Клинок и Магия

Клинок и Магия. Глава 05: Окончание нашей с Луизой уборки в кабинете, что она разгромила, выпало как раз на момент обеденного перерыва. Получается, мы пропустили целое занятие, пока ползали, скребя тряпками о пол и стены. Девочка, после всего между нами случившегося, оказалась в каком-то странном состоянии. Весь оставшийся день она сонно скиталась, игнорировала всяческие насмешки, почти не говорила и вела себя крайне пристойно и слабо. Даже ни разу более меня псом не назвала. И тем не менее — не смотря на то, что девочка явно сильно эмоционально вымоталась, ближе к обеду, я точно мог видеть ужасную красноту на её лице, заставляющую задуматься о том, не заболела ли она? Именно сейчас мы с Луизой шли в обеденный зал — видя то, как эта пигалица старательно отводит от меня взгляд, пытается не смотреть на меня, лишний раз со мной не говорить, я мог подумать лишь об одном — юную дворянку явно очень сильно смущало воспоминание о том разе, когда я крепко её стиснул, чтобы не брыкалась, и прижал к себе. Более столь очевидных причин для стеснения я просто не вижу, а её красные щёки — это именно что следствие сильного стеснения, и неловкости. Примерно так же Луиза покраснела, когда её согрупники обвинили её в том, что она просто приказала какому-то простолюдину отыгрывать роль собственного Подручного, выдав тому накладные уши и приказав ходить лишь в капюшоне. Зайдя в зал, и проигнорировав в очередной раз зашептавшихся про нас дворян, направляемся в сторону места, где Луиза ела в прошлый раз. Его ни с чем не спутать, ибо только рядом со стулом Луизы стоит одна потрёпанная, металлическая миска. Слышатся приглушенные смешки, чьей причинной явно стали конкретно мы двое. Игнорирую. Слышатся уже знакомые голоса людей, учащихся вместе с Луизой, которые во всех красках пересказывают остальным студентам то, как именно прошёл их совместный с наследницей рода Ла Вальер, урок. Ага, описание устроенного её взрывом погрома и бардака, во всех точностях и подробностях, прилагается сверху. Подойдя к массивному столу по середине, за которым сидят второгодки, я во второй раз немного отодвинул стул назад. Луиза столь же невозмутимо заняла его, к моему удивлению, кинув мне, попутно, лёгкий кивок. Неожиданно. Это уже явно прогресс, по сравнению с тем разом, когда она полностью проигнорировала мои действия. Слабо кивнув в ответ, подбираю с пола миску с едой, намереваясь выйти на улицу, и уже привычно устроиться вместе с остальными фамильярами. — Не останешься? — равнодушно спросила Луиза мне вслед. Тем не менее — было в этом вопросе нечто отрицательное, словно бы я только что пошатнул ожидания девочки касательно себя. Остановившись, поворачиваю к ней своё лицо. — Извини, но не могу — у меня на родине, предложение есть без столовых приборов, на полу, могу расценивать как серьёзное оскорбление. Твоё предложение претит моему чувству самоуважения. — спокойно объясняю, не желая плодить лишних обид. Нет, конечно — одно дело есть на полу вместе с товарищами, во время военного похода, когда все остальные точно так же особой роскошью условий похвастаться не могут, одно дело сидеть на полу потому, что просто не хватило стульев или же места за столом, и совсем другое — оттираться в ногах, как пёс. — Вот как…. — понимающе протянула Луиза, сохраняя всю ту же свою маску невозмутимости, которую она надела, только войдя в зал. — Удачи. — коротко кинул я, направляясь на привычное мне уже место. Без эксцессов миновав входную дверь, я вышел на улицу, уверенно шагая в сторону небольшой поляны под окном. Она находилась за поворотом в небольшой отдалении, и тем не менее, на то, что там обитаются фамильяры, ожидающие, пока хозяин закончит с трапезой, намекало хотя бы то, что я только что заметил мелькнувший из-за стены краешек фиолетового змеиного хвоста. Окинув взглядом миску со всё тем же супом, на этот раз без мяса, к сожалению, я лишь безразлично фыркнул. Заворачиваю у самого угла здания, мягко ступая, чтобы не вспугнуть остальных фамильяров. Шагом я иду не медленным — не хочу тратить время, так как планировал ещё в хлев, к совей знакомой драконице заглянуть. К сожалению, мои невнимательность и спешка привели к ошибке: — Ай!.. — испуганно вскрикнул некто женским голосом. Послышался звук падающих на землю, весьма увесистых, книг или чего-то подобного. Я сам едва не пролил свой суп, который удалось кое-как уберечь. Осматриваюсь. На углу, спешно завернув, я неловко столкнулся с девушкой — симпатичная блондинка, с длинными волосами, пышно завитыми, сейчас припала на мягкое место, не выстояв от нечаянного столкновения со мной. Вокруг неё, в беспорядке, раскинулись разные справочники и энциклопедии. Так как я до сих пор не выучил местный язык, разобрать, что именно на них написано, и что это вообще за литература, я не могу. Просто к слову — упала девочка весьма неловко, из-за чего любопытному взгляду робко открывалось её нижнее бельё, имеющее нежно-бирюзовый цвет. Игнорирую, смотря на саму девушку, и её лицо — такие мелочи, стращающие сердца не опытных юношей, меня давно уже не интересуют. — Проклятье! Будьте, пожалуйста, внимательней! — не глядя прикрикнула на меня, с недовольством, этой дворянка. — Прошу прощения. — вежливо говорю, протягивая девушке руку, дабы помочь