more than friends

Все же с какой стороны ни смотри — наш мир довольно порочен. Каждый человек корыстен и меркантилен, у всех свои планы на эту жизнь. И это абсолютно нормально, даже обыденно, но неужели нет ни одного человека, который имел бы добрые намерения от чистого сердца? Ёнбок таких не встречал, от того и сомневался в этом. Он сидел на скамейке, которую так «удачно» пекло солнце. Ни единая скамья не была удостоена тени, потому Ёнбоку пришлось терпеть жгучие лучи солнца на себе. Теньки были только ближе к растительности, где стояли небольшие деревья, но там же находился и газон, наступать на который было запрещено. Ёнбок не нарушал правил. Очевидно следует — риск не его второе имя. В то же время остальным студентам не было дела до какой-то травы под ногами, им лишь бы посидеть в прохладе. Благо хоть панама спасала Ёнбока от возможности получить солнечный удар. Поначалу он старался сидеть прямо, уложив руки на неприкрытые шортами колени. Так как скамья была без спинки, Ли долго не мог усидеть в одном положении, постоянно ёрзая в поисках более удобной позы. В итоге он остался сидеть по-турецки, обхватив руками лодыжки. Чувствовал парень себя в целом странно, всё-таки он был в обуви. Конверсы слегка марали его кожу, не задевая шорт, иначе бы Ёнбок не стал так рассиживаться. Ощущал он себя не в своей тарелке, потому что все его действия казались ему неуклюжими, будто каждый это замечал и думал, что он стремный или как минимум ужасно неловкий. Но на деле никто не обращал на него внимания, все на поле были сосредоточены на игре. Ёнбок наблюдал за спортсменами и вновь приковал взгляд к привычному силуэту, забывая что смотрел не с безопасного расстояния. Когда на него случайно посмотрели в ответ, то он быстро перевел взгляд в сторону, неожиданно встречаясь с лисьими глазами. В итоге голова резко была опущена вниз, что подбородок чуть ли не вплотную прижался к телу. Взору бросились новые смарт часы, от чего их обладатель тут же словил раздражающие флэшбеки. Воспоминания не размыты, наоборот они довольно четкие, ведь события ещё совсем свежие. Он сменил часы уже во второй раз. Впервые все началось с безобидной просьбы: «Можно поносить? Одолжи ненадолго.» И Ёнбок не был в силах спросить о том, когда же ему вернут вещь, если не считать провальные попытки что-то промямлить. Он был настоящей размазней и ненавидел себя за это. В следущий раз часы украли во время плавания. И тогда Ёнбок не стал никому об этом сообщать. Покупать новые не было никакого желания, он очень стыдился перед тетей за это, но она продолжала совершать покупку без его участия. Ёнбок не мог банально постоять за себя. Он бессознательно начал сжимать лодыжки руками сильнее прежнего, и лишь когда Ли окликнули, он резко отпустил их, оставляя небольшие покраснения за собой. – Ты друг Хёнджина? — Ёнбок совсем растерялся, увидев перед собой объект воздыхания, коим тот являлся на протяжении двух лет. Они не особо часто пересекались, но этих редких встреч Ёнбоку хватало с лихвой. Чувства усиливались с каждым разом, как он убеждался в идеальности Чана. Умный, добрый, заботливый, открытый. Его голос словно медом растекался, лаская слух и можно было поклясться, что добрее голоса ты не услышишь. – Можно и так сказать..? — от несостыковок в собственной голове с неуверенностью вопросительно проговорил Ли. Он был не из тех, кто умело подбирал слова во время разговора. И друзьями с Хёнджином они не были, он не задумывался над охарактеризовыванием их отношений. Наверное им подошло бы определение «знакомые». Но уточнять об этом Чану было бы ни к чему. – Ты же Ёнбок? — как это обычно бывало, студенты заочно знали друг друга. — Я тебя здесь раньше не видел, только в кампусе. Выходит вы недавно заобщались? Ёнбок отвечал заторможено, не веря что с ним говорил Бан. Чан удивился тому, что парень все это