Демьен

4

      Он проснулся от чьего-то пристального взгляда. Открыв глаза, он со смешанным чувством удивления и неприязни обнаружил, что на краю кровати сидит Марго. Она задумчиво смотрела на него. Эверард насторожился: такого внимательного и мудрого взгляда он у неё раньше не замечал.       В памяти всплыли подробности минувшей ночи. Тогда, вернувшись в свою комнату, он ещё долго не спал, прокручивая в памяти всё произошедшее и лаская себя. Он так и заснул, не раздеваясь.       — Что-то случилось? — спросил Эверард, потирая глаза.       — Демьен заболел, — произнесла Марго.       — Да?.. И что с ним? — Эверард говорил спокойно, даже несколько равнодушно, но в груди холодной змеёй свернулась тревога и чувство вины.       — У него сильный жар, — вздохнула Марго. — Фернандо уже поехал за врачом.       Эверард молча поднялся. В ванной, глядя в зеркало, он не мог понять, что за демон в нём вчера проснулся, хотелось врезать кулаком по отражению.       Ледяной душ немного притупил чувство вины. Надо было увидеть мальчика. Накинув халат на мокрое тело, он вышел из ванной и вновь наткнулся на печальный и голодный взгляд Марго. Похоже, она всё это время сидела в комнате.       — Мисс Хадсон, не проведёте меня к Демьену?       — Вы пойдёте прямо так?! — округлившимися глазами она смотрела на стекавшие с его волос капли воды. Эверард усмехнулся и молча направился к двери.       Демьен лежал с закрытыми глазами, ресницы подрагивали, сухие губы были приоткрыты. Он казался ещё более хрупким и беззащитным, чем раньше. Чувство вины вновь неприятно кольнуло Эверарда, когда он приник губами к его пылающему лбу. Демьен вздрогнул и посмотрел в ответ слегка опухшими глазами.       — Демьен, что у тебя болит? — присев на кровать, Эверард прикоснулся к его лицу, с трудом сдерживая желание провести большим пальцем по губам. Демьен смотрел непонимающим взглядом.       — Горло болит? Открой рот, — взяв подростка за подбородок, Эверард повернул его голову к свету. — Так, с горлом всё в порядке… Похоже, это не воспаление.       — Может, инфекция? — горестно вздохнув, проговорила Марго. Она так и стояла у двери, переминаясь с ноги на ногу и явно чувствуя себя не совсем комфортно.       — Едва ли… — задумчиво ответил Эверард, пристально глядя на мальчика. — Мисс Хадсон, вы не могли бы поискать что-нибудь жаропонижающее, а заодно полотенце и спирт.       — Э-м-м… э-э-э… Может, всё же подождать врача? — растерянно смотрела на него Марго. — Хотя ладно, — передумала она, поймав его взгляд. — Пойду поищу.       Когда она вышла из комнаты, выражение лица Эверарда изменилось.       — Глупенький, — проговорил он, улыбаясь. — Похоже, ты нагнал себе температуру излишними переживаниями.       Эверард поцеловал Демьена и, проведя рукой поверх одеяла, задержался на члене. Подросток изогнулся.       — Что-то ещё болит, кроме задницы? — прошептал Эверард у самого уха.       Демьен смутился, но ответил:       — Голова… болит и кружится…       — Это от температуры, — Эверард отстранился. — Больше ничего?       Демьен отрицательно покрутил головой. Он смотрел ему прямо в лицо, и на какой-то момент в его глазах сквозь усталость и болезнь проглянула недетская истома. Казалось, что за эту ночь он повзрослел на пару лет. Эверард хотел поцеловать его ещё раз, но вернулась Марго с ворохом полотенец и бутылкой финской водки.       — Вот! — вывалила она всё в кресло. — Спирта не нашла, как и таблеток.       — Это подойдёт, — Эверард подмигнул Демьену и сдёрнул с него одеяло. От неожиданности подросток ахнул вместе с изумлённой Марго. Он был полностью обнажён и не успел прикрыться. Ни от кого не укрылось его возбуждение. Эверард сделал вид, что ничего не происходит, женщина же казалась смущённой.       — Может быть, мисс Хадсон поищет ещё и свежее бельё? — Эверард чувствовал её напряжение.       — Да-да, сейчас, — она довольно поспешно и, похоже, даже с радостью выбежала из комнаты.       Эверард бросил взгляд на простыню: пятен крови не было.       — Почему ты называешь Марго «мисс Хадсон»? — спросил Демьен.       — Чтобы держалась от меня подальше, — Эверард перевернул его на живот и быстро осмотрел. Слыша участившееся дыхание Демьена, Эверард скользнул рукой по шелковистой коже и слегка шлёпнул по попке.       Демьен охнул и перевернулся, глядя на него в смятении и пряча напряжённый член.       — Ты возбудился от одного прикосновения?.. Как ты некстати заболел, — ещё сильнее смущая его, прошептал Эверард.       Марго вернулась со стопкой постельного белья. Она с лёгким замешательством и недоумением смотрела, как Демьен, закрыв глаза, со страдальческим видом кутается в одеяло.       Эверард забрал у него подушки и со словами: «Поменяйте наволочки!», кинул поэтессе.       Сам он быстро сменил простынь и взял принесённую Марго бутылку. Демьен вяло следил за его движениями.       — А водку не опасно пить с такой температурой? — спросила она.       Эверард засмеялся. Свернув полотенце валиком и вылив водку в центр, он снова раскрыл Демьена и принялся его обтирать.       Марго растерянно наблюдала, как полотенце скользит по мальчишеской груди, животу и ногам. В движениях Эверарда было столько чувственности, что она испытывала ревность, хотя сама не могла понять, почему ревнует к мальчишке…       К тому времени, как приехал Фернандо, помощь врача уже не требовалась. Демьен проспал весь день, а к вечеру его температура вернулась к норме.              — Расскажи подробнее о своей новой задумке, — в тот день, пока Демьен отсыпался, а Марго валялась с томиком стихов в гамаке, два приятеля, уединившись за столиком у бассейна, обсуждали деловые вопросы.       — Запрещенный алкоголь и наркотики уже не пользуются спросом на чёрном рынке? — в голосе Фернандо звучала лёгкая ирония.       — Спрос будет всегда, — парировал Эверард, наливая в бокалы с абсентом свежевыжатый сок красного апельсина. — По крайней мере, пока существуют запреты, — зеленоватая жидкость в стекле превратилась в кроваво-бордовую. — Как видишь, запретов с каждым годом становится всё больше, и всегда есть люди, которые пытаются получить желаемое, несмотря ни на что…       Фернандо задумчиво следил за действиями друга. Как и многие другие, он знал об Эверарде очень мало. Изредка тот баловал его запрещенными веществами, в том числе собственного изобретения. А ещё Фернандо слышал от третьих лиц, что буквально за пару-тройку лет в нескольких странах появилась сеть тайных лабораторий, работающих слаженно, как часовой механизм. Наркотики, яды и другие запрещённые вещества были лишь малой частью того, что там могло производиться. Это была настоящая криминальная симфония, и он догадывался, что композитором был Эверард.       — …да и не всем быть сводниками, — с лёгкой усмешкой на губах Эверард передал ему бокал.       — Но именно для этого я тебе и нужен. Кто ещё сведёт тебя с Бачовски? — улыбнулся Фернандо. — Не пойму только, зачем он тебе.       — Поверь, друг: незнание — это великое счастье, — Эверард многозначительно посмотрел на пожилого приятеля.       — Ладно, — передёрнув плечами, ответил тот. — Как называется этот чудо-коктейль?       — «Кровь группы 0».       Фернандо нахмурился, с опаской пригубил странный напиток — и был приятно удивлён: вкус коктейля поражал изысканностью, хотелось пить его не спеша, наслаждаясь каждым глотком. Эверард, улыбаясь, следил за сменой эмоций на его лице.       — При желании можно будет повторить, — сказал он, беря свой бокал.       Время шло к вечеру, и он не спешил возобновлять беседу, наблюдая, как Фернандо постепенно приходит в приподнятое состояние расслабленности и эйфории.       — Странное всё же название, — наконец проговорил тот, улыбаясь. — И совсем на кровь не похоже, уж очень приятная смесь.       — О великий специалист-гематолог, — хмыкнул Эверард.       Фернандо рассмеялся и, хлопнув ладонью по колену, сказал:       — Ладно, раз уж специалист из меня никакой, сведу с тем, кто тебе нужен.       Влад Бачовски был молодым и талантливым учёным в сфере нейрохимии и психогенетики. Из-за странных идей научное сообщество отвергало его, принимая за чудака. В своей жалкой лаборатории с примитивным оборудованием Бачовски занимался маловразумительными экспериментами. Эверард собирался найти более полезное применение талантам молодого гения.       — Когда ты хочешь с ним встретиться? — спросил Фернандо, допивая напиток и ставя на стол пустой бокал.       — Как можно скорее, — Эверард смешал ему ещё одну порцию «кровавого» коктейля, добавив чуть больше алкоголя.       На балконе второго этажа появился Демьен. Его лицо было слегка опухшим после сна и температуры, он оторопело смотрел на них из-под растрёпанной чёлки.       — Малыш, ты поправился! — прокричал Фернандо, вскакивая. — Я попрошу Фелиссию приготовить ужин! — в приподнятом настроении от абсента и выздоровления племянника он помчался в дом.       Демьен всё так же стоял на балконе и глядел вниз, не моргая. Эверард смотрел на него в ответ. Демьен не мог сдвинуться с места, в его потемневших и теперь почти синих глазах ужас боролся со жгучим интересом. Ему казалось, что мужчина проникает взглядом в самые тёмные глубины его души, в то потаённое, что он сам себе боялся показать.       Эверард подмигнул. Это вывело Демьена из оцепенения: вздрогнув, он развернулся и прошмыгнул в комнату. Усмехнувшись, Эверард отсалютовал бокалом пустому месту на балконе и выпил залпом. Ему снова здесь нравилось, опять становилось интересно.              Демьен поддался на уговоры дяди и спустился к ужину, несмотря на жуткий страх. Температура прошла, осталось только неприятное чувство иллюзорности мира. И ещё была паника. Он до дрожи боялся вновь увидеть Эверарда, посмотреть ему в глаза и почувствовать, как слабеют ноги, как взволнованно стучит сердце. Странно, но одновременно он хотел этого, так же сильно, как боялся. Лицо мужчины всё время стояло перед глазами. Необычная, немного дикая красота Эверарда казалась Демьену верхом совершенства, превзойдя в его понимании даже красоту Иисуса. От подобных мыслей по спине бежал холодок, а волосы на голове становились дыбом: как низко он пал, если начал так думать.       За ужином им прислуживала итальянка Фелиссия. Кусочки ветчины разных сортов, поджаренные в чесночном соусе ломтики хлеба с овощным и мясным паштетом, разнообразные салаты, зелень, не обошлось и без пасты. Демьен чувствовал, как Эверард смотрит на него, и боялся поднять глаза. Иногда он всё же бросал на мужчину быстрые взгляды, когда тот разговаривал с дядей или Марго, и тут же опять смотрел в свою тарелку — видеть этого человека было выше его сил: слишком много разных чувств он пробуждал. Демьен ждал конца этой пытки — скорее бы закончился ужин! Ему хотелось убежать, и в то же время он надеялся, что Эверард подойдёт после десерта, когда все уйдут к бассейну, улыбнётся, заговорит…       В этот момент Фелиссия, лучезарно улыбаясь и разливая по тарелкам минестроне, приблизилась к Эверарду. Демьен с удивлением заметил, как тот притянул итальянку к себе и спросил шёпотом, не сильно ли она занята после ужина. Сердце замерло и ухнуло куда-то вниз. Фелиссия хихикала. Демьен чувствовал, что бледнеет, но ничего не мог с собой поделать. Впервые в жизни ему захотелось сделать что-нибудь ужасное. Внутри полыхала обида и ненависть. Это было нечто совершенно новое для него, что за напасть?       Уйти! Исчезнуть! Как можно скорее. Найти предлог…       Демьен посмотрел вокруг, Марго натянуто улыбалась и комкала под столом салфетку.       — Фелиссия не понимает по-английски, — добродушно засмеялся Фернандо.       — Это не важно, — улыбаясь, ответил Эверард и подмигнул девушке.       Демьен следил, как она уходит на кухню, покачивая бёдрами, и понимал, что ненавидит её.       За три дня он узнал много новых чувств. Этот человек… Демьен поднял глаза, Эверард внимательно смотрел прямо на него. Его лицо, оно было таким… понимающим! Демьен сжал губы и отвернулся.       Эверард ликовал. Как он и ожидал, от его импровизации дёрнулась не только Марго, но и Демьен. Боже, мальчишка его ревновал! Эти зардевшиеся скулы, поджатые обидой губы, насупившиеся брови и полные боли глаза. Но откуда взялось такое упорство? В мальчике определённо проглядывала сила характера, хотя сначала это было незаметно. Эверард отпил вина, не сводя с Демьена изучающего взгляда. Теперь он понимал, что его привлекло. Этот мальчик действительно был полон сюрпризов, хотя сам того не подозревал. Демьен совсем не знал себя, и никто не знал. Какая захватывающая игра! Эверарду захотелось, поочередно срывая лепестки, дойти до сердцевины и показать её Демьену. Внутри всё приятно напряглось в предвкушении.       Было решено подать десерт у бассейна. Когда Фелиссия принесла фрукты и мороженое, Эверард знал, что будет играть до конца.       