горло сдавило комом, а на глазах накатились слёзы. Смотря на эту картину, мне хотелось обнять её, но мне так тяжело давалось выразить своё сожаление, что я просто сидел и наблюдал за её реакцией. Хотя моё сердце обрывалось на тысячи кусочков. — Ты больше не придёшь в школу? — сдавленно произнесла Вики, сжимая руки. — Договор вступит в силу через три дня. — Три дня... — девушка обессиленно села рядом, — но что будет потом? — Я не знаю, — честно ответил я, — тебе спускаться ко мне никогда не запрещалось. — Но когда это произойдёт? Когда я стану демоном? — восклицала она, нервно шагая по комнате. — Ученики спускаются в Ад, ты же сама прекрасно знаешь... — Это происходит раз в год! — прикрикнула опа, утопая в слезах. — Вики, — я поднялся, подходя к ней, — я не допущу, чтобы ты плакала, — вытирая пальцем катившиеся слёзы с её щёк, она немного приходила в себя. — Давай...давай просто проведём эти три дня так, как нам хочется, — уже спокойным голосом предложила Непризнанная. — Хорошо, — я поцеловал её в шею, — сейчас мне очень хочется тебя.