Демьен

154

      Шёлк скользнул по ступне. Демьен вздрогнул сквозь сон и открыл глаза. Чумной после недолгой дрёмы, словно она лишь усугубила последствия алкоголя, он бездумно наблюдал за Джулией, толком не помня, кто он и где. Вместо роскошного вечернего платья на ней был струящийся халат цвета морской волны. Не замечая его взгляда, она натягивала наволочки на подушки. Её влажные после душа волосы лежали на плече. Демьен уже видел её такой, только не мог вспомнить когда. В груди стало тесно. Боясь разглядывать её дольше, он перевёл взгляд на раскрытое окно. Ветер мягко колыхал занавеску, принося в спальню аромат августовской ночи.       Джулия заметила, что он проснулся, и подсунула ему под голову подушку.       — А где Эверард? — отводя взгляд, пробормотал Демьен.       — Душ принимает. Ты тоже освежись, если хочешь. Можешь прогуляться на второй этаж, если ванная ещё занята.       Заметив, что она берёт чистые простыни, Демьен слетел с кровати. Не хватало ещё только, чтобы Джулия перестилала после них постель.       — Я помогу, — он вырвал у неё бельё и тут же бросил всё на пол, хватая Джулию за плечи, заставляя смотреть себе в лицо. Её глаза изумлённо распахнулись.       — Прости меня, — прошептал Демьен, сходя с ума от волнения и стыда.       — За что? — улыбнулась Джулия, уже всё прекрасно понимая.       — За то, что здесь только что было, — пробормотал он смущённо.       — О, — она провела тыльной стороной ладони по его щеке. — Всё хорошо… Демьен.       Они смотрели друг на друга. Напряжение стало обжигающе невыносимым. Демьен отстранился, больше не смея сжимать её плечи.       Джулия молча смотрела на него и вдруг, приблизив лицо, прошептала на ухо:       — К тому же… это было очень горячо.       Демьен покраснел, замирая и не дыша, вновь испытывая интенсивную гамму стыда, предвкушения и жажды. Он изнемогал, но всеми силами старался держать лицо.       — Ты, правда, не обижаешься? — пробормотал он, окончательно тушуясь.       — Правда… — Джулия поцеловала его в щёку. Закрыв глаза, Демьен чуть повернул голову и захватил ртом её губы, прижимая к себе за талию. Из груди вырвался удивлённый вздох: они уже целовались сегодня, но он впервые ощутил будоражащее прикосновение её языка. Не осмеливаясь заходить далеко, Демьен поддерживал её подачу. В груди пульсировала сладостная дрожь.       — Сходи ополоснись перед сном, — прошептала Джулия через минуту.       Демьен смущённо потянулся за простынями на полу.       — Всё хорошо, не волнуйся, — она махнула рукой и забрала их у него.              Не обнаружив в ванной халата, Демьен захватил полотенце и, как был, вышел в коридор. Сквозь широкое окно лился зыбкий уличный свет. Поддев пальцем зеркальную створку, он заглянул в кабинет Эверарда, но внутри было темно.       Мысли о недавнем сексе, немыслимом и бесстыдном, то и дело всплывали воспоминаниями на грани физических ощущений, и Демьен не мог успокоиться. Хотелось вернуться наверх, в спальню, хотя он ещё не знал, где будет ночевать. Надеялся лишь, что супруги позволят спать рядом.       Оттягивая заветный миг, Демьен направился в кухню. Ни сверху, ни снизу не доносилось ни звука, лишь в полумраке таинственно мерцали люстры, фотографии, ступени. Дом казался цельным и живым, пронизанным странной магией. Демьен осторожно ступал по стеклянной лестнице, дрейфуя в темноте, зная, что, вопреки обманчивой тишине, он здесь не один, что Эверард где-то рядом, что рядом Джулия.       Заглянув в холодильник, он достал рулет из индейки и начатую бутылку вина. Тёмно-фиолетовое, почти чёрное, оно отдавало ягодной терпкостью и головокружением. Демьен раздумывал над своей жизнью, и вновь испытывал это странное чувство комфорта. Никто его не искал, но он знал, что его ждут.       Мысль, что придётся оставить нью-йоркскую квартиру, вызывала тревогу и преждевременную ностальгию, и всё же он готов был жить здесь, в этом доме, лишь бы только рядом с Эверардом. Жаль, что придётся оставить их тайную комнату. Наверняка любовник не держал тут подобных игрушек. Но, может быть, в Лондоне есть БДСМ-клубы, куда они могли бы иногда ходить?..       