Демьен

77

      — Тебя так наказывали в детстве? — Демьен закрыл глаза. Подушка под головой казалась бархатной, затягивающей, пьянящей. Он был уставшим, он не спал больше суток, и рука на груди любовника, должно быть, весила целую тонну. Он уткнулся носом ему в плечо, улыбаясь и вдыхая полной грудью аромат кожи.       — Нет, малыш… Далеко не так, — голос Эверарда прозвучал глухо, и Демьен, боясь, что спросил что-то лишнее, на миг открыл глаза, но усталость взяла свое, сковывая веки, наполняя тело свинцом. Его утомлённое, но довольное тело…       Уже глубокой ночью — он и предположить не мог, который час, — сквозь сон донёсся голос Эверарда: мужчина разговаривал по телефону.       — Нет, любимая, я у Демьена…       «Любимая?.. Это могла быть только Джулия…» — Демьен с напряжением вынырнул из желанного, затягивающего сна и заставил себя сесть на постели. Эверард, уже закончив разговор, задумчиво вращал телефон пальцами.       — Чего она хочет? — спросил Демьен сходу, потирая заспанные глаза.       — Меня, — усмехнулся любовник. — Я не был дома почти двое суток.       — Что, теперь она ревнует тебя ко мне? — невесело хмыкнул Демьен. Только у них всё прояснилось и Эверард был с ним полностью и без сомнений, как снова должен был уехать.       — Оставишь меня прямо так?.. — Демьен приник к нему, обнимая, ластясь, целуя в шею и плечи. — Не уходи!.. — он сладостно сжимал его в объятьях, боясь выпустить из рук.       — Она дома одна с Мишелем, — прошептал Эверард, проводя пальцами по его волосам, прочерчивая линию вдоль позвоночника. Низкий голос отозвался глубоко внутри. — Если не считать прислуги… И она боится. После того случая.       — А я останусь один тут! Чёрт… Думаешь, мне не страшно? — ещё минуту назад ласковый, а теперь задетый за живое, Демьен оттолкнул любовника и бухнулся обратно на кровать, готовый заплакать от обиды. — Не хочу тебя отпускать!       Эверард усмехнулся, повисла долгая пауза. Демьену казалось, он слышит звуки города через звуконепроницаемое окно, хотя это в принципе было невозможно.       — Собирайся, поедешь со мной, — после долгой паузы произнёс Эверард.       — А Джулия? — Демьен поднялся на локте и включил ночник. На смену обиде пришло волнение и лёгкий страх, который эта женщина, несмотря на их дружбу, всегда у него вызывала.       — Вообще-то, это её идея.       Демьен не мог поверить ушам, лёгкий мандраж лишь усилился.       Они собрались быстро, в три прыжка, словно опаздывали на самолёт. И точно так же Демьен себя ощущал, будто отправлялся в незапланированное путешествие.       Стремительный перелет в такси над ночным городом — и вот Эверард уже идёт впереди, к дому, поднимается на крыльцо, открывает дверь…       Демьен вздохнул, когда увидел поджидавшую их в холле Джулию. Ниспадающие вдоль лица тёмно-шоколадные волосы, шёлковый халат цвета тростника. Демьен с удивлением понял, что никогда не видел её такой… домашней!       — Как хорошо, что вы всё же приехали, — она поднялась и тут же упала в объятия мужа, прижимаясь к нему с широкой улыбкой и зажмуренными глазами. Что-то ёкнуло в груди от этой сцены, Демьен отвёл глаза. Надо было оставаться дома… Похоже, он, как всегда, сглупил!..       — Вы голодны? — Джулия перевела на него взгляд и снова с улыбкой посмотрела на мужа. Чёрт, она была ему так рада! Демьен ощутил лёгкий укол вины, что ещё час назад так бессовестно перетягивал на себя одеяло.       — Я больше спать хочу… — буркнул он, засунув руки глубоко в карманы кожаных брюк и глядя в сторону.       — Нахрена я припёрся?! — просвистел он Эверарду на ухо, когда тот потянул его за собой по лестнице. Джулия, поднимаясь впереди, улыбнулась, но Демьен не видел этой улыбки. Его помимо воли гипнотизировали движения её свободного одеяния.       — Поздно трепыхаться, — усмехнулся Эверард, увлекая его за плечи.       Куда они шли? Спать? Тогда, по идее, ему надо было в другую сторону…       — Ладно… Спокойной ночи… Я тогда пойду к себе, — пробормотал он смущённо, отодвигаясь от объятий Эверарда, отчаянно желая поцеловать его перед сном, но стесняясь делать это при Джулии.       — А ты уже уходишь? — она удивлённо обернулась. — Будешь ночевать в своей комнате?       Демьен оторопел от изумления. — А что, есть другие варианты?       — Нет, ну если ты так хочешь, то иди, конечно, к себе, — подначил его Эверард с еле сдерживаемым смехом и направился вперёд, к жене.       — Эй, стойте! — глядя на хихикающих и убегающих по коридору супругов, Демьен сам не мог сдержать смеха. Он пока ничего не понимал. — Стойте!.. Что вы имеете в виду? Я что…?       Он остановился как вкопанный. От волнения свело живот, когда Эверард, обнимая Джулию, замедлил шаг у дверей их спальни.       — Я что… могу ночевать с вами?! — от нахлынувшего ужаса Демьену захотелось припустить вниз по лестнице. Во рту пересохло, он не верил своим глазам. Что за приколы?!       Эверард только молча усмехнулся, одарив его странным взглядом, и пропустил вперёд.       Демьен зашёл в темноту. Но даже в сумраке интерьер выглядел фантастически. Он ещё не успел насладиться видом призрачных тканей, ниспадающих с окон и алькова, мерцанием бус на занавесках, когда Джулия включила боковой свет. Комната озарилась множеством ночников и торшеров, приобретя свой настоящий розово-вишнёвый цвет. Демьену казалось, он ощущает его вкус на языке.       Он ошеломлённо топтался на пороге, не в силах поверить, что стоит здесь и видит всё это великолепие, эту святая святых дома, недоступное для остальных место! Когда-то он лишь мечтал хотя бы заглянуть сюда… Чем же он это заслужил? Почему вдруг?       — Чего замер? — бросил ему Эверард, глядя с усмешкой и лёгким предупреждением во взгляде: смотри, мол, не подведи. Чего он опасался? Отчего вдруг погрустнел? Чья это вообще была идея? Неужели Джулии? Или их общая? Демьен проследовал за любовником сквозь звенящие шторы в другую часть комнаты, пытаясь понять его настроение, а заодно рассмотреть весь интерьер.       Здесь всё было обставлено в том же стиле: широкое во всю стену зеркало, туалетный столик со множеством скляночек и коробочек — явно Джулии! о да!!! — кресла, пушистый светлый ковёр, а у противоположной стены бар со стойкой и отдельная дверь в гардеробную.       — Давай выпьем чего-нибудь? — Джулия появилась рядом, пока Эверард переодевался.       Демьен был совсем не против.       Тонкая жёлто-оранжевая струйка ликёра потекла в замороженные стопки, носа коснулся яркий аромат апельсинов. Демьен пригубил, щурясь от блаженства и уже зная, что его ждёт: «Оранчелло», апельсиновый ликёр, запах родины… Он вдруг почувствовал себя совсем счастливым.       — Можно? — осматриваясь, он подошёл к туалетному столику. Джулия включила обрамляющие зеркало лампы, и Демьен присел в крутящееся кресло. Расчёски, кисточки, кремы стояли чёткими рядами, как инструменты или батарея вооружённых воинов. В другой стороне нежились баночки духов и разные шкатулки. Они-то и привлекали его сильнее всего. Хотелось посмотреть на украшения Джулии, но в то же время было стыдно хоть как-то проявлять подобный интерес — он же мужчина! — а тем более признаваться, что у него тоже есть трюмо.       