В лодке

*** Смоллетт лежал в каюте. В полном одиночестве и покое. Ливси приходил принести воды, еды и сменить повязки. Доктор напряженно молчал, что в было несвойственно такому веселому и доброму человеку. Сейчас он не находил что сказать капитану даже в утешение. А Смоллетт все понимал. Грядет сложный и тяжелый разговор. Джим. Боже, сколько сложностей с этим мальчиком… Да, юнга нашел карту, раскрыл заговор, украл корабль, но от его самовольных выходок становилось страшно даже Ливси. Но доктор долго и упорно был уверен, что сам будет воспитывать Джима, раз уж тот осиротел. Капитан так и не поговорил с Джимом, что немного его угнетало. Мужчина понимал, что Джим добровольно с ним никуда не пойдет, да и теперь он ранен, Ливси тоже не отдаст ему ребенка. А жаль. Очень жаль. Смоллетт понимал, что детей у него своих никогда не будет, а брать другого малыша он не хотел. Даже не думал об этом. Часто, когда капитан оставался один, вспоминал тот момент, когда Джим прижался к его груди, а потом обнял за торс. Такое теплое ощущение, когда что-то живое нуждается в тебе. Не стоило его так сильно наказывать… Хотя нет, стоило и еще сильнее. Мальчик совершенно не чувствует опасности. Но Александр был точно таким же, смелость его граничила с безумием. Но Джим спас их. Увел корабль в одиночку, но почему? Стоит спросить? Тогда почему доктор молчал и казался очень напряженным? — Доктор, — решился заговорить Смоллетт, когда тот принес воду и ужин, — Присядьте. Ливси удивленно поднял брови, но не спорил, молча сел на стул около кровати. — Как… как там Джим? — как бы невзначай спросил капитан, рассматривая книгу на простыне. Ливси постарался скрыть свое удивление и мягко улыбнулся. — Устает, работы много. Спит, как сурок — усмехнулся Ливси, вспоминая как мило Джим утыкается в его грудь, когда спит, — А так хорошо, не болеет. — Хорошо, — будто равнодушно буркнул капитан, но глубокий вздох его выдал, — Какие планы на его будущее? Теперь вздохнул Ливси. — По правде мне тоже необходимо об этом с кем-то поговорить. Трелони не очень разбирается, — хмыкнул Доктор и подал раненому воду, — Я не хочу Джима сразу отправлять в школу, он сильно травмирован. Но учиться ему нужно, без вариантов. Первое время я могу его обучать грамоте, но и это будет минимум через пол года. Пока разберемся с сокровищами, да и нужно дом подыскать. Там мальчик сильно будет тосковать по родителям и климат его погубит… да и мне там больше делать нечего… — доктор опустил погрустневшие глаза в пол, — Я, конечно, могу его таскать с собой и в Лондон и в другие графства, но это пойдет ему во вред. Вы же видите, какой он запуганный и нервный. — Он и до этого был такой или…? — капитан не знал как закончить вопрос, так что оставил его висеть так. — Он и до смерти родителей был таким. Я, дурак, подумал, что мальчику будет лучше от новых впечатлений. Но вот, как все вышло. Смоллетт положил правую руку на плечо Ливси. — Я тоже бы так подумал, — признался капитан, — он совсем не знает как держатся в обществе и самый легкий способ это исправить — создавать больше ему таких преград. А вообще, не загадывайте наперед. В Бристоле мы еще вернемся к этому разговору. Доктор только кивнул головой и с благодарно улыбнулся. *** Подобрав команду в Америке, экипаж «Испаньолы» наконец мог вздохнуть спокойно. Стало легче и капитану. Не раз и не два, мужчина посылал за Джимом. Иногда просил мальчика убраться в каюте, иногда, чтобы мальчик прочитал в слух, так как капитан сильно уставал. Убирал мальчик шустро, тихо и качественно, а вот когда его попросили почитать, Джим замялся. — Но я не очень хорошо читаю, — смущенно признался мальчик. — Тем лучше, — равнодушно ответил капитан, — практика тебе необходима. Хокинс нахмурился, но не стал спорить. Робко присев на стульчик, Джим старался не допускать ошибок, но все равно часто получал поправки. Это был достаточно неплохой учебник по географии и юнга задавался вопросом, почему капитан читает это? Он решился спросить это перед сном у Ливси. — Доктор, — тихо позвал Джим, когда мужчина еще не лег в постель. — Да, малыш, — отозвался Ливси, наводя порядок на столе, после рабочего дня. — Капитан Смоллетт почему-то просит, чтоб я ему читал… нет, это не проблема для меня. Это хорошая практика… он так считает, — задумчиво, но больше сонно, рассказывал мальчик. Он лежал на кровати в