Убийственный чёрный

— Ты это не выкинула?! — воскликнул Дазай. — Не пойму, что тебе не нравится. — оскалилась девушка. — Всё отлично. — кашлянул Чуя, скрывая смех, — Всё просто замечательно. Да, Дазай? — Нет. — шатен проигнорировал уничтожающий взгляд Чуи, — Это нелепо. — Вы сюда пришли обсуждать мой гардероб? — Обязательно завтра сходим с вами в магазин. — НЕТ! — одновременно воскликнули Хирацука и Чуя. — Почему-у? — потянул Дазай. — Потому что. — Хирацука села между спокойным Дазаем и уже начавшим злиться Чуей, — В прошлый раз, когда мы ходили вместе в магазин, кое-кто потратил ВСЕ деньги с двух карточек. И это не преувеличение. Я и Чуя до самой зарплаты ели за счёт Акутагавы. — Да ладно вам. — отмахнулся Дазай, — Футболка всё равно отстой. Девушка тяжело вздохнула. На ней была серая футболка с бордовой надписью «Mori best boss ♡». Эти футболки были у всех мафиози, но они избавились от них при первой же возможности. — Заткнись. — Что смотреть будем? — отвлёкся Дазай, включая телевизор, — Опять ваши сопливые мелодрамы? — Слушай, Дазай. — Чуя отодвинул Хирацуку, являющуюся неким барьером между ним и Осаму, немного назад, чтобы в пылу возможной драки не задеть, — Ты начинаешь капать мне на нервы. — Такой маленький, а такой злой. — вздохнул он. — Так, друзья мои. — прервала их Хирацука, — Если из-за вас я опять не смогу насладится фильмом, то вышвырну обоих за дверь. — Ладно-ладно. — поднял руки Осаму, — Всего на девять сантиметров выше Чуи, а… Дазай запнулся, когда почувствовал удар по затылку. — Сегодня мы будем наслаждаться английским творчеством. — как ни в чём не бывало продолжила Хирацука. — Только не говори, что мы будем смотреть… — Мальчик-который-выжил. Ну или просто Гарри. — Как дети малые. — вздохнул Дазай, когда его друзья с блестящими глазами наблюдали за сюжетом. — Ну, фактически, мне семь лет. — вздохнула Хирацука, отбирая у Чуи попкорн. — Меня пугает, когда ты с таким равнодушием говоришь о девяти годах сумасшествия. — поморщился Чуя, забирая закуску обратно. — Знаешь, Чуя~… — многообещающе начал Дазай, когда ему стало скучно спустя половину фильма, — Я вижу таку-ую связь… Хирацука вздохнула, понимая, к чему ведёт Осаму. — Ты о чём? — нахмурился Чуя, поворачиваясь в сторону шатена. — Рыжий, Рональд, так похож на тебя, Чуя. Такой же рыжий и такой же умный человек. — Спа… — Накахара запнулся, всего секунда гробовой тишины и… — СЛЫШЬ, СКУМБРИЯ, КОТОРАЯ УТОПИТЬСЯ НИКАК НЕ МОЖЕТ… — Чуя… — тихо позвала девушка, дёргая парня, вставшего на диван, за штанину, — Ты сейчас всё самое интересное пропустишь. Дазай же специально тебя дразнит. Спокойнее. Хирацука покосилась на друзей, едва сдерживая смех и улыбку. Иначе ей тоже достанется. Редко Дазай позволяет себе вести себя так… Обычно. Как среднестатистический подросток. Редко позволяет себе ТАК улыбаться. Искренне. А его глаза в такие моменты перестают быть пустыми и мёртвыми. — НЕТ НЕ СПОКОЙНО! Я СЕЙЧАС САМОЛИЧНО ИСПОЛНЮ МЕЧТУ ЭТОГО УМНИКА. ДА ТАК, ЧТО ЕГО ОСТАНКИ НИКТО НИКОГДА НЕ НАЙДЕТ! — В этот раз за ремонт квартиры будешь платить ты. — махнул рукой Дазай, отворачиваясь от рыжего. Довёл до точки кипения и отмахнулся. — Да когда ты вообще за что-то платил?! — Когда ходил в аптеку и магазин вчера. Со своей карточкой. — ПРИДУРОК, ЭТО БЫЛА МОЯ КАРТОЧКА! Тихий вздох и хруст попкорна заставил их обернуться к Хирацуке, наблюдающей за ними: — Что?

***

— Кому вообще в голову пришла эта мысль?! — прошипела Хирацука, одной рукой впиваясь в обивку автомобильного сиденья, а второй сжимая руку Чуи, — Одасаку, чего это ты такой спокойный?! Жить надоело?! Сакуноске с переднего сиденья лишь равнодушно пожал плечами. — Ни прав, ни желания жить… — вздохнул Чуя, напряжённый вождением Дазая не меньше подруги, — Как я вообще на это согласился? — Вы мне не доверяете? — промурлыкал Осаму с водительского сиденья. Прежде чем Хирацука успела ответить, машину резко подбросило так, что она ударилась головой о потолок машины. — Есть две вещи, которые я никогда не доверю тебе: вождение и свою банковскую карточку. — вздохнул Чуя, — Но, к великому сожалению… — Мы все готовы доверить тебе свою жизнь Дазай. — прервала начинающуюся ссору Райчо, — Но водить машину… В мои сегодняшние планы не входила смерть. — А вы знали, что каждые двенадцать минут происходят аварии со смертельным исходом? — Дазай обернулся к друзьям, позабыв о дороге, от чего машину увело немного влево. — ДАЗАЙ! — рявкнули Хирацука и Накахара, вцепившись в друг друга.

***

— Не обязательно бить Дазая ногами и кулаками, когда он тебя раздражает. — вздохнула Хирацука. — ЧУЯ, ПОЛОЖИ НОЖ, Я НЕ ЭТО ИМЕЛА ВВИДУ!

