Дитя тьмы и света

Большой дворец состоял из огромного количества коридоров. Они растягивались запутанной паутинкой по всем этажам так, что от их однообразия кружилась голова. София перевела взгляд от высоких сводов к ножкам в кремовых туфельках. Прыжок. Ещё прыжок. Маленькие каблучки цокали по тёмной плитке и старательно обходили белые квадраты. До конца оставалось совсем чуть-чуть. Скоро Софа узнает, сколько же плиток в этом коридоре, и совершенно не важно, что она давно сбилась со счёта. — Сто двадцать пять, сто тридцать… Ой!.. Девочка врезалась в кого-то, чуть не упав на мраморный пол. Её вовремя подхватили за подмышки и закружили. София зажмурилась и развела руки в стороны, представляя себя птичкой в облаках. — Сто сорок один! — уверенно выдала она, когда коснулась твёрдой поверхности. — В самом деле? Когда я считал, их было ровно сто пятьдесят. — Светло-карие глаза задумчиво сузились. — Тогда вам нужно пересчитать или попросите Зою. Она всегда справляется с первого раза. — Уверенная в своей правоте, девочка снова расправила руки и поднялась на носочки. — Зимородок! — Он уже был. — Николай отрицательно сложил руки на груди. — Нет. То Колибри, а Зимородок быстрее. Вот! — София быстро закружилась вокруг своей оси. По её мнению, именно так летал корабль. — София! Вот дереза, — из-за поворота выбежала раскрасневшаяся няня. Увидев, кто перед ней, она сбавила шаг, но лицо оставалось по-прежнему рассерженным. Сегодня девчонке точно несдобровать. — Ваше величество, мои глубочайшие извинения. Это просто самое несносное дитя во всей Ос Альте. София скорчила нянечке кислую мину и спряталась за королевской фигурой. Девочка прижала пальчик к губам в надежде, что Толя с Тамарой её тоже не выдадут. Мицкевич всегда любила преувеличивать. Её воспитанница вела себя вполне прилично, но когда ей позволялось выйти из восточного крыла, она пускалась в бег быстрее самой колибри. — Мадам Мицкевич, не вам ли, как самой опытной воспитательнице, смотреть за таким ребёнком? Кто ещё справиться с подобным. — Николай озадаченно коснулся предплечья женщины. — Я могу рассчитывать на вас? — Что вы, Ваше величество! Конечно, можете! — Голос няни резко подпрыгнул. — Мы с Софи хорошо ладим. Детям свойственно иногда шалить. Лучше всего их пыл сбавляет прогулка на свежем воздухе. Детка, выходи! Только посмотрите, как она заговорила. Это не Ирина Мицкевич, а совершенно другая женщина. Софи не глупа и не выйдет из своего уютного укрытия. — Ну вот, я спас тебя от очередного нагоняя, — обернулся Николай. — Но вы же король. Могли просто приказать. — Одно дело приказ, совершено другое — заставить подданного захотеть исполнять его. София закивала в ответ, будто понимая весь смысл фразы. Но она обязательно поразмыслит над ней позже или узнает у Зои. Девочка нехотя вышла к Мицкевич, но, пройдя полпути, подбежала обратно к Ланцову. — Нико… Ваше величество, а как сделать так, чтоб няня захотела давать мне каждый день шоколадные конфеты? — Полагаю, нужно просто не нарушать правила, и тогда тебя не будут лишать сладкого. — Николай еле сдержал смех. София спрашивала о сладостях с таким серьёзным лицом, будто дело идёт о заключении нового торгового договора между странами. — Невозможно! — страдальчески воскликнула девочка. — Маловероятно, но тебе лучше постараться, — стукнул по носу девочку Николай. Туфельки нехотя зашаркали к нянечке. Разве нужно соблюдать все эти дурацкие правила! София больше своих сверстников проводила за различными науками, музицировала, училась танцам и придворному этикету. У неё, конечно, были игрушки для развлечения: куклы в роскошных платьях, резная деревянная лошадка. Но разве с куклой можно поиграть в салочки, а с лошадкой водить хоровод? Сколько себя помнила София, ей редко позволялось играть с другими детьми. Почему? Может, она когда-то давно сильно провинилась и теперь наказана до конца своих дней. От таких мыслей становилось совсем грустно и одиноко. От этого девочку спасала Женя. Она любила шутить, всегда придумывала интересные игры и была в тысячу раз лучше строгой Мицкевич. София часто засматривалась на красивые черты лица девушки. Однако во время совместных прогулок девочка замечала кроткие взгляды и перешёптывания прохожих. В такие моменты Женя вытягивалась струной, поднимала подбородок и горделиво шла вперёд. Однажды она приснилась Софии без шрамов и повязки на глазу. Девочка изумилась, насколько идеальным может быть человек. — Мне бы следовало лишить тебя дневной прогулки по саду за такие выходки. — Нянечка тащила воспитанницу за руку через залы. — Но по моему опыту это не лучшее наказание. Я обязательно придумаю стоящее, пока ты будешь развлекаться. Эта женщина, наверное, бывает благосклонна только в присутствии короля или с такими же сварливыми придворными няньками. Мицкевич села на широкую скамью в тени раскидистого ясеня. — Гулять так, чтоб я могла тебя видеть. И только попробуй снова сбежать! Всё