Демьен

14

      Верхний свет не горел, но комната была достаточно освещена: голограммы на стенах мерцали приятным неоновым светом, создавая иллюзию огней большого города, лампочки на зеркалах, свечи на столе, огни в бутафорских окнах на стенах, в фальшивых сиреневых фонарях. Демьену казалось, что он снова в церкви. Только теперь к религиозному чувству подмешивалось какое-то порочное ощущение. Рвано вздохнув, он поправил на груди костяные бусы. Кроме них на нём были только кожаные штаны со шнуровкой, которые они купили сегодня в магазине. Сердце билось от волнения, внутри всё трепетало от страха и тревоги, словно он переступал порог дозволенного. Было боязно, что кто-то зайдёт и застанет его перед зеркалом в таком странном виде, но Демьен не спешил запирать дверь. Глядя на своё отражение, он испытывал что-то похожее на запретное удовольствие, которое дарил ему Эверард. Чтобы усилить это чувство он увлажнил волосы гелем и попытался накрасить ресницы сворован… нет, взятой на время у Жаклин тушью. Рука дрогнула, кисточка мазнула под левым глазом.       — Вот проклятье! — прошипел он и побежал умываться.       Этот наряд определённо ему шёл. Смыв с лица тушь, Демьен не без удовольствия покрасовался и перед зеркалом в ванной. Новый образ вызывал в нём странное греховное переживание, как если бы он хотел самого себя. Ему не терпелось показаться в таком виде Эверарду. Проводя рукой по груди и по тесным кожаным штанам, Демьен представлял, что так его ласкает любовник. Член наливался кровью.       «Накрасить ресницы!» — полный решимости довести начатое до конца, Демьен вернулся в комнату и вздрогнул.       — Обновки примеряешь? — в кресле сидел Франц.       — Э-э-э… — растерянность мгновенно сменилась злостью: какого чёрта он не стучится?! Сам же за это стыдил! Захотелось съязвить или сказать что-то гадкое. Демьен вспомнил про незнакомого блондина.       — Французский сегодня будет или ты опять…? — Демьен осёкся: в дверях стояла Жаклин. На ней были купленные сегодня вещи: чёрный корсет, расстегнутая на груди шёлковая блузка и оригинальная юбка. Джеки была прекрасна. Она вышла на середину комнаты и повернулась, демонстрируя свои обновки. Демьен вновь поразился, какими близнецы были красивыми и как походили на своего отца.       — Браво! Браво! — Франц зааплодировал.       Жаклин рассмеялась. — А Демьен-то, а Демьен!       — Я же говорю: нам определённо надо ехать в фотостудию!       — Вот ещё! — фыркнув, Демьен надул губы и снял бусы.       — Ради такого я даже универ завтра пропущу… — Франц заговорщицки подмигнул сестре и закинул ногу на ногу. — А что ещё ты купил интересного? — спросил он у Демьена. — Вижу, в этот раз вы разошлись не на шутку.       — Демьен решил сам выбирать одежду, — пожала плечами Жаклин.       Глядя на покрасневшего подростка, Франц улыбнулся и поднялся с кресла.       — Спускайся в библиотеку, позанимаемся до ужина. Только в таком виде не приходи… А то случится непоправимое, — он хитро посмотрел на него и засмеялся вместе с сестрой.              На следующий день они приехали в студию, прихватив с собой Джеда. Шагая по ветвистым белым коридорам, Демьен ужасно переживал, и это был не только страх объектива и излишнего внимания. Что подумает по этому поводу Эверард, когда узнает? Позвонить ему и предупредить не дал Франц: нечего, мол, беспокоить по пустякам.       Уже на входе они столкнулись с незнакомой женщиной в сопровождении двух крупных мужчин в модных костюмах. Демьен не обратил на незнакомцев никакого внимания, Франц же практически развернулся им вслед, замешкался и немного отстал.       — Ты видел, видел?! — он догнал друзей и, лихорадочно шепча, дёрнул Джеда за рукав.       — Это она!!!       Демьен напряг слух, но не подал вида, что ему это хоть немного интересно.       — Кто? — Джед развернулся, хотя незнакомка уже удалилась.       — Линда Хилт!!! Боже, — Франц накрыл лоб ладонью. — Я не знал, что она в Нью-Йорке… — он выглядел совершенно ошалелым. — О боже, она прошла так близко!!! Я даже почувствовал запах её духов.       — Кто это? — не выдержал Демьен.       — Певица одна, — Жаклин открыла перед ним дверь. — Франц от неё фанатеет.       В студии их уже ждали стилист и фотограф.       — Привет! Шмотки у вас с собой? — с порога спросил молодой мужчина, Демьен решил, что это фотограф.       — Тогда вперёд переодеваться! А кого, вообще, снимаем?..       