подняться. — Благодарю… — спокойно говорит она, принимая протянутую руку… И тут же застывает, словно в осознании. К слову — руку я протянул ей именно левую, где и находятся Руны Фамильяра. Так как перчатка моя на этой самой руке не закрывает кулак, взгляду девушки открылось моё клеймо. Замерла. Девушка переводит взгляд вверх, направляя его на моё лицо. — Ты?! — вскрикнула девчонка. К слову — это именно с ней, в своё время, препиралась Луиза, назвав «Мокрой». Хм… надеюсь, отношения с наследницей рода Ла Вальер у неё не столь плохие, как может показаться на первый взгляд — не хотелось бы мне, чтобы это столкновение создавало лишние проблемы кому бы то ни было. И мне в первую очередь, да. — Мы знакомы? — с сомнением спрашиваю. Лично мы с ней, вроде ещё не общались. — Хм… пожалуй, нет. Но, я тебя знаю, фамильяр — именно меня, как относительно умелого мага воды, после твоего призыва, Луиза попросила залечить раны своего фамильяра. — прояснила мне она. Неожиданно. Встречи с таким человеком именно при таких обстоятельствах я не ожидал точно. Что-ж, как я понимаю, Луиза имеет с этой девчонкой не такие уж и плохие отношения, раз попросила у неё о помощи. Это, в принципе, хорошо. — Благодарю. — опять эта самая вежливость. — Пусто. Луиза уже меня отблагодарила. — сказала девочка, отряхиваясь после своего падения. Бросаю кроткий взгляд на книги. — Тяжёлые, наверное. — констатирую, опускаясь на корточки. — Ты что делаешь? — растерянно спросила меня дворянка. — Я не очень хорошо умею словесно распинаться и сыпать благодарностями. Мне легче будет отблагодарить тебя делом — веди. С книгами я тебе помогу, если не возражаешь. Эта блондинка смотрела на меня растерянным взглядом, словно увидев непонятную зверюшку. Несколько раз она открывала рот, чтобы что-то сказать, но ничего так и не промолвив, тут же закрывала его обратно. Прокашлявшись в кулак, девушка посмотрела на меня как и пристало дворянке — спокойно и уравновешенно, не проявляя лишних эмоций на своём лице. — Что-ж, хорошо. За мной. И я пошёл, неся в руках весьма объёмные книги. — Не будешь ли так добра назвать мне своё имя, миледи?.. — спрашиваю имя дворянки, пытаясь найти компромисс с перекрывшими мне частично обзор, книгами. — Монморанси Маргарита ла Фер де Монморанси. — не глядя кинула мне дворянка, словно и вовсе не обращая внимания. *********** «Библиотека Академии Волшебства Тристейна располагается в той же Главной башне, где и Обеденный зал. Стеллажи с книгами были до такой степени высокие, что это потрясало. Стоявшие в ряд у стен стеллажи высотой около тридцати мейлов являли собой величественное зрелище. Так и должно быть, ведь здесь была собрана вся история со времен, когда Основатель Бримир создал этот новый мир.» — прогнал в памяти слова, сказанные ему Монморанси, Коинзелл, оглядываясь. Помещение действительно было очень впечатляющим, на его взгляд, пусть эльф увидел и лишь часть студенческой секции, по которой они только что прошли с его спутницей. Монморанси хранила ледяное молчание, целенаправленно смотря в одну точку — в сторону припрятанной за поворотом, двери, которую с первого взгляда-то и не заметишь. Миновав коридор, спутница Коинзелла тут же уверенно подошла к этой двери, без промедления проворачивая ручку и заходя внутрь комнаты. На секунду приостановившись, видимо дождавшись миновавшего дверной проход, эльфа, что шёл в небольшом отдалении позади, дворянка продолжила идти, а наш герой шёл следом. Наконец дойдя до небольшого закутка, нырнув в который, наши герои оказались в небольшой, на «скромный» дворянский вкус, лаборатории. Взгляд полу-феи тут же привлёк большой стол, накрытый белой скатертью, на котором величественно возвышались всякие мензурки, колбочки, горелка, небольшие контейнеры с чем-то внутри, и прочие инструменты, необходимые для работы с разнообразными ингредиентами. — Положи справочники вон туда. — указала пальцем Монморанси в сторону не столь презентабельного столика меньших размеров, на котором уже были свалены в беспорядке разные книги. Наш герой с приказом справился довольно легко, дополнительно и не поленившись более приглядно разложить уже незнамо сколько валяющиеся, в беспорядке, справочники. Естественно — предварительно согласовав это с приведшей его сюда, дворянкой, дабы не возникло никаких мелких конфузов. Закончив, он неожиданно заметил нечто странное — среди контейнеров на главном столе было какое-то прозрачное, небольшое, блюдце, прикрытое сверху стеклянной же крышечкой. Монморанси как раз таки сейчас приподняла эту крышечку, из-за чего запах содержимого наполнил комнату — неуловимый для восприятия обычного человека, с его ограниченными чувствами, запах находящегося внутри этого блюдца, раствора, тут же заставил замереть нашего эльфа. Дворянка деловито сновала по принесённым книгам взглядом, словно ища там что-то. — Миледи Монморанси…. — с затаённым дыханием спросил наш герой. — Да, фамильяр? — раздражённо спросила девчонка, даже не поворачивая к собеседнику взгляда. — Что вы намереваетесь делать с моей кровью, как вы её достали, и зачем она вам вообще нужна?.. — серьёзным, почти что угрожающим голосом задал серию вопросов Коинзелл, тайно уже подыскивая взглядом в комнате, на всякий случай, какое-нибудь оружие, или хотя бы то, что