Цепляясь за жизнь

      Они быстро зашли внутрь. На первый взгляд здесь никого нет. Пустые деревянные стены. Холодный каменный пол. Даже окон нет. Здесь ничего нет. Но обернувшись, они увидели пушистое животное, лежащее в углу без сознания. — Баркк!       Фэн У подбежала к нему и буквально рухнула на колени рядом с ним.       «Неужели он?.. Его?..»       Постаравшись отбросить неприятные мысли, которые мешают трезво рассуждать, она протянула к псу руки, чтобы постараться осмотреть его, и не обнаружила ничего. Баркк с виду был цел, и казалось, что он спит. Но этого не могло быть. Они достаточно долго ходили по дому, к тому же Фу Яо с ноги вышиб дверь… Если он спит, то его разбудит только пушка.       Фу Яо опустился на одно колено рядом с Фэн у и Баркком и начал прикладывать два пальца к различным точкам на теле животного, предельно сосредоточившись. Фэн У, кажется, поняла, что он делает. Фу Яо пытается определить состояние пса, нажимая на его акупунктурные точки. Считается, что эти самые точки находятся на так называемых меридианах, по которым движется жизненная энергия ци. Спустя несколько таких нажатий он нахмурился. Фэн У уже готовилась к худшему, но тут он внезапно сказал: — Он жив.       Фу Яо произнес это с таким лицом, словно расстроился и надеялся на обратное. Это не прошло мимо внимания девушки, так что она прямо так и сказала: — Ты с таким лицом это сказал, как будто уже собирался его похоронить, а тут такая проблема! Можно немного жизнерадостней? — Что? Сдался мне твой пес, — с недовольством ответил он. — Дело не в том жив он или нет, а в том — как его привели в такое состояние. — Чего? — не поняла она. Он закатил глаза и демонстративно нажал на несколько точек на теле животного, после чего Баркк медленно открыл глаза. Фэн У сразу переключила свое внимание с Фу Яо, на «спутника». Она принялась помогать ему приходить в себя: поглаживала (хотя знала, что он это не очень любит), придерживала, чтобы он не упал при попытке встать. Взгляд у пса был рассеянный и сонный. Он медленно встал на лапы, лениво осмотрел всех и все вокруг, некоторое время просто пялился в пустоту. Его взгляд так и говорил: «Я слишком стар для всего этого дерьма.» — Ты хотел сказать, что его вырубили, нажав на точки на его теле? — спросила девушка, продолжая гладить пса. А тому было слишком лень, чтобы выражать недовольство. — Да, — Фу Яо встал и прислонился плечом к стене, скрестив руки на груди. — Если это дело рук Сяо Ин, то возникает вопрос, как… — Как оболочка смогла провернуть такое? — продолжила она. Фу Яо кивнул.       «Я, конечно, не профессионал в местных волшебных трюках, но все же достаточно хорошо знаю, что возможности оболочек ограничены, каким бы сильным и могущественным не был их хозяин. В том, что Сяо Ин создал Цзюнь У, сомнений нет. Но неужели он настолько силен, чтобы научить оболочку таким трюкам, как нажатие на акупунктурные точки? Да даже не каждый человек сможет освоить эту технику!» — Мы выяснили, что на горе лично был Собиратель цветов под кровавым дождем. Еще мы обнаружили следы Лазурного демона в виде леса трупов, — продолжил рассуждать он. — Значит это был кто-то из них или они работают вместе.       «Ох, Му Цин, ты слишком много думаешь!» — Хуа Чэн здесь ни при чем, — возразила она. — Он… не ладит с Лазурным демоном и уж точно не стал бы ему помогать. — Ты в этом уверена? — Абсолютно. А насчет Ци Жуна пока не очень уверена. Так что давай не делать поспешных выводов, пока во всем не разберемся? — Парень, на удивление девушки, согласился и, отстранившись от стены, вышел из комнаты. Он подошел к тому огромному шкафу, который был в другой части дома, и теперь начал тщательно изучать его.       