***

Сообщение, пришедшее на телефон Хирацуки минут пятнадцать назад, гласило: «Мы у тебя. Чуя.» Ещё поднимаясь в лифте, она насторожилась, не услышав звуков драки. С намокших под дождем волос капала вода, а промокшая до нитки одежда, неприятно прилипала к телу. И было лишь одно желание: высушить волосы и переодеться во что-нибудь сухое. И это желание перебивало все опасения и подозрения от тишины, повисшей на этаже. — Я дома. — крикнула девушка, зайдя в квартиру, — Вы убили друг друга что ли? Найдя парней на кухне, она улыбнулась. Чуя, насупившись, всем своим видом показывая недовольство, сложив руки на груди, смиренно сидел на стуле. А вокруг него крутился Дазай с плойкой в одной руке, феном в другой и расчёской в зубах. И непонятно… Чуя позволил с собой такое творить, или Дазай смог его утихомирить. Но тем не менее… Оба были счастливы. Дазай с азартом и едва заметным счастьем укладывал волосы рыжего друга. Чуя же, не смотря на такой протестующий вид, был вполне доволен и расслаблен. — Ещё раз обожжёшь мне шею плойкой. — остерегающе начал Чуя, — И она окажется у тебя в…

***

— Ты ела? — тяжело вздохнул Чуя, ставя на стол небольшую порцию суши. — Ага. — не отрываясь от разработки плана, кивнула Хирацука. — И что же? — Ты приносил рамен. — Отлично. Какой сегодня день недели и число? Хирацука наконец подняла глаза с бумаг: — Двадцать седьмое сентября. Понедельник. Накахара покачал головой: — Сегодня тридцатое число. Четверг. — Вот чёрт. А я и думаю, почему меня в сон клонит. — протёрла глаза девушка, — Спасибо Чуя. Ты лучший друг и напарник.

***

— Мори… — вздохнула Хирацука, держащая в руках толстовку, — Я думала, что ты не повторяешься. — Мы Мафия или… — начал Чуя, но замолчал, получив удар локтем под рёбра от брюнетки. — Я не понимаю. — продолжила девушка, скептически оглядывая вещь с надписью «Mafia is better», — Ты хочешь, чтобы мы ходили в этом под окнами Агентства с плакатами и криками, «Дазай, вернись в Коно… Мафию» или «Акико, переходи в Портовую Мафию. Должность врача всегда свободна»? Или это просто мерч? Мори, одетый в белый халат, лишь развёл руками: — Элис сказала, что хочет увидеть глав в новых вещах, а ваши рубашки, брюки и портупеи — прошлый век. Хирацука устало закрыла глаза, не зная, какое «состояние» босса ей нравилось больше. Элис-милая-надень-платье-я-сделаю-всё или Мори-Огай-Глава-Портовой-Мафии. — Если вы это наденете, то я выплачу 100% вашей зарплаты. — Ничего. — выдохнула Хирацука, откладывая вещь, — Жили без денег, поживём ещё разочек. — Я ведь могу заблокировать все запасные счета. Даже те, о которых не знает ни Дазай, ни Чуя. — холодно объявил Огай, а Хирацука вздрогнула, опустив глаза. Чёрт.

***

— Что за счета? — удивился Чуя, когда они вышли из кабинета босса. Хирацука лишь раздражённо передёрнула плечами. Но, почувствовав тоску и панику, исходящие от рыжего друга, она сказала: — Чуя Накахара, я не оставлю тебя одного. Никогда.

***

— Чуя, отойди. — пятился назад Дазай. — Ах ты ж скумбрия голубая, то есть как издеваться над моими волосами, так мы первые, а мне твои колтуны вычесть нельзя? — Нет у меня никаких колтунов. — Есть. — сдала парня Хирацука, опираясь на домашнюю барную стойку спиной, держа кружку с кофе в руках, — Один за ухом, второй на затылке. Чуя, действуй. — Чуя, ты ещё обижен за утро, а расчёска в твоих руках выглядит как оружие массового уничтожения. Я не подойду к тебе. — Если не сядешь на этот грёбаный стул, то, во-первых, эта расческа окажется у тебя в заднице, а во-вторых, если не сядешь добровольно, то я применю силу. — На меня твоя гравитация не действует. — Зато на окружающие предметы вполне. *** — Хирацука, нас вызвал Мо… — Чуя, зашедший в квартиру, запнулся, когда увидел Дазая и Хирацуку, которые сосредоточено выполняли какую-то махинацию руками, — ДАЗАЙ?! — Мистер-дурацкая-шляпа прибыл. — присвистнул Дазай, — Как у тебя в цепочке волосы не путаются? — Просто у меня волосы нормальные. — Мальчики, не ссоритесь. — промурлыкала Хирацука. — Что вы делаете? — удивился Чуя, поворачивая ноутбук, — Умники хреновы, Вам сколько лет? — Чуя, один из нас буквально сумасшедший. Другой пришел в мафию в 14 и жив только потому что… — девушка запнулась, — А третий с вагоном и маленькой тележкой проблем, комплексов и предательств за спиной. Дай отдохнуть. Чуя замешкался от достаточно резкого тона девушки и едкого замечания, но Хирацука лишь махнула рукой: — Смотри. Игра «соку бачи вира». Бразильская детская игра, направленная на развитие ловкости. — И в чём же тут ловкость? — фыркнул Чуя, посмотрев ролик на «YouTube». — Всё не так просто, как кажется. — пожал плечами Дазай, — Мозг нормального человека не даст сразу это сделать. Механика движений. — Бред какой-то. И как ты вообще заставила этого придурка этим заниматься? — Это вышло случайно. И я проиграла ему четырнадцать тысяч ен. — ТЫ ЧТО?! — Не отвлекайся. — оскалился Дазай, предвкушая все последующие события. — ДА ЧТО ЭТО ЗА ХРЕНЬ?! — вспылил рыжий, когда спустя минут двадцать упорного труда ничего не вышло. — А я сразу смог. — пропел Дазай, тоном, словно выиграл… Четырнадцать тысяч ен. — Да заткнись ты, придурок. Сбиваешь. — Да-да. — Да ну Вас… — пнул стул Чуя, когда еще спустя попыток пять, он, как выразился, не смог сделать всё «достаточно идеально», — С какой попытки получилось? — У меня с шестой. У Дазая со второй. — По-моему, это была восьмая попытка. — потянул Дазай, — У тебя всегда было плохо с… — Слушай, Осаму… — перебила его девушка, сознание которой кольнуло уже забытое чувство, — Во-первых, не смей мной манипулировать. Во-вторых, у всех свои слабые стороны. В-третьих, ты всё ещё предатель Мафии, поэтому, если я тебя сейчас убью, то вопросов не возникнет. — Так. — Чуя встал между девушкой, которая была готова не то выть от обиды, не то достать запрятанный нож и кое-кого прибить, — Мы и так потратили много времени. Нас Мори вызывал. Дазай усмехнулся, делая глоток кофе. — Мне тоже уже пора. Хирацука, я всё понял. Вечером всё пришлю. — Дай угадаю. — усмехнулась девушка, когда Осаму был уже на пороге, — Ты сейчас пойдешь к Куникиде со словами «Куникидушка, давай заключим пари?», а после «Отвали, придурок. Мы опаздываем из-за тебя», ты скажешь «Если ты выиграешь, то я месяц не буду отлынивать от работы». А пари будет, конечно, заключаться в этой игре. На что Куникида скажет что-то вроде «Я не собираюсь тратить своё время на это». Но после пары сломанных ручек и нехитрых манипуляций, он согласится. А выиграешь ты. — А позже, когда выяснится, что кое-кто утолил вторую сторону медали под названием «Если выиграет Дазай, то он сможет бить баклуши два месяца». Хотя, ты и так в основном ни черта не делаешь. А работу, от которой ты освободился, будет делать Ацуши. — закончил Чуя. Дазай отвернулся от проницательных взглядов мафиози, но те всё равно заметили тёплую улыбку. Они правы.

