Сны снятся придуркам

Железная дверная ручка металась в раздумьях Нагито. Открыто, либо же нет? Повесив всё на свою удачу, он вздохнул и упёрся об ручку, делая рисковый шаг, чтобы её дёрнуть. Щелк и дверь оказалась открыта. Радости не было предела. Наконец ему повезло! Повезло увидеть комнату своего одноклассника, а может и его самого. Абсолютный Счастливчик не заходил в свою комнату прежде, так что, он решил немного исследовать комнату знакомого. Ведь то, что у него, так и у Комаэды тоже? Абсолютно. У всех они должны быть одинаковыми. Так считал Нагито. Побродив туда сюда, он понял одно. Она мало чем отличалась от комнат на острове Бармаглот. Книжная полка, кресло, два окна, телевизор, тумба и кровать. На кровати спал, может притворялся, Фуюхико. На нем уже не было этой старой черной повязки на глазу. Неужели он так устал? Единственным отличием были темные обои на поверхностях стен. На одной из них висел самурайский меч на подставке. Он прямо таки извергал искры от острой стали. Притронувшись к нему кончиком пальца, Везунчик мгновенно получил порез, который истекал маленькими капельками крови. "Не стоило делать это моей рукой" - подумал тот, считая, что лучше бы притронулся железом на второй руке. Он не считал это своей рукой, по сути, так оно и было. Ранее это была рука Джунко Эношимы. Нагито не жалел о своем пожертвовании ей, с таким то имплантом можно хоть весь земной шар поднять.  Он не старался быть тихим. Он был собой. Комаэда не любил ходить "на цыпочках" или "бесшумно", чтобы не разбудить человека. По его словам, это очень глупо. Он вёл себя так, будто это его комната. Абсолютный Счастливчик подошёл к тумбе возле кровати, прямо возле лица Кузурю. Немного окинув взглядом сопящего знакомого, Комаэда открыл тумбу. Какова же радость оказалась, когда он увидел в ней печенья с шоколадной крошкой. "Интересно, он каждое утро вытаскивает по одному печенью, либо растягивает несколько на весь день?" - поинтересовавшись такой мыслью, блондин вспомнил про коктейль. Его одноклассник всем своим видом говорил, что ему не нравятся такие вещи. Но ведь, когда он пробовал напиток, было видно, что ему не понравилось?  Перед тем, как уйти, он словил взгляд на небольшой трещине около часов над кроватью и, ловкими движениями ног, Нагито быстро ускользнул из комнаты, как будто его там и не было. Но как только он вышел, его ждало лишь длинное лезвие у шеи, похожее на меч. — Что ты делал в комнате Юного Господина? - резвым, томным, но тихим голосом проговорила она. Да, она. Это была Пеко. Она уже давно поджидала его возле двери, не позволяя себе зайти, так как не хотела разбудить Кузурю криками Нагито о пощаде. — Ахаха, какая встреча! - начал он, разведя руками, вовсе не боясь кончика острия - Я просто осматривался. Он не скрывал того, что был там. Не пытался соврать. Говорил, как есть. — А ты не хочешь проверить, что там с твоим Господином? - уже более безумно говорил он, поправляя свои волосы - Вдруг, я сделал ему то, чего не следовало? — Ты столько раз говорил такие вещи.. Если верить твоим словам, то всё совершенно наоборот. - похоже, что Пеко сдалась и опустила меч, устремляя глазами в пол. - Я рада, что его сон не потревожили. Она улыбнулась. По её улыбке можно было понять, что она сделала это чтобы не защитить, а лишь проверить состояние Фуюхико таким образом. Видимо, Пеко слишком сильно о нем беспокоилась и старалась как можно меньше его тревожить. Понятное дело, что никто из учеников уже не прольет кровь и не впадет в Отчаяние, так что Нагито не о чем было волноваться. Если он, конечно, вообще волноваться умеет. Они буквально минут пять стояли в полной тишине, пялясь друг на друга, пока Нагито не решился всё же покинуть тихое место. — А куда направляешься? - сказала вслед та, которая совсем недавно указывала своим мечом. — Да так, спать не хочется, вот я и... - решил уйти от вопроса Комаэда, продолжив - А ты порой, устала наверняка? Не будешь же ты всю ночь тут сидеть? Лучше будет отдохнуть, не так ли? И после этих слов, он с улыбкой вышел из внутренней части корабля на свежий воздух. Нагито ожидал так же встретить человека с бессонницей, и он оказался прав. Кто то заядло плакал и шморгал носом, пытаясь привлечь к себе внимание только что вышедшего Комаэду. Видимо, этому человеку не хватало внимания. А может, так лишь кажется и эта девушка просто громко плачет. Она