можно было бы использовать вместо него. Девушка перевела, ставший неожиданно растерянным, взгляд. Но уверенность тут же вернулась к ней. — Я взяла немного, когда лечила тебя. Твоя кровь почти сразу меня заинтересовала — когда я тебя выхаживала, луны уже поднялись, а потому я, к своему удивлению, смогла отметить тот факт, что твоя кровь словно бы поглощает лунный свет, наполняясь какой-то… неправильной магией. — ровно сказала девочка, смотря прямо в глаза собеседнику. Коинзел промолчал, ожидая, чем ещё дополнит свою речь наследница рода — …К сожалению, эта особенность почти полностью утратилась на данный момент. И тем не менее — лунный свет до сих пор заставляет этот раствор, – девочка приподняла блюдце, где хранилась та самая кровь — … созданный из твоей крови и некоторого количества сильно наполненной магией воды, слабо светиться по ночам. — Что-ж. Понимаю. И зачем тебе вообще сдалась эта самая, лишь странно светящаяся, кровь? Неужто она так тебя заинтересовала лишь этим? — Разумеется, нет. Вернее, не совсем. Она очень сильно напомнила мне один чрезвычайно редкий секретный ингредиент, необходимый для алхимии — Кровь Феи. У Коинзелла перехватило дыхание, образно говоря, но внешне он оставался почти полностью спокоен. Лишь небольшая капля холодно скатившегося пота обозначила сильные эмоции эльфа, кружившие глубоко в его мелком тельце. Тем не менее, эти эмоции не смогли затмить ясность начавшего обрабатывать поступающую к нему информации, сознания. Несколько секунд скорого мышления, и дальнейший план развития отношений с этой конкретной особой, который наш герой тут же решил привести в исполнение, был сформирован. — Значит, Миледи, ты говоришь что кровь фей здесь в сильном почёте? И для чего вы её используете? — невозмутимо спросил юный внешне парень, носящий «благородную» кровь в своих жилах. — Точно не знаю, но в моём доме хранится несколько рецептов с нею — весьма строго охраняемых, к слову. Насколько я помню — многие зельевары и алхимики держат за истину то мнение, что кровь фей способна омолаживать, увеличивать врождённую склонность к оперированию магической силой, восстанавливать даже уже застаревшие ранения, вплоть до потери конечностей, разумеется сводить шрамы, снимать проклятия, да ещё и банально лечить с эффективностью достаточной, чтобы даже полумёртвого поднять. «В целом… за вычетом увеличения склонности к оперированию магической силой, всё точно так же, как и было у меня в Сзалионе. Только вот, эта девчонка чего-то забыла про временное обращение излеченного с помощью древней крови, в полукровку. Или же, здесь такого рода особенность отсутствует? Интригует…» — Хм… и чем же конкретно моя кровь напомнила тебе это сокровище? — чисто из собственного интереса поинтересовался фамильяр Луизы. — Слишком много вопросов, фамильяр. — раздражённо подалась в ответ дворянка. — И тем не менее, имею право. Как ты могла понять — я отнюдь не отношусь к привычным вам, живущим в пустыне, эльфам. Правильнее меня будет назвать полукровной… — Полукровка? — перебила говорившего парня блондинка. — … я так понимаю, наполовину человек, а на половину — эльф? Хотя, нет. Не доводилось мне слышать о растущих из тела эльфов, перьях…. — девочка замолчала, якобы позволяя собеседнику продолжить. — Правильно. Можно сказать, что я — наполовину человек, и на половину…. — парень неловко замолчал, словно бы собираясь с решимостью. Правда, было это не долго. — …фея. Тишина повисла с комнате. — Ха… Ха-ха…. Ха-ха-ха!!! Неожиданно, её развеял робкий, словно бы сдерживающийся, смешок. Потом ещё один. Монморанси помнила, что дворяне не должны смеяться в голос, а лишь украдкой усмехаться, пока никто не видит, и тем не менее — учитывая что в комнате она была одна (не считать же ещё и фамильяра?), эту дерзость девочка себя таки позволила. — Наполовину человек, наполовину — фея! О Основатель Бримир, я не могу! Может ещё сознаешь в родстве с единорогами…? — с издёвкой спросила девочка. — Я, конечно, сказала, что твоя кровь, по свойствам, напоминает кровь фей, но я же и не говорила, что она точно её и является. Кроме крови фей, существует множество точно таких же секретных ингредиентов, обладающих примерно теми же свойствами, но разумеется, сильно проигрывающими в качестве. Именно поэтому мне нужны все эти книги — я хочу понять, чем именно является твоя кровь. — Я прибыл сюда, как ты можешь понять, из земель очень далёких. К твоему сведению — там людей, носящих в себе кровь разных мистических зверей, как вы их называете, водится крайне много. Можешь не верить мне — не став тебе более мешать, я уйду. Но, чисто гипотетически — неужто тебе не хочется получить немного больше моей крови, дабы углубиться в своих экспериментах? — что называется, «забросил пробную удочку», Коинзелл. — Хм?.. И зачем она мне? Лишь из любопытства я взяла себе немного. Даже то, где получила её — не запоминала. Это, безусловно, интересное развлечение на пару вечеров, но не более того. Я даже не уверена, что этот самый раствор — девочка приподняла блюдце, для наглядности. — …может стоить хоть что-то… Скучающий тон явно намекал на то, что дворянка говорит вполне себе искренне. — Понимаю. Хм… не умею убеждать, а потому приведу некое заключение — тебе хочется удостовериться в правдивости моих слов? Ну