Демьен внутренне сжался, борясь с желанием спрятаться за Жаклин.       — Сначала меня, — неожиданно сказал Франц. Демьен открыл рот от удивления, но промолчал.       — Марк, слушай… Она ведь от вас вышла, да? — Франц сидел на низком крутящемся кресле, пока девушка-стилист наносила лёгкий макияж ему на лицо. Демьену казалось, что эта процедура ему привычна.       — Кто? — фотограф отвлеченно просматривал снимки на своём фотоаппарате.       — Линда…       — А, ну да.       — Дашь посмотреть, что сняли?! Ну пожа-а-алуйста, — Франц сделал трогательное лицо, и все засмеялись.       Демьен тоже улыбнулся, он сидел на диване между Жаклин и Джедом и, наблюдая за Францем, чувствовал себя уже совершенно расслабленным. Он не знал, правда ли тот собирался фотографироваться, и испытывал к нему сейчас какую-то трепетную благодарность за то, что пошёл первым.       — Будут какие-то особые пожелания? — фотограф Марк настраивал аппаратуру и делал пробные снимки.       — Может в этот раз как-нибудь эротичнее? — Франц снял майку, и Демьен почувствовал, как вместе с ним задержали дыхание Жаклин и Джед.       — Ещё эротичнее? — засмеялся фотограф. — Ты хочешь совсем откровенно, что ли?       — Если ты готов на эксперименты, то я тоже готов.       — Это зависит от того, насколько далеко ты хочешь зайти, — Марк загадочно улыбнулся и сделал ещё пару кадров. — Кто на очереди? — обратился он к сидящим на диване. — Вперёд к Марии.       Демьен растерянно посмотрел на Джеки.       — Иди садись в кресло, тебя слегка загримируют, чтобы кожа зайчиков не пускала, — объяснила она.       Пока Мария колдовала над его лицом, Марк работал с Францем. Демьен вновь поразился, насколько он раскован, гармоничен и красив. «Откуда в нём это? Как у него получается быть таким?» — не без зависти думал Демьен. А когда Франц полностью разделся, Демьен и вовсе ахнул. Было стыдно, но и не смотреть он не мог. Таким обнажённым он видел его впервые.       — Весь в отца, — укоризненно хмыкнула стилист. Демьен удивлённо посмотрел на женщину, которая, кажется, впервые за всё это время проронила слово. Неужели и она знакома с Эверардом? Демьен рассматривал её с подозрением.       Пока Жаклин помогала брату натянуть длинные чёрные перчатки выше локтя, принесли шампанское.       — Ура! Живем! — воскликнул Франц, подняв вверх руки и даже не пытаясь прикрыться.       — Ему бы ещё на шею что-то, — Марк скептически смотрел на Франца, и, как отметил Демьен, во взгляде фотографа не было ни капли желания, в отличие от Джеда и него самого… Демьен покосился на свою ширинку: «Я уж точно не буду раздеваться, и не только из-за стыда…»       На шею Францу накинули какого-то белого песца. Во вспышках света юноша принимал сексуальные позы, его руки в чёрных перчатках эротично гладили мех и грудь. Демьен вздохнул: «Не-е, точно раздеваться не буду!..»       Франц сменил ещё несколько нарядов. Мария давно закончила с лицом Демьена, и теперь он с тоской наблюдал, как она меняет макияж Франца, подчёркивая его глаза. Внезапно Демьена разобрала обида и зависть: всё внимание доставалось Францу, хотя изначально они собирались фотографировать его!       — Ну что, готов? — Франц, похоже, заметил его состояние. Демьен немного испугался, но поднялся с кресла. Франц усмехнулся. — Надевай вчерашние штаны. И бусы не забудь…       — Нет, такие штаны носятся без трусов! — вмешалась Джеки.       «Хорошо, что от зависти эрекция пропала», — Демьен послушно переоделся, но не так демонстративно, как Франц, — зашёл за занавеску.       Он чувствовал себя неуверенно и смущался, когда Франц обнимал его, прижимал или заставлял лечь к себе на руки. Всё его внутреннее состояние было видно на первых снимках: смущение, испуг, раздражение и зависть. Но чем дольше проходила съёмка, тем менее серьёзно он её воспринимал. Мария накрасила его лицо совершенно немыслимым образом, и когда он увидел своё отражение, то совсем успокоился: из зеркала на него смотрел совсем другой человек, и, в общем-то, не имело значения, что они делают с этим незнакомцем.       Когда, окончательно успокоившись, он решился раздеться, Марк сделал ещё несколько постановочных фотографий с Францем и оставил Демьена в кадре одного. «Ещё два месяца назад я и помыслить не мог, что буду позировать совершенно раздетым в присутствии нескольких человек…»       Марк был профессионалом, Демьен не чувствовал себя голым, в какой-то момент он даже перестал позировать и стал самим собой…       — Всё в порядке! — крикнула Жаклин, переговорив с кем-то по телефону. — Папа дал добро и разрешил взять Демьена в клуб!       — Ну всё, начинается веселуха… — сказал уже переодевшийся Франц. Демьен вздрогнул и снова разволновался.       — А где можно умыться? — интуиция подсказывала ему, что съёмка окончена. Франц вызвался помочь, и отвёл его в уборную. Демьену почему-то стало грустно.       Франц стоял, опираясь о стену, и отрешённо наблюдал, как Демьен старательно умывается. Внезапно из задумчивости его вывел странный звук. Это было так неожиданно, что ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что Демьен плачет.       — Эй, ты чего?.. — Франц подошёл и изумлённо оторвал его от умывальника. Демьен закрывал лицо ладонями и жалобно всхлипывал.       — Что случилось?       — Н-не зна-ю… не…       — Ну-ка, покажи лицо, — голос Франца наполнился нежностью и сочувствием. — Что случилось? Ты переволновался?.. Ну перестань, — он вытер пальцами снова набежавшие слёзы. — Перестань, — мягко повторил он и неожиданно приник ртом к его дрожащим губам, вбирая всхлипы и рыдания. Их языки соприкоснулись, Демьен задрожал и заплакал ещё сильнее.       — Прости, прости! — Франц прижал его к себе, успокаивающе гладя по спине и голове.       Объятия Франца были такими тёплыми, а движения настолько расслабляющими, что Демьен ещё немного повсхлипывал и затих.       — Я боюсь его потерять, — нарушил тотальную тишину голос Демьена.       Франц осторожно отстранил его от себя.       — Успокойся… Сейчас поедем куда-нибудь, перекусим, выпьем.       — Мне нельзя пить. Эверард не разрешает… Вернее, можно, но только в его присутствии и если он позволит.       — Забавно, — Франц засмеялся. — А что ещё он тебе не разрешает?       «Спать с другими мужчинами», — чуть было не проболтался Демьен, но вовремя замолчал и только ниже опустил голову.       — Ладно, давай вернёмся. Ты не переживай: сегодня он позволит тебе делать, что угодно. Вот увидишь!              Автоответчик пискнул, и после сигнала послышался взбудораженный голос Франца:       — Привет, пап! Фотографии должны быть чудесными! Не разочаруешься! А Демьена не узнаешь, — Франц мягко рассмеялся. — Кстати, он с нами в клубе. Я хотел тебя спросить, что если…       — Привет, малыш, — Эверард взял трубку в своём рабочем кабинете.       — О! Как удачно, что я тебя ещё застал! Звонил домой, но Агата сказала, ты на работе. Твой мобильник не отвечает, и я подумал, что…       — Как время провели?       — Восхитительно! — мелодичный голос Франца стал загадочным. Эверард усмехнулся, развернувшись вместе с креслом к окну.       — А что с Демьеном?       — …мне удалось его раздеть.       — Ну, это дело нехитрое, — Эверард засмеялся. — И что он?       — Стеснялся… Но я показал ему мастер-класс, и он, вдохновлённый моим примером, решил не оставаться в стороне.       — Он сам разделся? И тебе даже не пришлось совершать акт насилия и приклеивать его скотчем к стене? — слыша почти детский смех сына, Эверард тоже рассмеялся. — Да, заинтриговал. Что ж ты ему такое показал?       — О-о-о! — голос Франца стал ещё более игривым и таинственным. — Всё увидишь на фото, поверь мне, они тебя вдохновят! Я вот что хотел спросить: ты не против, если Демьен выпьет немного по поводу первой фотосессии в своей жизни? Я бы его и так напоил, но без твоего разрешения он отказывается.       «Какой послушный мальчик», — усмехнулся Эверард, а вслух сказал:       — Только не переусердствуй. Он мне нужен живым и здоровым, понял?       — Я люблю тебя! Ты самый лучший папа на свете, я говорил тебе?       Эверард рассмеялся. — Ничего не знаю, фотографии на базу!       Попрощавшись с сыном, он откинулся на спинку кресла. Домой можно было не спешить.       Хотя, может?.. Эверард посмотрел на часы и набрал номер секретаря.       — Райан, ты уже дома?       — Ещё не успела, ты же меня только полчаса назад отпустил.       — Вот и прекрасно, возвращайся в офис. Надеюсь, у тебя никаких планов на вечер не было?       — С таким боссом особо не распланируешь… Что случилось?       — Заезжай за мной, а дальше будет видно.       — Слушаюсь.       Когда Райан приехала, Эверард велел ей составить ему компанию на вечер.       Они пили в неприметном баре, одном из тех, где обслуживают кибернетические официанты и робот-бармен, а посетители не запоминают друг друга.       