Девушка, перестав гладить Баркка, еще раз его осмотрела и, убедившись что он в состоянии ходить, присоединилась к Фу Яо. Тот поочередно доставал комплект одежд и каждую из них рассматривал, хмурясь все больше и больше. — Что-то не так? — спросила Фэн У. — Качество одежды… Слишком хорошее, — задумчиво сказал он.       Девушка наугад взяла что-то из шкафа и принялась также рассматривать, чтобы понять, что имеет в виду парень. Непонятно везение это или нет, но именно в этой вещи была дыра, причем немаленькая. Это оказались какие-то штаны, а ткани не хватало на коленке. Она протянула их Фу Яо: — По-твоему, это хорошее качество?       Он отставил то, что было у него в руках, взял протянутую вещь, быстро рассмотрел со всех сторон и ответил: — Посмотри, они выглядят как новые. Да, их кто-то носил, но точно не до дыр, так что остается вопрос как ее можно было сделать. Вот тут швы не растянуты. А вот тут цвет такой ткани при частой носке уже должен был выцвести. Кто-то специально пытался придать им потрепанный вид, но у него это не получилось. Еще…       Он говорил так уверенно, что даже не оставалось сомнений в правдивости его слов. Однако Фэн У слушала его рассуждения и… всё. Правильно он рассуждает или нет — ее на несколько секунд перестало это волновать настолько, что она не воспринимала сказанное им. Но то, с каким завидным профессионализмом он это делает, невольно вызвало глупую улыбку у нее на лице. Но она вовремя себя отдернула, когда он вдруг на нее посмотрел, и приняла задумчивый вид, кивая на его доводы. — Есть идеи? — наконец спросил он. Фэн У поняла, что благополучно прослушала большую часть объяснений и не совсем понимает о чем ее спрашивают. Стараясь не подавать виду, она бросила: — Сначала ты. — Хм, мне кажется, что это просто костюмы. — Как для спектакля? — продолжила девушка, выйдя из кокона своих рассуждений. Фу Яо кивнул. — Как забавно, хе-хе, — она еле сдержала смешок, представив, как Цзюнь У подходит к своему шкафу и выбирает что бы ему надеть. Модный приговор на древнекитайский лад.       Они пришли к выводу, что кто-то следил за ними, постоянно меняя свой облик. К сожалению, одежда в шкафу не имеет отличительных признаков, за исключением мнимой изношенности. Почти каждый в деревне такую носит, так что не получится определить кто из жителей был импостером.        Му Цин по духовной сети приказал людям из своего дворца забрать всю одежду на Небеса и передать Линвэнь. Фэн У, конечно, предполагала, что Цзюнь У наверняка удивится тому, что его гардеробчик обнаружили, и скорее всего очень захочет знать подробности. Но она решила, что будет решать проблемы по мере поступления. Она слишком устала, чтобы пытаться думать наперед, а учитывая объем новеллы со всеми его сюжетными поворотами и многоходовочками — ей для этого нужен целый день и очень толстый блокнот. Цзюнь У точно поймет, что что-то идет не так, а вот когда — это вопрос времени. А пока у Фэн У есть возможность только пытаться предугадать его действия здесь и сейчас.       Закончив осмотр и не обнаружив больше ничего особенного, они вышли из дома и направились в храм. Бедный Баркк все это время молча плелся за ними. Он не издавал ни звука, а то, с каким выражением он смотрит на всех, заставляет Фэн У не не шутку поволноваться. Из-за того, что рядом Фу Яо, она не может с ним поговорить, но девушка пообещала себе, что расспросит обо всем как только с этой аркой будет покончено. — Я не мог ошибиться! — донесся из храма голос Се Ляня. Это был не крик, а скорее просто фраза, сказанная громко на эмоциях.       