Марго, облачившись в купальник, рассказывала Фернандо свой сон. Демьен, сославшись на усталость, попытался было уйти к себе, но в итоге остался, наивно полагая, что в его присутствии Эверард не будет ухаживать за итальянкой. И вот теперь, сидя в шезлонге и насупившись, он следил за их флиртом. Если бы не мучительное чувство ревности, то его, возможно, даже позабавил бы их диалог на разных языках. Мужчина говорил на английском, намекая на свидание этой ночью, девушка отвечала на итальянском, рассказывая о своей семье. Демьен проклинал своё знание обоих языков. Как назло, вспоминалась минувшая ночь. Сегодня он смотрел на всё произошедшее немного иначе: даже стыд и боль трансформировались в желание. Он догадывался, что именно Эверард предлагает девушке. Глаза мужчины горели, но сейчас он смотрел не на него… Демьен чувствовал себя лишним.       Разрываясь между желанием уйти и остаться, он всё же выбрал первое. Но, даже оказавшись в темноте своей комнаты, он стоял у окна и, глядя вниз, следил за каждым жестом, каждым взглядом этих двоих. Как всё несправедливо! До приезда этого человека они отдыхали втроём: он, дядя и Марго. Теперь же все разделились: Марго и Фернандо, Эверард нашёл себе девушку, а сам Демьен был никому не нужен. Никто даже не обратил внимания на его уход. Взрослые занимались своими делами… Как же ему хотелось проникнуть в их мир!       Он видел, как, смеясь, все четверо пошли по направлению к дому. Эверард бросил взгляд на его окно. Похолодев, Демьен отскочил назад, но запутался в тяжёлой портьере и упал на пол, сорвав карниз. Деревянная штанга больно ударила по колену. Это было последней каплей, слёзы брызнули из глаз. Демьен чувствовал себя полным идиотом: наверняка Эверард заметил, что он торчал у окна. «Нет, пусть не думает, что нужен мне! Я не знал его раньше, и теперь знать не хочу…» — глотая слёзы и потирая ногу, Демьен залез на кровать.       Но кого он пытался обмануть? Больше всего он хотел сейчас, чтобы мужчина был с ним и только с ним. Почему Эверард стал так равнодушен?.. Почему вчера говорил, что любит, а сегодня общался с этой девушкой, даже не понимая, что она ему говорит? «Может быть, я что-то сделал не так? — подумал Демьен. — Может быть, надо сказать Эверарду… Но что?» Демьен вытер слёзы и прислушался к себе. Он не мог понять, что испытывает к этому человеку, но знал точно, что чувство становилось сильнее с каждой секундой, особенно когда Эверард стал заигрывать с Фелиссией. Оно пульсировало странной надеждой, а порой жалило его изнутри, причиняя боль…       Спрыгнув с кровати, Демьен закрыл чёлкой заплаканное лицо и выбежал из комнаты. Внизу никого не было, на улице тоже. Не в силах поверить, что его оставили одного, Демьен два раза обошёл вокруг дома, прислушиваясь. Всё было тихо… Они уехали!!! Оставили его, а сами поехали развлекаться!       Слёзы снова потекли по щекам. Демьен чувствовал себя совершенно опустошённым. Вернувшись в комнату, он пытался молиться, но что-то было не так. Теребя чётки, он искал нужные слова, но они не приходили. Смотрел на распятие, но перед глазами стоял Эверард. Перекрестившись, Демьен поднялся с колен.       Побродив по пустому дому, он снова спустился к бассейну. На столике стояла недопитая бутылка красного вина. Он долго смотрел на неё, а затем решился. Позже Демьен сам затруднялся объяснить, почему это сделал. Наверное, ему хотелось показать, что он достаточно взрослый и достоин их внимания. Но после двух бокалов стало страшно и стыдно. Боясь, что дядя обо всём узнает, он решил никому ничего не доказывать, а просто вернуться к себе.       Голова кружилась. Сделав несколько шагов, Демьен покачнулся и чуть не упал. Какой кошмар! Он действительно был пьян. Скорее к себе, пока никто не вернулся! Демьен взбежал по лестнице, перебирая руками по перилам, пошатываясь, пробрался в комнату и, не включая свет, упал на постель. Всё. Теперь главное прийти в себя к утру. Но заснуть было совсем непросто: казалось, что вместе с кроватью он плывёт по волнам. Стоило закрыть глаза, как он тут же летел вниз с бешеной скоростью.       Промаявшись без сна около часа, Демьен наконец услышал, как внизу хлопнула дверь и засмеялась Марго. Обрадовавшись, он хотел было рвануть к ним, но вспомнил… Проклятое вино! Теперь он будет лежать здесь, а Эверард уйдёт с Фелиссией, или она придёт к нему. Если ещё не пришла…       Демьен прислушался. В коридоре раздавались оживлённые голоса, но было трудно разобрать, кто что говорит. Потом всё стихло. Теперь его мучила не только качка, но и ревность. «Что Эверард будет делать с этой девушкой?» — спрашивал он себя. Перед глазами всплывали воспоминания, как мужчина целовал его, как ласкал руками всё его тело, как потом… Это было так больно и так стыдно. «Интересно, Фелиссия будет испытывать то же самое? И будет ли ей так же приятно?..» — краснея от собственной смелости, Демьен помаялся и всё же решил узнать, чем эти двое занимаются.       