Не зная, о чём говорить, Демьен допил ликёр залпом, поставил стопку перед собой, покрутил её пальцами.       — У дяди Фернандо мы добавляли оранчелло и лимончелло в мороженое…       Джулия стояла рядом, вынимая из ушей красивые золотые серьги с изумрудами. Её глаза тоже казались изумрудными с искорками янтарного огня. Заметив его взгляд, она улыбнулась.       — Ты до сих пор зовёшь его дядей.       — Привычка, наверное, — смутился Демьен и увидел в зеркале Эверарда. Тот в другом конце комнаты наливал себе ликёр и смотрел на него всё с той же усмешкой.       На нём был тёмный халат, и по спине Демьена прошла дрожь от мысли… Нет, это было слишком невероятно, чтобы оказаться правдой. Его всего лихорадило от одной только идеи… Едва ли ему позволят здесь хотя бы спать, не говоря уже о… Скорее всего угостят оранчелло и отправят в другую комнату…       Глаза Эверарда были такими тёмными и загадочными, что по коже Демьена пробегала дрожь, а в паху скапливалось возбуждение. Он перевёл взгляд на своё отражение и на секунду не узнал себя: в розовато-янтарном освещении его крашеные волосы казались совсем светлыми…       — Вы привезли его из Италии? — поднимая пустую стопку, спросил он у Джулии в попытке как-то замаскировать смущённое оцепенение. Боже, даже голос дрожал!       — Прямиком из Италии! Хотелось сделать тебе приятно… — Джулия явно видела, в каком он состоянии, но когда она обняла его, успокаивающе пройдясь по голове, его дрожь лишь усилилась. Демьен вспомнил, как хотел её одним майским днём в мастерской под крышей… Воспоминание обожгло новыми деталями и вкусом апельсина. Боже, скажите, что они не будут делать этого с ним!!!       — И не мечтай, — иронично произнёс Эверард совсем рядом. Демьен резко поднял голову. Эверард с бутылкой в руках наполнял их пустые стопки, но усмехающийся взгляд был направлен на него. Демьен густо покраснел. Чёртов демон! Неужели видит его насквозь, как раскрытую книгу?       — Ладно, мальчики, я ненадолго вас оставлю, — с видимым трудом сдерживая улыбку, Джулия зазвенела занавесками и ушла в ванную в другой части спальни.       — Зачем ты меня сюда притащил?! — зашипел Демьен, лишь только дверь за ней закрылась.       — Только не говори, что тебе это не нравится, — хитро промурлыкал Эверард, присаживаясь перед ним на корточки и прижимая его руку к губам. В тёмных глазах играли озорные искорки. Демьен не выдержал и, наклонившись, приник к его рту, зарываясь пальцами в волосы, жадно поглаживая плечи и спину.       — И что, вы положите меня спать в свою кровать?       — А ты сможешь совладать с ревностью? — прошептал Эверард.       Демьен задрожал, зная, что любовник имеет в виду: выдержит ли он, если они с Джулией будут заниматься любовью… Он так давно просился к ним… Боже! Противоречивые чувства и желания разрывали Демьена на части.       — Это какое-то испытание? — спросил он нервно.       — Нет, — двинул бровью Эверард. — Стечение обстоятельств… Я никогда ещё не попадал в ситуацию, когда нельзя не приехать, но и оставить тоже нельзя. Понимаешь?       — Угу, — Демьен опрокинул в себя ликёр и вновь приник к любовнику, размыкая губы и наполняя его рот своим языком и оранжевым вкусом. Он жадно ловил губы Эверарда, пил их смешанный сок, понимая, что сегодня ему едва ли удастся поцеловать его ещё раз.       — Мы ведь будем просто спать? — спросил Демьен с надеждой, словно уговаривая любовника не целовать жену так, как он только что целовал его.       