Спешно вымыв руки, Демьен вернулся наверх. Дверь в спальню была приоткрыта, лёгкий ветер колыхал в полумраке занавески.       — А где Эверард? — прошептал Демьен, подойдя к постели.       — В кабинете, — Джулия повернулась на бок, подкладывая руку под голову. — Проверяет, как дела в офисе.       — Похоже, мы разминулись.       Демьен до сих пор не был уверен, можно ли остаться, или же ему приготовили постель внизу.       — Что-то не так? — спокойно спросила Джулия. Она лежала спиной к окну, и Демьен не мог различить выражение её лица, видел лишь сводящий с ума изгиб тела.       — Нет-нет… — он заметил третью подушку и, бросив полотенце на пол, скользнул под простыню.       В комнате было тихо. Лёжа на боку, Демьен смотрел на Джулию и всё же толком её не видел. Почему-то ему казалось, что она смотрит в ответ. Сонная тяжесть неумолимо наваливалась на веки. Демьен не заметил, как закрыл глаза…       За спиной послышался шорох.       — Двигайся, — прошептал Эверард, подпихивая его к центру кровати. Демьен онемел от изумления: он-то был уверен, что любовник, как и прежде, ляжет посередине. Сердце взволнованно ускорило ритм. А когда Эверард залез к нему под простыню и обнял за талию, приникая обнажённым телом, Демьен с трудом сдержал трепет и судорожный вздох.       Они лежали на одной подушке. Любовник подсунул руку ему под голову, губы мягко приникли к волосам. Демьен чувствовал его дыхание у самого уха. Не зная, что будет дальше, он волновался и сходил с ума. Неужели Эверард ещё раз… перед сном… на глазах у Джулии? Одна лишь мысль об этом вызывала спазмы желания. И становилось страшно дышать, чтобы не выдать себя с головой.       — Сильно не возбуждайся, — вдруг произнёс Эверард. В голосе звучала усмешка. — Хватит игр на сегодня.       Он говорил тихо, но Демьену казалось, что Джулия всё прекрасно слышит и едва сдерживает смех.       — Спокойной всем ночи, — промурлыкал Эверард, с наслаждением прижимая его к себе. Демьен уже не сомневался, что любовник издевается.       — Приятных снов, — с улыбкой ответила Джулия.       Ну точно! Она смеялась.       Через мгновение все затихли, но Демьену казалось, что он никогда не успокоится и никогда не уснёт. Он ждал, отчаянно отсчитывая секунды. Сердце обмирало. Однако стоило шевельнуться или прижаться ягодицами к Эверарду, как тот шептал ему на ухо: «Спи…», погружая в дремотную негу. Демьен дрейфовал, уплывая в мечты. Как странно это было — мечтать о том, кто лежит так близко. И вновь пульс учащался от волнующей близости любовника, от тишины и запаха ночи. Уверенный, что поспать не удастся, он бы уже попросился в отдельную комнату или на софу, но уходить от Эверарда не хотелось. Слушая его ровное дыхание, Демьен уже почти не сомневался, что мужчина уснул, что Джулия тоже спит.       Наконец и сам он сдался.              В полудрёме Демьен почувствовал, как Джулия соскользнула с постели и обошла кровать. Эверард отстранился и мягко, стараясь не разбудить, убрал руку из-под его головы. Демьен вздохнул, голова опустилась на подушку. Он слышал шорох и звуки поцелуев.       — Так хочу тебя… — выдохнул женский голос, легко, словно движение ветра, словно зов сирен. — М-м-м!.. — и его чувственная нега отозвалась искрами желания в паху.       Демьен ощутил прикосновение чьей-то ноги и в дремотном забытьи увидел сон, как Джулия сидит верхом на муже, как они целуются, как пьют дыхание друг друга.       — Думаешь, не проснётся? — шептал женский голос.       — Надеюсь, спит крепко, — целуя, отвечал мужской.       