Демьен

83

      Эверард оказался провидчески прав: уже на следующий день кровь перестала сочиться, и Демьен, вздохнув с облегчением и на всякий случай захватив раствор в рюкзак, отправился в театралку.       И хотя он избегал резких движений и широких шагов, то и дело прислушиваясь к себе, никто не обращал на него внимания. Почти никто…       Уже под вечер в репетиционном зале объявился Брэдли. Кинув пару подозрительных взглядов, к концу репетиции он уже не сводил с него внимательных водянистых глаз. Демьен был готов под землю провалиться, когда одноклассник с ухмылкой смотрел ему ниже пояса. Брэдли явно по-своему расценил скованность его движений…       В последующие дни Демьен был настолько поглощён заботой о проколе и репетициями, что почти не замечал хода времени. И хотя мочиться было так же больно, у него всё чаще возникала спонтанная эрекция. От ощущения пронзающего его орган кольца, член вставал, словно от гордости, и ни за что не желал опускаться. Это могло произойти и в транспорте, и в классе, и посреди репетиции. Демьен краснел, мысленно проклинал всё на свете и вновь ощущал себя подростком в самом начале полового созревания.       А вечером приходила тоска. Он добавлял в кофе всё большие порции виски и ждал звонка Эверарда, но телефон, как назло, молчал. От любовника давно не было вестей, и Демьену всё чаще хотелось уйти из дома посреди ночи, чтобы бродить по городу в одиночестве. Сдерживало лишь возникшее недавно чувство паранойи: мало того, что он всё чаще сталкивался с дружками Брэдли, так ещё и постоянно чувствовал на себе чей-то взгляд, сопровождавший его и в школу, и домой, и к особняку Линтов. Надеясь, что это приставленная Эверардом охрана, Демьен забыл уточнить этот вопрос, когда любовник наконец позвонил…       — Ты хорошо себя ведёшь? — шутливо начал тот, но Демьен слышал напряжение и отстранённость в его голосе.       — Как погода в Лондоне? — процедил он. При воспоминании об их фееричном прощании Демьен не мог сдержать язвительности. Тоскливые вечера и одинокие ночи, жажда и желание услышать любимый голос — всё это словно куда-то испарилось, или, скорее, отошло на задний план, и ему вновь хотелось кричать и бесноваться, пытаясь что-то доказать.       — Я уже не в Лондоне, малыш, — мрачно, как ему показалось, ответил Эверард.       — Ты вернулся?!       — Нет, я в Бергамо.       — Что ты там делаешь? — настороженно спросил Демьен. От упоминания родного города кровь ударила в голову, на миг выбив почву из-под ног.       — То же, что и в Лондоне… Решаю рабочие проблемы, — сухо ответил Эверард. — Как ты?       — Да в порядке… — уныло произнёс Демьен. — Я по тебе соскучился…       — Я тоже, — было слышно, что любовник улыбается.       — Врёшь! — губы Демьена задрожали от обиды. — Тебе сейчас вообще не до меня…       — Демьен, перестань, — с мягкой укоризной произнёс Эверард.       — Всё, пока!.. Решай свои проблемы!.. Поговорим, когда приедешь… — с брызнувшими из глаз слезами, Демьен завалился набок, успев услышать «я люблю тебя» перед тем, как выключил телефон.       Ну вот и всё… Он сам себе перерубал кислород, находя в этом какое-то странное, в корне неправильное, извращённое удовольствие… и отчаяние. И надежду.       Надежду, что Эверард заметит, как ему плохо, и вернётся его спасать…       Но спасти его от самого себя было некому…              Следующим вечером, выйдя за ворота театралки, Демьен вновь ощутил чей-то следящий взгляд.       Репетиция затянулась особенно долго, и время было позднее. Двор перед школой был на удивление пуст; Демьен даже порадовался, что Брэдли с дружками зависает в другом месте.       Шагая привычным путём на остановку, Демьен почувствовал, что за ним кто-то идёт. Ощущение слежки впервые было столь явным и тревожащим. Он обернулся и тут же прибавил шагу: за ним действительно шёл какой-то мужчина. Нервы натянулись. Волосы шевелились на макушке от ощущения опасности. Демьен тяжело дышал, сам не замечая, что почти бежит. Минутное колебание, не будет ли он выглядеть дураком, сменилось ужасом, и Демьен припустил со всех ног, не замечая, куда бежит.       