что-ж…. Есть у тебя, миледи Монморанси, какой-нибудь подопытный, дабы убедиться в моих словах, а так же том, на что моя кровь и вправду способна? — невозмутимо сказал наш герой. — Подопытный?.. Была у меня где-то клетка с кроликом, но я отдала его слугам. Хм… надо бы его забрать обратно. Жди здесь. Дворянка, более ничего не говоря, ушла. Наш герой остался совершенно один в комнате. Не медля, он тут же приватизировал со стола небольшой ножик, судя по всему, для нарезания ингредиентов. Кроме самого ножика на столе лежало ещё несколько таких же, а потому, можно надеяться, что хозяйка инструмента не заметит пропажи или же, что лучше, банально её проигнорирует, посчитав, что просто где-то потеряла. Ожидание, на удивление было не таким и долгим — уже через 20 минут блондинка, запыхавшаяся, вернулась, держа в руках небольшую клетку с находящимся внутри, бурым зайцем. Тот испуганно озирался по сторонам, явно ощущая нечто нехорошее, и жалобно попискивая. Зверюшка, что понятно сразу, крайне милая, и кто иной бы на неё даже руку не поднял, и тем не мене… — Где резать будешь? — Равнодушно спросила девочка, отворачивая взгляд. Не потому, что так уж жалко зверюшку — хотя, и по этому тоже, да — а по тому, что не желала видеть лишней крови, и жалостливой мордашки кролика в тот момент, когда его ранят. Коинзелл не дал ответа. Вот, твёрдая рука хватает зверька за лапы, переворачивая того, вот он столь же равнодушно берётся за нож. Кролик, громко шумя, ложится на специальную разделочную доску. — Ничего, если я испачкаю её кровью? — указывающий жест на эту самую разделочную доску. — Ничего, только постарайся лишний раз не перебарщивать. — немного нервно подалась в ответ девочка, поправляя волосы. Более не спрашивая чего-бы то ни было, Коинзелл без сомнений сделал глубокий надрез на горле бедного животного, от чего-тот взвился всем телом, задёргался и запищал пуще прежнего. — Не слишком ли? — неприязненно раздался этот вопрос недовольным голосом откуда-то из-за спины нашего героя. — …Нет. — односложный, немного раздражённый, ответ. Немного подождав, пока зверь не прекратит дергаться, потеряв уже целую кучу крови, эльф столь же невозмутимо, как и прежде, порезал свой язык, достаточно сильно, чтобы на нём собралось внушительное количество крови. — Ты чего творишь?! — такое развитие событий явно удивило всё же украдкой поглядывающую из-за спины, дворянку. Ничего не отвечая, Коинзелл принялся, что называется, «зализывать» рану лежачего перед ним, и почти уже совсем не сопротивляющегося, кролика. Поморщившись от неопрятного вкуса на языке, используя сей орган, парень прошёлся по кровоточащему порезу на шее ушастого крикуна. Посчитав количество попавшей на рану, крови, достаточной, наш герой отпрянул, вытирая кулаком испачканные губы. — И?.. — нетерпеливо спросила девочка. — Дай крови войти в силу. — неоднозначно ответил эльф. Прошло несколько, показавшихся дворянке по истине бесконечными, десятков секунд, и метаморфозы таки проявились — шерсть кролика, некогда бурая, сменила свой окрас на какой-то серебристо-бежевый, широкая рана, алеющая на шее, заросла странными, похожими на таковые же на спине у Коинзелла, перьями, а глаза зверька окрасились красным цветом свежей крови. Ещё пару секунд, волнообразно дрогнув, кролик поднялся… …и рванул в обратную, от наших героев, сторону, почти полностью переворачивая всё то, что стояло ранее на столе. Слава Бримиру, этот стол был именно что запасным, и ничего особенно важного и хрупкого, наподобие каких-нибудь, хрустальных ёмкостей, на нём не хранилось. — Проклятье! — недовольно отозвалась девочка, видя, как ушастый дебошир наводит в её лаборатории форменный бардак. Тяжело вздохнув, Коинзелл посмотрел на девочку, в чьих глазах прямо читалось что-то похожее на «Поймай эту тварь сейчас-же, пока она ещё делов не натворила!». Едва заметно вильнув взглядом в раздражении, выглядящий юно мастер меча, принялся за поимку кролика. Понятное дело, сравнивая безмозглое животное и опытного воина, у неожиданно покрывшегося перьями млекопитающего не было и шанса, а потому уже через краткий промежуток времени он был изловлен, стукнут по голове за слишком большое количество доставленных неприятностей, и вновь заточён в клетку. — Забавно… обычный заяц превратился в мистическое животное — я ведь явно ощутила от него колебания магической энергии…. — задумчиво протянула Монморанси, оглядывая лежачего в клетке зверька. — Теперь ты мне веришь? — наводя попутно порядок за разбушевавшимся комком перьев и меха, спросил эльф. — Относительно. По моим воспоминаниям, основанных на словах опытных зельеваров — такого эффекта от зелий, сваренных на крови феи, быть не должно. Это что-то странное…. Впрочем, это может быть следствием того, что на подопытном применялось не зелье, содержащее кровь, в эта самая кровь, в чистом виде…. Или же, если положиться на твои слова — это может быть вызвано тем, что применялась кровь не чистокровной феи, а лишь смеска с человеком… — на последних словах, явно непроизвольно, девочка чуть ухмыльнулась. Недолгое молчание, напряжённая тишина. — В общем, судить и что-то однозначно заявлять я здесь не берусь. — словно сдаваясь, сказала в конце Монморанси. — Итак, веришь ли ты мне теперь? — Верю… — словно нехотя, протянула