Демьен с усилием разлепил глаза, моргая, настораживаясь. Это был не сон, это действительно была нога Джулии. Супруги находились совсем близко, прямо за спиной! Возбуждение взметнулось болезненной волной. И ревность… Демьен лежал, едва дыша, притворяясь спящим, не шевелясь, вслушиваясь в происходящее. Они явно не тратили время на прелюдию. Почти сразу тишину нарушил судорожный, полный сдерживаемого наслаждения вздох Джулии и сдавленный стон Эверарда. Кровать за спиной ритмично прогибалась. Демьен глотал воздух, чувствуя движения их тел. Бо-оже!.. Мучительно хотелось подрочить. Но ещё сильнее — прервать их.       Дрожа под простынёй, он нервно кусал губы. Проклятье! Что ещё он готов будет вынести? Он жмурился и уговаривал себя. Возможно, Джулия ждала этого момента весь вечер? Возможно, распаленная их «представлением», она с трудом дождалась, когда он наконец заснёт? И всё же, всё же…       Но нет, он не смел им мешать. Он даже не представлял как. Он не знал зачем.       Вслушиваясь в ритм их дыхания, в сдавленные стоны, во всё более иступлённые движения, Демьен чувствовал, что сейчас просто взорвётся.       Выждав ещё несколько удушающе болезненных мгновений, он развернулся и, делая вид, что не до конца проснулся, со стоном приник к любовнику всем телом. Впрочем, всем телом прижаться не удалось: возбуждённый член скользнул как раз по согнутой ноге Джулии. Обнимая Эверарда, дрожа от желания и ревности, Демьен смотрел на неё сквозь влажные ресницы. Сейчас он очень даже хорошо видел выражение её лица и всю её в искрах уличного освещения. Она никогда ещё не была такой при нём, такой необузданной и исступлённой. Уже не сдерживаясь, Джулия ёрзала и покачивалась на муже, вся напряжённая, как струна, чувственная. И будоражащие стоны в голос (каждый прямой наводкой в пах и в сердце!), казалось, срывались с её губ сами собой. Эверард подавался бёдрами жене навстречу. Его грудь расширялась под ладонью, и Демьену казалось, что он чувствует учащённый ритм его сердца. Демьен полыхал!       Так близко — и всё же не вместе!.. Так горячо — и так мучительно…       Жмурясь и постанывая сквозь зубы, он прижимался лбом к плечу любовника. Супруги больше не сдерживались. Чёрт, словно сто лет не виделись! Демьену казалось, что их взаимная страсть проходит сквозь него горячими волнами. Он дрожал как в лихорадке. Ночной полумрак и жар их тел делал картину нереальной. Всё было как во сне! Он не помнил себя, он не верил себе. Ему хотелось спуститься ладонью ниже, туда, где пульсировали наслаждением их тела. Но вместо этого, не выдержав, он поднял руку и сжал грудь Джулии. Замерев, она посмотрела на него с улыбкой, словно только что заметила, и чуть склонилась. Не понимая, что им движет, Демьен привстал на локте и поймал её поцелуй. И тут же, едва не рыдая, накинулся на Эверарда, обхватывая его голову обеими руками, жадно впиваясь в рот.       — Котёнок… подожди секунду, — тяжело дыша, прошептал Эверард у его губ. Грудь мужчины вздымалась, глаза опаляли истомой. Чувствуя, что любовник на грани, Демьен покорно, едва не плача, лёг рядом. Только перестать обвивать его рукой не смог.       Эверард двигал бёдрами, и Демьен не мог сдержать стоны в странной эмпатии, прижимаясь щекой к его плечу. Чёрт, он никогда не думал, что сможет пережить подобное, что будет так страдать и так этим наслаждаться.       Супруги неотрывно смотрели друг на друга. В их глазах читалось обожание и затаённое удивление, словно они не могли поверить в происходящее. Демьен видел, что они приближаются к апогею. Одновременно. Возможно, для них это было такой же редкостью. Движения ускорились, а стоны стали почти экстатическими. Демьен поскуливал в горячке, чувствуя, что сейчас тоже кончит. Или просто скончается от сердечного приступа. Он не помнил, чтобы Эверард так дышал.       — А-а!.. Я сейчас… сейчас… — выдохнула Джулия, изгибаясь. Демьен замычал, прикусывая кожу на плече любовника.       — Демьен… подожди, малыш, — простонал тот и скользнул рукой по его бедру, ещё теснее привлекая к себе (чёрт! к ноге Джулии!), чувственно сжимая ягодицу.       Несколько опаляющих стонов на грани — и супруги содрогнулись, не сводя друг с друга немигающих ошарашенных глаз.       