Глава 5
28 мая 2021 г., 22:00
— Ты всё ещё знаешь меня, Лена. Ты всегда меня знала, — многозначительно сказала Кара. — А я знаю тебя.
Эти слова повисли в воздухе, как угроза, несмотря на благие намерения. Лена почувствовала, как они ужалили, её тело начало неметь от боли. Она стиснула зубы, не в силах подобрать подходящий ответ. Лютор была расстроена не из-за Кары, и если она и могла кого-то ругать, то только себя. Единственная причина, по которой она избегала Дэнверс, заключалась в том, что у неё не было слов, чтобы объяснить, как она искренне сожалеет о той боли, которую причинила, и о той неловкости, которую создала. Это была только её вина: она вечно оказывалась в таких ситуациях, из которых Кара приходила её выручать. Лена не представляла, каким образом они когда-либо смогут от этого оправиться: их отношения превращались в территорию слишком большого количества откровений. Краем глаза она наблюдала, как Кара выходит из кабинета, и вид удручённо ссутуленных плеч Супергёрл будто ударил Лену прямо в грудь. Лютор смотрела ей вслед, желая, чтобы она вернулась, хотя причиной этого было не что иное, как её саморазрушительная потребность чувствовать себя хуже из-за всего, что она испортила.
— В этом-то и проблема, — покачав головой, вздохнула Лена, когда Кара вышла. Она посмотрела в окно, надеясь в последний раз увидеть девушку, которую любит, когда та взлетала в небо. — Мы слишком много знаем.
Глава корпорации встала и вышла на балкон. Глядя на Нэшнл-Сити, она дала волю слезам, думая о своей лучшей подруге и о том, что эта девушка — национальный герой. Она не чувствовала себя преданной или даже расстроенной из-за того, что Кара скрывала это от неё. На самом деле её вины в этом не было, и Лена это понимала. Кара всегда в первую очередь защищала других, и держать свою личность в секрете было необходимой мерой. Она делала это, чтобы защитить Лену, и от этой мысли у Лютор скрутило живот. Она чувствовала, что не заслуживает этого, и всё же так оно и было. Непоколебимо, безусловно. Как и обещала Кара.
— Я всегда буду твоим другом, и я всегда буду тебя защищать, — Лена слышала эхо этих слов громко и ясно, и видела их в каждом действии Кары. Это разбивало её сердце, так как она чувствовала, что никогда не сможет быть достойна всех этих усилий, ведь всё, к чему она прикасалась, всегда превращалось в пыль. Но Кара никогда не отступала и никогда не отрекалась от своих слов. Она сдерживала свои обещания, и по отношению к Лене в этом не было исключения.
В глубине души Лютор гордилась этим, потому что всегда видела сияющий свет и героизм, которые излучала Кара, даже без плаща и герба. Лена восхищалась Супергёрл и любила её глубоко и искренне, но Кару она обожала сверх всякой меры. Это было ошеломляюще — наконец увидеть, как две личности сливаются в одну, и Лена изо всех сил пыталась различить размытые границы. Она не могла определить, влюбилась ли она после этого в Кару ещё сильнее, или же её сердце разрывается от того, что теперь девушка стала ещё более недостижимой. В любой ситуации разговор между ними был бы непростым, но тот факт, что он должен был произойти с учётом таких экстраординарных, вышедших из-под контроля обстоятельств, вызывал у Лены головную боль.
Неожиданно ей вспомнился сон, как к её губам прижимались губы Кары, мягким, настойчивым прикосновением. Укоренившись в сознании Лены, он завладел её чувствами, как будто всё происходило на самом деле, став ночным кошмаром, бесконечно повторяющимся и с каждым разом становящимся всё запутаннее. Она ощутила покалывание на шее, там, где представляла призрачное прикосновение пальцев Кары, и почувствовала, как её сердце забилось быстрее от одного только воспоминания об их объятиях. Лена поморщилась и, крепко зажмурившись, попыталась отогнать от себя этот образ, тогда как её щёки затопила волна смущённого румянца. Кара видела всё это, а возможно, и больше — перед ней открылись все тайны, которые скрывала Лена. Это было ужасно, и Лютор ненавидела себя за то, что чувствовала себя преданной собственным разумом. Она не могла поверить, что в довершение всего взвалила это бремя на Кару. Вдобавок к своей тайной личности и клятвам о союзе с ней, Дэнверс теперь должна была в придачу беспокоиться об эмоциях Лены. Со стороны последней было просто нечестно жонглировать таким количеством проблем в отношении одного человека. Лене было невыносимо думать о том, что она является таким сложным дополнением к и без того непростой жизни Кары.
