Жизнь ради янтарных глаз.

- Синь?.. Уставившись на улыбающегося парня, Чунь вновь повторил его имя. А затем ещё раз. Он не верил, что тот сидит перед ним, не верил в реальность происходящего. Казалось, что это счастливый сон с отрывками глупых надежд. - Чунь, чего эт-.. Экзорцист упал на Син Цю с объятиями, не дав тому полностью задать вопрос. Ему хотелось ощутить тепло, почувствовать родной запах друга, понять, в конце концов, что тот реален. Да, это была реальность. Но никакого тепла не было, а прошлые уютные нотки аромата заменил приторный незнакомый запах. В какой-то момент показалось, что Чунь обнимал не живого человека, а куклу, похожую на те, что обычно выставляют красоваться на витринах дорогих магазинчиков. В определенной степени, это позволило разочароваться. Разочароваться и испугаться. На плечо Цю упала жгучая слеза, быстро впитавшаяся в тёмную ткань одежды. Чунь Юнь хранил молчание, не находя надобности в словах, он лишь крепко обнимал худое тело, прижимая к себе, точно не собираясь отпускать. Сладкие слова были и вправду не нужны, чтобы понять всю боль и всю тягость навалившихся проблем. Цю, практически незаметно хихикнув, приобнял парня за дрожащие плечи, уткнувшись тому в шею. - Ей, малыш, спокойно.. Убрав правую руку с плеча, Цю подвёл её к мокрой щеке экзорциста, где кончиками пальцев вытер скатывающуюся слезу и, незаметно для самого Юня, ласкового улыбнулся. - Сейчас всё хорошо, посмотри, Чунь. Нежно коснувшись подбородка экзорциста, парень приподнял его вверх. - Сейчас всё хорошо.. Мутным от слез взглядом экзорцист посмотрел в лицо Цю. Его уголки рта были слегка приподняты вверх, отчего улыбка показалась неестественной, абсолютно непохожей на ту, что видел до этого Чунь. Глаза были полузакрыты точно как у человека, желающего поскорее вздремнуть. Это напоминало другую, совершенно незнакомую личность, которая не видала ни любви, ни стремления в этой жизни. Но даже так в Син Цю оставалась всё та же незаменимая деталь: взгляд. Всё тот же глубокий светлый и полный яркости взгляд янтарных глаз. Да, Цю казался сейчас другим и далёким, но его взгляд с тем игривым огоньком внутри всё же был при нём. И именно этот огонёк, как и раньше, дал сейчас сил Чунь Юню. Больно и сложно смотреть на изменившегося друга. К тому же изменившегося так резко и без причин. Но где-то внутри это был всё тот же его любимый мальчик, с такими же интересами и мыслями. Фразу «глаза – зеркало души» все ведь хоть раз слышали? Именно этой фразой хотелось бы описать всё, что здесь происходит. Утопая во взгляде Цю, экзорцист понял для себя одну важную деталь окончательно. Никто и ничто не должно навредить жизни Син Цю. Никому и ничему не должно быть позволено, уничтожить его ясный взгляд. - Чунь, тебе не кажется, что ты слишком горячий? - Но я же больше на ледышку смахиваю.. Экзорцист и вправду не ощущал никакой теплоты в своём теле, как и раньше, он оставался таким же. Ни больше, ни меньше. - Знаешь.. Приподняв чёлку Син Цю, Чунь ненадолго прижал губы к его ледяному лбу. Теперь было сложно сказать, кто из них больше походил на ледышку, учитывая, насколько неестественным был холод, исходящий от тела Цю. - Не я тут горячий, а ты мерзлоту излучаешь. Замёрз ведь?.. - Хе, совсем нет. - Ты ведь заболел.. Может я тебе доктора найду? - Ну нет, мы обойдёмся и без них. Жалобно посмотрев на друга, который теперь был точно ледяной фигурой, экзорцист чуть приподнял одеяло, накинутое на Цю. Согревать этого своенравного было здесь нечем, ибо тёплые вещички были уж точно не по душе самому Юню. - А давай ты полежишь немного здесь, пока я найду тебе что-нибудь уютное и тёплое?.. - Мх, если