***

— Чуя, у тебя такими темпами руки отвалятся. — цокнула Хирацука, пока они стояли у кабинета опаздывающего босса. — РИНТАРО! — раздался детский капризный крик, — Я тоже так хочу. Элис показала на Хирацуку, ещё раз показывающую другу комбинацию, и Чую, вокруг которого уже искрится красный свет. — Мори, ты зачем нас вызвал? — спросила девушка, когда босс и Элис подошли. — Уже не важно. — уставший взгляд Огая был прикован к Чуе, который будто не заметил босса. — Мори, иди отоспись. — нахмурилась Хирацука, — Я чувствую, как ты сейчас прямо здесь упадешь. — Всё в порядке. — Ринтаро. — повторила блондинка, дёргая бывшего врача за белый халат, — Хочу. Мори мягко улыбнулся, а, прежде чем Огай успел озвучил приказ просьбу, девушка схватила Чую за воротник плаща и потащила за собой подальше от них: — Если я еще раз услышу эту мелодию, то в окна начнёт прыгать не только Дазай. YouTube в твоём распоряжении. Но всё же, советую поспать. — махнула она рукой и обернулась, — Мори, хоть ты и босс Портовой Мафии, но всё равно нуждаешься в отдыхе и сне. — она перевела взгляд на Элис, которая вышла из роли капризной девчонки, — Присмотри за ним. Конечно, Мори не последовало совету Райчо, а отправился исполнять каприз любимой Элис, которая позже предложила соревнование с этой игрой. Разумеется, Мори проиграл, ведь, когда выигрывает Элис, она счастлива.

***

— Я не буду этим заниматься. — холодно отрезал Акутагава на просьбу Хирацуки. — Акутагава, пожалуйста. Не для себя же прошу. На благо общества. — И своего любопытства. — отозвался Чуя с кухни. — Для тебя вообще-то стараюсь. — обернулась она к Чуе, но потом снова к Рюноскэ, — Всего один. — Я их не люблю. — А у меня аллергия. Акутагава сверлил взглядом ненавистный мандарин, который Хирацука положила перед ним с просьбой: «Почисти. Расёмоном. Пожалуйста». — Акутагава, я куплю тебе инжира. — У меня есть. — Я старше по званию. — Вы не прикажете мне. — Я ведь могу и заставить. — Во-первых, вы не знаете как работает Расёмон, поэтому даже вмешавшись в моё сознание, не сможете ничего с ним сделать. Во-вторых, вы этого не сделаете. Хирацука скрипнула зубами. Осталось последнее… — Думаю, что Дазай бы оценил. — лениво потянула она, — По секрету, я собиралась встретиться с ним и рассказать о том, сколького ты достиг и насколько изменился. Дазай-сан, пожалуй, из тех людей, кто всегда гордится, когда на обычные и привычные вещи смотрят под другим углом. Тот же Расёмон… Им ведь можно не только убивать и пакеты с продуктами носить. Но, раз уж ты не хочешь, я не могу тебя заставить. Девушка протянулась за мандарином, лежащим между ними двумя. Краем сознания, Хирацука уловила изменение в настроении Акутагавы, а также его блеснувший взгляд. Чёрная тень острая, как лезвие, пронеслась в миллиметре от руки Райчо и вонзилась в несчастный мандарин. Всего пара секунд, и перед Хирацукой лежит немного потрёпанный жизнью, но очищенный мандарин. — Молодец, Акутагава. — Мне пора. — Не ожидал такого грязного приёма от тебя. Тем более в сторону Акутагавы, которого ты оберегала от манипуляций Дазая. — цокнул Чуя, протягивая Хирацуке кружку с кофе. Она сделала глоток и откинула голову назад, медленно произнося: — Я не врала. Дазай действительно любит, когда люди выходят из своей зоны комфорта. Когда шевелят мозгами. Вырываются из стада. А Акутагаве действительно стоит взглянуть на многие вещи по-новому. В том числе на свою способность. — она кинула парню почищенный мандарин, — Приятного аппетита. — Он пропитан ненавистью к самому себе. — Вполне в нашем духе. Да, Чуя? — Заткнись. — по-доброму усмехнулся рыжий.