наследница созвучного с её именем, рода. — …После почти что вытянутого с того света, кролика, не поверить всё же будет трудно. Лишь Кровь Феи будет способна провернуть нечто подобное. Правда, эффективность меня всё же поразила. Я ожидала несколько меньшего от заранее низкопробного образца… — Низкопробного? — Ну да. Очень уж необычно узнать, что у кого-то, наподобие тебя, в жилах может течь столь мощный секретный ингредиент. Тем более — собранные мною ранее образцы к этому совсем уж не располагали. — На воздухе моя кровь быстро теряет свои свойства. — пожав плечами, ответил мечник. — И поэтому ты вылизывал рану того грызуна своим языком?.. — девочка, словно вспомнив этот момент, поморщились. — Да. — проигнорировал такую реакцию эльф. Ничего не говоря, девочка достала свою палочку и создала небольшой количество воды, собравшейся в шарик, словно в невесомости. — Промой рот. К слову, язык уже зажил? — Нет. Отчего-то, моя кровь хоть и даёт мне повышенную возможность восстанавливать собственные ранения, в полной мере это проявляется лишь в определённые моменты. — честно сознался мастер меча. Ага. Только пробудив свою древнюю кровь и войдя в этакий «режим берсерка» сможет на полную мощность показать себя сила регенерации нашего героя. — Вот как…. — покивав, ответила девушка. Судя по всему — примерно этого ответа она и ожидала. — …Итак, в теперь самое главное. Чего ты собственно, добивался, показывая и рассказывая мне всё это? И вот, наступил самый важный, для нашего героя, момент. Можно сказать — этакое бутылочное горлышко. Сейчас всё примерно ровно так, как он того и хотел. В руках у некогда известного как «Убийца Героев», эльфа, был очень мощный туз, который, как он мог рассудить, было почти невозможно у него отнять. Даже если Монморанси, неожиданно, растреплет на весь Тристейн о том, что «у Фамильяра Луизы в жилах течёт кровь фей», тем самым натравив на нашего героя всю местную знать, она получит лишь то, что Коинзелл совершенно точно откажет её семье в каких-либо «подарках», что могли бы очень сильно пригодится роду зельеваров. Почему же проблемы не ожидается даже в таком раскладе, где за нашим героем бегает едва ли не вся страна, желая пустить того на ингредиенты? Дело в роде Ла Вальер, слугой которого сейчас, по сути, и является полу-фея. Если они, вернее сам герцог прознает о том, какое сокровище упало в руки его младшей дочери, то он тут же заручится поддержкой королевской семьи, пообещав им долю с полученной от Коинзелла выгоды, после чего, заимев столь мощного союзника, он с зубами вцепится в своего эльфа, не отдавая ни единой волосинки с его головы хоть кому-то. О том, что его просто заберут «дяденьки в белых халатах» дабы расчленить на куски, и разобраться в его строении, или ещё чем-то таком подобном, просто не было смысла — никто не станет резать несущую золотые яйца, курицу. Это банально непрактично. Ну, а вариант развития событий, где Коинзелла, немного порубив, превратят в этакий завод по производству крови, отпадает банально по тому, что у парня есть сила трактовать свои условия даже герцогу Ла Вальер, ибо после перемещения в этот мир, эльф хорошо научился контролировать силу своей благородной крови — при некотором старании, он просто лишит её всякой силы, из-за чего максимум, на который будет способна эта самая кровь — слабо светиться по ночам. Бесспорно, и на такое найдётся свой ценитель, но будет это, от силы, пару десятков больных на голову дворян, любящих коллекционировать всякий необычных мусор. С настоящим зельем на крови феи это просто не сравнится. Не при каких обстоятельствах. Именно из-за всего вышесказанного, Коинзелл был спокоен и уверен в себе — тем более, совсем не факт то, что Монморанси вообще расскажет хоть кому-то, кроме своей семьи, скорее всего, о том, что ей тут такое сокровище нашлось. Нет, конечно – положение Коинзелла сейчас довольно опасное. Он, только что, буквально, дёргает дракона за хвостовую пластину, в надежде на то, что тот отдаст ему яйцо со своим детёнышем. Крайне рисковый, откровенно, шаг. И тем не менее – шанс на успех есть, и он не мал. Сейчас же – остаётся лишь положиться на Монморанси, и её благоразумие. — Будто сама не понимаешь? Мне нужно, чтобы ты оказывала мне поддержку в обмен на то, что я буду предоставлять тебе немного раствора из своей крови. Финансовую, информационную, политическую — не верю в то, что у семьи потомственных зельеваров может быть мало влияния в стране. — Хм… пока что, всё слишком выгодно для меня. Даже разбавленной, после того, что я увидела, могу смело заявить — кровь твоя уйдёт, даже за небольшую порцию, как минимум, за несколько тысяч золотых экю. Цена хорошего такого поместья, где и Маркизу будет пристойно остановиться, причём — со значительной частью окружающей территории. И в чём подвох? — неуверенно спросила блондинка, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос. — Подвоха нет, но я оставляю за собой право в определённой степени дополнять наш договор, забирать часть выручки с продажи зелий и настоев на моей крови, а так же — желаю, чтобы ты обучила меня хотя бы основам зельеварения, и местного письменного языка, как и всех соседних с этим государств, тоже. — невозмутимо выдал наш герой, подводя некий итог. — Предположим… это вполне