Redemption

Ночное потрескивание костра, как ни странно успокаивало, хотя сон никак не желал приходить. Хотя, зная, что тут творится, как вообще можно спать? Вся эта война, и столько погибших… И все ради того, что бы заполучить меня и Би! Все мои друзья вовлечены в битву, и я не знаю, доживут ли они до утра. Черт, я ненавижу это незнание! - Придет время, и ты вновь сразишься с Саске, - послышался спокойный, размеренный голос справа от меня. Рядом со мной сидел Итачи. Мертвенно бледная кожа резонировала с черными волосами. Шаринган в глазах был довольно тусклый. – как ты поступишь с ним? Вопрос мертвеца заставил меня нервно рассмеяться. - Идет война, я ты волнуешься за Саске? – мой голос слегка подрагивал. – Сперва я должен остановить Мадару и его проклятую войну! Глава 3 Наруто внезапно раскрыл глаза в страхе. Он увидел, что одеяло было отброшено в сторону, а с него самого ручьем стекает холодный пот. Он тяжело дышал, хотя сам не понимал, почему. Взглянув на руки, он понял, что они сильно дрожат. - Нет, так дело не пойдет. Быстро нащупав руками свою курительную трубку, в которой находился табак специально для таких «случаев». Взяв рядом спички, мужчина спешно чиркнул одной из них и аккуратно подкурил. Сперва ничего не произошло, Но с каждой новой затяжкой успокаивающая энергия волной пронеслась через весь организм, вынося вместе с собой все страхи, и наполняя организм теплотой. Присев и опершись о деревянную стену, Наруто с удовольствием выдохнул темный дымок из легких, после чего снова сделал медленную затяжку, не позволяя куреву обжечь свои легкие, наслаждаясь приятным ощущениям силы. Сейчас он не контролировал себя, поэтому, скорее всего, в данный момент он находился в режиме мудреца. Помимо прочего, мебокузанский табак облегчал накопление природной энергии, хотя с этим у Наруто последние лет 20 проблем не возникало. А если добавлять другие травы с того же Мебоку, то можно обнаружить некие интересные эффекты. К сожалению, все травы у Узумаки сейчас закончились, а отправиться на гору прямо сейчас он не мог. Барьер, установленный Кумо, исключал возможность призывов. Порывшись в рюкзаке рядом, он достал две фотографии. У одной рамка была деревянная, потрескавшаяся во многих местах. Краска давно слезла, а стекло по краям было все в небольших трещинах. На ней было изображено три ребенка двенадцати лет. Девочка с розовыми волосами находилась посередине, и весело улыбалась, прикрыв глаза. Справа от нее находился брюнет, серьезно смотрящий прямо в камеру. Очевидно, это не приносило ему особого удовольствия. Третьим был мальчик со светлыми волосами, с ревностью смотрящий в сторону брюнета. У них на головах находились руки их учителя, стоявшего позади. Наблюдая за фотографией, он не произнес ни слова. Только несколько скупых слез упали на стекло. Находясь в своеобразном трансе, мужчина смотрел на фотографию около часа, не забывая подкуривать, и только потом отложил ее в сторону и потянулся ко второй. Неожиданно раздался кашель рядом с входом, словно пробудивший Наруто ото сна. Взяв ближайший камень, он метнул его во тьму. Раздался детский выкрик, и в небольшой домик вошел Тору. - Сколько ты там сидел? – отложив трубку в сторону, спросил учитель, знаком приглашая к себе, после чего достал из сумки термос с горячим чаем и две кружки. Спустя несколько секунд Тору сидел рядом с учителем, аккуратно отхлебывая терпкий напиток. Учитель, похоже, в принципе не клал туда сахар. - Недолго, - опустив голову, сказал ученик. – Мне не спалось. Вместо ответа он почувствовал, как его щелкнули по лбу. - Эй, не кисни, Тору, иначе завтра я буду тренировать тебя, надев утяжелители, - искренне улыбаясь, произнес Узумаки. Впрочем, это не особо повлияло на ребенка. - Скоро придет время, да? – грустно спросил он. Наруто понял, о чем он говорил и обнял его, как отец обнимает своего сына. По крайней мере, учитель предполагал, что делается это именно так. - Похоже, только Сора не подглядывает за мной, да? – Спросил мужчина, подмигнув. Даже в такой ситуации он был весел, хотя еще пятнадцать минут назад находился в трансе, смотря на фотографию. Даже тогда у него была улыбка. Грустная улыбка. - Вы ведь не из Облака, значит, вы уйдете, как только закончится наше обучение, так? – смотря в свою чашку, медленно выговаривал Тору. Голос у парня слегка подрагивал. – И нам дадут другого учителя. Но… - Эй, Тору, - еще крепче обнял своего ученика Наруто, - Всегда, что бы ни случилось, вы должны знать: я всегда буду с вами, - он ткнул парня в грудь. – Я всегда буду здесь, Тору. И если что-то случится, если хоть кто-то заставит вас плакать. Если хоть кто-то сделает