Ему удалось тихо выйти из комнаты и так же тихо закрыть дверь. Но когда он шёл, точнее скользил по стене, то споткнулся на ровном месте и с грохотом упал. Проклятье!       Никто не вышел… Отдышавшись, Демьен поднялся и пошёл дальше ещё тише, чем раньше. «Так, комната дяди, комната Марго… — отмечал он про себя. — Вот она! Комната Эверарда…» Демьен остановился и, приложив ухо, прислушался. Удары собственного сердца, казалось, звучали на весь коридор, но больше не было слышно ни звука. Закусив губу и едва не плача от волнения, Демьен приоткрыл дверь. Она скрипнула! Испугавшись, он подпрыгнул на месте, сердце ухнуло вниз. Зажмурив глаза, он ждал немедленной кары за любопытство, но всё было спокойно. И в комнате было темно и подозрительно тихо. Осмелев, Демьен медленно вошёл и замер, осматриваясь.       В сумрачном ночном свете виднелась кровать; на ней, не шевелясь, лежал Эверард и, похоже, спал. Едва не прыгая от радости, Демьен понял, что никакой итальянки тут нет! Крадясь, как ночной вор, он подошёл к кровати.       Эверард… Демьен молча и чуть покачиваясь смотрел на мужчину, тот лежал на спине, подложив правую руку под голову. Одеяло прикрывало его по грудь. «Наверное, он совсем голый», — краснея, подумал Демьен и вспомнил, как видел силуэт Эверарда в свете морских огней, а потом ему было как-то не до этого…       «Боже, сделай его сон крепким!» — не в силах справиться с любопытством, Демьен залез коленями на кровать, чуть не упав на Эверарда, и, приблизившись, взял одеяло кончиками пальцев. Убедившись, что мужчина спит и его грудь по-прежнему мерно вздымается, Демьен отогнул одеяло. Эверард даже не пошевелился.       Демьен пожалел, что нельзя включить свет, но он и так уже зашёл слишком далеко. Затаив дыхание, он рассматривал сильное и гибкое тело. В принципе, всё было так же, как у него, только больше… Намного больше! Надо было срочно ретироваться, но Демьен, словно зачарованный смотрел, как у него на глазах увеличивается в размерах мужской член. Открыв рот, он посмотрел на лицо Эверарда, и… о ужас! Волосы на голове встали дыбом: мужчина всё так же лежал, подложив руку под голову, всё так же не шевелился, но теперь его глаза были открыты, и он смотрел на него!!! На губах Эверарда блуждала ироничная улыбка.       Опешив, Демьен отшатнулся и чуть не слетел с кровати, но Эверард ухватил его за руку и, притянув к себе, повалил на спину. Демьен оказался в его объятиях, щёки полыхали, он не мог понять, как такое могло произойти, неужели Эверард притворялся?       — Как это мило с твоей стороны — зайти меня проведать, — промурлыкал Эверард, приблизив лицо.       — М-м-м… Не надо, — Демьен попытался увернуться, но горячие мягкие губы прижались к его губам. Он в истоме закрыл глаза, голова кружилась уже не только от вина. Он снова испытывал странное чувство в груди.       — Это от созерцания меня ты так возбудился? — рука Эверарда прошлась через ткань по набухшему члену, кидая ещё глубже в тёмный омут желания. Упираясь ладонями в его гладкую мускулистую грудь, Демьен сопротивлялся уже по инерции: ему казалось, что так будет правильнее. Хотя честнее было бы признаться, что ему нравилось, как мужчина целует и вот так гладит его. Когда Эверард расстегнул ширинку и твёрдый член оказался в тёплой ладони, Демьен застонал и выгнулся в спине, подаваясь бёдрами навстречу сладкому наслаждению. Краснея, он отмечал, что тело двигается словно независимо от его воли. Чтобы не было так стыдно и страшно, он держал глаза закрытыми.       Продолжая ласкать член Демьена, Эверард наблюдал, как от наслаждения меняется ангельское лицо. Его забавляло, как, закрыв глаза, мальчишка тянется к нему своими пухленькими нежными губами.       — Быстро же ты пристрастился к алкоголю, — со смехом сказал Эверард, стаскивая с него штаны и рубашку. Демьен открыл глаза и теперь смотрел в ответ растерянно, безвольно раскинувшись на белом батисте простыни. «Похоже, я быстро пристрастился не к нему одному», — вяло пронеслось в его голове. Но следующая мысль ослепила подобно вспышке: «О, боже, он знает, что я пил!..»       — Т-только не говори никому, ладно? — произнёс он вслух.       Эверард усмехнулся: в голосе мальчишки слышались жалобные нотки.       — Хорошо, а ты больше не пей, — Эверард приподнял его, усадив между своих колен. Демьен обвил его руками и ногами. Дистанция между ними сокращалась со скоростью, превосходящей все ожидания Эверарда.       Мальчик был сейчас томным, раскованным и податливым. Эверард понимал, что не последнюю роль в этом сыграл алкоголь, но если позволить ему употреблять его сейчас, то малыш просто сопьётся.       — Когда вырастешь, мы выпьем вместе… — прошептал он подростку на ухо. После этих слов Демьен, казалось, перестал дышать и прижался ещё теснее.       — А мы что… — губы расплылись в глупой улыбке, в сердце забилась сводящая с ума надежда, — будем вместе?       Эверард отстранил его и, усмехнувшись, внимательно присмотрелся.       — А ты этого хочешь?       Демьен покраснел и спрятал лицо у него на плече. Эверард чувствовал, как бьётся его сердце; оно одно говорило сейчас больше, чем тысячи слов. Но Эверарду надо было услышать это от Демьена: чего он хочет, на что надеется. Игра, начавшаяся как мимолётная забава, становилась всё серьёзнее, и правила ужесточались…       Руки скользили по маленьким ягодицам, поглаживали узкую спину, пальцы зарывались в короткие шелковистые волосы. Задышав чаще, Демьен прижался к нему бёдрами, задев членом его орган, и застонал от неожиданного удовольствия. Эверард улыбнулся.       — У тебя дурацкая стрижка… А в остальном ты просто находка.       Он опустился вместе с Демьеном на постель.       — Теперь ты по-настоящему мой… — прошептал Эверард в мягкие губы.       Августовская ночь оплетала их тела. Издавая мяукающие звуки, Демьен изгибался и запрокидывал голову. Эверард целовал его шею, слегка прикусывая кожу, проводил языком по впадинке между ключицами, вылизывал нежные розовые соски. Руки блуждали по хрупкому телу, ласкали возбуждённый член.       Когда язык и губы Эверарда, плетя затейливую вязь на животе, опустились к паху, Демьен застонал, уже не сдерживаясь. Удовольствие выгибало, заставляло раздвигать ноги. Он уже не мог удержать их на месте, то сжимая, то раздвигая, изгибаясь, выпячивая ягодицы. Желание было столь сильным, что слёзы выступали на глазах.       Эверард закинул его бедро себе на плечо. Он целовал Демьена между ног, проводил языком по стволу, от головки до мошонки, вбирал в рот яички, лизал между ягодиц.       Демьен стонал, цепляясь за волосы Эверарда. «Пожалуйста… пожалуйста…» — молило что-то внутри него. Хотелось, чтобы Эверард взял член в рот. Демьен уже знал, как это приятно. Желание становилось нестерпимым. Огромное, оно заслонило всё: и стыд, и мысли о каре за грехи, и Бога, не оставив ничего, кроме Эверарда. Демьен хотел, безумно хотел этого. «Пожалуйста, скорее… ну пожалуйста!..» — он едва сдерживался, чтобы не начать просить вслух. Вместо слов из горла вырывались невнятные всхлипы.       Слыша, как стонет Демьен, видя, как изгибается его тело, как подрагивает возбуждённый член, Эверард с трудом держал себя в руках. То ли благодаря вину, то ли из-за импровизации с Фелиссией и страха потерять его, мальчик открылся… Это был первый сорванный лепесток.       «Да, вот так… Я научу тебя наслаждаться, научу желать по-настоящему, сходить с ума, быть самим собой, быть живым, быть за гранью дозволенного, быть таким же безумным, как… как я».       — Пожалуйста, Эверард… пожалуйста, — донеслось до его ушей. Он посмотрел на Демьена сквозь пелену собственного желания. Мальчишка трепетал, зажав в руке несколько его прядей, и был готов кончить.       Когда Эверард взял его плоть в рот, Демьен вскрикнул в голос, не в силах сдержаться. Мужчина сосал с жадностью, это бросало в жар и трепет. Схватив его за голову, Демьен понял, что что-то подобное уже происходило прошлой ночью, только теперь он не отталкивал Эверарда… Зарывшись в его чёрные кудри пальцами, Демьен прижал шёлковые волосы к животу и груди.       Громкий вскрик Демьена отрезвил Эверарда. Только обеспокоенных родственников ему сейчас не хватало. Он тут же приподнялся и лёг на Демьена, закрывая рот поцелуем. Языки соприкоснулись, Эверард почувствовал, как подросток жадно ему отвечает. «Да, всё же вино отлично его раскрепостило», — подумал он.       Демьен не открывал глаза. Скользя хрупкими пальцами по спине и плечам мужчины, он неуверенно, втайне от самого себя, изучал его тело.       