Новые страсти судьи.

На следующий день после выступления на Соборной площади Лиза незаметно ускользнула в Собор, прикупив на ярмарке сладости. Она решила навестить Квазимодо, к которому испытывала одновременно жалость и симпатию. Однако главной целью её визита был судья – она хотела узнать о нём как можно больше. Девушка была так поглощена своими мыслями, что подходя к двери, за которой была винтовая лестница, ведущая в каморку Квазимодо, не заметила судью во мраке храма. А вот он её заметил и более того, был очень удивлён, когда понял, к КОМУ она шла. - Проклятье! Да прости меня, Господи, что ругаюсь в доме твоём! Так чего же ты забыла у моего воспитанника, красавица?! Решила плести интриги за моей спиной? Девочка, мне в интригах равных нет. Судья дождался, пока девушка скроется за дверью и последовал за ней. Квазимодо был рад видеть девушку. Ему было одиноко, а с судьёй они не разговаривали со дня смерти Эсмеральды. - Привет, Квази. Я тут тебе кое-что принесла, - радостно сказала девушка, отдавая лакомства Звонарю. – Сладости любишь? Квазимодо покраснел и смущенно сказал: - Люблю. Есть будешь? Мне тут от судьи корзину с едой передали. - Буду. - Ну тогда садись,- Квазимодо стал суетиться возле стола, раскладывая еду,- ты уж извини, я забыл, как тебя зовут. У тебя имя красивое, но сложное. - Я Элизабет. Но ты зови меня Лиза. Они сели за стол. Квазимодо рассказывал про колокола, Элизабет слушала, поддерживая разговор. Она понимала, что с порога про судью спросить нельзя – это вызовет подозрения у Квазимодо. - Квазимодо, ты здесь всю жизнь живёшь? - Ну да, меня сюда судья ещё младенцем принёс. - Я так часто слышу от людей про судью одни страшилки. Я видела его несколько раз издалека,- соврала девушка, - он такой мрачный, а ты единственный, кто знает его лично… Стоящий за дверью судья усмехнулся про себя. Вот чертовка, значит, ты пришла выудить информацию обо мне от моего же воспитанника. И ещё соврала при этом, хитрая бестия. Квазимодо вздохнул. Ох, и сложную тему она затронула. - Понимаешь, Лиза, судья очень сложный и закрытый человек. Он любит пугать, я даже не знаю… Дверь резко открылась, и раздался властный голос судьи: - Возможно, я могу разрешить эту дилемму! – он с наслаждением смотрел на этих двоих, явно не ожидавших такого поворота. - А…,- только и смог сказать Квазимодо. Девушка ничего не сказала, понимая, что попала впросак, но очень не хотела этого показывать, поэтому она встала, устремив на судью гордый взгляд. - Я вижу, Квазимодо, ты разговорился до такой степени, что смеешь судить обо мне. - Я…,- пискнул Звонарь. - Молчать! – рявкнул судья.- Что же до тебя, красавица… Судья, не обращая никакого внимания на удивленного Квазимодо, подошёл к девушке и прижал её к себе: - … то ты идёшь со мной прямо сейчас! И я с превеликим удовольствием удовлетворю твоё любопытство! - Отпусти меня немедленно! Ты дал мне три дня! - Надо было думать своей прелестной головкой до того, как ты начала плести интриги с моим приёмышем! - Мне хотелось знать, с кем я имею дело. - Непременно, дорогая, узнаешь! Или ты немедленно идёшь со мной добровольно, либо я это сделаю силой, так что поверь мне на слово, дорогая, лучше тебе выбрать первый вариант. Лиза посмотрела на решительно настроенного судью. Он схватил девушку за руку и потащил её к двери. - Так вы знакомы! Судья, только не обижайте Лизу,- раздался робкий голос Квазимодо. Фролло резко повернулся, прижав девушку к себе: - Тебя забыл спросить! С тобой я потом разберусь! Элизабет покорно последовала за судьёй, который одной рукой держал её за руку, а другой обнимал за талию. Господи, вот надо же было ей так нарваться! Вместо того чтобы узнать о судье, она угодила к нему прямо в лапы. Они, молча, сели в карету. Девушка