***

— Дазай! К ноге! — кричал Чуя на весь вечерний парк, — Какой хороший мальчик! Держи вкусняшку. Да-да, давай поцелую. Хирацука, сидящая неподалёку с закрытыми глазами, рассмеялась. Ей даже не надо было смотреть, чтобы знать, что сейчас происходит. Акутагава, которого Хирацука насильно притащила с ними в парк прогуляться, под предлогом «Мы идём гулять с Дазаем», сидел с котом, подобранным Хирацукой, на коленях и не шевелился. Чуя счастливо раскрывает руки для объятий с криком: «Дазай!». А к троице подходили… — ТЫ?! — Дазай-сан? — вздрогнул Акутагава, от чего кот на его коленях недовольно на него посмотрел. — Тигрёнок? — нахмурилась девушка, открывая один глаз, — Странно. Я почувствовал твою энергию, как кошачью. — Я ТИГР! — Мы только с задания, где Ацуши провёл много времени в кошачьей ипостати. — пожал плечами Дазай, косясь на Чую, который, сидя на корточках, держал руки, раскрытыми для объятий, — Прости, но я не люблю объятия. — ДА КТО ТЕБЯ В ЗДРАВОМ УМЕ ОБНИМАТЬ БУДЕТ?! Хирацука кашлянула. Дазай перевёл взгляд на щенка, стоящего у ног Чуи. Всего секунда. Дазай понял. — Вы назвали собаку в честь меня? — удивился он, игнорируя Акутагаву, пытающегося отобрать кота, которому явно понравился свой сородич Ацуши, — Как мило. В голове Чуи пронеслось по меньшей мере пятнадцать острот в сторону бывшего напарника, но он понял, что сказав что-то из этого, оскорбит щенка. — Это тебя назвали в честь собаки. — всё же сказал он, беря скалящегося на Осаму Дазая. — АКУТАГАВА, НИКАКОГО РАСЁМОНА! — подскочила Хирацука, — Хватит того, что мафиози просто пошли погулять. Акутагава! — Мы уходим! — объявил Чуя, — Неужели так просто сдался? — промурлыкал Дазай. — ЧУЯ, НИКАКОЙ МАНИПУЛЯЦИИ ГРАВИТАЦИЕЙ! — Хирацука устало закрыла глаза, — За что мне это? — Как ты назвала кота? — тихо спросил Дазай, когда Чуя продолжил играть с щенком, а Акутагава и Ацуши объединились, чтобы снять кота, сбежавшего от драки этих двоих, с дерева. Хирацука на секунду задумалась. Сказать правду или соврать? Соль на старую, но незажившую рану? Или же тёплое чувство в груди? Прохладные руки Дазая, стоящего позади, легли на её плечи. Он, конечно, знает. Но ему надо это услышать. — Одасаку.

***

— Правда или действие? — спросил Чуя, когда горлышко пустой бутылки из-под вина указало на Дазая. — Действие. Чей-то день рождения. Спустя столько времени, никто уже не помнит этой мелочи. Да это и не важно. Накахара ради этого события принес бутылку вина из его коллекции. Chateau Latour 1865 года. Дазай же купил виски и саке. Восемнадцать не каждый день исполняется. Можно и отдохнуть. Завтра, да и ближайшие пару недель никуда не надо. Мори дал небольшой отпуск. Вино уже давно выпито. Виски уже нет наполовину. Чуя, которой пьянеет легче всех, на волне хорошего настроения, предложил сыграть в «Правду или действие». Хирацука, пьянеющая почти так же, как и Чуя, поддержала идею. Дазай, которого почти не берёт алкоголь, весь вечер собирал компромат, но согласился. Никто не был «противно» пьян. Все сохранили свой разум. Но выпитый алкоголь давал о себе знать. Раскрепощённость. Мягкий смех. Расслабленность движений. Не прикрытая оскорблениями дружеская атмосфера между Дазаем и Чуей. Ещё пара бокалов, и они будут лежать в обнимку, говоря о том, как сильно дорожат друг другом. Фразы, которые никто никогда не скажет, будучи трезвым. А проснувшись завтра, не признают, что говорили что-то подобное. — Живи. — наконец произнёс Чуя, делая глоток алкоголя, обжигающий горло, — Живи, Дазай. Просто живи.

***

— Отстань. — рявкнула Хирацука, оборачиваясь к Чуе, схватившему её за руку. — Это самоубийство. — прошипел Чуя, сильнее сжимая запястье девушки. — Из-за них я потеряла людей из своего отряда. Нам пришлось отступить. Мне пришлось отступить. Я проиграла. И я не могу оставить это просто так. — Ты не справилась с сотней своих солдат, а сейчас собираешься идти туда совсем одна? Даже не попросишь помощи у меня? — Слушай меня внимательно, Накахара. — прошипела Райчо у самого уха рыжего, — Есть два варианта. Первый: ты отпускаешь меня сам. Второй: я заставлю тебя это сделать. — Ты обещала не лезть в мою голову без надобности. — Не воспринимай обещания сумасшедших близко к сердцу. — огрызнулась она, — Отпусти. Сейчас же. И Чуя отпустил. — Ты была второй после Дазая. — спокойно сказал Чуя, когда Хирацука уже двинулась в сторону выхода, — И могла совершать импульсивные поступки, потому что он страховал. Но он ушёл. Теперь ты возглавляешь отряд. И ты больше не можешь вести себя так. Какой бы сильной ты ни была, какой бы ты ни была умной, ты не справишься одна. Ты в первую очередь, человек. — Говори себе это почаще.

