A glint among the trees

Красные оттенки обволакивали лицо Акааши. Радужка глаз была похожа на игривую смесь синего и оранжевого, когда он смотрел на огонь перед собой. Акааши привел их в уютную пещеру внутри невысокого холма, путь в гору становился все опаснее с каждым шагом, который они делали. Бокуто сидел тихо, поглощенный растущей тревогой. Единственными звуками, нарушавшими тишину, были звук дождя, льющегося снаружи, и потрескивание костра, который он развел. Он понятия не имел, где находится и как будет добираться домой. Кольцо было посеяно и, скорее всего, поиски усложнятся еще больше после сильного дождя. Он знал, что так было нужно ради блага, но на самом деле никогда не хотел по-настоящему потерять украшение. Оглядываясь назад, вероятно, надо было спрятать перстень в таком месте, за которым можно было проследить. – Бокуто-сан? – голова Акааши была наклонена, на лице застыл вопрос. – Да? – Ты голоден? Стражник осторожно кивнул. Он надеялся, Акааши скажет, что у него есть что-нибудь перекусить, и не станет дразнить его ворчащий желудок, ответив «я тоже». – У меня есть немного мяса. Поджатые губы превратились в ухмылку, глаза заблестели. – Звучит здорово! Акааши кивнул, затем встал и пошел вглубь пещеры. Бокуто наблюдал за тем, как он медленно исчезает, пока совсем не скрылся из виду. Падавшие с потолка капли воды отдавались эхом, которое, отражаясь от стен, перемещалось дальше в пещеру; он задавался вопросом, насколько та глубока. Глаза Бокуто вернулись к огню. По правде говоря, ему было холодно, довольно сильно. Одежда высыхала, поэтому он остался в одном нижнем белье (шорты и легкая футболка), которое все еще было неприятно влажным. Удивительно, что Акааши не замерз. Его одежда была такой легкой и прозрачной (ну, по большей части), но Бокуто, тем не менее, был сбит с толку. Акааши вернулся со стопкой мяса на пальмовом листе и палкой, зажатой под мышкой. Он передал ее Бокуто, присев рядом с ним на корточки. Стражник держал ветку уверенно, как свой меч, который, как он теперь понял, остался у стены… упс. Акааши начал осторожно насаживать мясо. Его взгляд был так прикован к палке, что хотелось хихикнуть над таким усердием, вложенным во что-то столь обыденное. Юноша выглядел на удивление привлекательным с нахмуренными бровями и прищуренными глазами. Пытаясь не обращать внимания на слабый румянец, Бокуто опустил глаза и откашлялся. – Ты будешь есть, Акааши? – Нет. Он нахмурился. – Если ты не будешь питаться достаточно хорошо, то станешь слишком худым, – сказал парень, проклиная себя сразу после того, как слова слетели с губ. Он был точной копией Коно-сан. Акааши рассмеялся. – Может быть. А может, и нет. Стражник насупился еще сильнее. – Хорошо, я поем немного. Если это избавит тебя от беспокойства. Бокуто положил свою ветку прямо в огонь. Акааши возился с мясом, уговаривая его отодвинуть палку подальше: «Бокуто-сан, так ты все сожжешь, пожалуйста». Но парень был слишком голоден и нетерпелив. Он заявил об этом со словами «Акааши, у меня все под контролем, просто подожди!» и уверял, что все будет готово за несколько коротких минут. Можно было, конечно, предположить, что предостережения Акааши, окажутся верными, потому как тот все время ерзал (выглядя при этом так, будто ему не терпелось смахнуть несчастную палку). В итоге они съели слегка обуглившееся мясо с очень сильно обгоревшей, почти развалившейся ветки, но Бокуто все устроило, а Акааши, судя по всему, немного поперхнулся. Что он демонстративно считал победой. В свете бушующего костра Бокуто прислонился спиной к прохладной стене пещеры. Глаза закрылись сами по себе, пока он наслаждался шумом дождя. Не обращая внимания на то, как неудобно задралась футболка, он решил сосредоточится на звуках копошения Акааши. Бокуто приоткрыл один любопытный глаз, чтобы украдкой посмотреть, что именно делает парень: он менял свою позу