Чудное дело — адреналин. Демьену казалось, что он никогда ещё не бегал так быстро. Времени проверить, преследует ли его странный тип, просто не было. Стараясь чаще менять направления, он забежал за угол незнакомого дома и в изнеможении привалился к стене. Оглянувшись, он понял, что за ним никто не бежит и что ноги принесли его по знакомому пути к дому Брэдли. Двор был плохо освещён, и прохожих, как назло, не было видно.       Сдерживая шумное дыхание, Демьен прислушался. Выйти из своего сомнительного убежища было страшно, и он пытался продумать дальнейший план действий. Может, позвонить кому-нибудь? Сэм или Францу? Но, не зная ни адреса, ни номера улицы, он едва ли сможет толком объяснить, куда ехать. Звонить в полицию Демьен не стал бы по той же причине… Да и вообще, по совету любовника он старался избегать контактов с подобными службами. Пойти к Брэдли домой казалось совсем уж бредовой идеей.       Когда прошло десять минут и ничего подозрительного не случилось, Демьен ещё раз осмотрел двор и, на всякий случай проверив, в кармане ли телефон, вышел из-за угла. Всё было спокойно, по крайней мере на первый взгляд. Натянув на голову тонкий капюшон и набравшись смелости, он зашагал в обратном направлении.       Возвращаться к театральной школе тем же путем, каким прибежал сюда, казалось Демьену чистым безумием, поэтому, держа в голове ориентиры на знакомые улицы, он пошёл новыми для себя переулками.       Сердце с шумом стучало в груди. С приближением ночи становилось прохладно. Небо было тёмным и пасмурным. Демьен вслушивался в происходящее вокруг, но слышал только собственные шаги и редкие звуки протекающей в домах жизни.       Стараясь особо не оглядываться и не выдавать себя, всё ещё испытывая сильное волнение, Демьен свернул в другой двор и заметил впереди незнакомую компанию. Не придав этому особого значения, он решил пройти мимо, когда услышал свист и подтрунивающие возгласы. Это ему?       Подняв глаза и присмотревшись, он узнал дружков Брэдли. Чёрт! Демьен резко развернулся.       — Эй, педик, ты куда это? — крикнул один из них.       Демьен стиснул зубы и, сжав в кармане телефон, ускорил шаг.       — Ну что же ты, крошка! Неужели не хочешь пообщаться?! — кричали они, хохоча и улюлюкая. — Тебе понравится, увидишь!       Демьен сжал зубы, чувствуя, как от паники его пробирает дрожь. Но бежать от них казалось ему если не глупым, то уж точно унизительным.       — Эй, шлюшка! Разве ты не нас искала?!       Опять дружный хохот, Демьен не выдержал и сорвался с места, слыша, как они рванули следом, рассыпаясь в разные стороны и пытаясь перехватить его.       Демьен кинулся за угол, но двое уже были там, другие догоняли сзади. В голове не было ни одной здравой мысли. Он заметался и бросился в сторону. Бежать становилось всё труднее, они не отставали. Впереди виднелись какие-то безлюдные склады. Похоже, он сам себя загнал в угол. Надо было бежать в дом, звонить в любую дверь! Надо было быть ближе к людям, ближе к проезжей части! Но местность становилась всё темнее и пустынней. Железные боксы и никого вокруг, кроме него и этих подонков. Воздух ножами вонзался в лёгкие…       Когда Демьен, задыхаясь от ужаса и изнеможения, налетел на металлический забор, то чуть не закричал от отчаяния. Он попытался перелезть, уцепившись за прутья слабеющими руками, но почувствовал, как его схватили за ноги, и понял, что эта битва проиграна…              Когда его стащили с забора и развернули, Демьен уже полез за телефоном, но не успел ничего сделать: мобильник просто вышибли из рук.       — Что вам от меня надо?! Да отъебитесь от меня!!! — он пытался драться, но их было больше, и они явно были сильнее. Он даже сумел заехать кому-то в пах, как тут же получил кулаком в живот и, скрючившись от боли, повалился на землю… В глазах потемнело, ему было муторно и дурно. Впиваясь пальцами в землю в попытке подняться, Демьен заметил впереди свой телефон и как кто-то демонстративно на него наступил. Последняя надежда выбраться из этой передряги исчезла.       Когда они подняли его, крепко держа за руки, Демьен впервые увидел всю их компанию. Он был не в том состоянии, чтобы считать, но человек семь там было точно, и Брэдли в том числе.       Да, сейчас Демьен хорошо его видел. Прищурившись и стоя позади всех, бывший приятель курил и разглядывал его с деланной усмешкой. Демьену казалось, что Брэдли немало напряжен. И скоро он понял почему.       