***

— Ты вообще спать собираешься? — прикрыл глаза Мори. — Ага. — Ты нормально себя чувствуешь? — Ага. — Ты хочешь стать главой Мафии? — Ага. Хирацука, когда до неё дошёл вопрос, захлопнула книгу: — Нет. Мне как будто заняться нечем. — Как раз об этом… — потянул Мори, забирая из рук Хирацуки, сидящей в кресле у его стола, книгу, — С ухода Дазая прошло уже несколько месяцев, а ты почти не выходишь из квартиры, уткнувшись в книги по тактикам и психологии. И часто дочитываешь их у меня, вместо тренировок. — Сразу говорю. Нет. — Я вручаю тебе третий отряд. — Ты с ума сошёл? Я? Лидер отряда? — Не зря же я и Дазай тебя учили. — Нет. — Я босс. И это мой приказ. А ты знаешь, что происходит, когда приказы нарушаются. Но ты, конечно, можешь отказаться. Если тебе нечего терять. Скрип зубов. Да. Манипуляция. И Хирацука знала. Но ничего сделать не могла. От этого было ещё более паршиво на душе. Понимать, но не иметь возможности что-то сделать. Приходится подчиняться. — Жду утром папки с досье на каждого члена отряда, даже погибших и историей всех заданий завтра утром у себя на столе. — Ты ведь знала, что Дазай покидает Портовую Мафию, но не доложила о предательстве. — спокойно сказал Мори, когда девушка уже собралась хлопнуть дверью кабинета, — Это можно считать таким же предательством. — А не этого ли ты добивался? — засмеялась Хирацука, — Дазай рано или поздно бы начал метить на твоё место. А сделать так, чтобы Дазай добровольно покинул Мафию… Гениально, Мори. По истине гениальный план. Но я предупреждаю тебя… — она понизила голос, — Если ты даже просто подумаешь о том, чтобы провернуть нечто подобное со мной в роли Дазая, а Чуей в роли Оды… Место босса Портовой Мафии освободится быстрее, чем ты думаешь. *** — Чуя, Чуя, Чуя… — тихо звала девушка, гладя парня по спине, пока он трясся у неё в руках, — Это сон. Всё хорошо. Я рядом. Очередной кошмар, который рыжий мафиози не вспомнит, но в душе останется липкое чувство страха и паники. Но из эмоций Чуи, которые проходили через Хирацуку, она могла примерно представить, что ему снится. Безумие, настигающее во время использования порчи. Ощущение, когда ты не контролируешь ни сознание, ни тело. Боль, жгучая боль, словно огонь проходящий от пальцев ног до самой макушки. Расплывчатые образы учёных. Агония боли. Чувство, когда всё тело разрывает на мелкие кусочки. Чужая кровь на руках. Или это своя? — Это сон. Не реальность. Сейчас ты у себя в квартире. — продолжала Хирацука, отвлекая Чую, приводя его в сознание, — Справа от тебя светильник. Сейчас он горит красным. Как вишня. Или крабы. Которые так любит Дазай. Помнишь, когда мы были в магазине, вы случайно разбили аквариум с крабами? — главное, попытаться отвлечь, просто говорить, пусть даже мысли не очень связаны между собой. Нужно, чтобы он сосредоточился не на застывшей перед глазами картине, а на её голосе, который вернёт его в реальность. Использовать способность нельзя. Это лишь усугубит ситуацию. Просто говорить… Просто… — Хочешь я что-нибудь тебе приготовлю? М? У нас выходные. Сегодня пятнадцатое августа. Суббота. — Воскресенье. — тихо поправил Чуя, — Сегодня воскресенье.

***

История о предательстве Дазаем Портовой Мафии разлетелась между членами преступной группировки достаточно быстро, что не могло не повлечь за собой многие проблемы. И речь сейчас не о том, что Чуя теперь должен обходиться без порчи, (хотя, этот факт скорее радовал) не о взорванной машине, (за это Накахара ещё вытрясет с Осаму деньги) не о том, что «Убийственный чёрный» перестал существовать, а двум оставшимся в Мафии друзьям придётся полностью менять ход работы, не о навалившейся ответственности. А о… — Смотрите-ка, личная шлюшка Дазая и его… Хирацука плотно сжала зубы. Нельзя. Нельзя. Нельзя. После его ухода, все смотрят на тебя, как на него. Ты стала заменой Дазая. Ты ведь его заместитель. Веди себя подобающе. А не как взбалмошный ребенок. Терпи. Но… Хирацука почувствовал, как Чуя, идущий за ней, словно прикрывая её спину, при этом подставляя свою, резко вспылил и дернулся в сторону человека, начавшего весьма «незаметное» перешёптывание. — Отпусти. — прошипел парень, когда Хирацука положила руку ему на плечо, удерживая от по меньшей мере нанесения тяжёлых травм парнишке. — Мне, конечно, не впервой лезть за тобой в драку, но мы не можем позволить себе тратить силы на шестёрок, которые умрут в грязи, собственных кишках и отходах на первой же миссии. Сейчас нам нужно отдохнуть.