старалась не смотреть на судью, поэтому не нашла ничего лучше, чем разглядывание собственных ладоней. Судью, совершенно не стесняясь, рассматривал Элизабет. Она была прекрасна и желанна. Фролло вздохнул, от него не ускользнули и другие подробности: девушка похудела, её красивое лицо осунулось, а одежда напоминала лохмотья. - Кучер! – рявкнул судья. Карета моментально остановилась. - Отвези на улицу Ш***- к лучшему портному и обувщику! – отдал приказ судья, после чего продолжил ласковым тоном. - У меня в доме есть купальня. Там ты сможешь помыться, когда захочешь. Девушка посмотрела на судью и едко заметила: - О, после того, как ты задерёшь мне юбки прямо в твоей тачке, ты позволишь мне помыться! Спасибо, мой господин! - Если ты хочешь, как ты выразилась, чтобы я задрал тебе юбку и поимел прямо в карете, то я это сделаю. Но если ты этого не хочешь, то советую прекратить меня провоцировать! Девушка нахмурилась и сказала: - А разве не для этого ты везёшь меня к себе?! И для чего ещё ты притащил меня в это ужасное время?! - Если ты ещё раз откроешь свой прелестный ротик, то я исполню твою просьбу! Сейчас мы едим к мэтрам Анри и Жаку – это лучший портной и обувщик в городе. Я прикажу им завтра приехать и снять мерки с тебя. Ты же понимаешь, что в ЭТОМ ходить невозможно. - Благодаря тебе, вся моя комфортная жизнь и вещи остались в другом мире. - Ты никогда не вернёшься туда! Я никогда тебя не отпущу! Девушка замолчала. Поздравляю, Клод, ты напугал её … снова. Если ты хотел добиться страха и ненависти, то можешь себя поздравить – ты на верном пути. Судья потёр пальцами переносицу и сказал: -Я не хотел тебя пугать. Я хочу, чтобы ты успокоилась. Тебе больше не придётся спать в грязном шатре, ходить в лохмотьях, думая о куске хлеба. - Так ты решил, что я шлюха, продающаяся за удобства!!! Ну, конечно, ты именно такого мнения о женщинах из моего времени! О, знаешь, у меня была целая вереница мужиков! Разве можно поверить, глядя на меня, что я всё ещё… Судья понимал, что разговор заходит в тупик. - Хватит! Я не имею привычки таскать шлюх в свой дом! Элизабет замолчала. По пути в своё поместье судья заехал к портному и обувщику, приказав им завтра явиться к нему со всем необходимым. К большой радости судьи, одна знатная дама не смогла расплатиться за пошив нескольких платьев, белья, ночных рубашек и обуви, а по размеру это всё должно подойти Элизабет. Фролло расплатился с мэтром Анри и Жаком, вышел со свёртками на улицу, залез в карету и положил перед Элизабет. - Эти вещи для тебя. Твои лохмотья никуда не годятся. И только не вздумай сейчас препираться со мной. Девушка ничего не сказала, продолжая хранить молчание всю дорогу. По возвращению судья приказал прислуге приготовить комнату рядом с его покоями и подать ужин, осведомился касательно купальни – всё ли там готово, на что получил утвердительный ответ. Лиза вошла в дом судьи, осмотрелась, и у неё невольно вырвался возглас восхищения: - Это же тот самый дом… Лиза восхищалась роскошным убранством дома, одна парадная лестница, по которой они поднимались, чего только стояла! Человеком она была образованным, поэтому понимала, насколько Фролло богат и влиятелен, раз может позволить себе содержать всю эту роскошь ещё и в двух эпохах. - Да, только ты сейчас видишь мой дом во всем блеске и великолепии. Пойдём,- он ласково взял девушку за руку, не удержался и покрыл девичью ладонь поцелуями, но она никак не отреагировала. Судья горько усмехнулся, понимая, что девушка боится. А чего ты ожидал после всего? Она здесь – это главное, а там терпение и упорство помогут сломить её сопротивление и завоевать расположение. - Это, - он открыл дверь,- твоя комната. Мои покои дальше по коридору - следующая дверь. Да заходи ты, не топчись