Она вспомнила, как Лекс много лет назад сказал ей слова, которые всегда говорила их мать, на этот раз отразившиеся в её единственном доверенном лице.
— Ты не должна всегда раскрывать свои карты, Лена, — хрипло говорил Лекс с потемневшими глазами, в которых читалось предупреждение. — Ты слишком открыто любишь и слишком многое тебе небезразлично. Это тебя погубит, если ты не научишься себя контролировать. Ты всегда стараешься верить, что люди чисты сердцем, но это не так, поверь мне. Не позволяй оптимизму взять верх над логикой. Ты гораздо умнее, чтобы допускать это.
Она была потрясена, услышав это от кого-то ещё, кроме Лилиан. Совет Лекса не мешал ей всегда принимать решения с полным надежд сердцем, но, тем не менее, он в значительной степени способствовал чрезмерному чувству вины, которое она ощущала на своих плечах, когда всё рушилось.
В конце концов, Лена знала, что может проглотить отказ и заставить себя продолжать жить. Это было не в первый раз, и это не будет сюрпризом. Она будет сильной и оправится, однако не в этом была проблема. Проблема заключалась в Каре и её склонности всегда поступать правильно. Лена боялась, что Дэнверс захочет как-то загладить свою вину — отказать ей наименее болезненным способом или, что ещё хуже, дать ей шанс из жалости. Не исключено, что Кара может решить попробовать начать отношения и из чувства вины — так, как это уже случилось однажды. Лена почувствовала отвращение при мысли о том, чтобы стать ещё одним отравляющим разочарованием для кого-то, кто заслуживает гораздо лучшего. Она выдохнула и посмотрела на горизонт. В кабинете зазвонил телефон, возвращая её мысли к реальности текущего дня. Она вернулась к столу и погрузилась в работу, отчаянно нуждаясь в отвлечении, которое не касалось бы Кары.
***
[Кара]: Ты ведь помнишь, что приглашена на сегодняшний вечер, да? [Лена]: Спасибо, Кара. [Лена]: Я не смогу прийти, у меня накопилось слишком много работы. Кара не ответила, и Лена её не винила. Всю прошлую неделю они осторожно общались, но Лютор не могла себя заставить встретиться с девушкой лицом к лицу. Особенно представлялось невозможным изображать фальшивую улыбку, встретившись лично со всей компанией друзей в игровой вечер, где все будут ходить вокруг неё на цыпочках, предположительно из-за беспокойства о её психическом состоянии. Если и было что-то, что Лена ненавидела, так это когда её жалели. По той же самой причине она продолжала находить оправдания, чтобы теперь избегать большинства планов с Карой, несмотря на постоянные попытки последней. К счастью, Дэнверс никогда не выходила за рамки однократного приглашения, и Лютор чувствовала облегчение от того, как почтительно всегда себя вела Кара. Вдруг Лене почему-то стало ещё хуже. Она не заслужила этого, особенно после того, как так ужасно обращалась с Карой. Дело в том, что Лена просто не была готова к напряжённому разговору, и ей хотелось, чтобы они могли пропустить ту часть, где Кара попытается мягко ей отказать. А ещё лучше, она бы хотела просто вернуться в прошлое и вообще избежать этой ситуации. Возможно, в лаборатории L-Corp найдутся какие-то ресурсы для исследования путешествий во времени. Лена сделала себе мысленную пометку проверить это позже. Позже тем же вечером она обнаружила, что бродит по улицам Нэшнл-Сити в попытке очистить свой разум, что давалось с ужасным трудом. Лена продолжала теряться в мыслях об их с Карой шутках, которые обычно вызывали у неё смех, но сейчас вместо этого лишь усиливали отчаянное одиночество, которое она ощущала с тех пор, как всё произошло. Лена шла на автопилоте, не замечая ничего вокруг, пока не увидела, что оказалась перед знакомым зданием. Дом Кары. Ну конечно. Лютор, оторвав взгляд от улицы, подняла глаза, увидела свет в квартире Кары и радостно улыбнулась. Она закрыла глаза и медленно