Пик спал, но ещё какое-то время они постанывали и подрагивали, тяжело дыша. Наконец Джулия в изнеможении легла мужу на грудь. Эверард расслабленно поглаживал её по спине. Они целовались, мокрые от испарины. Демьен, полыхая в горячке, вдруг понял, что тоже неслабо взмок.       — Ты в порядке? — устало спросил его Эверард, поворачивая голову и проводя рукой по бедру, когда Джулия опустилась на постель с другой стороны.       Демьен молчал, вибрируя от сумасшедшего внутреннего напряжения.       — Сдвинься чуть-чуть, — Эверард подтолкнул его, двигаясь следом и освобождая место для жены.       Демьен отвернул лицо к окну, сдерживая дыхание. В груди всё сжималось от странной горечи, от ожидания и слёз. Нереализованное возбуждение пульсировало болью.       Через минуту Эверард повернулся набок. Рассматривая его в полумраке, он скользнул пальцем под крайнюю плоть и полностью оголил головку. Демьен едва сдержал стон, бёдра охватила неконтролируемая дрожь. Ещё минуту назад он думал, что укусит Эверарда, если тот попытается что-то такое с ним сделать, но кусал лишь собственные губы, не в силах противиться одуряющей магии его чар.       — А я так надеялся, что ты крепко спишь… — прошептал Эверард, целуя его в шею, играясь с кольцом. Ладонь крепко обхватила член. Демьен изнемогал, двигая бёдрами, чувствуя дыхание любовника на коже. Каждый влажный поцелуй струился электричеством по нервам, ресницы были влажными от слёз.       — Вы ведь уже трахались сегодня, — выдохнул он сдавленно сквозь зубы, не поворачивая головы.       — Это когда? — прошептал Эверард у самого уха и ласково коснулся его языком.       — Днём… Когда смотрели моё видео.       Эверард усмехнулся. Ладонь двигалась уверенно и жёстко, и каждое движение грозило стать решающим, взвинчивая и без того невыносимое напряжение.       Демьен держался из последних сил, чтобы не умолять, не просить трахнуть его, не прижимать к себе, такого желанного, любимого и до безумия родного, не сосать его пальцы в исступлении и не пытаться запихнуть их в себя.       Эверард убрал руку и приподнялся на локте, разворачивая его лицо к себе. Демьен зажмурился, безвольно приоткрывая рот и чуть высовывая язык, когда пальцы, влажные от его соков, скользнули по губам.       — Джулия… — напомнил он шёпотом, смущаясь, но страшась, что любовник и правда передумает.       Эверард обернулся и, глянув на жену, улыбнулся.       — Она спит, — прошептал он и привлёк его к себе, скользнув языком по жаждущим поцелуев губам.       Демьен вновь корчился в ознобе, уже не зная, кто он и что делать. Грудная клетка судорожно расширялась. Он чувствовал, как Эверард раздвигает его бёдра, проникая пальцем в сжавшуюся дырочку. Мысль, что любовник делает это, просто чтобы успокоить, но на самом деле не хочет его, сводила с ума.       — Ты что… кончил без семяизвержения? — прошептал Демьен беззвучно. Анус сжимался от жаждущих спазмов, и весь он дрожал и уже не контролировал себя.       — Ш-ш… — Эверард ласково провёл носом по его бровям, поймал губами мокрые ресницы, отчего-то вновь напоминая большого кота.       — Ты сильно много разговариваешь, — шепнул он и взял его руку. Демьен с удивлением и внезапным стыдом почувствовал, как любовник ведёт его пальцы к анусу.       — Приласкай себя для меня, — прошептал Эверард ему на ухо. — Я хочу этого.       Демьен неуверенно посмотрел ему в лицо и покосился в сторону Джулии. Её дыхание было ровным и спокойным. Безмятежно раскинувшись, она действительно спала. И всё же делать это в её присутствии было так стыдно.       Демьен завёл руку за спину и сглотнул, зная, что, скорее всего, кончит, едва засунет пальцы в задницу, достаточно было заинтересованного взгляда Эверарда.       — Ты же ничего не увидишь, — произнёс Демьен одними губами.       — Просто делай, как я прошу, — Эверард подтолкнул его пальцы внутрь и накрыл их ладонью, с затаённым стоном прижимаясь к нему пахом и прижимая к себе. Их члены соприкоснулись. Нет, любовник и правда был сильно возбуждён…       Демьен снова бился в горячке, заключённый с двух сторон в кандалы наслаждения, чувствуя собственные пальцы и в то же время ладонь Эверарда, подталкивающую их глубже, его член, его дыхание и поцелуи. Чёрт, это было так интимно, так до странности нежно, словно у них появился свой маленький секрет. Он знал, что теперь каждый раз, лаская себя, будет вспоминать это.       Эверард рассматривал его лицо в полумраке. Ночь вновь становилась невыносимо острой.       — Ты мой маленький извращенец, — прошептал он с усмешкой, и Демьен сдался, содрогаясь в охватывающих всё тело горячих волнах.              Сочный солнечный свет затапливал комнату. Демьен облизнул сухие от жажды губы и оглянулся, понимая, что в постели они с Джулией одни. Чёрт… Эверарда не было. На тумбочке стояла бутылка минералки.       Сидя на краю постели, Демьен жадно глотал солоноватую воду и смотрел на Джулию. Она лежала совсем не там, где вчера засыпала, однако сон её был крепок. Демьен не знал, что делать. Странное томление по чему-то неизбывному и непонятному наполняло всё его нутро. Поборов ощущение дежавю, он поднялся и вышел в туалет.       После душа, расчёсывая волосы, он смотрел на незнакомца в зеркале и хотел плакать. В отличие от него самого, парень в отражении явно не испытывал стыда от происходившего здесь накануне. Этого наглеца больше волновал вопрос, где он оставил свою одежду. Демьен напрягся, пытаясь вспомнить. Кажется, в спальне… А цепочку — в другой ванной. Но пусть этот наглец за ней и идёт.       Оттягивая мокрые чёрные пряди с фиолетовыми отблесками, Демьен подумывал, что неплохо бы уже немного подстричь когда-то выбеленные, а затем вновь покрашенные волосы. Но нет, спать хотелось слишком сильно. Передумав идти на поиски любовника, он вернулся в комнату. Завтрак тоже подождёт.       Второй раз он проснулся через несколько часов, когда кто-то вошёл в спальню. Это была Джулия. Приоткрыв глаза, Демьен смотрел, как она снимает халат и ныряет под простыню.       — Я видел тебя вчера, — произнёс он через минуту, понимая, что никто из них не собирается нарушать молчание, хотя спать ни ей, ни ему явно больше не хотелось.       — Я тоже тебя видела, — с улыбкой ответила Джулия.       Демьен опешил.       — Ночью?! Ты же, вроде, спала!       — А что-то было ночью? — спросила она.       — Да нет, просто… — Демьен покраснел. Но Джулия не видела этого, по-прежнему лёжа с закрытыми глазами.       — Неужели он даже не приласкал тебя? — спросила она.       — Приласкал… просто… ничего такого не было как бы, — Демьен окончательно смутился и замолчал.       — Милый, тебе не нужно оправдываться, — Джулия улыбалась, не открывая глаз.       Демьен привстал на локте. Сердце колотилось в ускоренном ритме. Чёрт, она видела его! Видела его… И он видел её такой… такой пьянящей и раскованной, обжигающе прекрасной, какой может быть только женщина в момент страсти. Но почему… почему сейчас он испытывал такую душную робость, и стыд, и желание прикоснуться пальцами к её губам, стащить с неё простыню?       Джулия вдруг открыла глаза, глядя на него с интересом, и Демьен вновь поразился изумрудной зелени её радужек.       — Как думаешь, где Эверард? — спросил Демьен, краснея и опуская взгляд.       — Думаю, он поехал в школу к Мишелю. В кабинете его точно нет.       — Мишель будет там всё время?       — Кроме выходных и каникул… Если, конечно, он там останется.       Демьен чувствовал нарастающее волнение и боялся поднять глаза. Джулия не спешила его выручать, как это бывало раньше, и лишь с интересом наблюдала за его эмоциями.       Демьен напряжённо думал, о чём бы ещё её спросить.       — Тебе и правда понравился спектакль?..       — Да, милый, ещё как!       Джулия чему-то улыбнулась и скользнула тыльной стороной ладони по его щеке. Демьен невольно задержал дыхание, млея от её расслабленных прикосновений. Пальцы волнующе прошлись по губам.       — Прости меня за вчерашнее, — Демьен сглотнул. — И за то, что целовал твою грудь…       Джулия засмеялась. — Брось, это же фанты.       — И часто вы так играете? — Демьен помрачнел. Одна лишь мысль об этом отозвалась болью.       — Нет, — Джулия пропустила его влажные пряди сквозь пальцы. — Я бы даже сказала, что никогда.       — Если бы не Билли? — Демьен пристально посмотрел ей в лицо. — Это ведь давно было.       — Давно, — согласилась Джулия.       — И с тех пор…? — губы Демьена невольно растянулись в счастливой улыбке. Он понимал, как это глупо, но не мог справиться с дурацкой радостью.       Джулия улыбнулась, наблюдая за ним.       — Эверард всегда был заводилой, сколько я его помню. Во всех наших играх и экспериментах.       — И ты совсем не ревнуешь?..       — После всего, что мы знаем друг о друге… что испытали вместе, — её глаза на мгновение стали мечтательными. — Я имею в виду не только жизненные проблемы и радости. После такого на всё смотришь немного иначе.       Демьену показалось, что она говорит о каком-то совместном мистическом опыте. Вспомнилась крыша под луной и краешек собственного опаляющего переживания. Стало безумно интересно, но Джулия явно не собиралась продолжать рассказ.       Демьен зачарованно смотрел на неё. Ему казалось, что она как воду впитывает в себя эту неспешность, и негу, и послеполуденный зной за окном, золотистый, и сочный, и наполненный едва уловимым предчувствием осени. В её зелёных глазах мерцал интерес, уверенность и мудрость. Она интриговала его. Пожалуй, ещё сильнее, чем раньше. Хотелось приблизиться к ней, понять, но после вчерашнего было стыдно и страшно. Демьен вспоминал истому и желание в её глазах, когда она наблюдала за ним с Эверардом, вспоминал её пронизанные наслаждением стоны ночью, опаляющие его, будоражащие даже сейчас, в воспоминаниях, и жалел, что больше не может дурачиться с ней как раньше.       Но разве раньше мог? Разве не впадал каждый раз в смущённый ступор и непонятную боязнь? Да ладно, такую уж непонятную? Ведь Джулия была женой Эверарда, и Демьен прекрасно помнил, как робел перед ней, когда был неопытным подростком, как ревновал и боялся, что из-за неё они с Эверардом расстанутся.       Голова горела. Демьен в изнеможении лёг, прижимаясь лбом к её плечу. Но кожа Джулии была не намного прохладнее.       — Демьен, сколько тебе уже? — неожиданно спросила она.       — Уже можно… — пробормотал он, не открывая глаз. Джулия засмеялась.       Демьен колебался, обмирая в нерешительности, но уже через минуту, задыхаясь от собственной дерзости, медленно потянул простыню, оголяя её грудь. Руки Джулии застыли, словно он застал её врасплох, но тут же чувственно скользнули вниз, к самому лону, одним этим жестом пробуждая тяжкое желание. Не решаясь смотреть ей в лицо, Демьен приник губами к её плечу, поцелуями прокладывая путь к соблазнительной груди.       «Так какой сосок у тебя чувствительнее?» — хотелось ему разрядить обстановку, но горло словно сдавило желанием, по телу шла дрожь, и он сумел прошептать лишь: — Ты такая красивая…       — Не бойся, — Джулия успокаивающе погладила его по голове, пальцы скользнули по шее и плечу.       Член отреагировал мгновенно. Боясь дышать, Демьен лизнул и со стоном прикусил её левый сосок. Казалось, от этого прикосновения между ними пробежал ток, обострив чувствительность и его губ, и её кожи. Он целовал, лизал её, посасывал, и сладкая боль отзывалась в напряжённом члене, становясь всё сильнее. Как хорошо… Боже, как хорошо…       Сейчас всё было иначе. Возможно, потому что он не чувствовал на себе интенсивного взгляда любовника, его одурманивающего присутствия. Был только он и тёмно-кремовый сосок, твёрдый и нежный одновременно. Демьен скользил по нему влажными губами и языком, обмирая, забывая себя.       Становясь всё смелее от неровного дыхания Джулии, от прикосновений нежных пальцев, Демьен посасывал её грудь, слегка прикусывал сосок, прижимал его языком к нёбу.       