на пороге. Девушка вошла и ахнула от восхищения. Какая большая и светлая комната, а кровать просто огромная - да тут всю театральную труппу разместить можно! И как здесь свежо и чисто, никакой вони. - Дверь слева в твоей комнате ведёт в купальню. Ты можешь вымыться прямо сейчас, думаю, тебе это нужно. Мыло, эфирные масла там есть. Я очень чистоплотен, моюсь каждый день в отличие от остальных. До ужина можешь отдохнуть. Слуги принесут тебе сейчас лёгкие закуски. Всё, что говорил судья сейчас, было музыкой для ушей Элизабет, потому что она соскучилась по нормальной жизни. И девушка искренне была ему благодарна. - Спасибо. Судья внимательно посмотрел на девушку. Как же ему хотелось сжать её в объятьях, а потом принять ванну вместе, но не сейчас. Всему своё время. Пусть придёт в себя от нищеты и ужасов парижского дна. - Кстати, если не получится справиться с одеждой, зови прислугу. Платье и бельё должны тебе подойти. И в свёртке еще ночная сорочка, - сказал судья и ушёл. Первое, что сделала Элизабет, так это «приняла ванну». Как хорошо было нормально вымыться, надеть чистую одежду, с которой, правда, пришлось повозиться. А с каким наслаждением она перекусила возле открытого окна. Но чем ближе приближался вечер, тем больше росло чувство неуверенности и страха. А что же будет дальше? Она ждала, что сейчас войдёт судья и сделает с ней «вот это самое», но он не появился. А вот судья весь оставшийся день места себе не находил. Он решил до вечера Элизабет не трогать, пусть успокоится, отдохнёт, а потом они отужинают в его покоях, выпьют вина, его красавица расслабиться и тогда… Сладкие грёзы судьи прервал стук в дверь, слуга принёс ужин и собирался накрывать на стол. Как только с этим было покончено, судья приказал позвать Элизабет в его покои. Слуга поклонился и направился в комнату девушки. - Его Сиятельство ожидает Вас в своих покоях к ужину. Девушка опешила. Ах вот значит как! Мужчины! - Передайте ЕГО СИЯТЕЛЬСТВУ, - ехидно произнесла девушка, - что он может ожидать меня хоть до второго пришествия! Слуга открыл рот от изумления, а когда смысл сказанного дошёл до него, то он стал перебирать все известные ему молитвы в голове, прикидывая, КАК он должен сказанное передать судье. Фролло был раздосадован, увидев в дверях одного бледного слугу, лепетавшего что-то нечленораздельное. - Где она? Почему ты пришёл один? - В… Ваш…ше... Сия…во Судья нетерпеливо махнул рукой: - Высуни, наконец, свой язык из задницы, пока это не сделал я собственноручно и ответь мне на вопрос. Слуга выдохнул: - Она ск… сказала, что В… Вы можете ждать её до второго при…шествия. Ярость на судью накатила моментально. - Тогда передай ей, либо она будет ужинать со мной, либо она не будет есть вообще. Слуга поклонился и вышел. Он передал слова девушке и поспешил скрыться на кухню подальше от этих двоих, решивших устроить войну. - Да и катись ты ко всем чертям, скотина! – яростно выкрикнула девушка в пустоту комнаты. Решил, что я поведусь на кусок хлеба и с радостью прыгну к тебе в постель! Ага, ЩАС, выкуси! У судьи окончательно пропал аппетит, к ужину он почти не притронулся. Он вышел на балкон, подошёл к самому краю и посмотрел вниз. Вот чертовка, да как она смеет! Но постепенно с вечерней прохладой улеглась и ярость судьи, в нём заговорил голос разума. Клод, ну и паскуда же ты! Кто в начале дня говорил о терпении, о времени - не ты ли? Если ты решил добиться расположения девушки, уморив её с голоду, то ты полный идиот! Ты ни на шаг не приблизился к своей цели, а удалился от той семимильными шагами. Судья вздохнул. Да, он поступил неразумно. Надо срочно исправлять ситуацию. Он вернулся в свои покои, позвал слугу и приказал отнести девушке ужин. Пожалуй, сам он зайдёт завтра. Фролло вздохнул, ещё одна