сидела на самом краю борта, крепко держась за перила. Нагито решил не проходить мимо, а сел рядышком вместе с ней. В тишине. Он наблюдал за луной, которая ярко светила ему в глаза. Луна не похожа на солнце. Несмотря на то, что она блеклая и тусклая, луна пытается помочь человеку найти свой путь. Показать свою дорогу. Например, как такую дорожку, которая сейчас лежит на океане и горит отблеском маленьких звёзд. — Комаэда... - всхлипывая, обращалась девушка, чьи волосы могли светится при виде луны  - Я.. Я не могу забыть своих родителей. Время так быстро летит. Летит, как стая птиц на юг. Летит, как лепесток цветка съезжает по быстрому течению воды. Так легко.  Совершенно недавно все желали покинуть свое прошлое и отдаться Будущему. Все смеялись, веселились и бросались в пляс. А что сейчас? И что будет дальше? Какова будет жизнь на острове после всех тех вещей с программой Нового Мира? — Стоит ли отпускать всё сейчас? - захлебываясь в слезах, спрашивала она - Может... Может, немного позже.. Опустив свои руки, она попыталась стать на край. У неё получилось. Получилось же... Но если получилось сделать такой рисковый шаг, значит и всё остальное получится? Зачем унывать в такие шикарные моменты, когда можно радоваться жизни? Нужно просто знать свою границу. Границу жизни и переплётов книг. Когда читаешь книгу, она может вызвать то, чего не вызывал никто. Злость, страх, грусть, радость. Четыре основных эмоций содержатся в одной лишь книге. Так ведь и в жизни. Ты читаешь, читаешь, читаешь. Ты ходишь, ходишь, ходишь.  Ты чувствуешь, чувствуешь и чувствуешь! Так зачем рисковать тем, чем рисковать не хочешь? — Если ты сделаешь это, Темная Королева, - это говорил не Везунчик, а уже кто - то из потустороннего мира - то попадешь в Ад, даже не отдав мне свою жертву. Нагито лишь наблюдал, размышляя о совершенно другом человеке. А точнее, о ситуации, которая случилась с ним сегодня. Не обращая внимания на всхлипы, он заметил четырёх хомячков, которые подползали к туфлям девушки, забираясь все выше, чтобы расположиться на её ключицах. Без слов, она повернула свою голову на голос, звучавший позади. Похоже, он принадлежал Танаке Гандаму. — Лицо, созданное из слёз, не приведёт к хорошим событиям этой Смертной жизни - Улыбнулся тот, пытаясь показать в себе всё сожаление о случившемся. Хоть ему довольно трудно показывать эмоции, Сония хорошо его понимала. Гандам подошёл чуть ближе, надеясь, что та всё же послушается его слов и не спрыгнет. Она не шелохнулась и, похоже, ждала помощи. Сейчас она была похожа на одних из таких же хомячков, которым нужна забота и тепло. На самом деле, Нагито даже не догадывался, что у Невермайнд были суицидальные наклонности. Насколько давно у неё такая жизнь? Правда ли в том, что Сония помогает Танаке, а не он помогает ей? Возможно, проблемы вовсе не у Абсолютного Животновода. А может, у них двоих. Вдруг у них есть общее горе и они сблизились не только из-за предпочтений о оккультизме? Вот он уже протягивает Принцессе перебинтованную руку, а та, боясь дотронуться до больного места Гандама, немного отстраняется. — Ты уверен? - тихо проговорила Сония, пытаясь остановить слезы за своих "пропавших" родителей. — Полностью. - кратко ответил тот, чтобы не показать лишних эмоций. Аккуратно взяв руку Гандама, Сония наконец вышла из опасной зоны своей жизни. Подумать только. Один шаг и тебя уже не будет существовать. Один шаг и ты потеряешь все, что имеешь. Интересно, а что бы было, если бы Животновод не появился? Она смогла бы пересилить себя и сделать этот шаг? Погибнуть и забыть не только прошлое, но и Будущее. Забыть все на свете. — Четырем Темным Дэвам Разрушения не нравится, что вы проливаете свои слезы. - и снова Танака скидывает свое беспокойство на хомяков, уже засыпающих не ключицах Невермайнд - Так что... Они п-приказывают мне сделать странную в-вещь... - стал заикаться и нервничать тот. Совершенно внезапно Гандам взял в свободную руку шарф и сжал его в контуре своей руки, чтобы провести своими пальцами по светлому личику Сонии. Он пытался вытереть все слёзы с её лица. Причем делал это так неаккуратно и неуклюже, что просто размазал их. Он никогда такого раньше не делал. Абсолютная Принцесса лишь хихикнула и потерлась носом об руку, обвязанную в уже мокрый участок шарфа. Первый раз о ком то позаботился без всяких своих типичных фразочек. Ну