Эверард слушал Райан, прижав холодный бокал с виски к виску. Его взгляд скользил по её непослушным волосам, выразительным скулам и весёлым зелёным глазам.       Она была первой, кто задержался на месте его секретаря, остальные либо просто не выдерживали давления, либо не вызывали у него доверия. Райан была прекрасным человеком и неунывающей подчинённой, готовой на риск, приключения и все те авантюры, что он проворачивал. Но о личной жизни ей пришлось забыть. Интересно, сожалела ли она об этом?       — Поедем на твоей или возьмём такси? — спросил Эверард, когда они под руку вывалили на улицу, выпив по несколько порций виски.       — На моей! — опираясь на него, Райан взмахнула рукой и чуть не упала.       — А как же дорожная инспекция? — спросил Эверард. Пьяной Райан была такой забавной, что он щурился от удовольствия, наблюдая за ней. Он не прогадал, решив провести с ней вечер.       — Да я сейчас всех порву! — худенькая Райан устремилась к машине, Эверард, смеясь, рывком вернул её за руку.       — Пошли, вояка. Я поведу…       Уже летя над городом, он резко развернулся и, нарушая правила, снизился на несколько уровней.       — Что случилось?! — проснулась Райан. — Они нас засекли? Преследуют?!       — Собаки тебя во сне преследуют, — снова покатился со смеху Эверард. — Спи спокойно. Я хочу ещё кое-куда заглянуть.       Он приземлился и проехал несколько кварталов по земле, пока не остановился возле дома Строуджеров.       Свет в особняке не горел. Эверард постоял, задумчиво рассматривая дом. Ломиться к ним в столь поздний час, да ещё и выпив, значило усложнить и без того натянутые отношения с родственниками жены. Он бы влез к ней через окно, как в старые добрые времена, знать бы в какой она комнате.       — Всё, едем к тебе, — Эверард вернулся на водительское место.       — А как же… ты? Возьми мою машину, — сонным голосом бормотала Райан, когда уже в квартире Эверард укладывал её на диван и стягивал туфли.       — Доберусь на такси. А ты чтобы рано утром была в офисе, — не раздевая, он накрыл её тёплым пледом.       — Ты самый лучший босс на свете… — отключаясь, прошептала она.       Эверард рассмеялся, внимательно вглядываясь в её лицо.       — Вы что, все сговорились сегодня?       Но Райан уже спала.              Дома его встретила неожиданно весёлая Агата.       — Почему не спишь? — Эверарду показалось, что она хочет что-то сказать. — Иди, мне ничего не нужно.       Судя по тишине, молодёжь ещё не вернулась. Он направился к себе в кабинет, просмотрел последние лабораторные и финансовые отчёты.       Внезапно дверь открылась. Эверард машинально выхватил пистолет. В дверях стояла Джулия.       Он широко улыбнулся, в груди разлилось приятное тепло. — Привет.       Джулия всё так же стояла на месте, опираясь спиной о косяк, и только загадочно улыбалась.       — Что-нибудь случилось? — Эверард внимательно изучал жену, но к собственному недоумению не мог разгадать её настроения, возможно впервые в жизни. — Ты вернулась.       — Я беременна, — сказала она тихо, и его сердце ёкнуло.       — Боже! — выдохнул Эверард, не сдержав чувств. Он не помнил за собой такого изумления, такой странной радости, такого восхищения. Даже когда впервые услышал о первой беременности Джулии, даже когда узнал, что она ждёт не одного, а двух детей.       — С ума сойти! — он подошёл к ней и прижал к себе.       — Ты рад? — в её глазах блестели слёзы.       — Я счастлив! — Эверард с нежностью поцеловал жену. — Какой срок?       — Четыре недели.       — Это чудесно! Чудесно…       «Теперь всё будет хорошо…» — думал Эверард и снова прикасался к жене, целуя, прижимая к себе.              Глубокой ночью они возвращались домой. Демьен выпил два коктейля с дынным ликёром, кокосовым ромом и лимонной водкой и сначала почувствовал необычное оживление, даже счастье. Он вспомнил, как готов был под землю уйти от смущения, когда на вопрос бармена, что он будет пить, Франц вместо него ответил: «Сделай ему "Привяжи меня к кровати"…» Демьен подумал, что это не особо удачный прикол, но коктейль вправду так назывался и на вкус оказался приятным. Впрочем, это действительно была своеобразная шутка Франца, потому что уже после первого бокала Демьену нестерпимо захотелось со всеми общаться, он заливисто смеялся над любой фразой, а потом и вовсе пошёл танцевать. После второго бокала ему стало невыносимо грустно. Разревевшись, он повис на шее Франца и начал исповедоваться, как сильно любит Эверарда и как боится, что тот перестанет любить его.       — Я такой несчастный… — хныкнул он, глядя в окно такси.       — Ну вот, опять завёл шарманку, — недовольно протянул Джед, сидя рядом с водителем.       — Меня никто не понимает!.. — успокоившаяся уже было тоска снова волнами поднялась в груди, и слёзы потекли по щекам с новой силой. — Мне так… мне так пло-охо.       — От недопития, что ли? — процедил Джед тихо. Он чувствовал себя уставшим, и нытье подростка начинало раздражать.       — Это не Демьен плачет, правда? — Жаклин, сидевшая между братом и Демьеном, привлекла его к себе. — Это коктейль плачет, — она чмокнула его в макушку.       — Вот тебе папа завтра покажет, — обратилась она к Францу. — Чем ты его напоил? Забыла уже…       — «Привяжи меня к кровати», — ответил Франц, потирая лоб и глядя в окно.       — Вот именно это отец с тобой завтра и сделает! — сказала Джеки, и все прыснули со смеху.       — Было бы неплохо, — всё ещё смеясь, проговорил Франц.       — Мне так грустно… — продолжил жаловаться Демьен.       — Чего тебе грустно? — Франц оторвался от окна и посмотрел в его сторону.       — Я так его люблю…       Франц горько усмехнулся.       — Скорее бы домой, — простонал Джед.              Наутро Демьен впервые в жизни проснулся с жутким похмельем. Голова болела, и безумно хотелось пить. Но вставать он не спешил: почему-то казалось, что кто-нибудь — лучше всего, конечно, Эверард — придёт и позаботится о нём. Но время шло, и никто к нему не спешил. Поэтому, устав бороться с мочевым пузырём и засухой во рту, Демьен поднялся и пополз в ванную. Ответив на зов природы, он сразу кинулся к умывальнику и долго пил, не в силах утолить жажду. Раньше Демьен не позволял себе пить из-под крана, но раньше он и не знал, что вода может быть такой вкусной.       С кислой миной он рассматривал себя в зеркале. Опухшее лицо, покрасневшие глаза. В таком виде Эверарду лучше не показываться… Но и сидеть в комнате было глупо, тем более что от голода болел желудок.       Одеваясь, Демьен посмотрел на часы и обалдел: время перевалило за полдень!       В доме все были подозрительно радостными и оживлёнными, никто не обращал внимания на его внешний вид.       «Ах вот оно что!» — расстроившись, Демьен заметил на кухне Джулию. Женщина сидела к нему спиной, а радостная Харука, забавно жестикулируя, пела ей какую-то песню на японском. Жена Эверарда весело смеялась.       «Блин, она всё-таки вернулась…» — подумал Демьен. Хотелось есть, но показываться Джулии после того засоса и после всего, что у него произошло с Эверардом, было боязно. Сегодня совесть мучила его как-то особенно сильно.       Демьен развернулся и направился в холл. Как ни странно, Эверард был дома, тоже какой-то подозрительно воодушевлённый. «Тем лучше. Может, не будет ругать за вчерашнее…» — шмыгнув носом, Демьен сел рядом на диван. Здесь же находились близнецы. Все что-то обсуждали до его появления.       — А вот и наш герой, — иронично отметил Эверард. — Привет, Демьен, — он положил руку ему на затылок, мягко массируя шею. — Рассказывай, как повеселился.       — Нормально, — Демьен решился посмотреть ему в глаза. Мужчина был вполне спокоен, и Демьен улыбнулся.       — Чем тебя угощали?       Демьен тут же покраснел, а близнецы захохотали.       — Франц подогнал ему коктейль «Привяжи меня к кровати», — хихикнула Жаклин.       — Долго думал? Ну, вообще, если не ошибаюсь, коктейль хороший, — засмеялся Эверард, и перевёл взгляд на покрасневшего Демьена.       — На самом деле, я долго колебался между коктейлями «Секс на пляже с другом», «Расширитель для ног», «Горячий южанин»… — Франц закинул ногу на ногу. Сотрясаясь от смеха, Эверард прикрыл глаза рукой.       — Был ещё вариант «Секс на бильярдном столе», — с трудом проговорил Франц и тоже расхохотался. Демьену было совсем не смешно, внутри всё полыхало от стыда и злости. Ему казалось, что они смеются над ним.       — Есть хочешь? — успокоившись, спросил Эверард. — Харука по торжественному поводу наготовила много разных вкусностей.       — По какому поводу? — удивился Демьен.       — Демьен, похоже, ещё не в курсе… — тихо проговорил Франц.       — Не в курсе чего? — Демьен внимательно посмотрел на любовника.       — У нас Джулией будет ещё один ребёнок, — с улыбкой ответил ему Эверард.       