длинная, одинокая и бессонная ночь. Как же он устал от всего этого. Элизабет удивилась, когда ей принесли ужин. Она спросила, с чего это вдруг такая милость, на что слуга пожал плечами, пробурчав, что это приказ графа. Она так устала за всё это время, поэтому сразу после ужина, переоделась в ночную рубашку и забралась в кровать, предварительно заперев дверь. Как же это было прекрасно: мягкая постель, свежие, чистые и благоухающие простыни. «Ммм, блаженство! – подумала девушка, погружаясь в сон. Судья проснулся рано, спал он плохо. Он вымылся, позавтракал, осведомившись, встала ли девушка, на что слуги ответили, что комнату никто не покидал и там тихо. «Спит, соня, - подумал судья, - ладно, пусть понежится ещё немного в постели, потом разбужу». Часов в десять судья подошёл к двери в спальню Элизабет, дёрнул ручку и, обнаружив запертую дверь, чуть не заржал в голос. Боже, наивное дитя, ты действительно полагала, что я приду к тебе тайно под покровом ночи, пока ты спишь…. Может, Клод, она боялась, что ты просто её изнасилуешь после твоей вчерашней выходки? Наши покои соединены потайным коридором, так что, запертая дверь мне бы уж точно не помешала, если бы я захотел… И тут судье пришла такая замечательная мысль в голову, что он невольно улыбнулся. А почему бы мне не зайти к ней сейчас и не посмотреть, как она спит, и не разбудить её поцелуем…. От таких мыслей судья почувствовал, как по его телу пробежала дрожь. Ну да, напугай её окончательно, идиот. Ну почему же?! Наоборот, я покажу ей, что запертые двери в моём доме - это бессмысленно. Мое благородство удержало меня, а не замки. Клод, хмыкнуло сознание, вот кому ты рассказываешь! Судья вернулся в свои покои, открыл тайную дверь в стене и направился в комнату Элизабет. Он с восхищением смотрел на спящую девушку в лучах солнца. Боже, как же она была хороша. Она спала на боку, свернувшись калачиком. Ночная рубашка сползла с плеча, демонстрируя красоту и белизну девичьей кожи. Судья судорожно вздохнул, собрав всю волю в кулак, подошёл к постели и сел. Он не удержался и провёл кончиками пальцев по руке девушке, коснулся обнажённого плеча, провёл ладонью по роскошным волосам. Девушка не проснулась, из её прелестных губ лишь вырвалось невыразительное «м…м… м…». Фролло наклонился и поцеловал девушку в щёку, прошептав: - Пора просыпаться, соня. Элизабет открыла глаза, потом снова закрыла, она ещё пребывала в пограничном состоянии между сном и реальностью. Клод… поцелуй… сидит в… Сон как рукой сняло. Девушка резко села в постели, натянув одеяло до подбородка, что вызвала у судьи улыбку. … моей постели? Но как он… - ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ В МОЕЙ ПОСТЕЛИ? – выпалила девушка и тут же покраснела, поняв всю каверзность своего вопроса. Судья хохотнул: - Совершенно не то, дорогая, что я бы хотел делать. Элизабет фыркнула. Невыносимый! - Прекрати придуриваться, Клод! Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду! Дверь заперта. Как ты попал сюда? Судья хмыкнул: - Элизабет, наши покои соединены специальным проходом. Если ты действительно думала, что меня можно остановить запертыми дверями в моём же собственном доме, то ты глубоко ошибаешься! Девушка ещё больше покраснела: - То есть ты не только можешь заморить меня голодом, но и прийти ночью и… и…,- девушка запнулась. - Что «и»? Договаривай! - усмехнулся судья. Девушка возмущённо засопела, совершенно не зная, как правильно сформировать мысль. - Видимо, ты умеешь только начинать мысли, что ж, позволь тогда мне закончить. Судья сорвал одеяло, скинув его на пол. Глаза Элизабет расширились от ужаса. Но судья не дал ей опомниться, он прижал девушку к себе, а потом и вовсе опрокинул её на кровать, нависая над ней. Он впился в её губы своими