подумаешь, спихнул все на хомяков. Что это меняет? В глубине души он сам захотел это сделать. Он смог. Этот момент он никогда не забудет. И пусть завтра наступит Будущее, для них оно уже наступило. — Спасибо... Твои хомяки превосходны! - очень тихо проговорила она с беззаботной улыбкой -  Могу ли я? Танаке показалось, что она хотела погладить хомячков, поэтому беспрекословно кивнул, но как оказалось, она протянула свою руку совершенно в другом направлении. К его волосам. Такие черные, с отблеском серебристых прядей. Изначально он отстранился, но увидев эту улыбку, которая была уже без слов горечи на губах, пришлось приклонится своим запретам. Буквально минут пять назад Гандам разрешил взять себя за руку. Но уже спустя эти минуты, он позволил ворошить его волосы, которые недавно собирал в привычный ему вид. Кажется, они берегут друг друга намного больше, чем ожидалось. Но, видимо, почему то немного боятся? Боятся сблизиться или боятся расстаться? Интересно, что же им мешает? Казуичи Сода? Да врятли. А, кстати, вот и он. Очень внимательно наблюдает за тем, как "парочка" ушла, и, кажется, что то пьёт. Все надеются, что он когда нибудь смириться со всем происходящим. Он уже не гласит "Мисс Сония! Для вас я сделаю, что угодно", уже не пытается пойти на что-то большее, кроме дружбы. Сода может лишь посматривать и надеяться. Казалось, что в Будущее он хочет вступить самым первым. Все лишь для того, чтобы отбросить не только прошлое, но и свои чувства. Чувства, как молоко на плите. Если слишком долго ждать, то оно может убежать. Чувства очень хрупки и их легко разбить. Но только не для Казуичи. Он искренне верит, что у них хоть что то могло бы и получиться. "Вот если бы не этот хмырь со своими хомяками..." - продолжал бормотать он всё своё свободное время. Не ученикам решать, кто виновен в его судьбе. Может, сам Казуичи виновен, раз не мог делать первые шаги без маски придурка. А может, сама Сония подумала, что тот ей не подходит.  Копаться в чужом белье совершенно никому не хочется, поэтому никто в их отношения старается не лезть. Но одного хотят все. Каждый хочет своего Будущего. Без ссор, пустых разборок и драк. Чтобы лишь одна Надежда была в их сердцах. — Нагито, вот скажи ты добрым словом - уже успел подойти к Счастливчику, Абсолютный Механик,  который был немного пьян. - Вот сможешь ты сказать, что нас дальше ждёт? Вот когда мы сможем жить все счастливо? Как в... - потупился тот на небо, держа в руке знакомый стаканчик - Как в сказке, например. На этот вопрос Нагито не мог ответить. По крайней мере - сейчас. Он сам не может знать, что может их всех ждать. Повернувшись на голос Механика, он последовал примеру Сонии и привстал, уходя на безопасную зону корабля. Заметив то, чего не зотел замечать, он быстро подошёл к Соде. — Ты тоже не знаешь ответ? - выдохнул с огорчением Казуичи - Ну, я так и думал. Он было уже хотел уходить, как его резко схватили за рукав, делая болезненную крапиву¹. — Эй! Ты чё делаешь? - удивлению не было предела - Больно же! Чтобы Нагито, да такое сделал? Что вообще привлекло его такое внимание, если он ранее не прибегал к физическому насилию? Его взгляд не отлипал от одной вещи. Вещь, ради которой он сюда пришел. Вещь, которая так ему была нужна. Вещь, которая оказалась пуста. Лишь маленький кусочек мяты расплывался на дне. — Ты мог бы хотя бы спросить... - проговорил про себя тот, уже с неким безумством глядя в глаза, но после быстро пришел в себя, отпустив рукав друга. — Что? Совсем кукухой поехал?  - не расслышал Механик, быстро схватив свою руку, обхватив её второй рукой, бросив пустой стакан на пол - Я конечно знал, что ты жуткий, но это уже границы переходит! "Жуткий". Жуткий, жуткий, жуткий, жуткий. Все называют его жутким.  Насколько он жутким может быть, чтобы он сам поник в своей жути?  