Джулия застонала, раскрываясь, и потянула его к себе, их губы слились. Комната полыхала, простыни опаляли. Демьен закрыл глаза, отдаваясь происходящему, утопая в сочных оттенках… Их языки переплетались. Он уговаривал себя, что это просто поцелуй, один долгий упоительный поцелуй, ещё немного, ещё чуть-чуть…       — Покажись мне, — вдруг прошептала Джулия, ведя вдоль его спины долгим волнующим касанием. Шёлк соскользнул с его бёдер, оголяя ягодицы.       — Что ты имеешь в виду? — Демьен несмело поднялся на колени, не зная точно, чего она хочет. — Прости, я немного смущаюсь…       — И совсем не смущался на сцене, — с улыбкой прошептала Джулия.       Их голоса становились всё тише, приобретая интимный отзвук, словно они прятались от кого-то, от самих себя.       — На сцене всё иначе, — краснея, ответил Демьен.       — Покажешь мне ещё раз свой пирсинг?       — Да, только… — щёки Демьена горели. — Прости, у меня член встал.       — Я вижу, — Джулия улыбалась, всё так же поглаживая его тело. — Так даже лучше.       Окончательно стушевавшись, Демьен привстал. Он весь трепетал, глядя, как она берёт его член, оголяя головку, как поглаживает большим пальцем уздечку и кольцо.       — У меня ещё другое украшение было, — прошептал он взволнованно, не в силах отвести от неё взгляда. — Я его прошлой весной купил, когда в первый раз проколол… Знаешь, такой тонкий стержень… вставляется сюда и закрепляется другим стерженьком через прокол. Снаружи остаётся только два металлических шарика. Очень красиво… Только когда надо поссать, верхний шарик приходится откручивать.       Джулия весело улыбнулась. — Не знала, что ты увлекаешься пирсингом.       — Не совсем так… — Демьен едва дышал. Она явно никуда не спешила, томительно лаская пальцем головку. Ему нравилось, что они одни, нравилось вот так откровенничать с ней, волнуясь и обмирая, гадая, что будет дальше.       — Мне больше ничего не хочется прокалывать, — рассказывал он ей. — Я даже член во второй раз как-то стремался… Не думал, что опять решусь. Так что это не какие-то особые предпочтения… Это совсем другое.       — И что же это? — её голос звучал соблазнительно, или ему так казалось от сочившегося в комнате возбуждения?       — Я просто… просто хотел, чтобы это сделал Эверард, — почувствовав, как расслабилась её ладонь, Демьен выскользнул и лёг рядом.       — Было больно?       — Во второй раз? — Демьен поднял глаза. — Нет… он меня загипнотизировал.       Джулия заливисто засмеялась. Демьен не сдержался и тоже хохотнул, глядя на неё с вопросом. Он не понимал, что конкретно её рассмешило, но, похоже, у них была общая тема: они оба хорошо знали Эверарда. От мысли об этом, в груди разлилось тепло. Демьен поцеловал её в плечо и скользнул языком по округлости груди, вновь с дрожью захватывая напряжённый сосок. Джулия ещё смеялась. Демьен не мог сдержать стон, чувствуя, как подрагивает её грудь, будоража его.       — Эверард когда-нибудь гипнотизировал тебя? — прошептал он, водя языком вокруг твёрдого горячего соска.       — Бывало… — ответила Джулия, расслабленно вытягивая руки над головой. Демьен с наслаждением отметил, как она в истоме закрыла глаза. Он повторял свои недавние манёвры, и её дыхание срывалось.       — Ты будешь рассказывать ему об этом? — прошептал он, осторожно стягивая простыню с её бёдер.       Джулия молчала, с улыбкой перебирая свои пряди.       — Можно теперь мне тоже посмотреть? — напряжённо спросил Демьен, проводя ладонью по её смуглому бедру, едва касаясь кожи. Лицо горело. Он не раз видел её обнажённой, но даже представить не мог, какая она там…       Не дождавшись ответа, раздумывая, даст ли она ему по шее или просто засмеётся, Демьен скользнул взглядом вниз. Дыхание замерло: на лобке не было волос. Он видел лишь интригующую щель, всегда вызывавшую в нём такое томительное желание застонать. Хотелось раздвинуть её бёдра, узнать, какая она там.        