губами с такой страстью, что девушка первые секунды не понимала, как ей реагировать, ведь так её ещё никто не целовал. Но Фролло на этом не остановился, он покрывал поцелуями лицо девушки, шею, плечи, попутно спуская ночную рубашку ниже, почти обнажив грудь. Элизабет вскрикнула от неожиданности, когда судья начал ласкать её грудь. Она задыхалась от подобных ласк, собственное тело предавало её, оказавшись в вихре неведомых доселе чувств. Она никогда не испытывала подобного наслаждения. Подружки рассказывали ей о мужских ласках, и это всегда смущало, но она и подумать не могла, что это может быть так приятно. Однако когда она почувствовала руки судьи, ласкающие её бедра, то невольно сжалась от страха. Судья был уже на грани и понимал, что если не остановится сейчас, потом будет поздно. Он моментально уловил изменение в настроении девушки, почувствовав её страх, заставил себя отстраниться от неё. Судья сел на край кровати спиной к Элизабет и хрипло сказал: - Я надеюсь, это послужит тебе уроком, когда в следующий раз ты решишь спровоцировать взрослого мужчину! И ещё я хочу, чтобы ты поняла, как легко мне залезть тебе под юбку, если я того захочу и никакие запертые двери меня не остановят. И подумай своей прелестной головкой над тем, почему я этого ещё не сделал? Элизабет ничего не ответила. Мысли в голове путались, она не знала, что ему сказать. Судья встал, подошёл к потайной двери, остановился и, не поворачиваясь, сказал: - Одевайся. Слуги принесут тебе завтрак. Я не собираюсь морить тебя голодом. Жду тебя внизу, я покажу тебе особняк снаружи. Полагаю, ты захочешь подышать свежим воздухом. Судья ушёл, а Элизабет так и не смогла вымолвить ни слова. Девушка вымылась, ей было необходимо освежиться и привести мысли в порядок, а после завтрака слуга сообщил ей, что судья ожидает её внизу. Она, молча, спустилась, судья ждал в холле. Фролло взял девушку за руку, и они вышли на улицу. Элизабет была восхищена красотой поместья, особенно её поразили масштаб и красота парка. - Я бы мог тебе рассказать историю моего родового гнезда, но вряд ли это тебя заинтересует сейчас. - Здесь и вправду красиво, Клод, возможно, при других обстоятельствах… Судья прервал девушку: - Других обстоятельств не будет. Тебе здесь жить, так что, привыкай. - Клод, почему ты это сделал? Ты же похитил меня. - Да, похитил, потому что ты свела меня с ума. Не думал, что подобное может повториться, но всё же это случилось. И оправдываться я не намерен, так что довольно об этом - прими реальность такой, какая она есть. Пойдём, я тебе покажу конюшню. Ты увидишь самых породистых лошадей. Тебе должно понравится. Конюшня была большой, в каждом стойле стояли лошади, только одно стойло между Малышом и другими лошадьми было пустым. - Ничего себе, сколько здесь лошадей! Они такие красивые… - И заметь, дорогая, - гордо заметил судья,- все породистые. А сейчас я тебе покажу моего любимца. Навстречу им поспешил главный конюх: - Какие будут приказания, граф? - Никаких, исчезни. Конюх поклонился и поспешил исполнить приказание судьи. - Клод, ты что задумал? - спросила подозрительно Элизабет. Судья повернулся к Элизабет и сказал таким невозмутимым тоном, что можно было подумать - перед ней сам ангел воплоти: - Я ничего не задумал, всего лишь хочу показать тебе лошадей, - он взял девушку за руку и повёл к стойлу Малыша, радостно фыркающего при приближении своего хозяина. - Ничего себе! - вырвалось у Элизабет, когда они остановились перед стойлом. - Как его зовут? - Малыш, - сказал невозмутимо судья. Девушка прыснула от смеха: - Такоё только в твою голову могло прийти: назвать эту громадину Малышом. - Если хочешь, можешь погладить его. - Чтобы он мне руку откусил, нет уж, спасибо. Судья закатил глаза: - Пока я здесь, ничего