Фэн У и Фу Яо, которым оставалось до входа в храм несколько метров, настороженно переглянулись и побежали внутрь, чтобы узнать что произошло.       Там они застали принца и Нань Фэна. Оба были встревоженными и нервными. Хуже выглядел Се Лянь. Растерянный и совсем слегка тревожный взгляд (хотя девушка знала, что он очень усердно держится), побледневшее лицо. Если присмотреться, то можно заметить, как под длинными рукавами свадебного одеяния руки принца еле заметно подрагивают. — Что случилось? — привлек к себе внимание Фу Яо. — В чем ты не мог ошибиться?       Принц и Нань Фэн теперь переключили своё внимание на прибывших. Последний уже собирался ответить, как Се Лянь подорвался с места и направился к Фэн У. Встал прямо перед ней и без церемоний спросил: — Он вернулся?! — вопрос вышел слишком резким, и Се Лянь это понял, когда увидел растерянное лицо девушки и недоуменные лица своих помощников. Так что, откашлявшись, он спросил еще раз, но уже немного спокойнее: — Я правильно понимаю, что ту пустую оболочку послал… послал… — голос слегка дрогнул. — Ваше Высочество… — обратилась к нему Фэн У, но он ее перебил: — Неужели он вернулся? Нет, не может быть, ведь так? Ха-ха-ха… — Ваше Высочество… — снова окликнула она его, но уже чуть громче, однако принц все равно был как-будто не здесь. — Чушь какая-то! Владыка его убил! А что если?.. — Се Лянь! — принц наконец замолчал и как будто пришел в себя. Голос девушки прозвучал громко и строго, и создалось впечатление, что она злится на Се Ляня. Поэтому она поспешила оправдаться: — Извини, но ты не отзывался, так что пришлось по имени тебя звать. Кто ж знал, что на него ты отреагируешь? — Не страшно. Я тоже был не совсем в себе. Прошу прощения, — неловко сказал он, уже немного успокоившись. — Не извиняйся. Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, и я все объясню. Но только, пожалуйста, успокойся. — Я спокоен. — Ага, по тебе видно, — с сарказмом заметил Фу Яо. — Так что произошло? И где парень с бинтами? Я думал, что ты был с ним. И кто, черт побери, вернулся? — Я все сейчас объясню, но для начала, если вы не против, давайте сядем, я вас прошу! — взмолилась Фэн У. — Если вы не забыли, то я тут единственная смертная! — не дождавшись ответа, она собрала остатки сил и доковыляла до постамента, на котором в прошлый раз сидело Сяньлэ-трио, когда их увидел Баркк. Тот, кстати, уселся лежать рядом с девушкой. Его взгляд все еще не выражал ничего. Фэн У с трудом устроилась поудобнее и недовольно проворчала: — Почему в храме нет мест просто для того, чтобы посидеть? Что, надо приходить сюда только для того, чтобы встать на колени и молиться? Может, я просто хочу отдохнуть. Передайте своим генералам мою претензию, пожалуйста, — она обратилась к Фу Яо и Нань Фэну. Те в свою очередь оба недовольно нахмурились со скрещенными на груди руками. — А ты, Ваше Высочество, возьми на заметку. И вообще, я считаю лучше несколько маленьких храмов, построенных с душой, чем три тысячи жутко неудобных. А еще, — продолжила она свои жалобы, — учитывая, что я спала на полу, было бы неплохо установить спальные места на будущее для путников, которым временно некуда идти. Да даже простой циновки хватит. Лишь бы не на холодном полу. — Храм — место для молитв, а не прибежище бездомных. Для ночлега есть постоялый двор, — высказался Фу Яо. — Какой ты умный, — с сарказмом ответила девушка. — А деньги откуда брать? А если будет как здесь — место, где поблизости нет постоялых дворов? Что прикажешь делать? На улице спать? А может помолиться? — она кивнула головой на статую Божества позади себя. — Без обид, но я не слышала, чтобы какой-нибудь Бог при молитве дарил крышу над головой. Если такой появится — дайте знать.       