каждые пару минут, казалось, никак не найдя удобного положения. Он выглядел встревоженным. Повернувшись на бок, Бокуто прочистил горло. – Хэй, Акааши? Тот перестал ерзать, наклонив голову и глядя на стражника сверху вниз. – Да? – У тебя есть семья? Пусть это был случайный вопрос, но Акааши выглядел так, словно ему не помешало бы отвлечься. Взгляд смягчился, плечи опустились; он поднял камешек и покатал его в ладони. – В некотором смысле. – Что это значит? – Ну, – Акааши на мгновение отвел взгляд, – у меня нет семьи в том значении, в каком она обычно бывает. Бокуто кивнул, хоть и не понял. – А что насчет тебя? У тебя есть семья, Бокуто-сан? – Да, – теплая улыбка озарила его лицо при воспоминаниях. – Я не часто их вижу, потому что езжу домой на особые праздники. Но Коно-сан компенсирует это. – Коно-сан? – Да! Это моя соседка, мы много общаемся. Она… одинока. – Почему? – Ну, ее муж умер несколько лет назад, это случилось еще до того, как я переехал в город. Как только я попал сюда, мне тоже было тоскливо. Но теперь мы ужинаем вместе раз в неделю, иногда чаще, и это действительно здорово! Акааши медленно кивнул в знак понимания. Его выражение лица и голос были мягкими, когда он сказал: – Она тоже твоя семья, – Бокуто кивнул. – Это мило, – уголки губ юноши приподнялись. Если бы Бокуто не сосредоточился на том, чтобы отвлечь Акааши, он бы взорвался. Увидев его улыбку, он едва удержался от желания зажать ладонями эти щеки и просто замереть так; он задавался вопросом – были ли они такими же мягкими, как он думал? Вместо этого они оба погрузились в уютную тишину. Акааши все еще выглядел взволнованным, но хотя бы перестал ерзать, так что Бокуто решил не надоедать ему. Он оглядел пещеру, чтобы отвлечься, но… откровенно, смотреть было не на что, кроме неровного потолка, костра и Акааши. И хотя он не испытывал никаких угрызений совести, глядя на парня, на самом деле это было одно из его любимых занятий – хотите верьте, хотите нет. Они, вероятно, проведут ночь в пещере вместе, но портить приятную атмосферу, будучи пойманным за разглядыванием, не хотелось. Бокуто никогда раньше не проводил ночь вне своего дома, тем более в лесу. Теперь, когда они были в безопасности, он хотел посмотреть, как чаща выглядит в это время. Он встал как можно тише, чтобы не потревожить Акааши, подошел к краю входа в пещеру, и посмотрел на ночное небо. Дождь не прекращался уже несколько часов, и, похоже, не собирался делать это в ближайшее время. Парень вздохнул, надеясь, что Коно-сан не беспокоится, в случае если решила зайти сегодня на минутку (хотя у нее не было времени встречаться в течение недели, иногда она приходила поболтать на пороге). Стражник оглянулся. Акааши сидел неподвижно и смотрел на огонь. Он сгорбился, положив голову на колени. Брови были нахмурены, от чего на лбу появилась морщинка. Бокуто почувствовал желание провести по ней большим пальцем, разглаживая и стирая любые следы беспокойства, которые могли быть у парня. Он с сожалением повернулся обратно, глядя на деревья, тянувшиеся вверх по склону холма. На одном из них было гнездо, в котором жались друг к другу две птицы. Тишину нарушил звук ступающих босых ног Акааши. Он тихо подошел и сел слева. Бокуто украдкой взглянул на него: юноша сидел, подперев колени, и бездумно играл с камешками. Выражение его лица было задумчивым, брови по-прежнему были слегка нахмурены, глаза смотрели на луну. – Эм… Бокуто-сан, – голос был тихим, едва слышным. – Да? – сказал он чуть громче шепота. – Я… У меня есть кое-что, чем я хотел бы поделиться с тобой, – Акааши звучал невероятно нервно. Кое-что? Что же это может быть? – Хорошо. – Ну, кхм, видишь ли… ты должен доверять мне, когда я скажу, что не солгу об этом. – Конечно, Акааши, – Бокуто кивнул в знак обещания, хотя его потряхивало от предвкушения. Акааши поворачивается к нему лицом – глаза уверенно смотрят, в них есть