белой ночной рубашке, ближе к стене. Ливси спал ближе к выходу, чтобы на случай если кому-то понадобится его помощь, он не будил Джима. — Тогда, что тебя так беспокоит? — поинтересовался врач, готовясь ко сну. — Ну, это такая простая книжка про страны… ну вот как в школе учебники. Просто я думал он читает более сложные книги, где много цифр. А это такая простая книжечка. Хокинс потер глазки и говорил уже тише. Ливси присел на кровать и погладил мальчика по голове. — Может, он хочет освежить себе память, а может, хочет подтянуть твои знания, — предположил мужчина, хотя был полностью уверен во втором. - Наверное, - тихо сказал Джим, повернулся на бок и заснул. Ливси гладил мальчика по голове и спине, сам себе усмехаясь. Так мило и ласково этот ребенок спал. *** Дорога до Бристоля прошла без проблем и очень быстро. Уже в гостинице, пока доктор и сквайр решали свои дела, капитан отлеживался перед поездкой домой, а Джим его развлекал шахматами и картами. — Ну пожалуйста, только один раз, — умолял Джим. — Хокинс, доктор запретил карты, — напомнил капитан, перелистывая книгу. — Ну пожалуйста, — с щенячими глазками просил Джим. — Нет, — твердо отрезал капитан. — Вы не справедливы, — буркнул мальчик и бросил колоду в пачке на стол. — Хокинс. — Очень-очень несправедливы, — уже увереннее отозвался мальчик и сел на стул возле выхода. Затянулась пауза. Джим явно был обижен. — Принеси-ка мне воды, дружок, — попросил капитан. Юнга подскочил и быстро налил воды из графина. Но Смоллетт не хотел пить, он схватил мальчика за руку, стоило ему подойти. — Ты снова мне дерзишь, молодой человек… — Мы уже не на корабле, — перебил Джим. — Я не закончил, Хокинс. Сейчас ты сядешь за стол и сто раз напишешь: «Я не должен дерзить взрослым, обманывать их и не слушаться». У тебя время до прихода доктора… — Нет, я не стану писать ничего, — упрямо сказал Джим и попытался вырваться. — Опять? Несмотря на то, что капитану было еще больно, он все равно поднялся. Мужчина держал Джима за руку и подвел к стене. — Будешь стоять в углу, до тех пор пока не одумаешься или пока не придет доктор. Попробуй только отойти, — пригрозил Смоллетт. Мальчик упрямо стоял двадцать минут, ноги уже болели и спина тоже. Очень некстати доктор пришел раньше. — Как вы тут? Ого, что происходит? — поинтересовался Ливси и подошел к Джиму. — Хокинс никак не поймет, что дерзость и непослушание не приемлемы, — спокойно ответил капитан, не отрываясь от книги. — Что случилось, Джим? — доктор повернул паренька к себе. — Я хотел поиграть в карты, — тихо ответил Хокинс. — Господи, мальчик мой, мы же столько раз говорили об этом, — доктор присел, чтоб быть на одном уровне с мальчиком, — Ты прекрасно понимаешь, что я против азартных игр. Почему бы не поиграть в шахматы или что-то почитать? — Надоело, — фыркнул Джим. — Тогда иди переодевайся, пойдем, погуляем, — предложил Ливси. Мальчик оживился и выбежал из комнаты. — И вот опять, — хмыкнул Смоллетт, — Так точно ничего не выйдет. — Простите, — усмехнулся доктор, — Как подумаю, что он не будет рядом целых пол года… Смоллетт посмотрел на собеседника, в его глазах блеснуло сочувствие. — Значит решилось окончательно? — спросил Смоллетт, откладывая книгу. — Да, дом придется строить новый, думаю ближе к югу… — доктор хотел сказать больше, но никак не решался, — Он сгорел. Полностью. Думал, что поживем пока в трактире Джима, но мальчик не захочет жить там после того, как пираты заляпали его кровью родителей… — Что-то еще? — капитан уловил еще подвох. — Трактир тоже сгорел… Видимо оставшаяся в Англии шайка искала карту. Точно не известно, но вряд ли это связано с Сильвером. Может, кто-то через нашего общего друга узнал о сокровищах. Ибо поместье Трелони тоже превратилось в руины… собственно, как и вся деревня. Смоллетт нахмурился. — А вы не думаете, что вам в принципе нельзя показываться в своем округе? — спросил капитан. — Да, — тут Ливси тяжело вздохнул, — Не хотел нагнетать, но похоже беды с этим кладом не закончились. Нам лучше пока разъехаться по разным уголкам Англии и никому не говорить где мы, сменить имена что ли. Вы понимаете о чем я? Капитан кивнул. — Я заберу его в Шотландию, там искать не будут. Только у меня несколько просьб. — Конечно. — Заткните Трелони. Все должно быть тихо, мое имя в принципе не должно звучать, а Джим поехал учится в Итон, — серьезно