себе приемлемо. Только вот, зельеварение-то тебе зачем сдалось? — с недоумением задан был вопрос, чьим отражением стали сошедшиеся, как у инквизитора перед эльфом (иронично), брови. — В жизни всяко пригодится. — пожав плечами, кинул многотрактовочно Коинзелл. — Хорошо. Но, ты же понимаешь, что нам просто необходимо теперь обсудить все детали договора, после чего, заверить его письменно, магически, а так же уточнить время, права, обязанности, концентрацию твоей крови в зельях, процент выплат с продаж, и так далее? — скептично окинув взглядом парня, спросила девушка, играясь указательным пальцем с прядью своих вьющихся волос. — Предельно ясно. К слову... Просто обязан спросить — а с чего бы вам быть, сейчас, столь вежливым с обычным фамильяром, миледи Монморанси? — решил уточнить эльф, прекрасно понимая, что одним только, банальным, «хорошим отношением к слугам и простолюдинам» тут не обошлось. — Хм… ответ очевиден — в моих глазах, в данный момент, ты не обычный эльф-простолюдин, а скорее этакое мифическое существо-контрактор, помогающий в обмен за некую плату… примерно как Ундина, дух воды, с которым в детстве я заключила договор. — поразила своим отношением нашего героя девчонка. — Вот оно как…. Предположим. — Присаживаться будешь? Впереди ещё договора составление у нас. — несколько осунувшись, сказала девушка, полностью проигнорировав ответ своего собеседника. ***** Закончить с Монморанси удалось ещё не очень скоро — обсуждение всех деталей договора с нею, и её родом, было делом не самым лёгким. Раздражает. Я, конечно, понимаю, что такие крупные и значительные дела не проворачиваются по щелчку пальцев, а потому и подстраховка для них нужна более чем серьёзная, и тем не менее — в какой-то момент мне даже казалось, что эта пигалица специально время тянет посильнее, дабы меня, на каких-то мелких деталях, вокруг пальца обвести… И, частично, это было правдой — несколько раз, я лишь с помощью своего опыта как главнокомандующий армией империи смог избежать её мелких и подлых крючков договорных, что вполне могли бы и в каббалу меня вогнать, подпиши я те неаккуратно. В целом, можно даже сказать, что мы не столько договаривались о чём-то, сколько банально торговались, пытаясь заполучить побольше выгоды. И, в этом деле не сказать что у меня так уж много опыта, но кое-что, всё-таки, есть. Тем не менее — повезло мне хотя бы в том, что торговался я именно что лишь с дочерью дворянина, у которой с опытом проведения торгов тоже отнюдь не всё обстоит лучшим образом. Я прекрасно понимаю, что торгуйся бы я, к примеру, с самим отцом Монморанси, опытным дворянином, и столь много преференций для себя я бы точно откусить не смог. Возможно даже — меня самого развели бы, хотя и навряд-ли. Всё же, не один год я вертелся при императорском дворце, над которым сначала возвышался отец Глена, а уж потом и Элзария. И тем не менее, учитывая что вру я, примерно, так же хорошо как и деревянная тумбочка, в большой политике особо сильно мне крутиться, на решающих ролях, не довелось. Тем более — я всегда был больше именно что солдатом, мечником, мятежником и героем, в конце концов, но никак не политиком. Я шёл в бой сам, в первых рядах, и вёл остальных за собой, но никак не марал бумаги, сгорбившись над столом. Покинув небольшую лабораторию, находящуюся в библиотеке, я отправился в сторону обеденного зала. Луиза, как понятно, уже должна была закончить с приёмом пищи, причём солидный отрезок времени назад. Следующее занятие у неё, вроде как, касается этикета — я особо не запоминал, как оно, это самое занятие, там называется, а потому точно назвать его сейчас и не смогу. Впрочем, пожурив себя за первоначальное удивление сути этого занятия, я осознал, что пусть эта академии и называется Волшебной, здесь, тем не менее, учат отнюдь не одной только магии. Кроме неё, здесь так же проходит ещё множество разных занятий, необходимых аристократам — и конная езда, и манеры, и этикет, и даже фехтование, пусть и скорее дуэльное, то есть спортивное, то есть «честное», то есть заведомо убогое. В общем, спектр здешних занятий был довольно неплох. Бросаю быстрый взгляд на виднеющееся солнце — ну точно, занятие у Луизы уже должно было начаться, а потому, искать её сейчас в обеденном зале, просто бессмысленно. Думаю, у меня есть достаточно времени, чтобы посетить хлев — надеюсь, свою чешуйчатую знакомую я там увижу — неожиданно сильно запала она мне в душу, стоит признать. Спокойно ступая к мету своего назначения, я аккуратно осматривался вокруг, погружённый в собственные размышления о чём-то, и ни о чём одновременно…. Чисто теоретически — если бы я мог вернуться к себе, обратно, в Сзалион, то что бы мне это дало, и к чему бы привело? Бесспорно, если ставить вопрос эмоций — я хочу назад, к себе, на родину. Туда, где находятся могилы 14 избранных, что отправились на великую миссию, взяв с собой священные копья. Туда, где кроме меня одного, покоятся все остальные тринадцать моих спутников, с которыми я направился в Храм Печатей. Туда, где установлены их монументы. Туда, где покоятся семеро моих товарищей, и туда же, где я убил семерых предателей. Я хочу вернуться и потому, что вся моя жизнь крутилась вокруг Сзалиона — я родился там, вырос в маленькой шахтёрской деревушке, как сирота, обучился