вам больно… Я узнаю об этом и защищу вас. – Улыбка Наруто даже при тусклом свете свечи была словно солнце, такой же теплой и нежной. - Но уйдя, вы причините нам боль, гораздо более сильную… - Она сделает вас сильнее, - поучительно высказался Узумаки, допивая свой чай. Тору больше нечего было сказать. Лишь у самого выхода он произнес: - Сенсей, на самом деле я рассчитывал, что найду здесь Рен-чан… На сей раз Наруто стал серьезным. - Рен? Разве она не у себя в комнате? - Я видел, как она оттуда выходила, и подумал, что она пошла к вам… Не говоря ни слова, мужчина быстро встал с кровати, и быстро надев на себя штаны с сандалиями, быстрым шагом вышел из комнаты. На немой вопрос Тору Наруто указал ему, вернутся к себе в дом, а сам начал ускорять свой шаг, переходя на бег. Он знал Рен слишком хорошо, как и самого себя. Девочка была вспыльчива, и невероятно упряма, как и Наруто в детстве. Будучи ребенком, когда у него не получалась какая-то техника, Узумаки доводил себя до крайнего измождения, но достигал своего. Вот только у «кувшинки» отсутствовала та важная черта, что была у Наруто – нечеловеческая выносливость и мощная чакра, присущая всем из его клана. У Рен не было ни того, ни другого. Пробираясь в лесных зарослях, учитель направлялся к водопаду. Сейчас это было единственным местом, где могла находиться Рен. В пути Наруто активировал режим отшельника. И действительно, видя чакру, он смог увидеть свою ученицу, сидящей посреди водопада. За годы, нет, десятилетия тренировок режим отшельника Наруто развил до таких высот, что теперь зрение жаб во много раз превосходит то, что было у него раньше. Тысячи разных оттенков краски сливались в единый рисунок, гораздо более красочный, нежели реальный. Он видел все: от мельчайших пор листьев под ногами заканчивая дыханием спящей белкой в радиусе 200 метров. Плюс ко всему этому нужные объекты он мог «подсвечивать», зная чакру источника. Сейчас он видел Рен так, будто стоял рядом с ней, хотя до водопада было далеко. Как только отшельник вбежал на поляну перед водопадом, его ученица распахнула глаза, и, хватая ртом воздух, упала на спину. Наруто в один прыжок оказался рядом с ней. И увидел, как у нее из глаз лились слезы. - Я… справилась… - прошептала она, после чего потеряла сознание. - Да кто бы сомневался, кувшинка, - усмехнулся Наруто, хотя она его уже не слышала… * * * Кумокагуре но Сато. Через два дня. - Ты внезапно поменял свое мнение, Наруто, - с подозрением заметил один из советников. Уже переспросив один раз, совет услышал от учителя новость, настолько знаменательную, насколько и неожиданную. Еще в предыдущем «отчете», произошедшем два дня назад Узумаки говорил, что пройдет как минимум неделя перед тем как Рен начнет финальный этап становления джинчурики. - Не лезь в пекло, Узумаки! – повысила свой голос вторая из четырех советников, которую Наруто знал довольно хорошо. Ведь она побила его, пытаясь вытрясти сведения об Учихе Саске. - А ты с возрастом все краше, Каруи, - усмехнулся Наруто. – Но характер у тебя все еще как у старой, злобной суч… - Наруто, мы все еще ждем объяснений по поводу твоего внезапного решения, - прервал перепалку первый советник, высокий бородатый мужчина. На его испещренном морщинами лице виднелись несколько заметных шрамов. Белая пелена, закрывшая собою весь правый глаз свидетельствовала о слепоте. - Скажем так, Рен позволила себе самонадеянно нарушить режим моих тренировок и тренировалась в ночное время. Несмотря на мои строжайшие выговоры и истощение, я поставил ее на ноги за это несколько дней. Мы готовы для следующего шага. - А согласовать с Райкаге? Решать, готов ли джинчурики для следующего этапа, должен именно он – спокойно продолжал первый, не обращая внимания, как понемногу закипает вторая. - Думаю, он согласится со мной. Если все пройдет удачно, то к окончанию экзамена вся команда будет готова. - Но все же я прошу тебя подождать… - Не выйдет, мы уже начали. - Что?!? – не выдержала Каруи, - Да ты хоть думал своим ущербным мозгом, что организм Рен может не принять чакру Биджу?! Да даже тот уровень, который у нее был после второго этапа, можно было использовать, пока она не достигнет совершеннолетия! Если ты все угробишь сейчас, у нас уйдут месяцы на поиск подходящего джинчурики! Немедленно прекрати и возвращайся назад! Наруто несколько секунд стоял с внезапно широко раскрытыми глазами, будто он не понимал, где находится. Спустя несколько секунд он, после того как осмотрел всех в зале улыбнулся и произнес: - Прошу прощения, но оригинал прервал связь. - Так свяжись ты с ним! – крикнула советник. - Ты же клон, как никак! - Я могу только дать сигнал, что