тебе от этого будет легче, то делай так, обеспечивающий меня мальчик. - Мог бы и хоть раз без иронии.. Стараясь скрыть улыбку и красный румянец от глаз друга, которые всё же проявились от приятных колкостей, экзорцист, мигом встав с кровати, стянул с себя белую кофту с капюшоном, откуда выпала книга. - А?.. Ты всё ещё здесь? Глухим звуком книга упала на пол. - Ха-ах, кажется, ты меня преследуешь уже всю дорогу.. Накинув на Син Цю уже снятую кофту, дабы тот помедленнее замерзал, Чунь поднял знатно надоевшую книгу. Закинув её наверх шкафа, парень, тяжело вздохнув, молча вышел за дверь. Как ни странно, был почти полдень. Весь город вновь наполнен работой и обычной суматохой. В такие моменты кажется, будто ты один живой человек и только у тебя есть настоящие чувства, проблемы, интересы, а остальные лишь серая масса громадного механизма, созданная, чтобы ты не сошёл с ума в этой сложной системе. И сейчас Чунь бежал к какой-то маленькой лавке с вещами, совершенно не ощущая этот мир и людей, живущих здесь. Они все больно далеки и типичны. - Здравствуйте. Чуть более эмоционально, чем обычно, экзорцист поздоровался со старой женщиной, выполняющей здесь роль продавца. - Вся мора, что есть, только дайте побольше одеял и чего-нибудь ещё тёплого, пожалуйста. Женщина, забрав валюту, не спеша стала подбирать и упаковывать товар, а затем также медленно отдала его в руки Юню. - Удачи, малец.. - А, д-да, спасибо. «Удачи?» Что уж, а она ему явно бы не помешала сейчас. Только вот, кажется, что эта удача всячески старается избегать его обходными путями. - Главное спокойно.. Взяв в руки стопку тёплых одеял, Чунь Юнь быстрым шагом направился к своему дому, в спешке не обращая ни на что внимания. Стараясь быстрее оказаться на месте, он лишь по инерции успевал уворачиваться от идущих навстречу людей. Наконец дойдя до дома, экзорцист встал вплотную к двери, собираясь уже повернуть ручку, как неожиданный грохот заставил отдёрнуть ладонь. На гнетущие мысли не хватило времени. Резко открыв дверь, экзорцист вбежал в совершенно бесшумную комнату, будто никакого сильного удара и не было. Но больше пугало не это, а факт того, что Цю не было на месте, где он оставался до этого. - Син?.. Перемещая взгляд по комнате, Чунь пытался увидеть пропавшего друга. К его удивление, тот лежал на полу рядом со шкафом. Упавший стул рядом с ним давал понять, что именно Цю и вызвал тот внезапный грохот. - К-какого ты тут творишь?! Ещё больше запутавшись, перепуганный Чунь подбежал к парню, который, как казалось, совсем не мог двигаться. - Встать то можешь? Экзорцист, взяв под руки Цю, хотел уже поставить его на ноги, но тот, стиснув зубы, попытался вновь упасть. - Синь, пожалуйста, прекращай.. В ответ лишь попытка выскользнуть из рук. Настолько неудачная попытка, что было жалко наблюдать за этим. - Глупый, ты так поранишься ведь! Крепко ухватив ещё более худощавое тело, Чунь отнёс его обратно в кровать. Эта игра в бессмысленную молчанку напоминала экзорцисту вчерашнее поведение Цю. Он снова вёл себя странно без причин, снова делал всё, что вздумается, не слыша никого. И снова это произошло в тот момент, когда Чунь был где угодно, но только не рядом с ним. Попытки достучаться с помощью вопросов и ласковых слов закончились провалом. Притащив одеяла, которые так предательски были кинуты на пороге, экзорцист укутал в них ледяного Син Цю. Тот не сопротивлялся, лишь только отводил взгляд в сторону, всячески стараясь избегать любых зрительных контактов. - Тебе плохо?.. Может что-нибудь принести? Я сделаю всё! - Нет. Совсем сухое и отстранённое «нет» эхом отразилось внутри, задев что-то важное и хрупкое. Что-то, что