он тебе не откусит. Дай мне руку, - настойчиво сказал судья, взяв руку девушки, поцеловал, после чего положил ту на морду лошади. - Малыш…, - хрипло сказал судья, касаясь губами уха девушки и, прижимаясь к ней вплотную, - очень особенный конь. Он подпускает и слушается только меня. Для остальных он смертельно опасен. Малыш копытом легко пробьёт голову любому, кто осмелится к нему приблизиться. У девушки перехватило дыхание. - А как же он…, то есть к нему…,- она почувствовала губы судьи на своей шее, - конюхи подходят… Судья нехотя оторвался от девушки: - Только, когда я рядом, как сейчас. - Малыш… он, ну, … такой же… как и ты…. Конь под стать хозяину. Боже, что ты несёшь! - Да, лошадь я подбирал лично для себя. Если сравнения меня с моей лошадью закончены, то, возможно, теперь ты ответишь мне на вопрос… - К… какой? - мысли девушки путались. Судья развернул девушку к себе и «затолкал» её в буквальном смысле в пустое стойло, прижав к деревянной перегородке. - Моё терпение небезгранично, так скажи мне, сколько ещё всё это будет продолжаться? - сказал судья, глядя Элизабет прямо в глаза, сильнее прижимаясь к ней. - Так ты…., - очень трудно было мыслить трезво в объятьях судьи, чувствуя исходящий от него жар, - ждёшь…. пока я прыгну к тебе в…. постель. - Я думаю, мне пора перестать ждать! - хрипло сказал судья, целуя девушку. Элизабет чувствовала его руки, ласкающие её плечи, спину, ягодицы, от его прикосновений девушка окончательно теряла волю. Судья покрывал поцелуями её лицо, шею, спуская платье с девичьих плеч. Фролло почувствовал, как девушка напряглась, когда он слегка коснулся её бедер через платье. - Чего ты …так боишься? - судья старался, чтобы его голос звучал спокойно. - Я..., - девушка покраснела - Скажи, Элизабет, - судья судорожно вздохнул, - у тебя были мужчины? Может, пока ты жила у этих бродяг, кто-нибудь или ... Скажи, что не было… - Нет! - выпалила девушка. - Никто! Да что за вопросы такие! У судьи вырвался вздох облегчения: - Самые обычные, красавица моя, учитывая развитие событий. Я могу….- сказал вкрадчиво судья, отчего у девушки перехватило дыхание, - сделать это с тобой сейчас у стены, но не буду. В другой раз. Девушка хотела что-то возразить, но судья не дал ей и слова вставить. Как же он напоминал змея-искусителя в данный момент. - Просто расслабься и не мешай мне сделать кое-что очень интересное. Это будет маленькая прелюдия к сегодняшней ночи. -Что … что ты собираешься… Судья приложил палец к её губам, заставив замолчать. Элизабет старалась не думать, что он делает под её юбкой, ведь это было так неприлично, но его ласки дарили наслаждение, и она полностью отдалась своим чувствам и желаниям. А вот выдержка судьи была на пределе, он изо всех сил старался не нарушить данное им слово, потому что вид полуобнажённой и желанной красавицы сводил с ума. Девушка обняла судью за шею, прижавшись к нему вплотную, прошептала: - Клод… Судья поцеловал девушку в губы и, не выпуская из объятий, сказал: - Ты даже понятия не имеешь, насколько ты хороша! - Если бы сюда кто-нибудь зашёл, пока мы…, пока ты… Судья усмехнулся: - Никто сюда не посмел войти, поверь мне на слово. Пошли в дом. Я думаю, теперь ты не откажешься отобедать со мной. Потом я уеду, у меня судебное заседание. Но вечером я вернусь, - сказал судья, сделав акцент на слове «вечер». После обеда, оставшись одна, Элизабет не могла побороть волнение до самого вечера. Она, конечно, знала, что когда-нибудь ЭТО должно будет произойти, и слышала разные истории о потери девственности, но, пожалуй, её история превзойдёт все предшествующие. Да и мужчина, встретившийся на её пути, был весьма оригинален. Дорогуша, ты всегда хотела особенного, так вот, твою просьбу НАВЕРХУ услышали - получай! Единственное, что