время жарился под солнцем, потому сразу потянул его в защищённое от небесного светила место. Как оказалось тренировка уже закончилась, видимо Ёнбок настолько погряз в своих мыслях, что не заметил как прошло достаточно времени. Чан был очень дружелюбен и не было ощущения, что он разговаривал с ним из вежливости, чему Ли был безумно рад. Поддерживать разговор он бы точно не смог, если бы не Чан, который в общении был достаточно хорош. Литровая бутылка лежала на коленях и охлаждала соприкасающийся с ней участок кожи, но за время тренировки успела согреться под натиском солнца. И лишь через немного Ёнбок запоздало вспомнил о Хёнджине, оглядев поле на его наличие. Он стоял рядом с тренером, словно солдат — настолько его осанка была ровная, а руки и ноги были прижаты к телу. Они что-то обсуждали и отчего-то Хёнджин выглядел напряженно. – Его не отчитывают, если что, — Бан подобно Ёнбоку стал следить за взаимодействием Хёнджина и тренера. — Скорее всего снова уговаривают поехать на международные соревнования. – А он не хочет? – Не хочет и не говорит почему. Любопытная натура Ёнбока решила разузнать, что же не так, однако как он это сделает вопрос совсем иной. К тому же по рассказам Чана Хван очень хорош в баскетболе и играл не абы как, а с душой. В следущий раз он обязательно обратит на это внимание. Чан попрощался с Ёнбоком и скрылся в раздевалке сразу же за Хёнджином. Хёнджин выглядел удручённо и не подошёл к Ли, как делал это ранее, чтобы за пару махов выдуть всю бутылку с водой — она так и осталась покоиться на коленях. *** На следущий день Ёнбок пришел вновь, несмотря на то, что Хван проигнорировал его и ушел домой. Он догадывался, что тому скорее всего была причина, однако ему все равно было жутко обидно. Хотелось назло не приходить вовсе, но он был слишком понимающим. Хотя после того как Хёнджин не появился на обеде, как бы абсурдно это не звучало, вместо того, чтобы обидеться сильнее, он лишь начал волноваться за парня. Тренировку Хёнджин не пропустил, но и на этот раз казалось что что-то не так. Ёнбок во всей красе смог оценить сосредоточенность парня на игре, и тот самый огонек в глазах, когда делаешь то, что действительно любишь. По окончанию тренировки Хван снова не обратил внимания на Ёнбока и завернул в раздевалку, отчего Ли был на грани, чтобы плюнуть на все и забить большой и толстый... Но к нему вовремя подошёл Чан и обрисовал ситуацию. – Он со вчерашнего дня ходит, как в воду опущенный, — отметил Чан. — Хёнджин любит все держать в себе, но все же говорят у него умер отец. Не знаешь правда ли это? Будучи капитаном, Чан заботился о каждом члене команды, потому сейчас был обеспокоен состоянием Хёнджина. Он не любил сплетни, но так уж вышло, что информация как-то просочилась. Бан не говорил об этом всем подряд, только причастным к их команде лицам и Ёнбоку, так как тот был «другом» Хвана. – Не знаю... Мы не разговаривали со вчерашнего дня, — Ёнбок почувствовал себя виноватым за обвинения, пусть те и не нашли выхода наружу. – Это не точно, ты ему только в лоб такого не говори, — предупредил Чан и Ёнбок сразу же согласился с ним. Боковым зрением Ли заметил, уже уходящего Хёнджина, и поспешил его догнать. Им нужно было поговорить. Только Ёнбок сам не до конца понимал как и о чем они будут говорить. Но это второстепенно. Хёнджин поначалу шёл довольно быстро, но затем постепенно замедлился. Не заметив преследования, видимо решил что ушел незамеченным. Ёнбок не хотел резко хватать его в попытке удержать от побега, но и внезапным появлением пугать тоже не было желания. Однако выбора особо не оставалась, он уже минут десять молча шагал за ним и все искал подходящий момент. Наконец Хёнджин свернул к незаурядному интернет-кафе и Ёнбок решил, что лучшего времени для возникновения он уже не найдет. Но чем больше он приближался, тем сильнее