Со стороны казалось, что девушка валяет дурака. Действительно, как при такой ситуации можно найти время на недовольство такими пустяками? Хотя, сказать по правде, ее жалобы были относительно искренними. Приобретенный опыт показал неудобство храмов для таких бродяг как она. Мир стал бы чуточку лучше, если бы Боги заботились о таких мелочах.       Так, к чему все это? Вся эта сцена нужна была Фэн У для того, чтобы потянуть время и придумать что сказать Се Ляню. Если в оригинале нахождение юноши на горе Юйцзюнь не связывали ни с кем, то здесь Фэн У чуть ли не напрямую сказала: «Смотри, у пацана поветрие ликов! Ваше Высочество, угадайте с трех раз кто подослал оболочку приглядывать за ним для тебя? Есть два варианта: Белое Бедствие или Безликий Бай. Кого ты выберешь?» Изначально она и правда планировала как можно раньше открыть принцу вторую личность его многоуважаемого Владыки, чтобы не тянуть кота за хвост и быстрее, так скажем, одолеть главного Босса, но она не учла одного — Се Лянь не готов. Он только вознесся, у него на Небесах еще нет союзников (два балбеса не считаются), он еще не познакомился с Хуа Чэном (хотя бы в образе Сань Лана). Да и учитывая то, как он сейчас напряжен просто от мысли о том, что тот, кого он боится больше всего на свете, вернулся, его психика явно не выдержит. Стоит открыться, что Безликий рядом — Се Лянь сойдет с ума. — Ладно, не спорьте, — вымученно сказал принц. — Нам надо обсудить кое-что важное. — Да что произошло-то?! — не выдержал Фу Яо. — Парень с бинтами на лице сбежал, — ответил вместо принца Нань Фэн. — И у него поветрие ликов.       Фу Яо на секунду застыл, пытаясь обдумать и переварить его слова. Затем обратился к Фэн У: — Ты знала об этом? — Ну… Я предполагала, — начала она. — Я эту болезнь никогда не видела и понятия не имею как выглядят ее симптомы. — Но как это возможно? Поветрие истребили несколько сотен лет назад. Оно не могло возродиться вновь. Только если… — Только если не вернулся тот, кто может его наслать, — мрачно продолжил Се Лянь, после чего обратился к девушке. — Я ведь прав? Он вернулся? И оболочку послал тоже он? — Нет, ты не прав, — ответила Фэн У настолько уверенно, насколько могла, чтобы даже себя в этом убедить. Все трое вопросительно на нее посмотрели, явно ожидая пояснения. Девушка не стала тянуть (чтобы не забыть, что она успела придумать) и продолжила: — Начнем с того, что он не единственный, кто может наслать поветрие ликов, — она сказала это, смотря прямо в глаза принцу, чтобы он понял намек. Если судить по сузившимся зрачкам и дрогнувшим пальцам на руке, то ей это удалось. Не хотелось, конечно, бередить старые раны, но Фэн У должна показать, что знает такие малоизвестные, а если быть точнее — почти никому неизвестные факты из жизни Се Ляня. Так она больше убедит его в том, что у нее есть «дар», которого на самом деле нет. — А кто еще? — спросил Нань Фэн. — Это не важно. Просто знайте, что такой человек есть. Но сразу говорю, что это не он создал оболочку. Идем дальше. Как ты уже отметил, Ваше Высочество, он был убит много лет назад, — продолжила она. — Так что мы можем смело про него забыть и желательно больше не вспоминать. Теперь о мальчике. На его лице были прямо лица?.. — неуверенно спросила она, не зная как сформулировать вопрос. — Да. Кроме того, оно покрыто шрамами от ожогов. Скорее всего он пытался сжечь эти жуткие лица. — Значит, смею предположить, что юноша не простой смертный и скорее всего живет на свете уже несколько сотен лет, — заметил Нань Фэн. — Но сейчас главное не это. Лучше скажи: его болезнь все еще заразна? — Нет, — уверенно ответил принц. — Он уже достаточно долго живет