экзорцист бережно оберегал всё это время. - Но я ведь просто хочу помочь тебе, Синь! - А мне не нужна твоя никчёмная помощь! С этой фразой Син, холодно и презирающе, посмотрел в глаза Чунь Юня. Без ярких красок во взгляде, без тепла и нежности. Один единственный отклик отчуждения виднелся в потухших янтарных глазах. По телу разлились тонкие струи холода, ладони взмокли, а вокруг всё потемнело от чёрных густых пятен. Сердце, набирая обороты, начинало стучать всё чаще и чаще, в горле появилось что-то тяжёлое и тянущее, отдающее горечью. Даже думать было сложно, всю голову занимали бесящие замешательство со странной деталью, не дающей покоя, но такой важная. - Книга.. Это из-за книги ты валялся на полу ведь.. Зачем она тебе? - Чунь Юнь, ты перегрелся что ли, причём тут книга? - Перегрелся? Серьёзно? Ты ведь последние два дня не похож сам на себя. Ты не можешь ходить, не можешь толком говорить, холодный как труп, показываться врачам отказываешься, а у себя дома появляться не хочешь! И к тому же ты умудряешься что-то скрывать от меня, а я.. К-как какая-то ненужная собака бегаю вокруг больного тебя, стараясь помочь! Разве моя помощь так мешает тебе, Синь? Разве я так.. Бесполезен для тебя?.. Капли слёз, падающие на деревянный пол, стали бесконечно катиться по щекам. Чунь не кричал, наоборот, говорил совсем тихо, будто уже успел сорвать голос. Ожидающе, со страхом в глазах, экзорцист кошачьими зрачками пилил озадаченного Цю. Смотрел и сам не знал, чего ждёт. Он не ждёт слов, не ждёт улыбки. Ничего не ждёт, но продолжает стоять, не слыша чего-либо. А Син смотрит, и снова непонятно куда. Смотрит и задыхается, пытаясь неудачно поймать хоть немного воздуха. Вроде что-то говорит, но стоящий напротив всё равно ведь ничего не слышит. Так и смотрят, пока один из них не начинает хвататься за горло, жадно стараясь вдохнуть. - Чунь, мне нужна книга. Пожалуйста.. верни мне эту книгу. - Книга значит? Значит, она тебе так важна. Ты ведь ради этой книжки с кровати самостоятельно встал, ничего мне не сказав, да? Подойдя к шкафу, экзорцист, резко схватив с самого верха злосчастный предмет, кинул его прямо в лежачего. Дальше новая молчанка. Один стоит у шкафа, следя за другим, а второй, быстро перелистывая страницы, что-то бормочет под нос, дыша из последних сил. - В ней ведь.. Ничего нет. Син Цю, совсем потерявшись, уставился в старый разворот. Даже со своего места экзорцист заметил, что этот мальчик стал дрожать, а на жёлтые страницы стали падать редкие слёзы. - Это ведь.. Конец.. Закрыв глаза и поймав последний вдох, Цю отключился. Можно было бы сказать, что он снова стал безжизненным телом, только вот его продолжало трясти. - Синь?.. Э-эй.. Твои действия уже начинают раздражать.. Подойдя к парню, экзорцист протянул руку за открытой книгой. Та выглядела совсем не изменившийся, такой же старой и никчёмной. - Хоть он и книжный червь, но ты то ему зачем?.. На мятых страницах красовались практически высветившееся символы, чем-то похожие на иероглифы. Некоторые страницы же были совсем пусты, а на некоторых красовались чёрные фигуры людей в странных позах, будто им было больно. И вся эта книга пахла странно. - Тот же приторный запах, что и у Цю.. Эту самую сладость экзорцист уловил ещё вчера, когда внезапно проснулся в Заоблачном пределе. Именно этот аромат был у Син Цю и книги, которую он взял с собой с той вершины. - Я скоро вернусь только, пожалуйста, дождись меня в своём сонном состояние.. Нежно поцеловав парня в лобик, Чунь вытер под его глазами остатки слёз. Прижав к себе книгу, экзорцист выбежал на улицу, слабо представляя, чего он теперь пытается добиться от всего этого.