решимость. Грудь медленно поднялась, когда он глубоко вдохнул воздух и шумно выдохнул через мгновение. – Сегодня утром ты был удивлен моим быстрым появлением, затем ты спрашивал, как за такое короткое время зажили порезы и царапины на твоих руках, – он остановился, интересуясь, правильно ли предположил. Бокуто кивнул. Парень напугал его до полусмерти этим прибытием, собственную гордость уже не спасти. – В вашей культуре это сказки, – продолжал Акааши, – хотя только вы верите, что это сказки. Разные истории о духах, которые бродят по лесам и заботятся обо всем, что в них живет. Говорят, что они видны только мельком, непознаваемы, потому что никогда и близко не подпустят человека. Акааши посмотрел на него с нервным блеском в глазах, Бокуто должен был что-то сказать, но… он не знал, что и думать. Неужели стражник действительно поверит, что юноша относится к волшебным созданиям? Это и вправду была просто сказка, не более. – Э-эм, хочешь сказать, что ты…? – Я лесной дух, – осторожно подытожил парень, сверкнув глазами. Бокуто медленно кивнул, однако он не мог понять, в чем дело. Акааши выглядел человеком, а, согласно легенде, духи должны быть разноцветной массой, чтобы сливаться с природой. – Эм, что ты думаешь об этом, Бокуто-сан? Бокуто мог бы похихикать над тем, как взволнованно выглядел парень, он никогда не думал, что Акааши способен так нервничать. – Мм, я-я не знаю. Что значит быть лесным духом? – Ну, я…, – он надулся, прежде чем пробормотать. – Было бы проще показать тебе. Акааши попятился, оставляя между ними пространство. Он приложил ладонь к земле, замерев на секунду. Ничего не происходило. Бокуто уставился на юношу. Что должно было случиться? Неужели он был слишком рассеян, чтобы понять происходящее? Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но внезапно там, где лежала рука Акааши, началось движение. Под его ладонью, а затем и вокруг нее из твердой, как камень, земли пробивалась трава; рядом с большим пальцем вырос маленький цветок. Зелень стала распространяться на то место, где сидел Бокуто: она кружила вокруг и распустила перед ним нежный белый бутон. Поднявшись, Акааши отряхнул руку, и не успел он опомниться, как на ней начал расти мох. Стражник осторожно потянулся, чтобы в изумлении коснуться зелени. Она была такой свежей и мягкой, мягче, чем ожидалось. Увлеченный Бокуто почувствовал, что Акааши смотрит на него. Он поднял глаза: юноша тоже выглядел взволнованными… по-своему. – Ух ты, Акааши! – он взорвался, не в силах больше сдерживаться. – Как ты это делаешь? Что еще ты умеешь?! Акааши усмехнулся. – Гораздо больше. Хочешь взглянуть? – Да! Парень сложил ладони, создавая из них чашу. Заглядывая в нее, Бокуто нетерпеливо ждал, когда что-нибудь произойдет. Появилась вода, сначала немного, но затем она начала подниматься все выше. Из-за магии лесных духов (как предположил стражник), она не проскальзывала сквозь просветы в пальцах Акааши. Вместо этого она поднималась и поднималась, пока не полилась на ноги Бокуто. – Акааши! – он воскликнул, скуля. – Идет дождь, я только что обсох! – Ах, точно… люди боятся промокнуть, – поддразнил парень. Бокуто высунул язык. – Мы не можем все быть лесными духами! Акааши захохотал, смех лился из его груди. Щеки Бокуто неудержимо запылали от этого звука. – Кхм… насчет этого, Бокуто-сан. Технически нам не разрешается предоставлять людям информацию о нашем существовании. – Оу… Тогда зачем ты мне все это рассказываешь? – Я не слишком близок с соседними лесными духами. Да, есть и другие, – сказал он, предвидя, что Бокуто спросит. Тот усмехнулся над этим предположением и что-то невнятно проворчал. – Но они далеко. И, честно говоря, я уже давно ни с кем не разговаривал. Хотя прошло всего два дня, ты показал, что заслуживаешь доверия. Надеюсь, ты никому не расскажешь обо мне? – Бокуто покачал головой, пообещав. Акааши улыбнулся и наклонил