Мы сами себя погубили

      Поезд стремительно нёсся к Дарему, прорезая плотный ночной туман. В купе первого класса, удобно устроившись на мягких сидениях, спали двое мужчин — блондин, тихо сопевший под франтовским котелком, и брюнет, растянувшийся во весь рост и громко храпевший. Вагон тряхнуло, котелок слетел на пол, в дверь купе негромко постучали. Джеймс Бонд вздрогнул и проснулся. Подняв шляпу, он приоткрыл дверь. на пороге стоял помощник машиниста. — Ваша станция через 10 минут, господа — вежливо доложил он и ушёл. — Угу — невнятно отозвался Бонд и, закрыв дверь, принялся будить полковника. Поезд начал сбавлять ход, послышался противный визг колёс. Невдалеке показались жёлтые огни станции. Сняв с полки чемоданы, исполнители направились к выходу. Ступив на влажный перрон, они огляделись. На станции не было никого, если не считать парочку, закутанную в тёмные плащи с капюшонами, похожими на монашеские. Увидев поезд, странные монахи направились ко входу. Поравнявшись с исполнителями, они ускорили шаг и почти бегом забрались внутрь. — Странные какие… — пробормотал актёр. — Бонд — позвал полковник. — ты не… Лаванда! — Какая ещё лаванда? — не понял Джеймс Поезд тронулся. Вдруг из-за угла выскочили двое — высокий старик и мальчик. И тут до Бонда дошло. — Стой! — заорал он всё быстрее удаляющемуся поезду, но было уже поздно.

***

Шерлок откинул с лица капюшон. — Это было даже слишком просто — улыбнулся детектив. — Может быть. — ответил Мориарти и пошатнулся. Холмс поддержал его и усадил на сидение. — Тебе нужно поспать. Мы пока в безопасности, так что отдохни как следует. — Угу — откликнулся Уильям и почти моментально уснул. Холмс уселся у окна и вытащил из кармана листок бумаги. Да, если бы не Фред, кто знает, увиделись ли бы они хотя бы ещё раз. Детектива начал одолевать сон. Он положил бумажку на стол и откинулся на спинку сидения. Лучик луны забрался в окно и осветил красивые лица спящих и клочок бумаги, на котором второпях карандашом было нацарапано:

Бегите. Скоро соберутся все. Вы в ловушке. Я просто тяну время, спасти не могу.

Фред Порлок