Эверард захохотал, запрокидывая голову.       — Ты неисправим!.. Несколько лет назад, — продолжил он, успокоившись. — Джулия сидела на том же месте, где ты сидишь сейчас, и плакала от боли и обиды, что я привёз тебя в этот дом… Ты понимаешь, что произошло за эти годы? Какая внутренняя работа была проделана?       Демьен опустил глаза. Эверард, не слыша от него ответа, ещё раз глубоко поцеловал и, наполнив его стопку, потянул за собой.       Пройдя сквозь звенящую бусинами занавеску, Демьен бросил взгляд на кровать. В ногах стоял маленький диванчик, здесь-то он и будет спать.       Джулия как раз вышла из ванной, куда тут же направился Эверард. Демьен со стопкой наперевес оседлал «свой» диван и чуть не потерял дар речи, впервые заметив огромную картину на противоположной от кровати стене.       На ней обнажённые Эверард и Джулия обнимались, целовались, утопали в неге и блаженстве. Детальная прорисовка их тел на фоне то ли облаков, то ли клубов светящегося дыма поражала. Демьен не заметил, как привстал и подошёл ближе, шокированно рассматривая детали. На холсте супруги казались живыми, словно были сфотографированы только что. И детали!.. Детали приводили его в восторг и ступор. Даже член его любовника был в точности таким, каким он видел его буквально несколько часов назад! Демьен поражённо перевёл взгляд с нарисованного Эверарда на изображение обнажённой Джулии — и покраснел, вдруг осознав, где он находится и что та, на которую он смотрит, сидит сейчас в алькове за его спиной, расчёсывает волосы и внимательно за ним наблюдает.       — Кто… — Демьен прокашлялся. — Кто это рисовал?       — Я, — Джулия рассмеялась от его реакции и поманила к себе на кровать.       — Не похоже на другие твои работы… — он смущённо присел на край постели, глядя на её тело новыми глазами и в панике прислушиваясь к шуму воды в ванной.       — Тебе нравится?       — Да. Очень… неожиданно.       Они выпили ещё.       А когда душ освободился, и пришла его очередь вечерних процедур, Демьен в полном смятении обнаружил, насколько возбуждён.       Ванная комната окружала его тёплыми тонами — мёд и золото, — явно во вкусе Джулии, потому что Эверард предпочитал холодные контрастные оттенки.       Зайдя под прохладную воду и надеясь этим привести мысли в порядок, Демьен в панике и томлении думал, что ждёт его дальше. Что ж, Эверард дал чётко понять, что волнующим мыслям не сбыться и что они будут просто спать. Какая-то часть Демьена радовалась этому, успокоенная… Но другая его часть, равная по силе, изнывала от тоски и нереализованных надежд. Эта картина… Боже! Она стояла у него перед глазами, впечатавшись в память моментальным снимком.       Интересно, когда Джулия её написала? Супруги выглядели такими реальными, словно нарисованные вчера. Надо спросить её название… Демьен накинул на плечи оставленный ему халат и бросил смущённый взгляд в зеркало.       Возбуждение никуда не пропало, он надеялся сразу заскочить под одеяло. И, как назло, Джулия была в комнате одна.       — А где Эверард? — спросил он бодро. — Где моё место?       — Залезай, — Джулия, уже забравшись в кровать, хлопнула рядом с собой по постели.       К своему успокоению, Демьен заметил третью подушку и отдельное одеяло.       — Эверард о чём-то вспомнил и побежал к компьютеру в кабинет, — Джулия рассмеялась, роняя голову в подушку, когда Демьен, не снимая халата, полез под одеяло.       — Что ты смеёшься? — её настроение передалось и ему. — Думаешь, легко мне в такой ситуации?!       — О, милый, тебе надо чаще общаться с женщинами, — достав книгу, Джулия подоткнула подушку и ушла в чтение. Демьен наблюдал, затаив дыхание. Её руки и плечи были голыми, как и вся она, видимо. Он вновь посмотрел на картину, и она притянула его внимание магнитом. Член пульсировал, надёжно спрятанный в складках халата и тёплой постели. Но скоро Демьену стало жарко, а Эверард всё не шёл.       — Читаешь перед сном? — отвлекла его Джулия.       — Не-а… А близнецы видели эту картину?       — Нет, — Джулия улыбнулась, откладывая книгу. — Её никто не видел. Ты первый…       — И как она называется?       — «Экстаз».       — Я так и думал, — Демьен сглотнул, чувствуя, как полыхают щёки. Чёрт, о каких там женщинах она говорила? Да это на неё он так реагировал, неужели не понятно?!       — Давай, я тебе помогу, — придерживая одеяло на груди, Джулия протянула руки в попытке снять с него одежду, но, слава богу, между ними было достаточно расстояния.       — Не надо, — боясь её прикосновений как огня, Демьен изловчился и стянул халат, не скидывая покрывала. Всё это время Джулия заливалась грудным смехом.       — Чего смеёмся? — в спальню вернулся Эверард. — Всё, спать. Я тушу свет.       Комната погрузилась в полумрак. Демьен замер и чуть не закричал от восторга, когда любовник перекинул через него ногу и занял место по центру.       Через несколько мгновений удушающей тишины Эверард склонился над ним. — Спокойной ночи, малыш, — опьяняющее объятие и долгий глубокий поцелуй. Демьен сдерживал дыхание, прислушиваясь, что происходит на той стороне. Сердце молотило в груди, но Эверард что-то прошептал Джулии и только поцеловал её.       Комната вновь наполнилась тишиной, только позвякивали потревоженные занавески. Демьен слышал ровное дыхание Эверарда, и не мог успокоиться. Возбуждение не унималось. А ласкать себя при них, пусть и потихоньку, было неудобно. Он решил дождаться, когда все уснут, и выдавить из себя этот яд…       Демьен расслабился в ожидании. Ночь была тихой. И свежей. Яркой и сочной. Заставляющей его кровь бурлить от странных новых надежд. Он закрывал глаза и тонул в желании и мечтах. Головокружение отрывало его от постели и выбрасывало на улицу, на крышу, в ночь. Где он сидел подобно бродячему коту и уносился взглядом всё выше и выше, к звёздам…              Демьен проснулся ночью от шелеста простыней и, ещё не до конца вынырнув из сна, услышал чьи-то вздохи наслаждения. Член, как по команде, налился распирающей тяжестью. Демьен застонал, зарываясь в одеяло. Ему было уютно и сладостно в этой темноте и дремоте, словно внутри женщины. Стоны нарастали, и ему казалось, что звуки идут изнутри него. Он трепетал от нетерпения и неги, ещё не до конца проснувшись, ещё не понимая, кто он и где. Член пульсировал болезненным томлением. Хотелось обхватить его рукой, нащупать пальцами сжимающийся анус и что-нибудь в себя засунуть. Звуки были нестерпимыми. «Надо было позаботиться об этом в ванной… — пронеслась в голове первая трезвая мысль. — Чтобы не дрочить при остальных…»       Остальных!.. Какое необычное слово. Ведь в постели он был не один, и не вдвоём с Эверардом, и это было так странно.       