***

— Хирацука? Боже ж ты мой… — Чуя моментально оказался у девушки, которую била крупная дрожь, — Паническая атака? — Они мертвы. — она подняла на него заплаканный взгляд, — Мертвы. Из-за меня.. — Это неправда. Наводка оказалась ложной. Это была западня. Ваша вылазка была обречена на провал. Вы чудом спаслись. Это достойно восхищения. — Они погибли. — в бреду продолжала шептать она, не обращая внимания на рыжего, вцепившегося в её плечи, — Я говорила. Я недостаточно хороша. Я всего лишь… — Не смей. Слышишь? Ты смогла вытащить отряд без больших потерь. Другие бы… — Дазай никого бы не потерял. Он бы понял, что это ловушка. Он бы… — Ты не он. Бесполезно. — Они мертвы. Это не было шоком самого факта смерти. Это было разочарование в себе. Терять людей, которые ей доверились. Второе задание, а она уже не справилась. Погибли трое. Но число не важно. Важен лишь сам факт смерти. Факт того, что она не справилась. Она не достойна возглавлять отряд. Она лишь заместитель. Да и заместителем она быть не должна. — Потери будут всегда. — Чуя поднял голову девушки так, чтобы она смотрела ему ровно в глаза. Он положил ладонь ей на щёку, даря ощущение реальности. — Всё, что ты сделала, не напрасно. Куча книг, бессонные ночи, потери сознания от переутомления… Ты справилась. Ты достойна занимать это место. Взгляд обоих… Два потерянных человека, не верящих в себя смотрели друг на друга. Но было одно «Но». Они верили друг в друга.

***

Приглушённый крик в соседней квартире. Сон как рукой сняло. Чуть ли не выбегая из квартиры, Хирацука кинула взгляд на часы. Половина четвёртого. — Всё нормально. — тихо сказал Дазай, заметив заспанную девушку на пороге спальни Накахары. Райчо посмотрела на Дазая в синем свете ночника рядом с кроватью, сидящего рядом с Чуей, который вцепился в рубашку Осаму, пытаясь подавить дрожь в теле. — Что ты здесь делаешь? — нахмурилась она. — Чуя по полной использовал порчу, да и способность в целом… Вымотался. А, обычно, после такого он очень беспокойно спит. И я решил остаться. — И как он не выкинул тебя в окно? — Он слишком устал. Иди спать. Тебе не помешает. — Я не засну. — протёрла глаза Хирацука, — Думаю, что ты тем более. Схожу за кофе.

***

— Сдавайтесь. Чуя презрительно фыркнул на «предложение» врагов. Две сотни человек против троих сильнейших одарённых. Кто же уйдёт победителем? — Мы будем стоять, как стоял Наруто на четвертой войне шиноби. — объявила Хирацука, а Дазай покосился на неё. — Смотрю, у тебя много свободного времени? И когда ты… — Вообще-то. — встрял Чуя, — Мы смотрим его каждую пятницу. Просто кое-кто, то куда-то сливается, то вырубается и храпит, мешая другим. Выстрел. Но пуля не долетела. Её остановила гравитация. — Надеюсь на тебя. — кивнул Накахара Дазаю. Девушка, стоящая между парнями, исчезла. Заняла более выгодную точку, с которой будет видно всех. Защищает тыл. По рукам Чуи медленно поползла проклятая печать. Быстрый взгляд на Дазая. Выдох. Он позволил Арахабаки завладеть им. Дазай сделал шаг назад, прикрывая Чую.

***

— Знаете чем отличает… — залетевший в квартиру Дазай, с только что придуманной шуткой, но он запнулся, заметив Хирацуку, расфокусировано смотрящую в стену, и Чую, лежащего на её коленях. Судя по всему, у Накахары не просто «плохое» настроение. Ему что ни на есть хреново. Как физически, так и морально после использования порчи. Хирацука, скорее всего с помощью способности, едва заметно, пытается помочь другу. Они никогда не показывают свою слабость, свою усталость, но… Стены квартиры Райчо навечно сохранят этот секрет. Дазая никто не заметил, поэтому он тихо вышел из квартиры, прикрыв дверь. — Прекращайте свою меланхолию. — цокнул Дазай, когда вернулся, — Аж повеситься хочется, когда на вас смотришь. — Ты всегда хочешь повеситься. — устало отозвался Чуя, не шевелясь. — Раскусил. Осаму поставил на барную стойку два стакана с кофе. Латте с двумя ложками сахара, и крепкий капучино с тремя. — С чем? — заинтересованно спросил Чуя, кивнув на бумажный пакет в руках Дазая, где лежали булочки из пекарни. — Тебе — с мандариновой стружкой.

***

— Сделаешь, да, Хирацука? — мягко спросил Осаму, улыбаясь. — Да, конеч… — неосознанно согласилась Хирацука, но запнулась, — Не смей мной манипулировать, придурок. Дазай пошатнулся от удара, неожиданно прилетевшего в нос, под смех Чуи. — Моя школа.

***

— Ты как? — спросил Дазай у злой, как чёрт, Хирацуки, которая пыталась обработать свои раны, одновременно останавливая кровь из носа и прикладывая бинт к разошедшемуся шву на правом боку. — Тебе не плевать? — вспылила она, но потом со всей силы ударила ближайшую табуретку, которая несчастно скрипнула и сломалась, из-за снова потёкшей крови, — Твою мать! — Успокойся. — Ещё одно слово, и ты упокоишься с миром. Злая Хирацука — второй Чуя. Райчо вздрогнула, когда прохладные руки парня коснулись её спины. — Сядь. И успокойся. Так ты лишь усугубляешь ситуацию. Девушка замерла, а гнев отступил. — Мори меня прибьет, если узнает, что у меня опять разошлись швы, которые он так упорно мне накладывал. — Я всё ещё не понимаю, почему из всех врачей Портовой Мафии, ты доверяешь только Мори, который уже давненько закончил карьеру врача. — произнес Дазай, прикладывая ватный диск к ране, — По-моему, это не самая лучшая мысль.