Они смеялись над ним и обзывали то педиком, то шлюшкой. Демьен, впав в состояние оцепенения, толком даже не понимал, чего они хотят, о чём ведут речь. Он всё ещё пытался вырваться, ни на что, впрочем, не надеясь. Всё это было так глупо, так нереально, так не с ним! Ощущения больше походили на дурной сон. Муторно, дико, иллюзорно…       Почему это происходит? За что?!       Что они сделают с ним?! Изнасилуют? Убьют?!       Пока Демьен трепыхался, его так крепко держали за руки, растаскивая в стороны, что казалось: ещё немного — и разорвут на части. Третий подонок, злобно скалясь, выдохнул дым ему в лицо. И вдруг словно что-то прояснилось, и Демьен вспомнил парня, что стоял сейчас перед ним. Это он ударил его в живот, он же сидел тогда в зале с Брэдли.       Видать, глаза у него были говорящими…       — Что, педик, вспомнил меня? — ухмыльнулся урод с безобразием на голове.       Демьен нашёл взглядом Брэдли и почему-то именно сейчас по-настоящему испугался: в глазах одноклассника застыла паника. Всё так же стоя в стороне и нервно куря одну сигарету за другой, тот, казалось, переживал не меньше него. Он был похож на человека, запустившего маховик и теперь не имевшего ни малейшего представления, как его остановить.       Когда подонок в кожаной куртке стал ножом разрезать на Демьене одежду, паника в глазах Брэдли сменилась ужасом…       Демьен тоже испытывал ужас, холодный, липкий, парализующий. Увидев нож, он больше не пытался вырваться (чего стоит этому дебилу пырнуть его в живот?), и его уже не били… Придурки стояли притихшие. В рассматривавших его тело глазах читалось гаденькое любопытство и лёгкое смущение. Демьен не мог понять, что происходит, почему они называют его педиком, если сами — такие же… Как он?! Но он не был геем!       — Не надо… — прошептал он и не узнал свой голос.       Неожиданно ему показалось, что неподалёку, чуть справа, на возвышении за забором, стоит человек, мужчина в тёмном пальто, и наблюдает за всем этим. Он всё видел? Здесь были ещё люди?! Но почему тогда ему не пытаются прийти на помощь? Почему никто не вызовет полицию?!       — Помогите!.. — просипел он севшим от стресса голосом, и в этот момент главный урод стащил с него брюки и бельё. Притихшие было ублюдки начали смеяться и улюлюкать с новой силой. Демьен не сразу понял почему. А, ну да… Пирсинг…       Он тяжело дышал, оглушённый шоком и словно наблюдая за всем происходящим со стороны. Температура воздуха снижалась, но он не чувствовал холода и впервые за последние дни не ощущал боли от кольца.       — Ну всё, хватит! — Брэдли выкинул окурок и в первый раз за всё это время тронулся с места. От Демьена не укрылось, с каким интересом он покосился на его член. Интересом и… чёрт, Демьен не мог понять, что это за чувство. Что-то подобное стояло в глазах одноклассника в тот вечер, когда он приволок его домой.       — Что такое, Брэдли? С каких это пор ты стал защищать гомиков? — парень с безобразием на голове выдернул из земли металлический штырь. — Смотри! Давай воткнём это ему в жопу?!       Демьен в ужасе дёрнулся, переводя глаза на Брэдли. «Защищать гомиков?.. А разве Брэдли сам в каком-то смысле им не являлся?!» Вопросы крутились на языке, но Демьен словно лишился дара речи, да и что-то во взгляде одноклассника заставляло его молчать. Похоже, приятели Брэдли Шора не знали о его сексуальной ориентации… На дне светло-зелёных глаз притаился ужас, Демьен видел его, несмотря на собственную плачевную ситуацию.       Он перевёл взгляд на железный стержень, покрытый следами ржавчины. Кровь стыла в жилах… Если они это сделают, то просто убьют его. Они что, не понимают?! Демьен вновь дёрнулся, и подонки крепче схватили его за руки.       — Что, Брэдли, ты зассыкал? — придурок в кожаной куртке покрутил штырём в воздухе. — Ему понравится! Он же гомик!       — Ну всё! Это зашло слишком далеко! — Брэдли схватил долговязого приятеля за куртку и попытался отобрать металлический прут.       — Ты что, сочувствующий?! — заорал тот в ответ, толкнув Брэдли в грудь. — Жалко гомика?! Так может, ты один из них?!       Завязалась потасовка. Демьен сделал очередную отчаянную попытку вырваться, когда раздался выстрел.       Все замерли, оглядываясь. Демьен не сразу понял, у кого пистолет.       — Всем стоять на месте! Руки на забор! Полиция! — прозвучал откуда-то со стороны женский голос со знакомым акцентом, а потом и новый выстрел. Демьен внезапно оказался без поддержки и со всего маху ударился голыми коленями о землю. Подонки убегали в разные стороны, скрываясь за железными боксами и перемахивая через забор с завидной прытью.       Демьен шокированно оглянулся и увидел, как с другого конца переулка к нему на шпильках бежит Сэм, сжимая в одной руке пистолет, а в другой телефон…       Никогда в жизни он не чувствовал такого облегчения! Слёзы покатились по щекам. Из горла рвались судорожные надсадные звуки, больше похожие на сухие рыдания, чем на то ни с чем не сравнимое ликование, что он сейчас испытывал. Он был готов кинуться женщине в ноги и целовать её, благодарить, клясться в вечной любви и лояльности, обещать что угодно. Горло сжимали слёзы, плечи ходили ходуном. От тотальной слабости он просто не мог подняться на ноги.       — Мальчик мой, — произнесла она осторожно своим напевным шведским акцентом, и Демьен опять зарыдал. Она была ангелом! Ангелом божьим! Самой прекрасной женщиной на земле! Как он мог так недооценивать её?!       — Я успела? — Саманта присела рядом, пытаясь поднять его на ноги.       Он только кивал головой, размазывая слёзы по лицу и не в силах сказать ей ни слова.       — Боже… — она наконец увидела его. — Тебя били?       — Всё хорошо, — просипел он и снова зарыдал. Ему не верилось, что всё закончилось и что он выберется из этого района живым. Сэм уже пыталась завязать его разрезанные брюки своим поясом и натянуть на плечи свой плащ.       — Пойдём отсюда.       Привалившись к ней всем телом, Демьен не чувствовал, как идёт. Грудь всё ещё дёргалась от рыданий, но внутри разливалось счастье. Он пока не мог осознать, что так бывает, что Саманта ведёт его, обнимая и прижимая к себе, словно мать родная. И сейчас, когда опасность отступила, мир будто посветлел и границы раздвинулись. Словно с глаз спала пелена, и даже этот плохо освещённый район засверкал божьей благодатью. Демьен чувствовал себя прозревшим и даже чуточку виноватым: вокруг него были такие замечательные люди, а он так плохо к ним относился!..       Когда они вышли из переулка, навстречу кинулся какой-то невысокий мужчина. Демьен вздрогнул всем телом и только потом понял, что это был Такехико. Лицо его было встревоженным.       — Всё в порядке! — крикнула ему Сэм, сразу успокаивая. — Я его отбила!.. А ты чего так долго? Свой меч, что ли, искал? — она захохотала. Демьен тоже смеялся, нервно, отчаянно, как душевнобольной. Но пережитое напряжение требовало разрядки, и явно не у него одного.       — Я из дома добирался, — виновато произнёс Такехико.       — А-а… А я из офиса.       — Надо позвонить ему, успокоить… Ты на машине?       Сэм кивнула, и японец, подойдя к своему авто, запустил автопилот, а потом достал мобильный.       — А как… Как вы узнали? Как меня нашли? — прошептал Демьен, с трудом отлипая от Сэм, когда они дошли до её автомобиля и она открыла ему дверь.       — Когда твой телефон разбился, сработал датчик… Босс поднял нас по тревоге, но я добралась первой!       В груди у Демьена всё сжалось, а глаза вновь защипало. Он смотрел в окно, сжимая ладонью отвороты плаща. Слёзы катились по щекам. Это был Эверард… Его Эверард! Даже находясь так далеко.       Такехико залез в машину, и Сэм поднялась в воздух.              — Тебе уже лучше? — Саманта уложила его в постель, Такехико стоял в дверях спальни.       — Может, хочешь чего-нибудь выпить? Полегчает!       — Всё хорошо, — Демьен смотрел на неё слегка расширенными глазами, ещё не совсем придя в норму. Сейчас, когда стресс прошёл и уровень адреналина пошёл на спад, он всё сильнее ощущал боль в тех местах, куда его били.       Прежде, чем отвести его домой, Сэм и Такехико провели полное обследование в полупустом офисе…       Сейчас Демьен лежал в своей постели с пакетом льда на голове.       — Хочешь, чтобы мы остались? — Саманта оглянулась на Кобаяси. Тот опустил глаза. Демьен не понимал, что происходит.       — Всё хорошо… я ведь уже дома.       — Хорошо, тогда мы пойдём, — она погладила его по руке. — Если что-то понадобится, звони! И лучше сиди дома.       Демьен вздохнул, слыша, как тихо уходят помощники Эверарда. В замке провернулся ключ, и Демьен резко открыл глаза. Больше никаких звуков слышно не было. Та-а-ак!.. Значит, теперь ключи от его квартиры есть и у них.