Жуть, жуть, жуть, жуть. Это слово растягивают, оставляют на зубах, лопают, давят, высасывая из него все соки. Жуют, как жвачку. Бесит, бесит, бесит, бесит. Как же бесит! Хочется врезать. Врезать, ударить, убить, заколотить. Но вновь всё проходит. Проходит все беспокойство, тяжесть, слух и голос. Слова становятся обычными. Ты привыкнул. Так если ты привыкнул, почему так зол? С чего вдруг тебя разозлило это слово? А может... Может дело вовсе и не в слове, которое Нагито слышал каждый божий день? Хотя нет. Дело в том, что этим словом он Комаэду добил. И не чтобы, Везунчик хотел  этого. Совсем нет. Он скорее... Не понимает. Не понимает, почему это происходит с ним. — Извини, ахаха - трепетно окликнул уходящего Соду, покрывая все несчастным смехом, Нагито - Я не знаю, что на меня нашло... - уже совсем тихо, будто он винил себя, буркнул тот. Все ещё оказавшись в непонятных чувствах, Комаэда лишь сел рядом с осколками и одним кусочком мяты. Те осколки, из-за которых он так решительно шёл. Шел не оглядываясь, к своей цели. Он всего то хотел помочь. Так чем обернулась его помощь? Что он сделал? Что он сделал не так? Нет. Что он сделал с собой? Какая муха привела его к тому, что он перестал себя понимать? Хлопнув себя по щекам, пытаясь уйти от страшных мыслей, он привстал и ринулся обратно во внутреннюю часть корабля, даже не убрав осколки. Он хотел забыть. Забыть и поверить. Поверить в Будущее, забыв прошлое. Как только он зашёл, его окутало странное чувство. Будто всё, что он сделал за эту ночь - было правильным исходом событий. Не нужно переигрывать пластинку. Не нужно перезаписывать кассету. Не нужно исправлять события. Всё идёт своим ходом. Вот когда то и до него дойдет. Когда то ему начнет везти. Его талант - как детские качели. Ты можешь с них упасть, а можешь хоть всю жизнь кататься. Он не чувствовал, что упал. Но и не катался тоже. Чувства были очень странные. Казалось, что ты мертв внутри. "Стоит прийти в себя" - с испуганными глазами, как у ребенка, у которого забрали что то ценное, он стоял в коридоре, а после поплелся в общую ванную комнату. Умыться. Действительно! Это все страшный сон. И как только он умоется, все пройдет, так же? По дороге к умывальнику, он не обращал внимание ни на что, кроме самого себя. Он не следил за временем, а лишь поглядывал по бокам, стараясь избежать чужих ног, а с тем и глаз. Наконец дойдя до раковины, которую он так ожидал увидеть все это время, Нагито включил кран. Полилась вода. Яркая, кислая, черная, сладкая? Нет. Она была прозрачная. Сквозь нее можно было увидеть искаженные лица. Лица темных тварей. На одних из таких всплыло лицо Эношимы на зеркале. Такое красивое, милое и непринужденное. Будто она ни в чем не виновна. Ничего не было. Комаэда не понимал... У него что, галлюцинации? Не мог же он превратится в эту мразь! Голоса, шепот, изморозь, жар. — Глупый, глупый, глупый! - она смеялась, заливалась слезами. - Глупый мальчишка! Смех звенел в ушах, стало невыносимо это слушать. Что происходит? Его руки не слушаются, а голос будто пропал. Он смотрит, как им управляют. Как куклой. Вот поднялись руки Комаэды, указывая на зеркало. Одна рука была его... Но вторая. Это была она! Её рука, её лицо, её смех. Как такое возможно? Кровь вскипела, всё началось заново. — Ну давай, покажи,что ты можешь! - смех взрывал перепонки, она кричала. - Покажи, что может этот жуткий парень! Жуткий. Снова. Зачем, за что, когда и откуда? Кибер имплант, отражающийся в зеркале, показывал совершенно иное. Не хотелось существовать, когда знаешь, что эта тварь находилась в тебе. Когда её Отчаяние разносилось по всему твоему телу. Когда ты подчинялся этой суке, чтобы уничтожить мир. Всё взбесило. — Мы сказали... - хрипевши, будто его душили, говорил Нагито - Мы обещали... Абсолютный Везунчик не хотел понимать свои слова. Но казалось... Он наконец смог поверить в своих друзей. Он начал верить. Верить в своё Будущее. — Что там говорит никчёмный мальчик? Где твоя удача, а? - прекратив смех, громкий звон по ушам превратился в глухой стук - Ну давай же! Наполнись моим Отчаянием сполна! — Мы обещали, что забудем прошлое. - продолжил тот, не обращая внимание на её слова - Каждое Отчаяние ломает Надежда. И если нужно будет.. Мы сломаем тебя ещё раз! Крик, полный Надежды, разнёсся по комнате. Звук разбитого стекла заглушил все писклявые звуки из ее рта. Тело не двигалось. Зеркало разбито, а рука в крови. Такого никогда раньше не было. Неужели его поступок в прошлом будет преследовать Нагито всю жизнь? Но он же не винит себя за то, что отрубил себе свою руку и пришил чужую... Так почему его кошмары преследуют Везунчика? Все стало на круги своя. Джунко не было. Был лишь он, прозрачная вода и тусклый взор. Настолько тусклый, что ничего не видать в нём. Хочется упасть и проснуться на круге своём. Прошу, окажись это сном, хорошо? В глазах Комаэды потемнело, и он бросился на белую плитку, издав тупой звук тела.