становился его страх и нерешительность будто била его по рукам и ногам. Вот уже широкая спина прямо перед носом, но голос и вовсе не хотел выходить наружу, как и тело двигаться дальше. Но к счастью или к неудаче, Ёнбока буквально протолкнули внутрь, так как ему приспичило окаменеть прямо у входа. Зато внимание Хёнджина было успешно заполучено, ведь на него сзади навалились чуть ли не всем весом. – Что ты тут... — Хёнджин вовремя остановил себя, не договаривая фразу. — Пошли, у нас есть около двадцати минут. Ёнбока потянули в сторону комнаты персонала и на протяжении всего этого времени он смотрел на все и вся с вселенским непониманием. Очнулся он только в момент, когда его запихали в раздевалку для персонала. – П-погоди, нам сюда разве можно? — осторожно поинтересовался Ёнбок. – Мне — да, тебе — нет. – Но тогда как же... – Я сказал, что ты пришел на стажировку, — Ли вылупился на сказанное. — Не волнуйся, это только для виду, можешь сразу же уходить, мол что-то не устроило. – А-а, — парень широко раскрыл рот, издавая звук гласной буквы. – Бэ, — съязвил Хёнджин и отвернулся в сторону вешалки, стягивая с себя футболку. — Может ты хотел поговорить? Хотел. Но его лишили дара речи вновь. Он не был озабоченным, в данной ситуации Ёнбок просто жутко смутился. Но надо было взять себя в руки. Сколько можно быть тряпкой? – Что-то случилось? Что-то ведь не так? Ты просто взял и ушел вчера, как в общем-то и сегодня. – Прости, настроения не было. – Тогда сказал бы мне не приходить! — Ёнбок отличался сильной чувствительностью, потому глаза сразу же накрыло мутной пеленой. – Плачешь? — Ёнбок отвернулся и отрицательно замотал головой. – Просто, — Ли пытался скрыть дрожь в голосе, — я думал мы неплохо сдружились. Хёнджин задумался. И ему стало стыдно за то, что заставил парнишку волноваться и довел до слез. Футболка так и осталась висеть в области кистей, пока ее хозяин продолжал мыслительный процесс. И он уже было хотел ответить, но Ёнбок продолжил: – Учитывая обстоятельства нашего знакомства, я не должен был на что-то рассчитывать, — будто самому себе разъяснял парень. — Я лучше пойду. – Стой, ты прав, — Хёнджин быстро выпутал руки из трикотажных оков и ухватил Ёнбока за запястье, — То есть не прав... И прав и не прав. В голосе Хёнджина не было безразличия, можно было услышать даже нотки волнения, а значит ему не все равно. И Ёнбок был глубоко поражен. Он не мог поверить в это, внутренние ограничители окончательно перестали работать и по ощущениям казалось слезами он мог устроить потоп. Ли уже не сдерживал всхлипывания, а Хёнджин не знал, что ему делать. – Сейчас не самый лучший период в моей жизни и у меня плохо выходит скрывать эмоции, так что мне легче избегать всех, чтобы не навредить, — решился на откровенности Хван. Ёнбок освободил руку и прижался к стене, закрывая глаза. Хёнджин осторожно похлопал того за плечо и смущённо произнес тихое «прости». Он не был человеком из робкого десятка, но проявления нежности и прочего не были ему столь привычны. – У меня никогда не было друзей, — вдруг выдал Ёнбок. И он не обманывал. Так и было. Если не считать те времена юношества, когда чуть ли не каждый ребенок во дворе являлся твоим другом. Тот период давно прошел, потому не особенно запомнился Ёнбоку, утратив былые краски. Воспоминаний об этом у него толком не осталось и он скорее помнил только факт наличия тех событий. – Тогда можно мне стать твоим другом? — Хёнджин искренне сочувствовал Ёнбоку, но предложение поступило вовсе не из-за этого. Ёнбок повернулся к Хёнджину и посмотрел на него из под слипшихся от слез ресниц. Слова Хвана звучали так по-детски, но именно их когда-то так не доставало Ёнбоку. Он не нашел подходящих слов и даже пресловутое «да» не хотело выходить из уст, потому Ли смущённо опустил голову и кивнул, затем сам того не ожидая, крепко обнял парня.