вдохнула, чувствуя тёплую атмосферу внутри и решив дать себе мгновение покоя, прежде чем вернуться к собственному мрачному вечеру. Лена смогла разглядеть несколько фигур в квартире — все они собрались там на вечер игр, первый пропущенный ей за несколько месяцев. Она представила, как Алекс и Мэгги, уютно устроившись на диване, делают ставки на исход игры, а Кара хитро улыбается, когда хватает с тарелки последний пельмешек. На балконе появилась фигура, которая, облокотившись о перила, смотрела вдаль на горизонт. Она казалась маленькой и слегка подавленной, даже сгорбленной, что было нехарактерно для обычно яркого, неукротимого духа. Лена смотрела вверх на неё, борясь с желанием окликнуть девушку, и её сердце было готово выскочить из груди. Вместо этого она печально повернулась и пошла прочь, запретив себе оглядываться.***
Наконец, после ещё одной недели добровольного изгнания Лена почувствовала себя совершенно разбитой. Она больше ни дня не могла обойтись без встречи с Карой и принесения извинений. Лютор достаточно долго копалась в жалости к себе и сейчас ощущала ужасный стыд за своё поведение. Она слышала в своей голове, как мать критикует её за слабость в проявлении эмоций, и ненавидела всё это ещё больше, чем раньше. Это было абсолютно неприемлемо, и Лена должна была вести себя достойнее, только бы у неё был какой-то шанс спасти хотя бы подобие дружбы с Карой. Всех демонов, которых она выпустила на волю, необходимо было присмирить и сдерживать, и Лена поклялась, что будет тщательнее контролировать каждое чувство в дальнейшем. [Лена]: Мы можем поговорить? [Кара]: Конечно. Хочешь, я приду? [Лена]: Я могу сама прийти к тебе, я не против. [Кара]: Открой балкон. Сердце Лены невольно ёкнуло, когда она открыла дверь балкона, ведущую в квартиру. Кара стояла в развевающемся плаще, вокруг её лица идеальными золотисто-медовыми волнами вились волосы, излучая тепло, почти мгновенно притянувшее Лену. — Я… Привет… Ты была занята? Не стоило приходить, если я тебя от чего-то отвлекла, — запинаясь, пробормотала удивлённая Лена, увидев Кару, одетую как Супергёрл. Она показала на герб с лёгкой ухмылкой на губах, игриво пытаясь выдать своё замешательство за веселье. — Мне бы не хотелось красть героя Нэшнл-Сити у народа. — Нет, нет, всё в порядке, я просто… Я хотела добраться сюда как можно быстрее, и это показалось мне наиболее эффективным, — сказала Кара, показывая на свой наряд и слегка нахмурив брови в раздумье. Они расположились в квартире. Неловкое напряжение, кружившее вокруг них, отвлекало и оглушало. Лена нервно помяла руки, после чего прочистила горло. — Эм… Могу предложить тебе что-нибудь выпить? — спросила она, медленно направившись к холодильнику и безо всякой надобности указав в сторону кухни. Кара протянула руку и осторожно дотронулась до её запястья. От неожиданности по телу Лены пробежала волна шока. — Нет, всё хорошо. Лена, прости, пожалуйста. Я так обо всём сожалею. Я не хотела тебя предавать, и я не хотела разрушать твою жизнь, вытаскивая тебя из фантазии Чёрной Милости, но ты бы умерла, а я не могу жить без тебя… — Кара сделала паузу, её голос слегка дрогнул. Сердце Лены от этих слов перевернулось, но она промолчала, с любопытством глядя на девушку. — Я знаю, что вынудила тебя со мной поговорить, и если ты не хочешь, то не стоит, но я просто… Я так скучаю по тебе, так переживаю, и мне невыносимо, что всё испорчено, и я готова сделать всё, чтобы это исправить. Я понимаю, что ты, вероятно, меня ненавидишь… — пробормотала Кара, впадая в ажиотаж в своих извинениях, её слова были спутанными и беспорядочными. Она нервно расхаживала по комнате, и у Лены закружилась голова. Лютор не смогла сдержать весёлой улыбки, появившейся на её лице только при виде Кары, во всех её героических регалиях, ведущей себя так отчаянно