голову. – Как я и думал. Я… наслаждаюсь твоей компанией, Бокуто-сан. Мне очень жаль, что мы не смогли найти кольцо. И… спасибо, что согласился держать мое существование в секрете. Бокуто потерял дар речи; он хотел что-то сказать в ответ, но смог только кивнуть с нерешительной улыбкой. Акааши наслаждался его обществом… Акааши, лесной дух, наслаждался его, Бокуто, обществом. Парень почувствовал, что может потерять сознание в любой момент. – Должно быть, это очень приятно слышать, – сказал юноша, в очередной раз прочитав состояние, в котором находился стражник. – Пока ты сдерживаешь свое обещание, я отвечу на любые твои вопросы. – Верно, так! Так! Хм… как ты родился? Как стать лесным духом? Могу ли я стать одним из вас?! Акааши усмехнулся. – Нет, к сожалению, это невозможно, Бокуто-сан, – Бокуто надулся, опустив плечи. – Лесные духи дают начало как саженцы деревьев, а затем их взращивает природа. Когда наши ростки становятся старше, мы принимаем физическую форму, напоминающую людей, и с этих пор живем столько, сколько живут наши деревья. – Хм… Как ты убедишься, что твое дерево не погибнет? – Ну, с самого «рождения» природа следит за нашими саженцами в надежде, что мы позаботимся о ее владениях. Материализовавшись, мы должны доказать и животным, что будем ухаживать за их домом. Некоторые лесные духи отвергают свое существование, они плохо присматривают за рощами и позволяют им вымирать – Акааши поморщился, брови сошлись на переносице. – Это ошибка, это несправедливо по отношению к лесу и существам, живущим в нем. Звери это хорошо знают. Как только они приходят к выводу, что дух не выполнит свою часть так называемой сделки, они вытаптывают саженец его дерева и ждут следующего. – Животные любят тебя… ты хорошо поработал, завоевав их доверие, Акааши, – сказал Бокуто, вспоминая бесчисленное количество раз, когда он видел счастливых зверушек, подходящих в ожидании ласки, которую Акааши, казалось, дарил им с удовольствием. – Благодарю тебя. – А что насчет твоего появления, когда я тебя позвал? Как ты это сделал? Акааши заурчал. – Я в гармонии с каждым колебанием в лесу. Деревья, трава, муравьи – все предупреждают меня, когда что-то или кто-то необычный входит в их пространство. – И ты можешь просто… появиться? Где бы ты ни захотел? – Да. – Это так круто! Жаль, что я так не умею, – заныл Бокуто. Он закрыл глаза, пытаясь придумать другие вопросы, которые могли бы у него возникнуть. Он нервно потер ладони, размышляя. Подождите… его руки. Раны. – Акааши! А что же тогда с зажившими порезами? Ты это сделал?! – После того, как ты упал в овраг, – Акааши остановился, пытаясь сдержать ухмылку, пока Бокуто недовольно глядел на него, – я отвел нас к реке. У тебя повсюду были кровь, царапины и синяки. Мне это не понравилось. Я могу залечить несправедливые раны леса простым прикосновением. Я не знал, подействует ли это на тебя, но очень хотел помочь. Я опустил руки в реку, делая вид, что мою их или играю с водой. Но на самом деле я распространил свой исцеляющий дар на весь ручей. Похоже, мне это удалось, я рад. – Ого… А могу ли я залечить раны сейчас? – не задумываясь о своих действиях, Бокуто положил ладони на предплечья Акааши, чтобы проверить его умения. Спустя пару мгновений он в смущении отскочил, осознав свою импульсивность и то, как опасно забилось сердце от такого простого прикосновения. Акааши покачал головой, говоря, что теперь это невозможно. – А если бы мы вернулись к реке? – Нет, как только я убрал руки от воды, это остановило способность. Бокуто кивнул. По правде говоря, он все еще был сбит с толку. Он верил всему, что говорил Акааши, ведь видел все собственными глазами. Как он мог не верить? Дождь все еще шел, и ночевать пришлось в пещере. Он мог рассмеяться при мысли о том, что это, как ни странно, не было самой притянутой за уши вещью во всей ситуации. – Если ты дерево, – Бокуто со смехом