Crowned

      Джуён не имел ни малейшего понятия о том, как он оказался в библиотеке в отделе истории, но подумал, что ему не помешало бы извлечь максимум пользы из отрешения от своего мира. Положив сумку на стол, Джуён глазами прошёлся по книжным полкам в поисках истории своего королевства.       Его королевства. Внутри себя Джуён вздохнул от этой мысли. Королевство его. Его право по рождению, его ответственность, его награда. И всё же, учитывая то, что Ли сбежал, мог ли он сейчас называть себя кронпринцем, которого любил его народ? Какой правитель оставил бы своих подданных в настолько тяжёлое для них и королевства время?       — Умный, — сказал бы Санён.       — Трусливый, — совсем не слышно пробормотал Джуён, потерев переносицу. Санён сказал бы ему, что чувства, которые он испытывает, — это всего лишь жажда крови молодого правителя, стремление к каким-то действиям и желание доказать, что он способен править и заслуживает чести управлять королевством.       — Брат, ты не должен ничего доказывать. Народ уже знает. Люди будут терпеливо ждать твоего возвращения, ведь они любят и доверяют тебе. Всегда помни об этом, Джуён. Тебя любят и уважают. Нет необходимости подвергать себя опасности, — сказал бы Хёнджэ.       Джуён настолько отчётливо слышал спокойную брань своих братьев, будто они были рядом с ним.       Наследный принц Ли всю свою жизнь прожил в окружении людей, любви и счастья. Теперь же ему пришлось переехать и спрятаться в полном одиночестве, что стало для Джуёна сложной перипетией, справляться с которой он также должен в одиночку. Безусловно, его воспитывали, прививая мысль о том, что, если вдруг дела пойдут слишком плохо, ему придётся вынужденно эмигрировать, однако общее представление кардинально отличалось от действий в реальной жизни.       Ли постоянно засыпал поздно ночью, глядя в окно и желая, чтобы его мозг, наконец, заткнулся. Если Джуён закроет глаза, вернётся ли он в своё королевство? Исчезнут ли все проблемы?       — Привет, Джуён, да?       — …Чанхи. Да, я помню тебя, — Ли выдавил из себя лёгкий смешок, почувствовав себя неловко из-за того, что сосед застал его за раздумьями перед книжной полкой. — Рад видеть вас в этом отделе, господин студент-статистик.       — Я просто помогаю другу кое-что найти. А ты, мистер физик? — Чанхи выглядел сногсшибательно, как и всегда, подметил Джуён. Чхве постоянно носил милую и удобную одежду, в светлых пастельных или приглушённых оттенках, его волосы всегда были уложены, а на милых щеках красовался мягкий румянец. Не то чтобы Джуён специально рассматривал его: просто каждый раз каким-то неизвестным образом Ли открывал свою дверь именно тогда, когда Чанхи закрывал свою.       Джуён спрашивал себя, является ли правильным то, что он влюбился. Или здесь спрятано нечто большее?       Почему он вообще думает об этом?       — Просто увлекаюсь, как хобби, — Ли откашлялся, прежде чем начать говорить, и наконец его взгляд пал на старую книгу с твёрдой толстой обложкой. Джуён осторожно взял её, смахнув пыль с покрытия. Отсутствие бережливого отношения к истории его королевства вызвало у кронпринца недовольство и лёгкое отвращение, однако, учитывая всю серьёзность и плачевность положения, на данный момент, возможно, будет лучше, если он и дальше будет скрывать свою настоящую личность.       — Кавения? Интересно. Что это? — Чанхи посмотрел на книгу через плечо Джуёна.       Ли вздрогнул от неожиданной близости Чанхи, но быстро расслабился. Чхве был воплощением безобидности, подумалось Джуёну. Однажды через небольшую щёлку от приоткрытой двери парень увидел, как Чанхи принёс домой коробку с щенками, чтобы выходить малышей. Разумеется, крохи были невозможно громкими, скулили всю неделю; позже Джуён увидел, как Чхве отдал здоровых щенков, несколько раз всплакнув в последующие две недели.       Для Джуёна этого поступка было полностью достаточно, чтобы утверждать, что сердце младшего выточено из чистого золота. Он ни за что не смог бы навредить Джуёну.       — Это могущественное королевство на юге. У них по-прежнему монархия, причём действующая, а не просто конституционная. Под их контролем находятся торговые пути от континента к Постерийскому морю и обратно, — с улыбкой на лице рассказал Джуён. — В их владениях находятся крупнейшие шахты в мире, что делает их самыми богатыми.       — Кажется, ты и вправду очень много об этом знаешь, — улыбнулся Чанхи.       — Просто увлекаюсь.       — Отличное увлечение. Кавения кажется весьма интересным местом. Там красиво?       Джуён не мог не улыбнуться, отвечая на вопрос парня:       — Это рай на земле. Там нет пляжей, потому что берега используются как причалы, однако прекрасные леса сохранились, несмотря на обширную горнорудную промышленность. Прогулки в лесах безопасны и даже романтичны. Небо всегда ясное, а воздух очень чистый, потому что гора Тор препятствует загрязнению местной атмосферы.       — Ого, — Чанхи склонил голову вбок так, будто задумался. — Джуён, а ты оттуда?       — Да, — слишком быстро даже для самого себя ответил Джуён. «Чёрт». — Я там родился. Мы переехали совсем недавно.       Ли недоумевал, почему он просто не может солгать Чанхи? В голове ведь уже была выдуманная история: он родился на Севере, прожил там всю свою жизнь и потом отправился в Центральный Бонбург, чтобы получить высшее образование в университете. Само собой, он ещё не успел никому её рассказать, ведь всё время избегал всех и каждого, но Чанхи…       Чхве без труда разрушал его стены гораздо быстрее, чем Джуён успевал их возводить: поразительно захватывающе и в какой-то степени страшно, что кто-то может иметь настолько сильную власть над кем-то.       И всё же Ли не мог заставить себя отгородиться от другого человека. Будто Чанхи стал глотком свежего воздуха для наследного принца, его спасением из удушающей коробки, в которой он оказался, покинув Кавению.       — Круто! Я родом с Востока, там много промышленных предприятий. Это столичный центр материка, так что, приезжая туда, ожидаешь погрузиться в серость и бетонные небоскрёбы. А ещё там очень шумно! — вздохнул Чанхи, мило надув красивые красные губы. — Постоянно, даже поздно ночью, слышно, как что-то строится или работает, и совсем не важно, насколько высоко ты живёшь. Полный отстой.       — Видимо, там и правда всё настолько суматошно, — Джуён засиял, вся прежняя нервозность улетучилась, когда Чанхи поделился своей частичкой жизни. — Не хотел бы я там жить.       — Хотя, с другой стороны, зарплата там высокая, — рассмеялся Чанхи. — С точки зрения статистики.       — Держу пари, что средняя продолжительность жизни низкая.       Чхве засмеялся, пряча широкую улыбку изящной рукой.       — Эй, а вот это уже чёрный юмор!       — Тебе ведь смешно, — подчеркнул Джуён, слегка ущипнув щеку младшего. — Чанхи, мне надо идти. Хочу ознакомиться с книгой, а потом пойду на пары. Тогда, увидимся?       — Хорошенько повеселись на парах! — радостно поддразнивал Чанхи.       — Жестоко с твоей стороны.       — Ещё увидимся, Джуён.       