Эверард усмехнулся и, отстранившись, включил ночник.       — Что ты делаешь? — жмурясь, Демьен прикрыл лицо рукой.       — Ты ведь хотел посмотреть на меня, ну так смотри.       Даже привыкнув к свету, Демьен боялся поднять глаза. Тело словно парализовало стыдом, и чем дольше длилась пауза, тем скованнее он себя чувствовал. Эверард лёг рядом и прижал его к груди.       — Дай руку.       Демьен несмело протянул ладонь. Лицо горело.       — Расслабься, — Эверард поцеловал его в макушку. — Разве это не интересно — лучше узнать тело своего любовника?       Демьен вздрогнул. Если бы мужчина не держал его, он бы, наверное, тотчас убежал. Поцеловав его ладонь, Эверард провёл ею по своему лицу. Опустил на грудь, провёл по животу. Его кожа была гладкой, Демьен со стыдом признался себе, что ему приятно её гладить. Но всё же… Сердце стучало, лицо горело. Он уже привык к поцелуям и прикосновениям Эверарда, если к этому вообще можно привыкнуть. Но ласкать его самому!.. Это смущало и сводило с ума.       Когда Эверард опустил его руку на свой член, Демьен пискнул и зажмурился. Он касался Эверарда, а сам испытывал желание.       — Посмотри на меня, — прошептал тот. Демьен глянул ему в глаза, потому что никуда больше он смотреть не мог.       Эверард смеялся: глаза подростка были полны желания и испуга одновременно. Он обвил его робкие пальцы вокруг своего члена и услышал, как Демьен задохнулся. Расширившиеся зрачки синих глаз пульсировали.       — Поцелуй меня, — прошептал Эверард, и малыш послушно приблизился к его рту.       — Расскажи, что ты чувствуешь, — велел он после поцелуя.       Демьен зажмурился и застонал: говорить об этом было точно выше его сил. Что же будет дальше? Что ещё этот человек заставит его делать, и на что будет готов пойти он сам?.. Эверард толкал его всё глубже в пропасть грехопадения, и Демьен с ужасом понимал, что ему это нравится.       — Скажи, — Эверард двигал его ладонью по своему члену. — Хочешь, чтобы я сделал то же самое? Тогда попроси меня об этом.       — М-м-м… — глаза Демьена были полны слёз и томления. Он умоляюще смотрел на Эверарда, но не мог даже просто рта открыть.       — Нет, ты должен это сказать, — взгляд мужчины горел лукавством.       — Эве… Эверард… пожалуйста, — Демьен глотал воздух, словно рыба, выброшенная на берег. — Н-нет! Я не могу… — он уткнулся мокрым лицом ему в плечо. «Я не могу произнести это вслух…» — желание изгибало тело, но какой-то внутренний барьер мешал сказать об этом.       Неожиданно Эверард приподнял его и усадил на себя верхом. Демьен всхлипнул и закрыл лицо руками. Напряжённый орган мужчины находился между его ягодицами, он сидел как раз на нём и был весь так открыт… с торчащим членом, с раздвинутыми ногами, без клочка одежды.       — Сколько ты, говоришь, выпил? — Эверард наслаждался его стыдливостью.       — Два бокала, — прошептал Демьен в ладони.       — Не мог захватить бутылку с собой?       — Ты сказал больше не пить! — Демьен удивлённо поднял глаза, позабыв про смущение.       — Всё верно, — Эверард притянул его к себе и поцеловал. — Пей только тогда, когда я сам предложу тебе.       Демьен застонал: Эверард сделал то, о чём он так и не смог попросить. Движения его пальцев по члену заставляли тело изгибаться. Опираясь одной рукой ему в грудь, Демьен зажал рот ладонью: он не мог сдержать стоны, как ни пытался, а сейчас, при свете, они казались ещё громче. Когда он уже готов был кончить, Эверард неожиданно убрал руку. Демьен всхлипнул.       — Что случилось? — сфокусировав взгляд, он непонимающе посмотрел на мужчину.       — Ты не кончишь, пока не попросишь меня об этом… Или давай сам продолжай, — Эверард спокойно смотрел на ошарашенного подростка.       — Н-нет, — зажмурив глаза и буквально трясясь от желания, Демьен стиснул член рукой.       Эверард наблюдал, как он в нерешительности сжимает в ладони свой орган, как трепещет его грудь, как желание и обида сменяют друг друга. — Нет…       Эверард выждал минуту, и, когда мальчишка начал успокаиваться, продолжил ласкать его.       — Пожа… луйста… пожа… — стонал Демьен сквозь зубы, прижимая попку к его бёдрам, скользя ягодицами по члену. Сердце бешено билось в груди, он уже не мог контролировать движения тела, и в тот момент, когда он уже не видел Эверарда, не слышал собственных стонов… мужчина снова убрал руку.       