в этих окрестностях, но тем не менее больше зараженных кроме него здесь нет. Вероятно, он уже… излечился от недуга. Но шрамы свести уже не выйдет. — Все верно, он излечился, — подтвердила Фэн У, как бы давая принцу понять, что тоже знает, как можно от этой болезни излечиться. — А теперь давайте подумаем, кто мог сохранить этот кусочек прошлого для того, чтобы насолить Его Высочеству? Я дам вам подсказку, — она театрально откашлялась, сцепила руки в замок и, приложив их к груди, со всем приторным «обожанием», что в ней было, воскликнула, глядя на Се Ляня: — «Мой Царственный брат!»       Се Лянь то ли от внезапности, то ли от осознания того, о ком идет речь, аж вздрогнул. На его лице постепенно отразились обреченность и усталость в коме с раздражением. Он начал медленно массировал точку на лбу и делал это настолько долго, что девушка уже решила, что он расковыряет там дырку. Но нет — там остался всего лишь красный след.       Раздражение отразилось и на лицах помощников принца. Если не знать, что они притворяются незнакомцами по отношению к Се Ляню, то можно реально понять, что эти двое явно не по наслышке знают того, о ком идет речь. Фэн У всегда знала, что актеры из них никудышные, но чтоб настолько? А потом еще и удивляются как Се Лянь их узнал. — Ци Жун… — вздохнул Се Лянь. — Именно!       «Прости меня, Ци Жрунчик! Я тебя очень люблю, но ничего личного, правда. Тебе одним злодеянием больше, одним меньше. А Се Ляню какое-никакое спокойствие на время.» — То есть Лазурный Демон Ци Жун — это тот самый Ци Жун? Я имею в виду родственник Его Высочества? Он стал демоном? — уточнил Нань Фэн. — Именно так. Твой двоюродный брат, — она обратилась к Се Ляню, — преподнес тебе «подарок». Все сходится. У него ведь достаточно высокий ранг для создания более менее убедительной оболочки и есть связь с тобой. Я считаю, что все логично, — Се Лянь слушал все это и устало потер на этот раз не лоб, а виски. Все, они поверили! Девушка незаметно выдохнула с облегчением. — Но ведь Ци Жун относился с обожанием к Его Высочеству. Я бы даже сказал с одержимостью. Постоянно тащился за ним, косо смотрел на каждого, кто разговаривает с его братом. А сейчас он его ненавидит? — спросил Нань Фэн. На недоуменный взгляд Се Ляня, он, откашлявшись, оправдался: — Фэн Синь рассказывал.       Фэн У захотелось стукнуть себя ладонью по лбу. Нелепее оправдания не придумаешь… Но побесится она потом. Вопрос-то был задан ей, так что надо отвечать: — Как вам известно, — начала она, стараясь тщательно подбирать слова и не сильно давить на больное, — после падения государства Сяньлэ гнев народа обернулся против королевской семьи. Честно говоря я не знаю чем конкретно Ци Жун занимался в тот период времени. Но могу сказать, что он разочаровался в своем брате и теперь всё его обожание превратилось в лютую ненависть. Вот так вот. — Однако, — задумчиво протянул Фу Яо, — каким бы сильным не был демон, способности оболочки ограничены. — К чему ты клонишь? — не совсем понял Се Лянь. — Мы выяснили, что Сяо Ин — оболочка. Но как в таком случае она смогла… Ну… — он смотрел на Се Ляня, но не мог сформулировать свою мысль, однако Нань Фэн, кажется, понял и решил предположить: — Как в таком случае оболочка смогла накрасить и сделать прическу Его Высочеству? — сказав это он замолк и замер. Замерли и Фу Яо с Се Лянем. Фэн У, которая знала, что на самом деле здесь был не Ци Жун, а Цзюнь У, замерла вместе с ними. Все четверо медленно переглянулись и с минуты сидели в тишине, белые как одеяния Безликого. Было настолько тихо, что отчетливо можно было услышать посапывание пса, про которого благополучно забыли. А потом как по команде