и очаровательно. Лена прочистила горло. — Я никогда не смогла бы тебя возненавидеть, — вздохнула она, проводя пальцами по волосам в попытке успокоить нервы, — ни сейчас, ни когда-либо в будущем. Единственный человек, которого я сейчас ненавижу, — это я сама. Кара остановилась на месте и удивлённо уставилась на неё. — С чего бы тебе себя ненавидеть? — спросила она. — Лена, ты серьёзно винишь во всём этом себя? Это я была не совсем честной с тобой. Я хотела быть честной, просто не знала, как это рассказать, не подвергнув тебя опасности, а ты уже и так знала, но относилась с таким пониманием, что просто ждала, когда я скажу. Ты ждала, а я тебе не сказала. Извини, пожалуйста. — Я всегда знала, Кара, и я не держу зла на тебя за это. Это твоя личность и твой секрет, а не мой. Я бы ждала тебя вечно, — эти слова тяжело повисли в воздухе, и губы Лены скривились от осознания скрытого смысла. Она продолжила, надеясь опередить свой собственный рот. — Это на самом деле немного ошеломляет, — улыбнувшись, она показала на костюм, — видеть его и знать, что это действительно ты, но я начинаю привыкать. Однако не это всё испортило. Не ты всё испортила. А я. — О чём ты говоришь? Ты не сделала ничего плохого. — Кара шагнула ближе к Лене, скрестившей руки на груди в защитной позе. — Ну, это судьба Люторов, знаешь ли, — Лена с болезненной улыбкой неопределённо махнула рукой, — если появляется что-то хорошее, мы обязательно самым эффектным образом уничтожим это. — Лена… — сочувственно произнесла Кара, взяв руку девушки в свою и переплетая их пальцы, затем мягко сжала её ладонь. — Честно говоря, я просто смущена. Я никогда не хотела, чтобы ты увидела все мои извращённые мысли, а теперь, когда это произошло, я не знаю что сказать. У меня нет никаких объяснений, — произнесла Лена, заставив себя беззаботно рассмеяться, избегая взгляда Кары. — Я никогда не хотела бы тебя таким обременять. Я на самом деле удивлена, что не заставила тебя побежать в противоположном направлении. — Она снова медленно посмотрела на Кару. Морщинка на лбу блондинки показывала её беспокойство за Лену, как и всегда. Лютор проглотила переполнявшие её чувства. — С какой стати мне от тебя убегать? — спросила Кара, её голос был искренним и проникновенным. — О, я не знаю, потому что я вечно драматизирую? Что-то настолько чрезмерное, как то, что ты видела, я имею в виду. — Лена засмеялась и закатила глаза. Её щёки покраснели от ещё большего смущения, когда она попыталась обыграть это как шутку. — Типичная Лена, не может просто безобидно влюбиться в кого-то, это обязательно должна быть чрезвычайная ситуация, меняющая жизнь. Кара поморщилась. Пока она слушала, её губы сложились в надутое выражение. — Не делай этого, — взмолилась она, в отчаянии глядя на Лену. — Не делай вид, будто твои чувства ничего не значат. — Всё нормально, Кара, я в порядке, — спокойно произнесла Лютор, — тебе не нужно ничего исправлять. Я уверяю. — Знаешь, я тоже это почувствовала. Я почувствовала всё это. Всё наконец обрело смысл. Всё, чего я не знала, что я упускала… словно я наконец проснулась. Ты сказала, что всегда знала, что я Супергёрл, но увидеть это было совсем другим делом. То есть… — Кара глубоко вздохнула, — я всегда в глубине души знала, что ты чувствуешь, просто не распознавала этого. Ты показывала мне это каждый день, ты заставляла меня чувствовать себя самым особенным человеком во всей Вселенной. Я хочу иметь это с тобой. Я хочу быть с тобой во всех смыслах, Лена. — Кара, я не хочу, чтобы ты меня жалела, правда, — сказала Лена, защищаясь только по той причине, что её мучило чувство вины. — Ты не обязана давать мне шанс лишь потому, что знаешь, что у меня к тебе есть чувства. Ты очень милая и замечательная, раз хочешь сделать это ради меня, но я тебе не позволю. Я тебя пригласила, чтобы