перебил себя. Акааши весело хмыкнул. – Если ты дерево, то где же ты спишь? – В этой пещере. – Это твой дом? – Да, разве это странно? – Ну… здесь не очень уютно. Тебе бы не помешал спальный пуфик или что-нибудь в этом роде, – пробормотал Бокуто. – Я не нуждаюсь во всем, в чем нуждаются люди. – Верно… когда ты не хотел есть сегодня вечером, это было из-за… – он развел руками. – Да, – промурлыкал Акааши, – я могу есть, но я не голоден. Все необходимые питательные вещества схожи с теми, что получают деревья. На все вопросы Бокуто были даны ответы; по крайней мере на те, которые он мог задать, не раскрывая, что шпионил за Акааши. Теперь он понял, почему парень уже был сухим, когда они вошли в пещеру. – Костер тускнеет, Бокуто-сан. Наверное, тебе стоит поспать. Бокуто повернулся: огонь становился совсем маленьким, но не настолько, чтобы его нельзя было сохранить и продолжить разговор. Он хотел этого. Но день был долгим, да и Акааши выглядел так, будто ему нужно было время, чтобы подумать в одиночестве. Бокуто кивнул, вставая. – Ты спишь? – Может быть, а может и нет, – поддразнил парень. Стражник ухмыльнулся и подошел к месту, где сушил одежду. Подобрав свой лонгслив*, он натянул его и вернулся к Акааши. Хотя пол пещеры довольно ровный, он все еще каменный. Это было едва ли удобно, Бокуто не мог представить, как будет лежать на нем лицом вниз. Появилась идея. Он не знал, сможет ли спросить об этом, не покраснев. – Хэй, эм, Акааши? – Да? – Как ты думаешь, мог я бы использовать твои колени в качестве подушки? З-земля тут довольно грубая. Глаза Акааши расширились; разум Бокуто мгновенно напрягся, пытаясь придумать извинения. – Конечно, у-ух… Да, можешь. Парень замер. Он понимал, что сам спросил – он не должен быть шокирован, получив положительный ответ, но все равно был сконфужен. Глаза Бокуто остановились на фигуре Акааши, когда тот переместился к стене пещеры, чтобы устроиться поудобнее и отдохнуть. – Что ж? – прошептал юноша, когда стражник не двинулся с места. Его голос звучал громче, гораздо громче, чем на самом деле. Бокуто осторожно подошел к Акааши и медленно опустился, положив голову ему на бедро. Полупрозрачная ткань прикрывала ноги, но, судя по всему, парень был обеспокоен тем, что мог дотронуться до обнаженной кожи. Тепло, коснувшееся его щеки, заставило покраснеть. Бокуто боялся, что Акааши почувствует жар его лица. Он не был уверен, как это может иметь смысл, но в данный момент стражник убедит себя в чем угодно. Наконец, собравшись с мыслями, он пробормотал «спасибо», надеясь, что его услышали (чтобы не пришлось повторять и рисковать тем, что голос сломается). Акааши что-то мурлыкал под нос, не говоря ни слова, и Бокуто убедился, что тот не почувствовал его волнения. Они молчали; парень уже засыпал под звуки дождя и дыхания Акааши, когда услышал, как последний что-то пробормотал. – Мм? – он стал тихо напевать, на случай если ему показалось. Он боялся, что Акааши передумает. – Эм… я… – парень выглядел обеспокоенным, когда вздохнул, легкая улыбка тронула его губы. – Ничего особенного. Спокойной ночи, Бокуто-сан. Бокуто вздохнул с облегчением, но и с печальным любопытством. Не было уверенности, что Акааши говорит правду – он выглядел так, будто произошло что-то тревожное, и Бокуто стало сочувственно интересно. Возможно, сегодняшнее признание было причиной такого состояния, он не мог сказать. Стражник точно не знал, что в нем заставило Акааши передумать говорить. Парень доверял ему, не так ли? Он рассказал, что является лесным духом, в конце концов. Так что, что бы он ни скрывал, это должно быть что-то за пределами понимания на данный момент. Но сейчас, похоже, не стоит вмешиваться. Бокуто будет уважать его выбор. Он надеялся, что совсем скоро они сблизятся. – Спокойной ночи, Акааши. Последним, что он помнил, засыпая, было ощущение тонких пальцев, пробирающихся через его волосы.