все резко передернулись, словно увидели что-то неприятное. Хотя, почему «словно»? Кажется, они как раз представили Ци Жуна (и Цзюнь У…) в образе милой девушки Сяо Ин, делающего макияж и прическу принцу. Если у божественного трио на это такая реакция, то что будет, если они узнают, что это дело рук Безликого? Групповой сердечный приступ, не иначе. А у Фэн У, кажется, психологическая травма… уже… — Что ж… Думаю нет необходимости описывать эту подробность в докладе для Лин Вэнь, да? Хватит и того, что Ци Жун просто был здесь, согласны? — неловко посмеявшись, начал Се Лянь, чуть ли не с мольбой смотря на своих помощников. — Согласны, — неожиданно для самих себя одновременно ответили Нань Фэн и Фу Яо. — Кстати о докладах, — вдруг спохватилась Фэн У. — Пожалуйста, не упоминайте мои способности. А лучше вообще про меня не говорите. Помните, что моя способность угроза для многих Небесных Чиновников, что автоматически подвергает меня опасности. — Младший Генерал Пэй уже наверняка упомянул тебя, — объяснил Се Лянь. — Но он не знает про дар, а мы не будем о тебе слишком сильно распространяться, не переживай, — он успокаивающе улыбнулся. От этой улыбки на контрасте с ранним волнением стало немного тепло на душе. Затем он оптимистично хлопнул в ладоши и обратился к своим помощникам: — Я думаю, что мы закончили. Можно возвращаться на Небеса.       Фу Яо, который время от времени бросал странные взгляды на принца, вдруг задал вопрос, который, кажется, волновал его намного больше, чем всякие трупы, оболочки и демоны: — Ты собираешься возвращаться в таком виде?       Се Лянь растерянно осмотрел себя: — Я до сих пор в этом? И в таком виде я беседовал с Младшим Генералом Пэем? Ох, что же вы не напомнили мне об этом? — Не было необходимости, — пожал плечами Нань Фэн. — Он не обращает внимание на то, как кто одевается. Даже если бы ты выглядел хоть десять раз необычнее, он бы не стал это ни с кем обсуждать.       Принц теперь уже спокойно выдохнул и ушел привести себя в порядок в комнату, в которой Сяо Ин (или Цзюнь У, или Ци Жун) его готовила. Нань Фэн, Фу Яо и Фэн У остались в главном зале у статуи Божества. Только парни уже не стояли, а сели на постамент радом с девушкой и Баркком. Тут нет ничего необычного. Они ведь весь день были на ногах и устали не меньше Фэн У. Но вот девушке от этого было не по себе. Эти двое то и дело кидали друг на друга неодобрительные взгляды. Девушке, которая как раз сидела между ними, казалось, что ее сейчас ударит током от их напряженных гляделок.       В этой неловкой и мучительной тишине вдруг донесся спасительный (как его назвала Фэн У) голос Се Ляня из комнаты: — Младший Генерал Пэй прекрасно держался. Он сумел сохранить спокойствие в сложившейся ситуации. — Не ведись на его мнимую любезность и учтивость, — возразил Нань Фэн, который на радость Фэн У, отвлекся от Фу Яо. — С ним не легко совладать также, как и с его предком. — Пэй Су — выскочка, который вознесся примерно двести лет назад, — решил вставить и свое слово Фу Яо. Кажется, выражать свое раздражение по отношению к кому-то, вместе с Нань Фэном ему нравится больше, чем постоянно донимать его. По крайней мере глаза у него горят. — Но благодаря своей жестокой натуре он очень быстро поднялся по карьерной лестнице. Когда Генерал Пэй его назначил, он едва достиг совершеннолетия. Ты знаешь, что он сделал в то время? — Нет. Что он сделал? — спросил Се Лянь, все еще переодеваясь в комнате. — Фэн У, а ты знаешь? — обратился Фу Яо к девушке. — Э… да, — растерянно ответила девушка, неожидавшая вопроса к своей персоне. — У меня… было видение на этот счет. Он, кажется, истребил целый город. — Верно. В общем, — подытожил Фу Яо, — на Небесах не найдется ни одного преданного союзника, там никому нельзя доверять. — Не преувеличивай, — возразил Нань Фэн. — Везде есть как хорошие, так и плохие люди. И в Небесной Столице немало тех, кому можно доверять.       