отвлекло её от волнительных мыслей, так это приход портного и обувщика. Для Фролло остаток дня тянулся бесконечно. Ну почему это идиотское заседание назначено было именно на сегодня! Судья облегчённо вздохнул, когда всё наконец закончилось, он зашёл в кабинет, убрал папку с документами в ящик стола. И судья уже было собирался уходить, как в его кабинет вошёл капитан Шатопер со своими идиотскими предположениями, где может находиться главарь фальшивомонетчиков, которого они давно ищут. Судья взорвался: - Капитан, мне НЕ НУЖНЫ ваши предположения, мне НУЖНЫ конкретные факты! А сейчас, если по существу вам больше сказать нечего, а я полагаю - нечего, то я спешу домой! Капитан побледнел, он и так успел выбесить судью на этой неделе несколько раз подряд, а это было чревато. - Вот же где идиот!- сказал судья про себя. Он прекрасно знал, что толку от этого пустозвона и его солдат не будет, поэтому задействовал всех своих информаторов, которые напали на нужный след. Как только будет известно, где прячется главарь, судья устроит облаву. Ему лишняя шумиха не нужна, пусть думают, что он ещё далёк от цели. А сейчас пора домой, его там ждут. Судья вышел из Дворца Правосудия, вскочил на своего коня и помчался домой во весь опор. Он влетел в дом со скоростью пули, как будто здесь полыхал пожар, и хотел сразу пойти к Элизабет, но от него воняло потом, и он был весь в дорожной пыли. «Да я грязный, как чёрт, - подумал про себя судья,- сначала вымоюсь». Он приказал прислуге принести ужин к нему в покои и позвать Элизабет. Вот только попробуй ты мне сейчас не прийти! Стол был уже накрыт, когда судья вышел из купальни. На нём были только шоссы и туника, его густые седые волосы не высохли, и это придавало судье ещё больше шарма. К вечеру похолодало, поэтому судья приказал разжечь камин. Дверь бесшумно открылась и вошла Элизабет, застыв в нерешительности на пороге. Девушка и так была взволнована, а увидев судью в таком «домашнем» наряде, совершенно нескрывающем его мощную фигуру, потеряла остатки самообладания. «Вот хитрожопый, - подумала она, - именно такого эффекта ты и добивался». Судья повернулся. Хороша до неприличия. Если судья и хотел что-то сказать, то все здравые мысли покинули его голову. Он моментально пересёк комнату, взял девушку за руку, буквально втащил её в покои и захлопнул со всей силы дверь, от чего Элизабет невольно вздрогнула. Но опомниться девушке он не дал, заключив её в крепкие объятия и целуя в губы. Лишь спустя мгновение девушка ехидно заметила: - Клод, а мне говорили - будет ужин. Судья, улыбаясь, посмотрел на неё сверху вниз и сказал: - Будет, дорогая, но потом. Элизабет уютно устроилась в объятиях судьи. У неё не было слов для описания произошедшего, это было так прекрасно. Она разное слышала о первом разе в женской компании, но все эти глупые рассказы не шли ни в какое сравнение с тем, что она испытала с Клодом. Он был одновременно нежным и страстным. Но беспокоил только один вопрос: что дальше, когда он получил желаемое? Судья почувствовал неладное, когда девушка невольно нахмурила свой прелестный лобик. Он коснулся ладонью её волос и с беспокойством в голосе спросил: - Что-то не так? Тебе больно? Элизабет посмотрела на него: - Нет. Всё было прекрасно, но…, - она запнулась. - Но? - судья испытывающим взглядом посмотрел на Элизабет. «Что ещё за «но»? - подумал он. - Ты получил, что хотел…. Часто мужчины…. Судья прервал Элизабет на полуслове: - Элизабет, я не выкину тебя на улицу, если ты об этом. И никуда не отпущу. Если повернуть время вспять, то я сделаю с тобой всё то же самое. Девушка хлопнула своей ладошкой по судейской груди: - Ну кто бы сомневался в твоих методах! Судья перехватил её руку, поднёс к губам и сказал: - Моя маленькая