Демьен не мог… не хотел верить услышанному! Как такое может быть?!.. Он проглотил стоящий в горле комок, губы задрожали. Он попытался держать себя в руках, но не смог: слёзы брызнули из глаз. Лицо Эверарда стало строгим. Он схватил его за руку, но Демьен вырвался и, прижимая пальцы к векам, вслепую кинулся к лестнице, уже не сдерживая рыданий…              — Куда ты собираешься? — сидя на кровати Франца и обнимая руками одну из декоративных колон, Жаклин встревоженно наблюдала, как брат заправляет чёрную водолазку в обтягивающие кожаные брюки.       — Заеду к Марку, папа хотел посмотреть наш вчерашний креатив, — Франц быстро расчесал волосы перед зеркалом.       — Я с тобой, — Джеки не могла понять, почему переживает.       — Не надо, я скоро, — он достал из гардероба коробку с новыми туфлями и натянул их с помощью ложечки.       — Ты как будто на свидание собираешься, — обронила Джеки.       Франц усмехнулся и посмотрел на неё через зеркало.       — Загляни, пожалуйста, к Демьену чуть позже. Я к нему заходил полчаса назад, еду принёс.       — Рыдает?       — Да, уткнулся лицом в подушку, наволочка вся мокрая.       — Чего он так?.. Не понимаю.       — Да тут всё просто, — Франц накинул белый плащ. — Это ревность, а за ней — страх. Страх, что его теперь не будут любить, не будут уделять столько внимания, как раньше, и всё такое…       — Ты бы кого хотел: братика или ещё одну сестричку?       — Сам не знаю, — улыбнулся Франц. — Это всё вообще так неожиданно… Но кем бы он ни был, хочу поскорее с ним познакомиться.       Жаклин подошла к брату, обнимая его. — А я хочу ещё одного братишку.       — Ах вот ты как! — смеясь, Франц приподнял её и закружил. — Хочешь, чтобы я ревновал и, как Демьен, плакал в подушку?!       — Такого, как ты, больше не будет. Ты уникален, — прошептала Джеки, когда они оба успокоились. — И так сексуален… — она провела рукой по ширинке тесных штанов, дыхание Франца сбилось.       — Перестань, а то я напугаю Марка своей эрекцией…       Джеки прыснула со смеху. — Застегни плащ, и он ничего не заметит. Возвращайся скорее!              — Какие вы оба фотогеничные, — Эверард рассматривал фотографии на экране ноутбука, сын сидел рядом на полу, положив голову на подлокотник кресла и поглядывая то на экран, то на его реакцию.       …Франц, сексуальный, раскованный, нежный, одурманивающий. В мехах, в коже, обнажённый. Демьен с необычным макияжем на лице — розовато-терракотовыми тенями, придающими его голубым глазам небывалую зеркальность и пронзительность. Хрупкий и насупленный подросток, боязливый, ранимый внутри и не менее сексуальный. Франц и Демьен, по отдельности и вместе, играющие в любовь, страсть, ненависть и дружбу.       Грудь наполняла сладкая мука. Франц посмотрел на отца, чувствуя его тщательно контролируемое, но всё равно ощутимое возбуждение. Тонкая чувствительность позволяла ему улавливать малейшие перемены в настроениях окружающих, но сейчас от Эверарда прямо-таки фонило желанием. Зрачки Франца расширились.       — Тебе нравится?       — Они великолепны, — Эверард с улыбкой посмотрел на сына.       — Хочешь, я распечатаю?       — Да, было бы неплохо… Посмотрю всё ещё раз и решу какие.       В кабинет заглянула Жаклин и сделала недовольное лицо.       — Я тебя весь день жду! — обиженным тоном сказала она брату. — Ничего себе ты фотографии забираешь!       Франц рассмеялся.       — Ты видела это? — спросил её Эверард.       — Нет конечно. Этот хрюндель ещё в обед уехал, а уже почти ночь, — она в шутку щёлкнула Франца по носу.       В ожидании брата, который забирал фотографии подозрительно долго, Жаклин провела день с Демьеном, пытаясь успокоить его и уверить, что всё в порядке. Демьен был удручён, переживая, что своей реакцией всё испортил, что Эверард его теперь ненавидит…       Она рассказала обо всём отцу. Задумчиво выслушав её, он закрыл ноутбук и пошёл к Демьену.       Свет в комнате не горел, но подросток ещё не спал. Увидев его, он взволнованно подскочил на постели.       — Привет, мученик, — Эверард иронично улыбнулся. — Так и просидел тут весь день?       Демьен спрыгнул на пол. — Я думал ты не придёшь!       Эверард прижал его к себе, крепко обнимая. Демьен расчувствовался и снова начал всхлипывать.       — Перестань разводить сырость, — Эверард приподнял его, как ребёнка, и усадил на край кровати. Демьен крепко держался за него, боясь хоть на миг выпустить из рук.       — Значит, ты не ненавидишь меня? — спросил он, когда Эверард присел рядом.       — Не ненавижу, — улыбнулся тот. — Какой же ты ещё маленький и глупенький… Расстроился из-за такого радостного события.       — Ты теперь меня бросишь…       — Прекрати, — усмехнулся Эверард. — Мои чувства к тебе не зависят от того, сколько у меня детей.       — Ты меня не бросишь? Ты всё ещё любишь меня?       — Да, я люблю тебя, — Эверард вытер его слёзы и поцеловал. Демьен потянулся к нему, обнимая, неловко поглаживая шею и плечи, ожидая ответных ласк, но Эверард отстранился. — Не сегодня, малыш…       Не произошло этого ни на следующий день, ни через день, ни через неделю. Всё их общение ограничивалось теперь разговорами. Демьен не знал, что думать, терзаясь от желания и тоски. Он то винил во всём себя, то ревновал к Джулии, то мучался подозрением, что у Эверарда появилась любовница. А может, любовник?       Решив во всём разобраться, он подкараулил момент, когда Эверард остался в своём кабинете один, и юркнул к нему.       Мужчина лежал на диване, закинув ноги на подлокотник, и смотрел кино, что-то попивая. Заметив его, он подвинулся, уступая место.       — Что ты смотришь?       — Да какую-то маловразумительную фантастику.       — Интересно? — Демьен свернулся рядом, борясь с желанием обнять его.       — На один вечер, может, и интересно… — Эверард глотнул и отставил бокал в сторону.       Демьен закрыл глаза и потянулся к Эверарду губами. Тот засмеялся и, поцеловав его в висок, крепко обнял. Руки были зажаты; не в силах шелохнуться, Демьен несколько раз пытался начать разговор, но не решался.       — Ты больше не хочешь меня, да? — осмелившись, с грустью произнёс он.       — Хочу, — Эверард перевёл на него спокойный взгляд.       — Почему тогда мы больше не занимаемся любовью?       Эверард со вздохом отпустил его и, не спеша отвечать, уставился в экран. После той страсти, что снедала их дни напролёт, его внезапная холодность была для Демьена подобна тем безграничным равнодушным просторам космоса, что протекали сейчас на экране. Он всё же сделал что-то такое, что навсегда охладило Эверарда. В груди стало больно.       — Я больше тебе не нужен? У тебя любовница? — в глазах Демьена стояли слёзы. — Любовник?!       Эверард усмехнулся и посмотрел на него. Его взгляд, казалось, проникал в самый центр восприятия.       — Забавно… Сначала ты плакал, когда я занимался с тобой сексом, теперь плачешь, что не занимаюсь.       Демьена била мелкая дрожь. Покраснев, он быстро приблизился к нему и порывисто поцеловал, обнимая одной рукой за шею, а другую кладя на ширинку.       Эверард рассмеялся и отстранил его.       — Нет, здесь мы этим заниматься не будем.       — Пойдём ко мне! — в груди Демьена проснулась шальная надежда.       — Нет, — спокойно ответил Эверард. — «Здесь» значит «в этом доме».       — Но почему? Раньше же… — Демьен был растерян.       — Понимаешь, Джулия не против, чтобы ты жил с нами, но её смущает, что мы занимаемся здесь сексом.       Демьен покраснел.       — Теперь она вернулась, ждёт ребёнка, и я не хочу, чтобы хоть что-то её травмировало.       — Но я хочу тебя… — расстроенно прошептал Демьен.       — У тебя теперь есть квартира. Будем встречаться так часто, как только захочешь.       — Но я хочу жить с тобой! — Демьен был ошарашен предложением Эверарда.       — Живи, в чём проблема.       — Но я… — Демьен расплакался.       — Так, всё, разговор окончен.              Демьен был в отчаянии, Эверард поставил перед ним неразрешимую дилемму. Прошла ещё неделя, и ничего не изменилось. Итого — две недели без секса, вёл подсчёт Демьен, лёжа в своей комнате. Вообще-то он должен был идти в библиотеку на французский, но какой в этом смысл, если Франц опять куда-то завеется? Уж лучше полежать в тёплой постели, чем сидеть в библиотеке и придумывать для него отмазки.       — Я так понял, ты наплевал на занятия? — в двери появился Франц.       — А ты разве никуда не идёшь сегодня? — Демьен недовольно сложил руки на груди.       — А я разве куда-то хожу? — Франц закрыл дверь.       — А, ну да, конечно, — Демьен отвернулся. — Мне всё это неинтересно, я не хочу больше заниматься.       — Чем вызван твой приступ недовольства жизнью, помимо подростковой гормональной бури? — Франц присел рядом.       — Ничем, — буркнул Демьен.       — Серьёзно, не загоняй себя в угол, поговори с кем-нибудь, со мной например. Может, я тебе помогу или просто совет дам, да и просто расскажешь — полегчает. Мы же теперь почти как родные, — Франц усмехнулся.       