сказал Смоллетт, — Мальчика готовьте к переезду, одежду и прочее можно купить и там, главное морально готовьте. Лучше сегодня, и скажите ему правду. Есть угроза и мы не хотим его подвергать опасности еще раз. В любом случае, я оставлю вам адрес, будете писать от разных имен, а если понадобится сможете приехать. — Я хочу, чтоб он уехал уже сегодня вечером. Я с ним поговорю и соберу вещи на первое время, — доктор встал и уже собирался уходить. — Вся команда знает об этом? — Смоллетт тоже поднялся. — Да, мы всех предупредили, чтоб помалкивали и не распростронялись по поводу имен. Трелони я не скажу, ни что Джим у вас, ни что вы живете в Шотландии. *** А Джим не ожидал подвоха. Он оделся в новенький костюм и с довольной улыбкой гулял с доктором. Его не пугало, что прогулка оказалась очень короткой, вечером мальчик планировал тоже пройтись с доктором и посмотреть на ночной порт. — Мы погуляем еще ночью? — спросил Джим. — Мальчик мой, мы должны поговорить, но у нас еще есть несколько дел. Нужно купить тебе еще немного одежды и пару сапогов, — ответил Ливси и завел мальчика в магазинчик, где они только недавно скупились. — Что, опять? — захныкал мальчик. — Мы очень быстро, — пообещал Ливси, — Здравствуйте, нам на этого мальчика подобрать уже готовые костюмы нужно. Все оказалось действительно быстро. Доктор только смотрел на качество и размер, не всегда спрашивал у Джима, нравится ли. Рубашки, белье и чулки мужчина подобрал быстро, с костюмом и сапогами было немного дольше. — Сейчас пойдем пообедаем, — с облегчением озвучил доктор. Обернувшись, его внимание привлек один человек, он натянул шляпу на лоб, чтоб лицо не разглядели. — Доктор, — тихо шепнул Джим. — Что такое? — удивленно спросил Ливси. — Тихо и незаметно посмотрите на право. Там тот самый Черный Пес, — шептал Джим и смотрел себе под ноги. Ливси повернулся и увидел несколько не самых приглядных джентльменов. Благо улица оживленная. — Пошли быстреноко, но спокойно, — тихо скомандовал доктор, поправив треуголку на голове мальчика. Добравшись до гостиницы, доктор настоял на том, чтобы Джим пообедал в своей комнате. — Но как же… — начал было Джим. — Иди, малыш, я сейчас приду, — заверил его доктор. Но Хокинс не притронулся к еде, дожидаясь мужчину. Но в комнату пришел не только Ливси, но и Смоллетт. Не к добру это. — Джим, времени очень мало. Возможно это окажется ложная тревога, но мы не можем рисковать, — начал доктор, усаживая мальчика за стол, — Кушай, я пока тебе вот что расскажу. Ты же видел сегодня этого Черного Пса, а в нашей деревне были не случайные пожары, да и есть еще несколько причин полагать, что все кто связан с этими сокровищами в опасности. Только что вернулся Трелони, на него было совершено покушение. Прости, малыш, но ты на какое-то время поедешь в Шотландию с капитаном Смоллеттом. Джим вскочил из-за стола от последнего предложения. — Я не хочу! — Джим, послушай, — Ливси попытался вернуть парня за стол. — Нет! Вы обещали, что не бросите меня! — в слезах выпалил Хокинс, — Вы обещали! Теперь бросаете! Это нечестно! Я не хочу! Доктор схватил мальчика за плечи и рывком притянул к себе, крепко обнимая. Джим вырывался и плакал. — Мальчик мой, я тоже не в восторге… послушай меня… Слышишь? Джим, это только на полгода. Потом я тебя заберу. Мы разберемся здесь, я построю нам дом и ты вернешься ко мне. Я обещаю, малыш… ну тише… Джим уже рыдал в истерике, обхватив торс доктора руками. — Я боюсь… — Все будет хорошо, Джим, — утешал доктор, — Я буду каждую неделю писать. — Я хочу остаться с вами… — Нельзя, малыш. Смоллетт все это время стоял в стороне. Поведение Джима напоминало поведение пятилетнего ребенка. — У нас не так много времени, Хокинс, — подал голос капитан, — А ты еще не поел. От этого Джим еще сильнее прижался к доктору. — Мальчик мой, послушай. Тебе нужно поесть, принять ванну и переодеться. Вы уедете вечером или ночью… Ну же малыш… До свидания, мой хороший. Ливси понимал, что нужно торопиться, потому подал знак капитану, чтоб он забирал мальчика. Больше он не должен показываться на глаза ребенку, иначе тот снова будет истерить, а уехать нужно тихо. — Нет! Пустите! Я не хочу! — истерически кричал Джим и вырывался из рук капитана. Но Смоллетт все равно сильнее и отлепил юнгу, крепко держа за пояс. — Нет! Отпустите! Доктор, пожалуйста! Нет! Не уходите! Пожалуйста, прошу…