***

— Хирацука, будь… — Иди к чёрту. — вспылила девушка, — Я знаю, что ты хочешь сказать. Нет. — «Хирацука, любовь моя, будь зайкой, сходи за кофе». — пародируя Осаму, произнес Чуя. — Я так не говорю, метр со шляпой. — Факт остаётся фактом: каждый раз после такого предложения, мне прилетает удар по голове, я просыпаюсь в каком-то подвале, потом приходишь ты и Чуя. И каждый раз оказывается, что я была приманкой. Поэтому сам иди за своим чёртовым кофе. Я чаю попью. — Отлично. Завари мне тоже. Какой у тебя есть? — Чай «Сам». Сам иди и заваривай себе чай. — рыкнула Хирацука, — Руки-ноги есть? Вперёд. — Тебе пора перестать так много общаться с Чуей. Становишься ниже и злее. — Ну всё… — одновременно вспыхнули Накахара и Райчо, которых Дазай уже довёл за сегодняшний день, — Беги.

***

«— Где тебя черти носят, Дазай? В Агентстве разгорелся спор между двумя вариантами: либо ты пошёл топиться, либо ты решил похоронить себя заживо.» Ответ пришёл почти сразу: «— Сама как думаешь?» Хирацука вздохнула, пряча телефон в карман чёрного плаща. Конечно, она знала. Райчо подняла глаза к неоновой вывеске, гласившей «Lupin». — А ты догадливая. — усмехнулся Дазай, увидев девушку на пороге бара. — Надеюсь, ты не достал бармена просьбой добавить к виски Белладонна. — Я бы, конечно, не против… — начал в своей привычной манере Осаму, делая глоток чего-то из своего стакана. — Я про яд. И прекрати так наигранно улыбаться. Каждый раз, когда я вижу подобную улыбку, мне в петлю залезть хочется. Дазай усмехнулся, но дешёвая улыбка спала с его лица. — Так так и будешь на пороге стоять? Хирацука передёрнула плечами, и пошла к стульям у барной стойки. Машинальный кивок в сторону, где раньше всегда сидел Ода. Дазай едва заметно грустно улыбнулся. Хирацука, которая была готова убиться об стенку. Прошло четыре года, но привычка осталась. Она села туда, где сидел Анго. — Что заказывать будете? — учтиво спросил появившийся бармен. — Мне глинтвейн, а ему чай. Чёрный. — Я бы предпочёл саке. С каплей цианида. — Не подаём. — Так себе смерть, если честно. — пожала она плечами. — Отлично. Я все равно не планировал сегодня умирать. Бармен поставил заказанные напитки перед парой. Звон бокалов без тоста. — Что ты задумал Дазай? — наконец спросила Хирацука, наклоняясь к Дазаю. — А алкоголь расплетает тебе язык и действия, да? — прищурился Дазай. — Нет. — махнула она рукой, садясь обратно, — Ты уходишь из Агентства, не бросив шутку про смерть, приходишь в этот бар, Фёдор в тюрьме, но какая-то шумиха с какой-то книгой всё равно происходит. Я уверена, что в конце концов, ты окажешься в эпицентре всех событий с девизом «Повезет и выживу — хорошо. Погибну смертью смелых — ещё лучше». — Не волнуйся. — передёрнул плечами Дазай, — Я лишь собираюсь посмотреть на лошадиные скачки завтра. — Вне зависимости от того, что ты задумал, не смей помереть. — выдохнула Хирацука и сделав пару глотков. — Ты ведь знаешь, как связаться с Анго? — Да. — кивнула она, понимая, что Дазай, как всегда никого не посветит в свои планы, но всё равно, всё будет идти так, как он задумал. — Райчо… — начал Дазай, внимательно наблюдая за жидкостью в стакане, — Почему ты здесь? Она удивлённо повернулась в сторону Осаму, словно он спросил что-то настолько очевидное, что и объяснять не нужно. Но он действительно нуждался в объяснениях. Ведь это Дазай. Гениальный человек. Умеющий играть на мыслях и эмоциях других. Но не понимающий своих чувств. Не понимающий почему кто-то стремится помочь ему. — Потому что мне не всё равно. — пожала плечами Хирацука, — Ты всю жизнь сталкивался с людским равнодушием. Ты жил в… Я даже вспоминать не хочу где, пока я за шиворот не перетащила тебя к себе. Потом Мори, который выбрал тебя свидетелем. Да даже Одасаку с весьма… Специфичными последними словами. — она сделала глоток глинтвейна, — И так продолжается в хваленом Агентстве. Куда-то пропал? Плевать. На грани жизни и смерти? Пускай. Проблем меньше. Но, Дазай, есть и те, кому не всё равно. — Любовь? — Любовь — просто слово, которое уже давно потеряло свой смысл. Да и к тому же, ты не воспринимаешь это слово как нечто серьезное. — Дай угадаю, важно не слово, а чувства? — Действия. Доверие. Нерушимая связь. Осаму шевельнул уголком губ, но моментально подавил ленивую улыбку. — Но всё же… — цокнула Хирацука, — Ты больной на всю катушку. — Я бы ещё поспорил, кто из нас более больной. Ведь ты всё ещё со мной. Тишина, редко нарушаемая чьей-нибудь фразой. И им было комфортно, ведь молчание с тем, кто прекрасно всё понимает и без слов, возможность не притворяться — лучшее, что может быть у человека. Даже неполноценного. Ведь так? — Мне пора. — сказал Дазай, ставя пустой стакан на деревянную поверхность барной стойки. — Ага. — кивнула Хирацука, пребывающая в прострации. — Даже не обнимаешь на прощание? — «разочарованно» вздохнул Дазай. — Раз уж ты настаиваешь… — Райчо почти моментально оказалась рядом, утыкаясь носом в жилетку Дазая, — Ну ты и шпала, конечно. Дазай, не рассчитывающий на такую реакцию, слегка пошатнулся. Аккуратное, незаметное движение руки брюнетки, и в заднем кармане брюк Дазая оказывается короткая записка. Пароль от флешки, на которой содержится информация о всех тюрьмах страны и их планом строения. — От тебя пахнет вишнёвым чапманом. — У Чуи пару сигарет одолжила. — невозмутимо откликнулась Хирацука, — Он постоянно ворчит, что моё «курение» расточительство чистой воды. Хирацука усмехнулась. Она всегда делала не больше двух-трёх затяжек. Всё остальное время она просто выпадала из реальности, бессмысленно наблюдая за тлеющей сигаретой. Успокаивает. Райчо сделала шаг назад, пряча руки за спиной. Но Дазай, притянув её к себе, поцеловал. Обычный поцелуй для обычных людей, но такой поцелуй, настоящий поцелуй, не просто секундное прикосновение губ... Для этой пары это не был "обычный поцелуй". Хирацука, слишком хорошо знающая Дазая и его нетактильность, понимала это. Бокал алкоголя, любимый до смертиважный человек, целующий по-настоящему… Но стоило Хирацуке отбросить все мысли и податься на встречу, но, Дазай, в лучших своих традициях, отпрянул и отошёл с лёгкой усмешкой, словно ничего и не было. — Что ты задумал? — нахмурилась девушка, притягивая парня обратно за воротник рубашки, чтобы смотреть ему ровно в глаза, а не снизу вверх, — Так ты меня целуешь только в двух случаях. И основной из них: очередной гениальный план, при исполнении которого мы все рискуем своими жизнями, а жители Йокогамы снова будут восстанавливать город и ходить по психологам. — Я написал Чуе с твоего телефона и попросил забрать тебя. Советую подождать его снаружи. До встречи, Райчо. Осаму исчез. Лёгкое головокружение. Она прикоснулась к своим губам и поняла. Яд, передавшийся через поцелуй. У Осаму наверняка есть противоядие, которого, конечно, нет у неё. Разумеется, яд не смертельный. Скорее парализующий, чтобы девушка в ближайшие несколько дней не могла встать с кровати, в попытке подстраховать, остановить или собственноручно прибить Дазая. — Вот же паршивец. — усмехнулась девушка, выходя на улицу, — Не зря он про яды весь вечер шутил.