у своего опекуна, наблюдая за ним, кузнечному ремеслу, впервые же взялся там за молот, который сменился сначала на деревянный меч, а потом и на настоящий клинок. Хочу вновь пройтись по коридорам Дворца Мечей, где впервые познакомился с Восьмью Формами, основой школы фехтования мастера Лудифта, а так же инструктором Глеей, ставшей мне кем-то вроде матери. Хочу вернуться туда, где некогда мне довелось впервые опробовать себя в фехтовании, и туда же, где прошла моя юность. Хочу вновь увидеть императорский дворец и могилу императора, что на ровне с Мастером Лудифтом заботился обо мне, словно о своём внуке. Хочу и увидеть Элзарию, что от обычной дочери имперского избирателя доросла до целой императрицы, и которая стала верным моим спутником, ещё когда я гнался за местью Семью Героям. Хочу вновь увидеть осьминога-Геранпена, этого пугающего, но удивительно доброго внутри великана. Хочу взглянуть на малышку Пипи, ставшую талантливым призывателем, что была для меня словно дочь. Желаю я и вновь скрестить мечи в тренировочном бою с Ато, этой мелочью, которую я почти начал считать своей сестрой, или, по крайней мере, кем-то с ней сравнимым. Да, хотя бы, банально пройтись по столице хочу — неожиданно давно, из-за войны с Вистчеч, я не видел её. И тем не менее, если забыть про эмоции, то что же тогда получается? У Сзалиона есть Армия Чёрного Меча и Крыла, мастер меча Икфис, в качестве иконы, Элзария, в качестве действительно справедливого, умного, решительного и волевого правителя, а так же огромное количество захваченных после победы над Вистчеч, технологий, которые изучаются в строгой секретности. Сейчас, империя движется вперёд, уверенно шагая. Она стремится уйти от своего прошлого, стремится измениться, и начать жить спокойной жизнью. Так, нужен ли этой империи, готовящейся к изменениям, такой пережиток прошлого, как Коинзелл, или же вернее Мастер Меча Асчериит? Как считаю лично я сам — он будет лишь тянуть императрицу назад, действуя с высоты собственного, несколько даже консервативного, мнения. В эпоху изменений должно вести страну новое поколение, а старикам, как сам Герой Границ, выполнив свою миссию, стоит лишь отступить назад, давая путь новым героям. И я свою миссию выполнил — сначала Храм Печатей, потом убийство семерых предателей и чистка империи от завёдшейся в ней, под их властью, гнилью, убийство принявшего вид и память Глена, паразита, и после — последняя война с самым сильным, и страшным противником, одолеть которого ранее не было и надежд. Теперь, я здесь — в совсем ином мире, без всякой связи с прошлым. Мне… грустно? Однозначно. — Эм… с вами, всё нормально? — раздался откуда-то неловкий вопрос, вырвавший меня из гнёта мыслей. Опять. Поворачиваю взгляд в сторону — там стоит девушка, в наряде прислуги. Милое, аккуратное лицо, приятный взгляд, сейчас направленный на меня, отражающий смесь переживания и, какого-то, лёгкого страха. Хм… А про капюшон ведь, я и забыл, пока общался с Монморанси. Отведя взгляд, натягиваю поглубже капюшон. — Нормально. Не обращая на девчонку внимания, иду дальше. — Эм… э… с-стой! Постойте, пожалуйста! — крикнули, судя по всему, мне в спину, срывающимся голосом. Та служанка явно нервничала. Хм, может быть, не стоило прерывать диалог с ней так резко? Впрочем, вряд ли она сможет рассказать мне хоть что-то достаточно важное… А хотя… хм… Останавливаюсь, разворачиваясь лицом к заговорившей со мною девушкой — та, судя по всему, даже подумывала броситься мне в след, пусть так этого и не сделала — как я могу посудить, девочке не хватило решимости догонять меня. Ну, я бы в таком наряде тоже подумал дважды, прежде чем начать бежать. Развернувшись, подхожу на шаг ближе к служанке, стараясь максимально дружелюбно выглядеть. Даже на лёгкую полу-улыбку не поскупился… — Да? Чем могу помочь? — вежливо спрашиваю, смотря на девушку снизу-вверх… в буквальном смысле — я был несколько ниже её. — Эм… ну… вы ведь являетесь фамильяром Мисс Вальер, верно? — уверенно, но робко спросила девочка. — Верно. Как узнали? — склонив немного голову на бок, дабы создать максимально безобидную внешне картину, спрашиваю только чтобы поддержать диалог. Ответ вполне очевиден, учитывая то, что руны фамильяра у меня на виду, да и сам я выгляжу так, что услышишь описание из слухов — и потом уж точно ни с кем более не спутаешь. — Ну… когда вас только призвали, я была одной из тех слуг, которым поручили вас и вашу одежду привести в порядок… можно сказать, что я уже заведомо с вами знакома… — немного порозовев, сказала девушка, отводя взгляд. Раздражение. И что это за день встреч со всеми своими добродетелями? Не удивлюсь, если сейчас ещё появится какой парень, что оказывается в день призыва меня всю ночь на себе таскал… И тем не менее — не смотря на моё бессмысленное бурчание, текущий вариант развития событий меня радует как никогда сильно — теперь у меня есть предпосылки, чтобы навязаться этой девушке в компанию. К сожалению, как бы мне не хотелось провести время в компании своей крылатой знакомой, это дело может и подождать, а вот чему ожидать было-бы явно не желательно, так это заведению знакомств с местными слугами — как никак, а в данный момент моё социальное положение именно что максимально близкое именно к ним. Тем более, как я