нужно связаться, но самостоятельно так делать не могу. Так что прошу прощения… Клон развернулся, и весело посвистывая, вышел из комнаты, оставив советников наедине. - Клянусь, когда-нибудь я перережу ему горло во сне… * * * Было темно. И очень сыро. Несколько секунд Наруто не мог понять, где находился. Уж очень это место отличалось от его собственного подсознания. Но делать было нечего, нужно было продвигаться дальше. Несмотря на мрак, мужчина мог худо-бедно ориентироваться. Не в последнюю очередь благодаря режиму отшельника, дававшего своеобразный режим ночного виденья. Подойдя к стене и ощупав ее, учитель обнаружил, что это не монолитная стена, с нечто, похожее на кусок скалы. Похоже, он находился в пещере. Об этом так же свидетельствовал мох на некоторых участках «стены». Впереди виднелся проход, и Узумаки направился прямо по нему, обдумывая свой каждый шаг. Но больше всего в мужчине заиграло любопытство, сравнимое с тем, когда он, будучи еще мальчишкой, впервые оказался в своем подсознании. Режим отшельника тут был гораздо слабее, чем в реальном мире, поэтому Наруто за ненадобностью отключил его. Пройдя еще несколько шагов, он услышал звук шумящей воды. Тем временем чувство сырости усиливалось. Но что еще более важно – появились первые лучики света, показывающие, что Наруто на правильном пути. Пройдя еще несколько метров, извилистая дорога резко свернула налево, а свод пещеры постепенно начал увеличиваться в размерах. Отшельнику даже не пришлось прошагать и десяти шагов, после чего коридор внезапно окончился, представляя мужчине поистине магическую картину. Все пространство представляло собой огромную пещеру. К ее центру вела довольно узкая тропинка, и только в середине, в довольно обширной поляне можно было, не боятся упасть в бездну. Стены вокруг были покрыты щелями, из которых лилась вода. Эти «разрезы» доходили до самого потолка, и тысячи литров воды сливались в величественный водопад. Из единственной щели сверху в лицо светил солнечный свет. На поляне перед Наруто в позе лотоса сидела Рен. Если бы не дрожащие руки и капельки пота, собравшиеся на лбе, отшельник предположил бы, что она спокойна. Однако сейчас девочка боролась со страхом того, что сейчас может произойти. - Не беспокойся, кувшинка, - постарался приободрить Рен Наруто. – Ты справишься. - Сенсей, а вам было тяжело сражаться с Девятихвостым? - Хех, в отличие от Хачиби, Кьюби желал не моего развития как джинчурики, а хотел порвать меня на лоскуты. Да и лис на порядок сильнее. У тебя, по крайней мере будут еще шансы пройти этот этап, - усмехнулся отшельник, положив руку девушке на плечо. – Думаю, можно уже начинать… Рен кивнула, и встав, сняла с себя черную куртку, оставшись в одном сером топе с вшитой кольчугой. Живот был открытым, и сейчас на нем появился рисунок из угловатых линий, встречающихся в центре, расположенном на попке. Вокруг этих кривых линий был начертан круг. Стальная печать, конечно, была не самой красивой, но по действию не уступала печати четырех элементов. Наруто встал перед ней, складывая печати. Вместе с тем на его правой руке начали с бешеной скоростью появляться символы, доходящие до локтя. Ученица, видевшая эти манипуляции, зажмурилась. Она думала, что это будет больно, когда снимают печать. И ее ожидания оправдались. Все пальцы на правой руке вспыхнули синим огоньком, и Наруто, не церемонясь, что есть силы ударил ими в живот Рен, вместе с тем поворачивая ладонь по часовой стрелке. От неожиданной боли в глазах у куноичи потемнело, и она подавилась слюной. После чего, держась за живот, она опустилась на землю. С минуту ничего не происходило. Наруто даже засомневался в правильности ритуала. Хачиби нигде не было. Но спустя несколько мгновений он услышал рев, доносящийся из бездны. И только после этого понял, что темница Восьмихвостого находилась на самой глубине, под толщей воды. Но больше вода не лилась из многочисленных щелей. Наконец, парочка увидела самого Хачиби: две огромные руки вынырнули из бездны, удерживаясь за край поляны. Рев, сперва доносившийся где-то в глубине теперь был настолько силен, что мог без труда оглушить любого, попавшего в радиус нескольких метров. Наруто, повинуясь рефлексам, попятился. Он чувствовал, насколько большая сила сейчас перед ним. - Давно не виделись, Хачиби! Признаться, когда Узумаки в первый раз оказался в подсознании Би, он опешил от взгляда восьмихвостого. В огромных глазах, словно в зеркале, он мог видеть самого себя, не понимая, смотрит ли сейчас биджу на него или нет. Это чувство вернулось, когда он вновь смог заглянуть в эти глаза, спустя почти 20 лет. - Давно не виделись, Наруто…