поняла? — прошептала она на ухо девочке. — Да, няня, — кисло ответила София и побрела к лужайке, на которой играли ребята. Воспитательница не хотела выставлять сор на показ, ведь работа во дворце ценилась намного больше, чем в самом шикарном поместье. Любая неудача Мицкевич была бальзамом на душу другим нянечкам, которые сидели с ней по соседству. Но сама Ирина не упускала возможности намекнуть о своём положении и всегда приносила свежие сплетни из закрытых дверей. День как раз располагал, чтоб обмолвиться парочкой словечек об округлившемся животе очередной госпожи. Погода радовала Ос Альту безоблачным небом и тёплыми лучами закатного солнца. В такое время сады дворца оживлялись и наполнялись людьми. Многие вышли на прогулку после пышного банкета по случаю возвращения Николая Ланцова из переговоров с Шу Ханом. Придворные дамы прятались в тени деревьев, размахивая пышными веерами. Мимо быстрым шагом проходили девушки и юноши, чтобы встретиться в глубине лабиринта. София приметила за фонтаном группу играющих детей, помедлив, девочка направилась к ним. Чем ближе она подходила, тем усерднее её старались не замечать. Ребята сбились в кучку, посмеиваясь и шушукаясь. Девочка знала, о ком идёт речь, поэтому постаралась обойти компанию стороной. — Смотрите, кто пришёл! — наконец выкрикнул из толпы кучерявый мальчишка. — Зверушку из замка вывели погулять, — хихикала девочка рядом. В такие моменты София копировала поведение Жени. Задрав носик чуть ли не до самых облаков, она медленно прошла на самый край поляны, села на мягкую траву и принялась расправлять складки атласного платья. В какой-то момент её начали сторониться. Стоило хоть раз отличиться — и ты становился белой вороной. Появление Софии породило множество вопросов и интриг. У девочки не было родителей, но с ней возились нянечки. Порой сопровождала охрана. Девочка жила в Большом дворце, носила красивые платья, изучала азы наук с лучшими преподавателями. Малышку видели в обществе короля или его приближённых. Поговаривали, что она дочь племянницы по материнской линии Николая. Длинные языки болтали и об ином происхождении Софии. Она могла являться бастардом самого Ланцова. Какой же наглости набрался король, держа это дитя под сводами дворца и при этом выбирая себе будущую королеву! Так закончились мечты Софии о салочках и хороводах. Самое обидное, что ей некому было пожаловаться, бежать и плакаться в материнский подол юбки. Поэтому приходилось справляться самой. — Да никакая она не аристократка, — крикнул всё тот же мальчик, пробегая мимо Софы. Девочка крепче сжала венок, оставив очередную колкость без внимания. Где-то вдалеке за ней наверняка пристально следила нянечка. Со стороны казалось, что тройка ребят спешит к Софии, чтобы поиграть. Дана, Митя и Эрик заговорчески обступили её. Она знала каждого из них. На одной из прогулок Софии чётко дали понять, что она лишняя в их кругу. Поэтому ей ничего не оставалось, как наблюдать тайком со стороны за их играми. Дана, Митя и Эрик — настоящие задиры, к тому же на пару тройку лет старше её. — Корона для королевской зверушки! — Дана выхватила венок из рук и торжественно надела Софии на голову. Из незаконченного края начали выпадать цветочки. «Нужно не нарушать правила», — звучал голос в голове. — Никакая она не принцесса! Король Николай не её отец, — не унималась Дана. — И что с того? Какая вам разница? — не выдержала София, вскочив на ноги. — Мы видели, как ты возле него бегала сегодня на приёме, — расплылся в отвратительной улыбке конопатый Митя. — Думаешь, он возьмёт тебя в царскую семью? — У короля будут свои дети, а о тебе все забудут, — подначивал Эрик. — Вышвырнут, как дохлого хомячка! Выкрики со всех сторон больно жалили. Почему именно сейчас они так взъелись? Что плохого она им сделала? Назойливая тройка не переставал гудеть, выдумывая новые колкости. София не могла внятно ответить ни на один вопрос. Она просто не знала. Как тут защищаться? В глазах помутнело от нахлынувших слёз, а нос защипало. — Она ещё и ревёт! Тройка вновь разразилась громким смехом. — К кому побежишь жаловаться? В этот раз они перешли черту. Обиду и страх поглотила злость, какой София раньше не испытывала. Она расплывалась до самых кончиков пальцев, затуманивала разум и все наставления. Новое чувство стало осязаемым, девочке стоило лишь протянуть руку к нему. — Хватит! — рявкнула Софи. Ладони инстинктивно соединились в плавный хлопок перед лицом. Вместе с тем Дана, Митя и Эрик один за другим пронзительно завизжали. Дети тёрли широко распахнутые глаза, налетали друг на друга, спотыкались, падали. Среди воплей слышались истеричные причитания. — Мамочка, я ничего не вижу, — заныл Эрик. — Я боюсь темноты! — Выпустите меня отсюда, пожалуйста! — Дана упала, потянув за собой Митю. — София перестань. — Кто-то бежал к девочке. — Отпусти их! Тёплые ладони легли на запястья Софы. Волна злости стала постепенно отступать. Стало спокойно и умиротворённо.