__________________

Отрывок из книги «Кавения: История чуда»

      Названная в честь многочисленных, крупных, протяжённых и богатых пещерных систем в королевстве, Кавения остаётся одной из трёх последних стран, где правит действующая монаршая семья. В Кавении корни представителей правящей династии идут от Ли Чонсока Великого ещё с начала XVI века, когда он возглавил экспедицию и нашёл золото на месте, где сейчас находится самый большой дворец в Кавении — Башня Самоцветов.       В середине XIX века внутри королевства возник конфликт, инициатором которого стал некий Ли Кёну, заявивший о своём праве на трон. Кёну утверждал, что является старшим сыном правившего тогда короля Хангёля, именно поэтому он имеет полное право унаследовать власть. Несмотря на то, что воплотить это ему не удалось, говорят, у Кёну есть преданные сторонники, которые стремятся возвести его потомков на трон и уничтожить королевскую династию Ли раз и навсегда.

__________________

             Джуён захлопнул книгу, приложив больше силы, чем требовалось. Более того, он даже чуть не бросил её на пол, но быстро одумался, решив, что книга не виновата в том, какую информацию в неё вложили. История первого незаконнорождённого ребёнка Ли уже давно перестала быть секретом; Санён и Хёнджэ тоже были незаконнорождёнными, однако поклялись в верности только Джуёну.       Если написанное было правдой, значит, за попытками убийств и окончательного уничтожения кавенской монаршей династии Ли стояли именно родственники Ли Кёну.       Джуён ничуть не сомневался в том, что Хёнджэ и Санён уже обо всём знают. Наследному принцу было больно осознавать, какое бремя несли его братья лишь для того, чтобы Джуён был в неведении и безопасности. Неужели они не подумали, что младший Ли случайно может найти и прочесть книгу, раскрывающую историю их королевства?       Парень хотел было позвонить Хёнджэ, но сразу вспомнил строгое предупреждение брата не звонить ему первым, так как их разговор могут прослушать и затем легко отследить местонахождение Джуёна.       Не в силах унять бурлящие внутри обиду, злость и тревогу, кронпринц начал вышагивать по комнате, повторяя проторённую линию на полу, по которой он всегда расхаживал, когда чувствовал себя немного не в духе. Раньше это помогало, однако сейчас это навеивало лишь больше тревожности.       Отчаянно пытаясь перевести дыхание, Джуён открыл входную дверь.       Чанхи стоял у своей двери, держа две холщовые сумки, набитые продуктами, безнадёжно пытаясь войти внутрь. Джуён подумал, что, скорее всего, Чхве отправился за покупками, потому что у него закончилась еда после приготовления вкусной лазаньи, которую Ли, между прочим, очень быстро съел.       — Помочь? — спросил Джуён.       — Боже, да, пожалуйста! Руки скоро отпадут, — попросил Чанхи, пытаясь отдышаться.       Джуён взял сумки Чхве и подождал, пока сосед достанет ключ. Теперь он дышал спокойно.       Чанхи повернулся лицом к Ли, бросая на него смущённый взгляд:       — Не хочешь зайти?