могу судить по собственному опыту — тот, кто ходит на хорошем счету у прислуги, тот как правило не голодает. Да, признаюсь, причину моего хорошего к этой черноволосой девочке можно опошлить и до банального желания поесть, но мысли мои, в её отношении, всё же, были куда как глубже. Иметь в подругах служанку, в совершенно тебе не знакомой стране — это всё равно, что обладать доступом к маленькой и сильно ограниченной, но всё же вполне полноценной «службе разведки». Как я могу судить — на своих слуг здешние дворяне смотрят, скорее, просто как на часть интерьера — безусловно симпатичную, полезную, говорящую — но не более, чем часть окружающей их действительности. О этих маленьких слугах-простолюдинах ведь так просто забыть… Именно поэтому они, если тех правильно умаслить, способны поведать о своих господах очень и очень многое. К примеру — примерные взаимоотношения в здешней политической, маленькой среде. Могут рассказать и о каких либо слабостях тех дворян, чьи имена звучат громче остальных. Могут же, в конце концов, и банально прикрыть, когда надо. Тем более что сидеть на шее Луизы, лично мне, не совсем по вкусу. Если так угодно — это попирает моё чувство самоуважения. Сейчас же, дела обстоят как? По сути — я ем из кармана герцога Ла Вальер, что и присылает своей дочери деньги на карманные траты и обучение. Пусть и мелочь, но лично мне было бы куда удобней, питайся я на деньги, заработанные своим трудом, либо же банально охотясь где-то поблизости. И эта маленькая служанка, что смотрит на меня сейчас как кролик на удава, вполне себе сможет стать для меня той самой ступенькой, которая позволит приобщиться к местной касте прислужников. Ну, а что? Это ведь — минимальная самостоятельность в плане траты своих средств, отсутствие зависимости от рода Вальер (вернее — от герцога Ла Вальер.), сытость и информационная осведомлённость. Ничего плохого в ней не вижу, а потому, полагаясь на все свои, отнюдь небольшие навыки обольщения и, со слов многих женщин, приятное лицо, начинаю прокладывать с этой девочкой мосты. — Вот оно как… — по детски протянул я, прикладывая палец ко рту. Насколько я помню — этот жест зачастую используется чтобы придать себе максимально безобидный и невинный вид. Как раз под ситуацию. — …Тогда, я должен тебя поблагодарить. Спасибо… соизволишь ли назвать мне своё имя? — и лёгкая улыбка. Немного свело губы — давно мне не приходилось строить из себя добродушного простачка. Губы, отвыкшие так сильно и широкого улыбаться, явно были против моих действий. Неприятно. Хорошо хотя бы то, что раздражении не отобразилось на моём лице. — Сиеста…. — очередной робкий ответ. — Сиеста? Какое приятное имя. Меня вот Коинзелл звать. — Вот как… И тут мой желудок, неожиданно для девочки, издал пронзительный, протяжный звук. Хм… получилось не слишком ли комично? Впрочем, по расцветшей на щеках девочки, небольшой улыбке, могу заявить, что нет. Как нельзя кстати. — Ах… извиняюсь. До того, как я успел поесть, миледи Монморанси утащила меня с собой, дабы я ей помог с тяжёлыми книгами, из-за чего пришлось отдать еду Фамильярам. — за вычетом того, что это именно я вызвался помочь девчонке, чистая правда, к слову. И не пропадать же было еде, верно? — Вот как… это было, наверное, неприятно? Вы сейчас голодный…. — с жалостью протянула девушка, сложив руки на груди. А она весьма сердобольная. Пожалуй, чисто для себя буду называть её «Терезой»… — Ну, я в принципе привык не есть и по несколько суток — ничего, в принципе, страшного здесь не вижу. Тем более — я уже ел с утра. — голосом великомученика, не осознающего, откуда к нему столько жалости, «сознался» я. — Но так же нельзя! Если не будете есть — то и не вырастите! — полностью серьёзно сказала она, неожиданно болезненно меня коля прямо в сердце. — Кх…. — не сдержал я разочарованного порыва. — ... ? — по птичьи, прямо как я ранее, склонила голову к плечу девочка. — М-м… боюсь, мне уже и не вырасти в виду особенностей моей расы. — честно признаюсь, отводя взгляд. — В-вот как! Я… прошу прощения за свою грубость. — опустив глаза в пол, сказала девушка, складывая руки у своей, весьма к слову солидной, груди, в замок. Совсем уж по пижонски, настолько, что аж самого внутренне скривило, беру кончиками пальцев её за подбородок, нежно тот приподнимая, и смотрю девочке в глаза, говоря следующее: — Ничего страшного. Ты совсем меня не обидела, тем более — на правду обижаться станут лишь дураки. Я же не дурак, правда? — К-конечно же нет! — покраснев щеками, и преданным взглядом смотря мне прямо в глаза, ответила служанка, робко трогая мою руку, взявшую её за подбородок, кончиками своих пальцев. — Если… если вы голодны то, пожалуйста, идёмте за мной. — преодолев всякое стеснение, уверенно сказала служанка, отстраняясь от меня. Мгновение, и она стыдливо пряча свой предательский румянец, пошла вперёд, стараясь спрятать от меня своё лицо. Итак, процесс налаживания отношений, судя по всему, идёт вполне успешно, пусть у этой самой Сиесты и явно есть некая, небольшая, антипатия к моим длинным ушам, как я могу рассудить. Впрочем, в этой стране и с этой религией, это вполне себе нормально — здесь же эльфы считаются едва ли не настолько же архи-типными врагами, как и для жителей моего родного Сзалиона — Вистчеч. *******