Демьен молчал, не зная, что делать. Франц вздохнул и лёг рядом на кровать.       — Эверард больше не спит со мной… — мрачно проговорил Демьен.       Франц оживился.       — А с какого момента? Ты с ним говорил? Он объяснил почему?       — Да, — Демьен кратко рассказал о своей дилемме. — Ты бы что сделал?       — Даже не знаю… На самом деле, я тут вообще никакого трагизма не вижу, оба варианта хороши. Ты хочешь заниматься сексом? — Франц лукаво посмотрел на него.       — Да…       — Ну так займись… с кем-нибудь.       — С кем? — покраснел Демьен.       — Да с кем угодно! С тем, кто тебе нравится, — Франц загадочно улыбнулся.       Демьен долго молчал, глядя на него, а потом произнёс:       — Он запретил мне спать с другими мужчинами.       — Кто? Мой отец?!       — Да, Эверард.       — Папа отжигает! — Франц покатился со смеху. Демьену стало не по себе.       — Я обещал, что у меня никогда не будет ни одного мужчины кроме него.       — А с женщинами разрешил?       Демьен кивнул.       — Тогда не вижу проблемы!.. Или ты не хочешь? — Франц хитро прищурился. Похоже, всё это его порядком забавляло. — Ты хочешь с мужчиной, да? — он придвинулся ближе. Дыхание Демьена сбилось: Франц был так сексуален, так похож на своего отца, а сам он так давно не…       — Не надо…       — Хочешь, я… — Франц наклонился к его лицу, засунув руку ему в карман.       Его дыхание опаляло, Демьен задрожал, чувствуя, как чуткие пальцы трогают тело через ткань подкладки. Член моментально напрягся, но мысль, что это был Франц, а не Эверард, не давала покоя.       — Нет, я не хочу! — выдохнул Демьен.       — Если ты так страдаешь, давай я тебе подрочу. Не понравится — я перестану, — прошептал Франц ему на ухо. Рука в кармане уже вовсю щупала напрягшийся орган. Прикосновение вызывало безумное желание. Щёки горели, дыхание было отрывистым.       — Соглашайся, — Франц сел удобнее, скрестив ноги по-турецки. Демьен, поражённый происходящим, лежал не двигаясь.       Прикоснувшись к его штанам, Франц начал расстёгивать ремень.       — Не надо, — Демьен снова запротестовал, привстав и схватив его за руки. — Он не простит мне этого! Я же обещал…       — Не бойся, я же не сплю с тобой. Это просто… дружеская мастурбация, — Франц засмеялся. — Многие подростки так делают в твоём возрасте, — попробовал он успокоить. — Я только ширинку расстегну, трусы снимать не буду.       Франц умело расстегнул штаны, нащупал через трусы его член и начал мелко двигать крайней плотью по головке.       Демьен часто дышал и стонал, стесняясь звука собственного голоса. Франц внимательно наблюдал за ним, увеличивая скорость. Рука двигалась так сильно, что головка периодически выскакивала из трусов. Демьен стонал, изгибался, подрагивал, безумно хотел кончить, но никак не мог, несмотря на высокий темп движений. И это казалось ему странным… Потом он понял, что Франц периодически пережимал уздечку, оттягивая заветный момент.       Держа член одной рукой через трусы, Франц намочил пальцы другой руки слюной и принялся ласкать то и дело выскакивающую из трусов головку. Ощущение было сумасшедшим!       — Я немного сниму трусы, а то так неудобно, — проговорил он и тут же полностью оголил его член. Прикосновение без трусов сопровождалось мелкой дрожью по всему телу. Теперь одна рука двигалась по стволу, а вторая массировала яички. Франц опускал трусы всё ниже и ниже, лаская внутреннюю часть бёдер, прохаживаясь между ягодицами. Демьен дрожал, вскрикивал, поджимал ноги, чувствуя, что…       — Я сейчас кончу, — выдохнул он, но Франц, словно не слыша, только увеличил темп.       — О-о-о!.. О-о… о боже!.. — струя спермы выплеснулась на живот, потом ещё и ещё. Голова закружилась, в глазах стало темно. Демьен стонал в голос.       Франц уменьшил темп. Ладонь была измазана, и от этого движения становились ещё более гладкими и приятными. Демьен зажмурился и с облегчением вздохнул.       — Ну вот… вижу, что полегчало, — Франц улыбнулся. — На, вытрись, — он протянул полотенце. В этот момент Демьен осознал, что здесь только что произошло. Кровь ударила в голову вместе со стыдом.       — Не говори никому, — он как ошпаренный вскочил с кровати и вытерся. — Только не говори Эверарду!.. Умоляю…       Демьен быстро натянул штаны вместе с трусами и выбежал прочь, позабыв, что это его комната.