Фу Яо посмеялся: — Немало небожителей, которым можно довериться? Ха-ха-ха! Это ты имеешь в виду своего Генерала? — А нет, девушка ошиблась. Когда речь зашла о Фэн Сине, то у Фу Яо глаза загорелись еще ярче. — Не знаю, что насчет моего Генерала, но твой Генерал точно в этот список не входит! — Так, стоп! — воскликнула Фэн У, после чего спрыгнула с постамента и встала перед ними, скрестив руки на груди. — Что за удивительная способность раздувать ссору из ничего? Честное слово, с вами так тяжело! А что касается доверия, то я согласна с Нань Фэном, — на это Фу Яо недовольно нахмурился и уже готовился ответить, но Фэн У поспешила пояснить, — я имею в виду, что на Небесах действительно есть те, кому можно доверять. — Например? — спросил принц. Се Лянь уже переоделся и вышел из комнаты в своих монашеских одеяниях и с доули за спиной. Весь макияж смыт, а волосы собраны в привычную прическу. Фэн У мысленно поразилась его скорости. Хотя, чего она, собственно, ожидала от Бога? — Например… — она задумалась, пытаясь вспомнить адекватных героев новеллы, — Повелитель Ветров, Ши Цинсюань, — уверенно ответила девушка. — Ему точно можно доверять. Могу ручаться. А еще Повелительница Дождя, Юйши Хуан. — А как же Владыка Цзюнь У? — полюбопытствовал принц.       «Ну ты и спросил… Этот дед занимает первые четыре места в списке тех, кому нельзя доверять. Еще четыре занимает наследный принц государства Уюн. Учитывая, что это один и тот же человек, то у меня для тебя плохие новости.» — Ну… У всех нас есть тайны и темное прошлое, — начала она, — однако… касательно него я ничего не видела. Не могу сказать точно, так что пока доверяй на свое усмотрение.       Конечно, ей бы хотелось намекнуть принцу на темную личность Цзюнь У, но если Владыка почувствует отстраненность своего «Сяньлэ», то огребет за это Фэн У. Пока что первые несколько томов Цзюнь У никому особо не навредил. И поэтому лучше к нему не лезть. — Что ж, в любом случае спасибо за советы. И за помощь в этом деле тоже спасибо, — принц тепло улыбнулся, и девушка не сдержалась и улыбнулась в ответ (хотя почему-то от каждой улыбки принца хотелось плакать).       Распрощавшись, они разошлись по разные стороны. Фэн У вернулась в храм, а Сяньлэ-трио на Небеса отчитываться перед начальством. Девушка понятия не имела насколько сильно изменится сюжет при таком развитии арки с невестами и пока что думать об этом не хотела ближайшие несколько дней. Голова болела от бессонной ночи, сильного голода и потраченных нервов на придумывание объяснений всей этой ситуации с поветрием ликов. Она мысленно поблагодарила Мосян за то, что в этой вселенной от лжи не растет нос, иначе она бы точно проткнула небесную столицу просто подняв голову.       Фэн У подошла к постаменту и помимо пса заметила кое-что еще — меч. Тот самый меч, который ей дал Нань Фэн. Кажется, после того, как она вскрыла оболочку, меч был выброшен ею куда-то в траву и благополучно забыт. Скорее всего это Се Лянь его принес и точно также про него забыл. Забыли про него и Му Цин с Фэн Синем. Короче, клуб анонимных склерозников. Слегка посмеявшись этой ситуации она взяла его в руки: — Неужели мне еще и с тобой таскаться? Не будь ты мечом Бога Войны, я бы тебя заложила. Хоть какая-то была бы от тебя польза. А так, тобой я могу только пугать прохожих и таких как Сяо Пэн. — Если тебя это успокоит, то твой внешний вид вгоняет в ужас ничуть не хуже меча, — раздался ленивый голос Баркка.       