***

Поздним вечером развеселённые гости начали разъезжаться по своим домам. В это время собрание Триумвирата находилось в самом разгаре. — В следующий раз всё может быть намного хуже, — неутешительно заверил Давид. — Следующего раза не должно быть! — тут же среагировала Зоя. — Будет, как только она столкнётся с внешним раздражителем. — Нина сказала, что София довольно долго общалась с компанией ребят, — начала Женя. — Они бегали, смеялись — ничего особенного. Потом Нина услышала крики и сорвалась из укрытия. Если бы всё произошло в будний день, то сложностей оказалось бы гораздо больше. Визги детей, пусть и громче обычного, несильно встревожили излишне оживлённых посетителей сада. Впервые Нине доверили серьёзное задание. Сердцебитка не могла подвести своих командиров и быстро успокоила напуганных ребят. Конечно, больше всего она волновалась за Софию, но девочка почти сразу потеряла сознание. Вероятно, резкий всплеск энергии забрал всю силу. Скорее всего, дети о чём-то спорили, и Софа, сама не зная, что творит, применила скрытые способности. Так бывает, когда заканчиваются аргументы и одновременно начинают чесаться кулаки. С тех пор как София стала чаще покидать стены дворца, к ней приставили Нину. Она тайком следила за девочкой во избежание подобных ситуаций. Сердцебитка была единственной, кому Триумвират доверил тайну, поэтому приходилось действовать на расстоянии и не контактировать с Софией, чтобы не вызвать подозрений у остальных гришей. — Мы можем ввести её в состояние принудительного сна на первое время. — Что? Давид, даже не думай о таком, — категорически отрезала Женя, не веря своим ушам. — Не время для сантиментов. — Зоя сохраняла трезвость мысли, но на самом деле волновалась не меньше портнихи. — Есть ещё варианты? — Попробовать нейтрализовать её силы с помощью световой установки, но не могу сказать, как это отразится на её здоровье. — Вы вообще понимаете, что говорите? — Женя покрылась румянцем от возмущения. — Собираетесь ставить над ней эксперименты? — Эксперимент мы начали ещё два года назад. После слов Давида зал погрузился в тишину. Они так и не пришли к единому решению. Одно предложение было хуже другого, но в конечном итоге выбор неизбежен. Пока София мирно спала у себя в спальне под чутким наблюдением Нины, в Малом дворце решалась её судьба. — Что вообще думаешь ты? — переключилась шквальная на Николая. За время собрания Ланцов оставался немногословным. Зоя решила повременить с расспросами и сарказмом до принятия решения. Будто по щелчку пальцев Николай быстро оживился, надев привычную маску уверенности. — Во-первых, прислуга удачно перебрала шампанского на банкете. Только представьте, как трудно пришлось бы Нине, одурачивать воспоминания десятка человек. Признаться, даже у меня вышло бы с трудом. — У тебя будет шанс, через день-другой попробовать свои силы вместо Нины, — заметила Зоя. — Как раз про это. Давид, расскажи подробней о состоянии Софии? — Проявление способностей без предварительного тестирования уже говорит о достаточной силе. В остальном развитие проходит стабильно, соразмерно с темпами её роста. Но, учитывая их быстроту, у окружающих могут появиться новые вопросы. Думаю, в скором времени нам придётся отлучить её от дворца. — В таком случае выбор у нас невелик. — Николай откинулся на спинку стула, решив головоломку. — Есть кое-что ещё. — П очник помедлил, подбирая слова. — У вас и Алины была связь с Дарклингом. Через неё он мог общаться и… управлять вами. Есть вероятность, что через неё София сможет узнать о Дарклиге и своём происхождении даже больше, чем мы сейчас. — Дарклинг мёртв, — вмешалась Зоя, больше убеждая себя в этом. — И всё же, тени — редчайшая и неизученная сила. Она может хранить информацию о прежних носителях. После очередного заявления, дело снова зашло в тупик. — Что ж, — прервал паузу Николай. — София — гриш, а значит, будет обучаться наравне с остальными. Все удивленно уставились на Ланцова. Это предложение было самым рискованным. Никто не решался выдвинуть его, заранее зная, что оно обречено. Похоже, одна бескрайняя уверенность Николая так не считала.  — Ты сейчас серьёзно хочешь явить Равке нового Заклинателя теней? — Шквальная скептически выгнула бровь. — Удивлю тебя, но народ от прежнего ещё не оправился. — Пусть пока занимается отдельно. Нужно изучить её способности в спокойном состоянии, а не дожидаться, когда нечаянно ослепнут все во дворце. Николай покосился в сторону Давида с Женей, поручая им эту задачу. Портниха сразу утвердительно закивала. Распоряжение было на грани безрассудства, но для Софии представляло лучший вариант. Король откашлялся в кулак. Только Зоя по соседству смогла заметить нервную улыбку, которую Ланцов прятал в этом жесте. Шквальная тяжело выдохнула, ожидая новой глупости. — София юная, но достаточно смышлёная, чтобы начать задавать вполне логичные вопросы, особенно после сегодняшнего. Придётся рассказать ей правду. — Может, ещё рано? — заволновалась Женя. — Зная Его величество. — Зоя с усмешкой скрестила руки на груди. — Правду он преподнесёт изощрённей любой лжи. — Ничто так не помогает лавировать правдой, как жизнь во дворце с рождения и навыки переговоров, милая Зоя, — как всегда, отшутился Николай. Ближе к полуночи кипы бумаг в два раза больше обычного грозно нависали над королём Равки. Он осушил бокал с бренди и снова вернулся к записям. Торговый договор с Керчией, снижение напряжения между Равкой и Фьердой, как на такую политику отреагируют Шухан и Новый Зем — эти темы постепенно становились головной болью для Николая. Страна оказалась зажата между стаями голодных собак, жаждущих разорвать её на части по кусочку каждой. Кому, как не хитрому лису, заставить их кусать собственные хвосты. Умножали шансы на успех и члены Триумвирата. Верные Равке и королю, гриши превосходили сами себя в поисках новых путей по сохранению шаткого мира. Николай снова налил полбокала и сразу выпил, губы сильно защипало. Этим вечером мысли Ланцова настойчиво занимали иные вопросы. Как вышло, что он так привязался к маленькому существу, которое бросало его в дрожь всего два года назад?

***

— Сложно объяснить на словах, её нужно увидеть. — Думаешь, я хочу смотреть на это, Женя? — ответил Николай со всей серьёзностью. — Это невинный ребёнок, — с каждым словом получить благосклонность Ланцова становилось всё тяжелей. — Спроси с меня, если… ничего не получится. — Имеешь в виду, когда это существо одним прекрасным днём вонзит в тебя свои когти? С тебя уже достаточно спросили, или прошлый раз ничему не научил? Меньше всего Николай хотел упоминать шрамы Жени. Однако лишь они могли отрезвить её. Может, тогда портниха поймет, кому пытается сохранить жизнь. Девушка дёрнулась в сторону, скрывая лицо от неестественно холодного взгляда короля, но она стерпит этот укор и не отступит. Всё ради спасения одной маленькой души. — Я научилась смотреть страху в глаза и делаю это каждый день, когда вижу собственное отражение. — Женя решительно шагнула вперед из тени. Свет из широких окон подчёркивал каждое увечье на некогда идеальных чертах. Золотая вышивка в виде солнца ярко переливалась на повязке через лицо. — Советую вам сделать сегодня то же самое. Не дожидаясь ответа, портниха развернулась и стремительно вышла из кабинета. Николай остался наедине с собственными демонами. Шрамы были слишком свежи. Стоило прикоснуться — из них польётся чёрная жижа, которая месяцами отравляла нутро короля. След от монстра навсегда останется на теле и в душе Николая, но он уверял себя, что сможет с этим жить. Теперь же Ланцову под нос суют новое порождение Дарклинга. Николай злился на себя за слабость и восхищался Женей за её самоотверженность. Конечно, она уже многому научилась за недолгую по меркам гриша жизнь. Ланцов не имел права с ней так разговаривать даже в королевском амплуа. И вот вопреки собственным словам и убеждениям он стоял у входа в лабораторию.