***

— Надо же! Это же тот самый весёлый суицидник, прячущийся под бинтами… Прежде чем какой-то парень, появившийся на пути, успел договорить фразу, и прежде чем Дазай успел сказать заранее подготовленную на такой случай фразу, глупый парень осел на пол от удара сначала в нос, а потом в солнечное сплетение. — Хирацука… — вздохнул Дазай, наблюдая за девушкой. Она стояла над скривившимся парнем, а на кончиках её пальцев виднелось физическое проявление способности — фиолетовый свет. Вскрик парня. Тихий шепот Хирацуки, который наверняка оставлял ожог в сознании парня. — Хватит. — спокойно сказал Дазай, кладя руку на голову Хирацуки, этим самым успокаивая её и обнуляя способность. — Убери руки, Дазай. Я хочу… — Единственное, чего ты сейчас должна хотеть — спать. Да и к тому же… Веди себя как подобающе, моему заместителю, а не как взбалмошный подросток. Тихий вдох. Она сдалась, но… — И давай без этого. — Дазай перехватил руку девушки, в которой она сжимала метательный нож, — Пойдём.

***

Пустой пляж, тишина которого нарушается лишь разбивающимися волнами о берег и камни. Прекрасный закат, потухающий так же красиво, как потухает человек и его жизнь… Закат — рисунок художников, покинувших наш бренный мир, которым позволили создать нечто красивое, что сможет поставить красивую точку? Поможет уйти со спокойной душой? В последней раз сделать то, что дарило им смысл жить? Помогало чувствовать?.. Вполне возможно. Дазай повернулся в сторону и улыбнулся двум силуэтам. Может начать рисовать? Тогда это будет красивый уход из жизни? Нарисовать картину смерти и воплотить её в жизнь, где главный герой он сам? — Отставить депрессию. — шикнула подходящая Хирацука. — Ставлю все свои деньги на то, что даже смотря на такой прекрасный закат, он думает о смерти. — фыркнул идущий за ней Накахара. Дазай посмотрел на друзей бывших напарников. Хирацука счастливо улыбалась, держа в одной руке кроссовки, а в другой бокал. Чуя же выглядел как… Чуя. Но прятал блестящий взгляд в тени полей шляпы. В руках, на которых не было перчаток, держал два бокала и бутылку красного вина. — Агентство опять празднует, а ты удалился? — смотря на закат, прикрывая тенью рук, сложенных козырьком на лбу, спросила Хирацука, — Я думала, что Тигрёнок с тобой остаётся. — Я отправил его к Акутагаве. — Зачем? — удивился Чуя, садясь на песок рядом с Осаму. — Секрет. — подмигнул он, — Мафия разве не празднует? — Мы тоже удалились под шумок. — пожала плечами девушка, садясь рядом с парнями, — Чуя, разливай. Ой, а ты можешь красиво открыть бутылку? Как в барах? — Я по-твоему на бармена похож? — Ты похож на человека, который убьёт, если кто-то притронется к вину из его коллекции. — усмехнулся Дазай, — Но костюм барменши тебе бы подошёл, только, боюсь, что тебя бы не было видно из-под барной стойки. — Я не настолько низкий, придурок. — фыркнул Чуя, сдерживаясь, чтобы не разбить бутылку об эту бесстыжую голову. Три бокала с красным вином. Три друга. Трое напарников. Три судьбы, что тесно связаны между собой. Если дом — это люди, то, пожалуй, они дома. Осаму задумчиво посмотрел на жидкость в бокале. — За бродячих псов. — наконец сказал он, поднимая бокал немного вверх. Хирацука мягко рассмеялась, откидывая голову назад. Она знала, что этот тост значит для Дазая. Чуя улыбнулся. — За бродячих псов.