Так странно! Особенно, когда кто-то, несмотря на все старания, не мог сдержать блаженства. Звуки были совсем рядом и лились в Демьена будоражащим нектаром. Какой сладкий стон! Какой красивый голос… Ему хотелось перевернуться на живот и вжаться пахом в простыню, ему хотелось дотянуться наконец рукой до изнывающего члена, но руки не слушались, а если и слушались, то всё происходило во сне. Во сне он ласкал себя и искал какой-нибудь удлинённый предмет, он был готов на всё, чтобы удовлетворить этот голод, но иллюзорные попытки, этот сновиденный бред, не приносили облегчения, а только распаляли его донельзя.       Он дрейфовал. И стоны, дыхание смешивались с образами сна.       — Ш-ш-ш… — прошептал Эверард. — Тише!..       Но ведь он и так молчал!       — Тише, мы его разбудим…       И в тот же миг пришло понимание, опалившее его изнутри ожогом. Сердце бешено забилось, дыхание сорвалось. Демьен прислушался, уже просыпаясь, но всё ещё ощущая плен уютной дрёмы. Джулия! Это был её голос, её стоны… Чьи же ещё?       — Ш-ш-ш… — снова Эверард, звуки поцелуев. И член Демьена едва не взорвался от тяжести и боли. Он сходил с ума от распирающего желания и ревнивого отчаяния. Он чувствовал своё сердцебиение везде: в груди, в паху, в голове. Эверард занимался любовью с Джулией. Боже… Опять эта пытка!       Пытаясь справиться с неровным дыханием, Демьен притворялся спящим. Он надеялся, что им не до него, и прислушивался с болезненным любопытством и смертельной тоской. Ему хотелось выть от скручивающего пах желания.       — Выпрями ноги… — едва слышным, интимным шёпотом, и Демьен застонал сквозь зубы, перебарывая порыв открыть глаза и посмотреть на супругов.       — О господи… Эверард… — стон Джулии, и Демьен проклял своё пробуждение. Интересно, что он там с ней такое делает?       Не особо надеясь, что после жены Эверард займётся им, Демьен перевернулся на бок, отворачиваясь и в изнеможении сжимая член. Скоро стоны стихли, дойдя перед этим до своей тщательно сдерживаемой экзальтации, но успокоиться Демьен не смог. Осторожно сжимая член, он мечтал, чтобы все поскорее заснули.       Когда матрас рядом прогнулся под весом чьего-то тела, дыхание сорвалось, а член в кулаке дёрнулся пульсацией. Его распирало болью. Демьен кусал губы, вслушивался и ждал, всматриваясь в ночной полумрак. Прошло довольно много времени, пока наконец успокоилось чьё-то дыхание, наверное, Джулии.       И только он двинул ладонью по члену, как на голову легла одуряюще тяжёлая мужская ладонь. Демьен всхлипнул от неожиданности, и рука тут же переместилась на губы.       — Тише, — скорее выдохнул, чем сказал Эверард ему на ухо.       Захватывая воздух мелкими глотками и едва не плавясь от бешеной надежды, Демьен опустил его ладонь на свой член. О БОЖЕ!!!       Демьен дёрнулся всем телом, ещё не кончая, но испытывая такое внутреннее блаженство, что не мог поверить своему счастью. Ему хотелось Эверарда везде и страстно, порывисто, всепоглощающе, а не сдерживая стоны и со страхом даже шевельнуться.       — В ванную!.. — прошептал он умоляюще, и Эверард кивнул, прижимая палец к губам. Демьен осторожно поднялся, сжимая член в руке, а другой — увлекая Эверарда за собой.       По пути он бросил взгляд на Джулию, она спала. Но ему не было сейчас до неё дела.       — Спасибо! — он кинулся в объятия Эверарда, лишь только за ними закрылась дверь. В чертах лица, в припухших от наслаждения веках любовника читалась такая истома и чувственная расслабленность, что Демьену хотелось расцеловать его всего, каждый дюйм любимого тела.       Их рты страстно слились. Демьен застонал, толкаясь бёдрами к Эверарду, обвивая его шею, требовательно приникая всем телом. Член мужчины уже стоял.       — Тише, малыш… не разбуди её, — Эверард подхватил его под ноги и прижал к стене, двигая членом вдоль ложбинки.       — Наплевать! — Демьен изгибался, изнывал и не мог ждать. — Я вас слышал, пусть теперь тоже послушает!       — Не будь таким мстительным, — усмехнулся Эверард, впиваясь в его губы и тут же, как нарочно, отстраняясь.       — Только не…! — с ужасом пробормотал Демьен, но Эверард потянул его за собой, и сев на закрытый унитаз, привлёк его бёдра к лицу. Демьен хотел запротестовать, что этого мало, что он хочет всего, но упоительный плен рта уже обхватил его болезненный орган, и Демьен шумно выдохнул, задыхаясь, содрогаясь, откидываясь назад и пытаясь за что-нибудь ухватиться, потому что головокружение уносило его в невесомость и вся сладость мира была сосредоточена сейчас в его паху. Он хотел оттолкнуть Эверарда, дабы продлить это блаженство, но у него просто не хватало силы воли. И он трахал любовника в умелый, сладкий, затягивающий рот и содрогался в забытьи, выплёскиваясь, улетая.       — Боже!.. Боже… — всё ещё дрожа от конвульсий оргазма, жмуря глаза от внезапной темноты и слабости, он сполз Эверарду на колени, сжимая его голову в объятиях, ища и находя припухшие губы.       — Я люблю тебя! — опустив руку, Демьен обхватил возбуждённый член любовника и слегка привстал, раздвигая колени. Сердце стучало в отчаянном безрассудстве, потому что за стеной спала Джулия или уже не спала… Демьен представил, как будет выходить из ванной голый в сопровождении голого Эверарда и как будет смотреть ей в глаза, если она не спит. Почему-то ему казалось, что он будет победно улыбаться.       — Не надо, котёнок… — шепнул Эверард. — Сейчас это растянется на добрый час. Пойдём спать… — он отвлёк его от себя, поднимаясь.       — Ты сможешь как-то сам… успокоиться?       — Да, — усмехнулся Эверард.       — Но я ещё не хочу ложиться, — Демьен упал на колени, хватая любовника за бёдра. — Давай ещё немного…? Я тоже хочу ласкать тебя, — он потянулся губами к Эверарду. Но тот мягко оттолкнул его:       — Не надо.       — Ну!..       — Дай хотя бы помоюсь, — засмеялся Эверард, и Демьен понял, что совсем недавно тот был в… Джулии. Кровь ударила в голову, Демьен залился удушающим стыдом и тут же, пресекая возможные запреты, схватил любовника за бёдра и поймал член ртом. Он чуть не взмыл под потолок от своей дерзости. И он хотел этого! Ощутить вкус…       Щёки пылали от стыда. Эверард едва слышно стонал, запуская пальцы ему в волосы. Демьен прислушивался к ощущениям, пытаясь распробовать её оргазм. Но вкус члена ничем не отличался от обычного вкуса любовника. А вот запах был другой… Слитый с привычным, и всё же новый. Неуловимый, непонятный и приятный. Демьен почувствовал, как вновь возбуждается от этих мыслей и неровного дыхания Эверарда.       Когда неуловимый аромат женщины сменился запахом его слюны, Демьен двинулся дальше, лаская орган языком и исследуя. Как заправский детектив, он пытался понять, насколько глубоко Эверард входил в неё, везде ли его член одинаково пахнет.       Скоро Эверард раскусил его игру и задрожал в беззвучном смехе. — Кончай страдать фигнёй!       Когда всё было закончено, Демьен зевнул уставшим ртом.       — Все счастливы и довольны? — Эверард, усмехаясь, присел перед ним. Демьен плотоядно смотрел на его тело, но сил уже просто не было, и безумно хотелось спать.       — Ты когда-нибудь лизал киску? — спросил Эверард хитро, Демьен вспыхнул и захихикал.       — Нет, — его глаза лучились озорством и любопытством.       — Зря.       — Хочешь убедить меня, как это классно?       — Нет. Потому что ты и сам об этом знаешь.