Слёзы брызнули из глаз, Демьен упал ему на грудь. — Ну почему?.. Почему?       Эверард опрокинул его на спину и, склонившись, собрал слёзы губами. Он ласкал нежную кожу, проводя руками везде, кроме члена. Демьен и не знал, что желание может быть таким сильным. Он проклинал себя за робость и в то же время чувствовал обиду на Эверарда. Именно она заставляла его упорствовать, даже когда он был готов произнести заветные слова. Сжимая зубы и глотая слёзы, Демьен стонал, прижимался к нему, тёрся об него, и наконец:       — Эверард… Я хочу этого, пожалуйста, — не поднимая глаз, заливаясь краской. — Помоги мне… кончить…       И в тот же миг, ещё не успев всё осознать, он содрогался, извергаясь Эверарду в рот. Перед глазами всё плыло, кровать словно взлетела до потолка, сквозь звон в ушах Демьен слышал собственный гортанный стон. Сильные губы Эверарда продлевали и продлевали наслаждение. Демьен так и не смог понять, когда тот успел переместиться вниз. А может быть, от сильных переживаний этот момент просто вылетел из памяти… Тело медленно опускалось в приятную истому.       Эверард посмотрел на раскинувшегося Демьена. Его полузакрытые веки подрагивали, на лице маячила лёгкая улыбка, настолько возвышенная и целомудренная, словно подросток только что поднялся с колен после молитвы. «Да, теперь он будет молиться иным богам», — загадочно усмехнувшись, подумал Эверард. Растянувшись рядом, он провёл ладонью по его волосам.       — Я… люблю тебя, — прошептал Демьен так тихо, что слова можно было списать на обман слуха. — И я… хочу… быть с тобой, — свернувшись как котёнок, он уткнулся лицом ему в грудь.       — Ты смелый мальчик, — Эверард нежно провёл ладонью по шелковистой спине. — Ты же совершенно ничего обо мне не знаешь…       Томную негу прорезал резкий звук. Это был звонок телефона, вдребезги разбивший их хрупкую гармонию. Эверард поморщился.       Поднявшись, он быстро нашёл гарнитуру, и вставил в ухо.       — Слушаю.       Демьен укутался в простыню: от официального тона мужчины сделалось неуютно, он словно сразу стал далёким и холодным, и Демьен снова вспомнил, что раздет.       — Алло! — Эверард нашёл место, где хорошо принимал мобильный.       — Алло, папа!!! — голос дочери он узнал не сразу. — Ты меня слышишь? — рыдала она в трубку.       — Джеки, что случилось? — на сердце похолодело. — Где ты сейчас? С тобой всё в порядке?       — Папа, произошло несчастье!       — Где ты?!       — Со мной всё в порядке… я… Франц…       — Милая, возьми себя в руки и постарайся спокойно обо всём рассказать, — Эверард присел на край постели, пробежав взглядом по телу Демьена. Тот сжался: такого грозного взгляда у мужчины он ещё не видел.       — Ты жива-здорова?       — Да… — всхлипывая, говорила дочь.       — С Францем, с мамой всё в порядке?       — Да…       — Тогда чего ты ревёшь? — голос Эверарда потеплел, в нём послышались обычные ироничные нотки. — Говори сразу, кто умер?       — Мерседес.       Эверард напряг память. Так звали девушку его сына. Перед глазами мелькнули прямые белые волосы, приятные черты лица, воздушные очертания тела. Они с Францем встречались всего ничего, но были без ума друг от друга с первых дней непростого романа. Родители Мерседес были категорически против Франца, зная, что его отец связан с криминалом. Но Франц не обращал на это внимания и даже собирался жить отдельно, несмотря на все протесты сестры и свою привязанность к родителям.       — Что произошло?       — Авария… В её машину врезался какой-то маньяк, ехал со скоростью 120 миль в час! — в голосе дочери звучала боль и гнев. Эверард был уверен, что попадись ей сейчас этот водитель, она бы его растерзала.       — Он выжил?       — Нет, — Джеки опять зарыдала. — Никто не выжил!.. Машины смяты… Тела… пришлось вырезать.       — Ну успокойся, моя принцесса… Успокойся, — Эверарду захотелось обнять её. Он не совсем понимал, почему Джеки так безутешна. Ведь с Францем ничего не случилось… Впрочем, это как посмотреть. Эверард помрачнел. — Собираешься к брату?       — Да! — она немного оживилась. — Срочно! Уже покупаю билеты, вылет через два часа.       — Хорошо… Я люблю тебя. Береги себя и смотри, чтобы Франц не наделал глупостей. А я… — в голове всплыл Бачовски. — Скоро буду. Есть ещё незаконченные дела.       — Когда тебя ждать, пап?       Эверард посмотрел на Демьена.       — Я отплываю завтра.