хитрая бестия, если в твоей умной головке существует план по вытягиванию у меня информации о том, как я попадаю в твоё время, могу тебя разочаровать - забудь об этом. Ты никогда туда не вернёшься! Девушка тихо вздохнула, судья сделал вид, что ничего не заметил, а любые укоры совести он заглушал. Фролло был глубоко небезразличен Элизабет, но она надеялась на то, что ей удастся узнать способ, как вернуться домой. Она не была наивной и понимала, вряд ли судья расскажет всё за бокалом вина, но надеялась на то, что он может проговориться во время постельных баталий. Однако судья разбил все её надежды. Фролло сказал совершенно невинным тоном: - Кажется, кое-кто говорил про ужин. Я думаю, - добавил он уже ехидным тоном, - у нас впереди ОЧЕНЬ НАСЫЩЕННАЯ НОЧЬ. Элизабет ничего не сказала, лишь покраснела от смущения. Судья встал, обмотав покрывало вокруг бёдер, пошёл к столу. Элизабет хотела последовать его примеру, но судья сказал: - Мы будем ужинать в постели, красавица моя. Утром судье вставать не хотелось. Это была потрясающая ночь, непохожая на другие: холодные, одинокие и бессонные. И он бы с удовольствием не поехал во Дворец Правосудия, но дела отложить было невозможно. - Проклятье! - тихо ругнулся судья. - Что такое? - сонно прошептала девушка. - Я впервые жизни не хочу никуда ехать. Я просто хочу остаться с тобой, Элизабет. - Так оставайся, - промурлыкала она. - Не могу, дорогая. У меня много важных дел. - Даже не позавтракаешь? - О нет, - хохотнул судья, - после нашей с тобой ночной пирушки мне кусок в горло не лезет. А дела у судьи действительно были, и это не только подготовка предстоящего судебного заседания, Фролло точно знал, что со дня на день его ищейки сообщат ему местонахождение той мрази, которую он так долго искал. Судья, словно в воду глядел, не успел зайти в кабинет, как пришёл солдат и доложил, что судью спрашивает какой-то странный человек. Фролло приказал привести посетителя к нему, понимая прекрасно, о ком идет речь, тем более, с людьми подобного сорта он старался никогда здесь не встречаться, за исключением экстренных случаев. Информатор сообщил Фролло, где именно скрывается главарь фальшивомонетчиков с остатками банды, и если судья хочет их повязать, то стоит торопиться, так как они собираются сменить место своего укрытия. Для Элизабет день прошёл в размышлениях: от приятных мыслей о прошедшей ночи до серьёзных: как быть дальше? Она прекрасно понимала, что не свободна, и её «прекрасный принц» не отпустит. Девушка очень скучала по дому и прежней жизни. Как и откуда Клод попадает в её время? Думай, думай… Это должно быть конкретное место. Но это может быть где угодно… Дом, сад, лес…. Нет, не может. Вспомни, где ты очнулась впервые…. В его кабинете в этом, как его там, Дворце Правосудия. Но ты забыла одну вещь, дорогуша, попасть в кабинет незаметно в отсутствии судьи невозможно. От мыслей её отвлек шум и возня за дверью. Раздался грозный голос судьи: - Чистых тряпок мне и воды! И живей, пока я вас не прибил! Элизабет вышла в коридор и увидела судью. Он был ранен и прижимал руку к груди. Его плечо, перебинтованное разорванной туникой, было в крови. Плащ валялся на полу. Девушка никогда до этого момента не сталкивалась с ранениями, кровью и со всеми вытекающими последствиями, поэтому была шокирована. Она побледнела и сказала: - Клод! Что случилось? Судья, стойко переносивший боль и, заметивший её испуг, не хотел пугать Элизабет ещё больше, спокойно сказал: - Рана несмертельная. Я знаю, что мне делать. Девушка подошла к судье, даже ей было понятно, что рану нужно промыть, перевязать, а сделать всё это одной рукой тяжело. - Я иду с тобой! Это не обсуждается! Судья пожал здоровым плечом, ему сейчас было не до споров, хотелось скорей заняться раной.