извиниться как положено и сказать, что ничего от тебя не хочу и не жду. Со мной всё будет хорошо, и я на самом деле хочу, чтобы мы снова стали друзьями. Я понимаю, что это займёт некоторое время, но я готова сделать всё, что потребуется, чтобы это произошло. Кара покачала головой, глядя на Лену широко раскрытыми глазами, затем в раздумье отвела взгляд. — Это я без твоего разрешения разрушила твои фантазии, — категорически сказала она. — Мне невыносима мысль о том, что я вторглась в твой разум и это вызвало всю эту боль. Я бы никогда не сделала этого с тобой намеренно. Но ты должна знать — это меня не напугало. Это показало мне, что у меня может быть с тобой. Это показало мне, чего я заслуживаю. Я чувствовала себя счастливой. Я чувствовала себя полноценной. Видеть нас вместе и то, как сильно мы любим друг друга, это было всем, Лена. Часть меня не хотела тебя будить, потому что я не хотела, чтобы это закончилось для нас обеих. — Кара смущённо опустила глаза. — Ты сказала, что это не настоящее, — сказала Лена, слегка отступая назад и чувствуя, что её разум снова играет с ней в игры. — Ты сказала, что я должна отказаться от фантазии, чтобы вернуться… — она почувствовала, что комната начинает кружиться, как будто она так и не проснулась и может снова вернуться в кошмар. Кара сжала её руку и поддержала, чтобы она не упала. Дэнверс будто знала, о чём думает Лютор, и чувствовала, как ту одолевают сомнения. — Я здесь. Всё в порядке. Я рядом, — твёрдо сказала она, — Ты должна была, Лена. Ты должна была это отвергнуть. Это было единственным способом выжить. Этот сон не был настоящим, потому что это была на самом деле не я, — объясняла Кара, и эти слова манили Лену упасть в её соблазнительные объятия. — Но сейчас я здесь, вся я, и говорю тебе, что люблю тебя. Я всегда тебя любила, просто не понимала, насколько сильно, пока не увидела это. Мне очень жаль, что для осознания этого мне потребовалось всё произошедшее, но я никогда ни в чём не была так уверена, как в тебе, Лена. — Кара… — Лютор заколебалась, её разум терзало чувство вины, крича, что это никогда не сбудется. Этого никогда не произойдёт, и Кара делает это только из сочувствия. Сердце Лены бешено колотилось, так как ей отчаянно хотелось верить, что есть ещё шанс, что её глупая фантазия не совсем безнадёжна. — Ты в самом деле думаешь, что не достойна этого? Что не заслуживаешь счастья в реальной жизни? — спросила Кара, подойдя ближе, теперь её лицо находилось в нескольких дюймах от лица Лены. — А что думаешь ты? — прошептала Лютор. — Я здесь, потому что хочу быть счастливой. — Голос Дэнверс звучал так убеждённо, её поза была такой уверенной, что Лена представила, как тает в сильных объятиях Кары. Она позволила ей крепко обхватить себя и, вздохнув в пространство рядом с её шеей, почувствовала аромат её шампуня, который всегда напоминал ей жимолость и свежие яблоки. За время их дружбы Лена обнимала Кару сотни раз, но сейчас она ощущала всё по-другому, в этих объятиях заключалось всё, обещание новой главы. Кара слегка наклонила голову, и Лена почувствовала, как у неё перехватило дыхание, прежде чем к её губам прижались губы девушки. Прикосновение казалось наэлектризованным, и Лена с трудом могла стоять, смутно осознавая, что её полностью поддерживает на ногах сила Кары, пока она позволила своему разуму свободно плыть во всём, что было ими. Это было лучше, чем её самые смелые мечты, и лучше, чем её разрушенная фантазия, и это было тем, что она никогда не хотела забывать. Губы Кары были тёплыми и настойчивыми, поцелуи обещали большее, следуя вдоль линии челюсти и поднимаясь к уху, шепча нежности и оставляя за собой след любви. Лена слегка напряглась: по её позвоночнику пробежался лёгкий холодок, напомнивший ей о чём-то. Это был почти идеальный момент, но ей нужно было кое-что