Сага о семерых

      Утро Нефьи началось ещё до первых лучей солнца. Она давно приучила себя просыпаться ни свет, ни заря, чтобы разбудить прислугу и подготовить всё необходимое для Гая. Её муж не любил руководить ни хозяйством, ни герцогством, ни даже слугами, только своей гвардией, поэтому она взяла Ла-Манчию на своё попечение, лорд Брандт всегда был ей благодарен за это, а его благодарность была ей всегда особенно важна. Сейчас Нефья принимала в своих покоях поваров и отдавала им приказы о подготовке обеда для гостей и приближённых её супруга. О приезде лорда Лендривза она узнала первой и была на все сто уверена, что Гай пригласит друга к своему столу, но того что сир Годфри лично посетит её не ожидала. Младший лорд города Руассон постучался в приоткрытую дверь её покоев, чтобы обозначить своё присутствие. - Я уже отдала распоряжения, что-то случилось на кухне? - спросила расчесывающая свои волосы перед зеркалом Нефья. - Миледи, вы одеты? Могу ли я войти? - Лорд Лендривз! Я не ожидала вас, простите невнимательную, спутала вас с прислугой, конечно проходите. - поспешила исправиться Нефья. Голос лорда Лендривза был ей прекрасно знаком. Годфри открыл дверь покоев и поклонился леди Эпплтон. - Здравствуйте, миледи, прошу зовите меня просто Годфри, как ваше здоровье? Не скучаете ли в крепости? - На здоровье не жалуюсь, а Ла-Манчия уже давно стала мне вторым домом. А у вас как идут дела? Есть новости о Софии? - В Руассоне по милости богов всё спокойно, корнуоллские волнения до нас ешё не добрались, я к вам зашёл как раз из-за Софии, она просила передать вам письмо, чтобы лишний раз не тратиться на посыльных. - сообщил Годфри, вынув из нагрудного кармана конверт и передав Нефье, - Если надумаете написать ответ, я могу передать его, миледи, София будет очень рада. - Да, конечно, Годфри, думаю, Гай тебя очень ждёт, лучше идите к нему, а я пока прочитаю софиину весточку. - Как скажете, миледи. - согласился лорд Лендривз и, покинув покои Нефьи, осторожно прикрыл за собой дверь, чтобы не нашуметь лишний раз. Леди Эпплтон взяла с туалетного столика нож и вскрыла им конверт, в котором лежала аккуратная надушенная записка. София потратила много времени на написание послания, каждая буква была каллиграфически выведена, листок пергамента не был помят или испачкан чернилами. Нефья вышла на балкон и, сев в плетённое кресло, принялась за письмо. "Здравствуй, Нефи..." - Нефья улыбнулась. София называла её так в детстве, когда они гостили в имении старого лорда Эпплтона, - "Твоё внимание к моему здоровью и состоянию всегда греет мою душу, наша переписка - одно из немногих удовольствий, что для меня остались. Увы, спасские целители, которых привёз Годфри, оказались солидарны с нашими лекарями, исцеление невозможно, поможет только чудо, но я пока не унываю, Годфри не отчаивается, у него уже нашёлся новый план, он хочет отыскать некоего шамана с южного Спасса, про которого рассказывали целители, говорят, он с помощью игол и заклинаний лечит сломанные конечности, Годфри верит, что он может помочь, а я верю ему и стараюсь думать позитивно. Знаешь, Годфри очень помогает мне на захандрить, он всегда рядом, всегда так внимателен к моим нуждам, дарит мне всё ту же любовь, несмотря на моё нынешнее состояние, хотя я и не могу теперь равноценно ему отплатить любовью на любовь. Когда я упала с лошади и не смогла больше подняться, я думала, что всю оставшуюся жизнь теперь проведу прикованной к кровати, но Годфри старается приводить ко мне гостей, поэтов и музыкантов, на руках выносит меня в нашу придворцовую церковь, чтобы мы могли вместе помолиться, а недавно мы вместе катались в санях к моей матушке в Стрэтфорд, её и