Фэн У отложила меч и обратила свое внимание на своего «питомца»: — А кто это у нас подал признаки жизни? Я уж думала, из тебя душу высосали, настолько обреченным и бесчувственным ты выглядел.       Баркк на это лишь встал на лапы, кинул равнодушный взгляд на девушку и лег обратно, но уже повернувшись к ней хвостом. — Эй, повернись к лесу задом, а ко мне передом. Давай обсудим что произошло? Расскажи, это ведь был он, да? — Если ты про истеричку в маске, то да, — мрачно пробурчал тот. — Я собирался тайком пробраться в дом Сяо Ин, но не смог придумать как сделать это незаметно, поэтому решил вернуться в храм. Но стоило мне отойти на несколько метров от дома, как меня позвала Сяо Ин и разрешила войти. Ну… я и вошел. Там увидел еще одну Сяо Ин. То есть их было две. И та, вторая, подошла меня погладить. Не знаю как не отгрыз ей руку… А надо было… В общем, я на нее зарычал, а она сказала той, другой Сяо Ин, что я буду мешать, если меня не убрать. Та кивнула и открыла дверь в комнату, в который вы меня нашли. Та Сяо Ин, которая хотела меня погладить, взяла меня за хвост и затащила в ту комнату. Когда я все же смог ее укусить, она разозлилась и пнула меня, после чего вырубила.       Хоть Баркк и выглядит так, будто не хочет, чтобы к нему лезли, но после того, как он все рассказал, пес немного оживился, словно ему стало легче. Теперь он перестал выглядеть нахмуренным и даже лег лицом к девушке. — Хм, а как он выглядел? Были лица на лице? Или он был в своей «фирменной» маске? — Он был в образе Сяо Ин. — Но тогда с чего ты взял, что это именно он? — Тогда я не знал, что это он, но послушав вас и узнав, что Сяо Ин, оказывается, оболочка, сложил два и два. — Вот как, — задумалась Фэн У. — Баркк, не обижайся, но я не понимаю почему он тебя не убил. Со стороны ты же обычный пес, а не человек. Неужели грозный Безликий Бай пожалел песика? — Понятия не имею. И знать не желаю. — Ты прав. Главное, что ты жив. Не знаю что бы я без тебя в будущем делала, на самом деле, — она погладила его и на этот раз он недовольно фыркнул на приливы ласки. Его раздражимость на такую ласку стало чем-то очень родным. — Кстати, я очень хочу тебе рассказать о том, что произошло на горе. Сюжет просто с ног на голову перевернулся!       Фэн У немного отошла и принялась во всех деталях описывать свои приключения. Она активно жестикулировала руками, стараясь как можно ярче обрисовать в воздухе детали. Не скупалась она и на события и разговоры и чуть ли не каждый диалог пересказывала. Девушка также высказала некоторые свои догадки и детали сюжета, которые она раньше не замечала. Не забыла и про опасения насчет того, что, возможно, разговаривала с Цзюнь У, который был в другом облике.       Вся эта информация вылилась на бедное животное, которое от каждого изменения в сюжете хотел плакать. Он-то думал, что просто будет ходить рядом с Фэн У, иногда вставлять свое мнение, послушно исполнять роль карты. Но все надежды безнадежно разрушились. Мало того, что в первый же день они спали на полу буквально в Богом забытом храме, так еще обеспечивать Баркка питанием никто не торопился. За сутки одна несчастная булочка, которую просто вспоминать уже было больно. Прибавьте к этому паранойю по поводу того, что Цзюнь У начнет за ними следить. Баркк боялся Безликого не меньше, чем Се Лянь или Фэн У. Особенно после недавней стычки. Хоть бедствие и было в образе Сяо Ин, но впечатление оно оставило плохое, до сих пор брюхо от удара побаливает… Короче говоря: он успел сто раз пожалеть, что пришел в этот мир вместе с Фэн У. — Продуктивный… у тебя вышел день… — только и выдавил он.