исправить. — Что не так? — мягко спросила Кара и обеспокоенно отстранилась. — Я очень рада, что ты здесь, Супергёрл, и что всё это происходит, но… — Лена сделала паузу, слегка прикрытыми глазами глядя на лицо Кары. Её сердце учащённо билось, пока она чувствовала дыхание девушки на своей шее. Лена провела пальцами по ткани костюма супергероя. — Мне бы очень хотелось, если можно, увидеть Кару прямо сейчас, — тихо закончила она, и её щёки вспыхнули нежным малиновым румянцем. Лютор смущённо отвернулась, надеясь, что Кара не воспримет это как оскорбление. Ей просто очень нужно было почувствовать теплоту своей лучшей подруги, близкого себе человека, своей родственной души. С Супергёрл всё пока ещё было новым и немного запутанным, и Лена не думала, что сможет быть уверенной в чувствах Кары, пока не увидит её в том образе, в котором ей это было необходимо. Как её Кару. Дэнверс провела пальцами по подбородку Лены и вверх по щеке, после чего с лёгкой улыбкой на губах кивнула. Она медленно попятилась и вошла в спальню, увлекая девушку за собой. Затем она поспешила к шкафу, где лежала её одежда, оставшаяся после одной из многочисленных ночёвок. Лена села на кровать и стала ждать. Кара быстро исчезла за дверцей шкафа и практически тут же появилась в своей мягкой футболке и спортивных штанах. Её волосы были собраны в свободный пучок, и она поправляла очки на лице. Сердце Лены переполнилось от эмоций, и она впервые ощутила себя цельной. Впервые за несколько недель на её лице появилась искренняя улыбка, от которой болели щёки и которая не исчезала, как бы она ни старалась её сдержать. Лена тут же почувствовала себя в безопасности, её сердце захватила в плен сияющая, искренняя улыбка Кары. Дэнверс вернулась к кровати, Лена притянула её за ткань футболки, заставляя опуститься на себя сверху, и их губы встретились со страстной силой. — Лена… — хриплым от желания голосом произнесла Кара. Она полностью легла на тело Лены, и та яростно прижала её к себе, изо всех сил пытаясь сократить какое-либо пространство между ними. — Ты не представляешь, как сильно я тебя хочу, — пробормотала Лена, с пылкой страстью прижимаясь к губам Кары, ошеломлённая её присутствием и всем, что заключалось в ней. Кара ответила на поцелуй с таким же энтузиазмом, запустила руки в густые волнистые волосы Лены, притягивая её невероятно близко, и умело скользнула языком по губам и глубже в рот. — Я была у тебя всегда, — прошептала Кара между вздохами, и Лена слегка прикусила её губу, прежде чем немного отстраниться. Они остановились: Лютор переводила дыхание, а Дэнверс нависла над ней сверху. Пальцы Лены, нежно касаясь мышц шеи Кары, пробежались по подбородку, вверх по щеке и закончили распусканием волос, упавших вокруг лица. Лена отчаянно пыталась запомнить каждый дюйм, не желая упустить ни одной детали. Она обхватила лицо Кары ладонями и изучала морщинки на её щеках, в безумной концентрации сфокусировав взгляд и молча молясь, чтобы это происходило на самом деле. Лена встретила взгляд Кары, и её сердце затопила мощная волна чувств, когда она потерялась в сочувствующих глазах девушки. Эти глаза мерцали, как бесконечные галактики, и в них теплился проблеск надежды, которую Лена находила всякий раз, когда нуждалась в утешении. Это была Кара, вне всякого сомнения, и в этот момент она принадлежала ей. — Я люблю тебя, Лена, — выдохнула Дэнверс. Интенсивность её взгляда наполнила Лютор такой надеждой, что её тело завибрировало как от электричества. — Это реально или нет? — прошептала она, нежно проводя пальцами по подбородку Кары и по её губам, отчаянно пытаясь почувствовать слова, выходящие изо рта девушки, и словно пытаясь удержать их, прежде чем они ускользнут. — Очень реально, — ответила Кара и наклонилась, чтобы захватить губы Лены в горячем, обжигающем поцелуе.