Смущаясь и почти не осознавая происходящего, он провёл пальцами по бархатистой коже и, привстав, потянул её бедро в сторону. Джулия не сопротивлялась, задумчиво глядя на него. Она казалась спокойной, только её пальцы по-прежнему играли с разметавшимися по подушке длинными локонами цвета горького шоколада.       Демьен опустил глаза, глядя на вульву и отчаянно краснея. Кожа Джулии была совершенно гладкой, хотя чего он удивлялся? Эверарду и правда нравилось отсутствие лишних волос на теле. Но сильнее всего сводило с ума не это, а кремово-розовые лепестки её плоти, соединившиеся вместе в подобие бутона. Он смотрел и сначала не мог понять, что это, пока не потянул их в стороны, и они развернулись, как самые настоящие розовые лепестки, открывая влажную сводящую с ума сердцевину. Демьен сглотнул, не в силах ни сморгнуть, ни отвести глаз. Член болезненно пульсировал, прижимаясь к животу.       — Демьен, ты так смотришь на меня, что я начинаю вспоминать давно забытую девичью стыдливость, — с улыбкой заметила Джулия, пытаясь сомкнуть бёдра, но Демьен удержал её.       — Подожди… Дай я ещё посмотрю, — пробормотал он пересохшими губами. — В жизни такого не видел.       Джулия не сдержала грудной смех.       — Не поверю, что ты ни разу не смотрел на женские прелести.       — Смотрел, конечно, — смутился Демьен, вспоминая, как не раз видел в такой позе Жаклин (и каждый раз офигевал, впадая в не меньший звенящий ступор). — Но именно такого ни разу не видел…       — Все мы разные.       — А ты когда-нибудь была с женщиной? — Демьен удивлённо поднял глаза, впервые отрываясь от созерцания.       — Не-е-ет, — со смехом протянула Джулия, сомкнув колени. Демьен лёг рядом, со стоном прижимаясь к ней всем телом, целуя бронзовую кожу. Боже! Удастся ли ему ещё когда-нибудь посмотреть на неё?       Выждав момент, когда Джулия расслабится, Демьен скользнул ладонью между её бёдрами и приник пальцами к влажной промежности. Из груди рвался стон. Не помня, что делает, он целовал Джулию и чувствовал, как она отвечает, как срывается её дыхание. О, она была там такая нежная!..       Когда Демьен скользнул внутрь большим пальцем, прижимая ребро ладони к её клитору, Джулия удивлённо распахнула глаза, но уже в следующую минуту протяжно застонала от его движений внутри, откидывая голову на подушку. Демьен задыхался и вибрировал в тяжком ознобе. От ощущения сладостного нутра, сжимающегося вокруг его пальца, член распирала восхитительная боль. И сильнее всего на свете Демьену хотелось сейчас проникнуть в эту упоительную глубину, но было страшно испытать тот же конфуз, что и при попытке взять Эверарда.       Джулия потянулась к нему, целуя. Демьен провёл языком по её приоткрытому рту, обхватил нижнюю губу и почувствовал, как усилилось выделение влаги под пальцами. Сердце восторженно трепетало. Её нежность, её бёдра, её лицо!.. Он сходил с ума. Он не узнавал себя. Это кто-то другой был с ней, не он!       Вытащив влажный палец, Демьен ещё раз скользнул им по клитору и вдруг понял, что Джулия смотрит в сторону двери. Он обернулся и вздрогнул от неожиданности.       В дверях стоял Эверард в дорогом костюме и не моргая наблюдал за ними. В его глазах не было и намёка на веселье. Он просто молча смотрел, упёршись локтем в дверной косяк, прижав тыльную сторону ладони к губам.       Но его глаза!.. У Демьена дрожь прошла по телу. В них было напряжённое внимание, и интерес, и ледяная отстранённость, и желание, и даже капля ревности. А ещё в них светилась уже знакомая Демьену мука, словно Эверарду было и хорошо, и больно одновременно. И эта задумчивая тёмная интенсивность пугала.       Демьен сглотнул, понимая, что всё это время не дышал. Казалось, прошла целая вечность. Он не мог шевельнуться, пока не почувствовал, как Джулия обхватывает его лицо ладонями и с силой поворачивает к себе. Демьен ошарашенно посмотрел на неё и, сморгнув, вновь уставился на Эверарда. Сердце бешено колотилось.       Не говоря ни слова, мужчина убрал руку от лица и вышел за дверь.