моего доброго господина отчима тоже очень беспокоит мой недуг, надеюсь, им стало легче, когда они увидели, что я продолжаю жить, а не жду освободительной смерти. Но меня всё же тяготит то, что из-за меня Годфри отказывается от полноценной жизни, от общения с друзьями и прежних развлечений, может без меня ему было бы лучше. В любом случае, поблагодари от моего имени лорда Гая, он воспитал из моего супруга настоящего рыцаря, во всех смыслах этого слова. Обязательно напиши мне, как у вас дела в Ла-Манчии, может случалось что-то интересное. Все твои прошлые письма я уже зачитала до дыр, надеюсь на новые. С сестринской любовью, твоя подруга, Софи." - Нефья даже прослезилась, пока читала это письмо. В каком-то смысле кроме сочувствия она испытывала и зависть к Софии, точнее к её браку. Нефья бы с радостью сломала себе спину, если бы Гай тогда стал любить её, как Годфри любит Софи, но знала, что это не сработает. Когда её брат Яков сказал, что она станет женой лорда Брандта, Нефи была счастлива. Гай был самым завидным женихом в Королевстве на тот момент: первый рыцарь страны, глава Ордена в прошлом и старший лорд в настоящем, к тому же, он всегда был хорош собой и, в отличии от многих других гвардейцев, его лицо не было изуродовано мечом, топором или стрелой, шрамы ложились на него благородно. До помолвки они виделись лишь однажды, когда Брандт после ухода из гвардии отправился вступать в наследство и посетил Стрэтфорд - столицу владений её брата, чтобы противостоять идее Якова о передаче герцогства малолетнему Ивару - бастарду племяннику Гая. Её сердце завоевали скромность, галантность и красота гостя. Нефья мечтала стать для него идеальной женой, но что-то пошло не так. Гай со временем становился всё холоднее к ней и уделял ей всё меньше времени. Сначала она страдала, потом злилась, но в итоге дошла до недоумевания. Нефья не могла понять, что не так? Почему муж её избегает? Она просила слуг следить за ним, думала что у него есть любовница, но нет, он хранил ей верность, в тоже время старательно уклоняясь от её чувств. Лучше бы он шлялся каждый день по борделям, этому можно было бы найти объяснение. Какое-то время Нефья терпела холод, но в итоге напрямую спросила у него, почему он относится к ней, как к мебели. Тот их разговор был особенным, из-за откровенности, которой они тогда достигли. Гай сознался, что просто не может полюбить, и из-за этого ему стыдно перед ней, он хотел подарить ей своё сердце, и логически и религиозно это было бы самым верным решением, но что-то мешает ему, а силой полюбить её у него не получится. Он вновь поклялся ей в верности и пообещал, что будет относиться к ней с должным уважением и впредь, но Нефья не приняла его клятвы и сказала, что если он когда-нибудь полюбит кого-то, она не станет чинить им препятствий, ей, конечно, не хотелось делить мужа с кем-то другим, но и эгоистично заставлять его хранить ей верность не хотела. С тех пор в их отношениях произошло некоторое потепление, несмотря на свободу, они не имели никаких интрижек на стороне, отношения между ними напоминали странного образа межполовую дружбу, в существование которой никто не верит, это конечно не в полной мере устраивало Нефью, но она утешала себя краткими мгновениями их близости и редкими вспышками страсти между ними, которые, к сожалению, быстро затухали. Даже сейчас она смотрела на Гая с бесконечной, но безответной любовью, и на её лице засияла улыбка, когда она увидела, как он ведёт Годфри под руку к своим гвардейцам, и как они все счастливы видеть друг друга. Они смеялись и сияли радостью, даже лорд Брандт, поэтому она поспешила скрыться из виду, чтобы ненароком не попасться мужу на глаза...