искра пламени — 4
21 мая 2021 г., 17:31
Ветер. Крики птиц. Пение. Завывание. Карканье.
Это всё, что он слышал, пока наконец-то не открыл глаза.
Звуки усилились. Том в замешательстве посмотрел по сторонам: его окружали девушки в алых платьях-рубахах с венками на голове. Они держались за руки, водили хоровод и весело пели, изредка ехидно посмеиваясь, словно издеваясь над ним.
Пока остальные улыбались до ушей, девушка с короткими каштановыми волосами и шрамом у левого виска, одетая под стать остальным, молча стояла напротив, неотрывно глядя своими потемневшими из-за ночного света глазами прямо на него. И только венок из роз с шипами на голове выделял её среди прочих.
Том тут же узнал её. Кира. Имя кисло отзывалось во рту.
Летающие над головами вороны стали ещё громче каркать, а девушки быстрее водить хоровод. Их завывания усиливались, нагнетая, нагнетая и нагнетая. Реддл наблюдал за происходящим широко распахнутыми глазами. Он вновь оглянулся в попытке определить местность, и холодок пробежался по его спине, целуя куда-то в шею: они были на кладбище.
Вдруг одна из танцующих дев вышла из круга, медленно подходя к Кире со спины. На её щеках кровоточили высеченные руны, а на шее красовались засохшие следы крови. Что-то блеснуло в её в руках в свете полной луны, и Том зацепился взглядом за кинжал в женской ладони. Когда девушка замахнулась на стоящую перед ним Киру, сам того не осознавая, парень дёрнулся в попытке предупредить, но не смог даже открыть рта — губы будто сшили льняными нитками, а голосовые связки горели так, будто их просто вырвали.
Удар. Звук рассекающейся плоти. Вздох. Порывистый ветер.
И Том, который только и мог наблюдать в резкой тишине.
Кира стояла прямо перед ним, с приоткрытым ртом, и испуганно смотрела ему в глаза: кончик ножа торчал из её живота, а с губ стали стекать струйки густой крови. Она упала на колени, задыхаясь от кашля.
Том свёл брови в напряжении. Он не понимал, что происходит, а больше всего на свете он ненавидел терять контроль.
Он провёл рукой по растрёпанным волосам, медленно переводя взгляд на образовавшуюся лужу крови под ногами девушки. Она захлёбывалась кровью и ловила губами воздух, словно рыба на суше. Когда она свалилась на бок, дрожащими пальцами закрывая дыру в животе, Том развернулся в попытке рассмотреть сквозь мутную пелену, что делают остальные. Но тут же стукнулся лицом к лицу с убийцей Киры. Она стояла в нескольких неприличных сантиметрах от него и томно наблюдала за реакцией Реддла, глаза бегали по его лицу. Когда он дёргнулся сделать шаг назад, она улыбнулась и мёртвой хваткой вцепилась в его кисть.
Звенящая тишина пропала, и окружение тут же сменилось на что-то более знакомое. Мгновение — и они оказались в библиотеке.
Том снова огляделся вокруг, но так и не заметил среди забитых доверху полок того, кто привёд его сюда. Он досадно рыкнул, всё ещё чувствуя её прикосновение к своей руке, как вдруг за стеллажом промелькнуло что-то, отдаленно напоминавшее ткань платья. Том быстрым шагом направился в эту сторону, но, свернув, не обнаружил ничего, кроме грязных штор.
— А-а-а-у-у!
Послышался звонкий девичий голос где-то позади. Парень ринулся на звук, но вновь не нашёл ни девушки, ни предполагаемого источника шума. Быстро осмотрев помещение, Том уже собирался уйти, но в ту же секунду заметил кончик русой косы за крайним стеллажом. Реддл ринулся в ту же сторону, проклиная женское хихикание, эхом сопровождавшее его шаги. Глаза зацепились за подпись "Чёрные искусства", когда Том свернул к подписанным полкам, но снова ни на кого не наткнулся. Голос окончательно затих, и парень судорожно сглотнул, всматриваясь в темноту. Его терпение было на исходе, а голова резко дёрнулась в напряжении.
Его внимание вдруг привлекла книга на очередной пыльной полке: всё содержимое библиотеки было незаметным, смазанным, кроме одной единственной. Том смог бы даже прочитать её название, будь они написана на его родном языке. Он провёл по обложке влажными пальцами. К энциклопедиям явно давно не притрагивались. Никто их не брал, никто за ними не ухаживал, никто не интересовался, какую информацию они хранят... Вдруг он почувствовал чьё-то тёплое дыхание на своей шее. Том схватил первую попавшуюся книгу и резко развернулся, замахнувшись ею на человека позади... Но замер.
Это была Кира. Вся в крови. Своей крови. В её глазах плясали искры пламени, а на искусанных губах играла насмешливая улыбка. А затем она и вовсе разразилась истеричным смехом, внимательно наблюдая за резкой сменой эмоций на лице парня.
Том и не заметил, в какой момент в её руках появилось холодное оружие, но зато в полной мере ощутил на себе силу, с которой Кира пронзила его плоть ножом. Ножом, которым до этого убили её.
Не осознавая происходящее, Том смотрел то на выпирающую рукоятку кинжала, то на лицо девушки. Резкая боль пронзила его, извиняясь в задержке, и парень невольно задохнулся от нахлынувших ощущений. Он машинально схватился за холодные руки девушки, пытаясь вытащить острое лезвие из себя, но Кира лишь сильнее надавила на рукоять ножа. Она смотрела. Смотрела и обжигала его лицо своим дыханием, впитывая в себя каждую эмоцию парня. Когда собственные ноги перестали выдерживать вес тела, Том медленно упал на колени, соскальзывая по стеллажу вниз. Не отнимая дрожащих пальцев от рукоятки, Кира встала на колени рядом с ним.
Когда картинки перед глазами начали смазываться, Том зажмурился, но тут же почувствовал ледяные прикосновения к своей щеке. Дышать становилось всё труднее: кажется, ему проткнули лёгкое. Какое заклинание советуют использовать при таких случаях? Сначала стоит принять кровоостанавливающее и крововосполнящее зелья, а то он скоро отрубится. А потом уже зашивать рану. Чёрт, где его палочка?..
Пальцы на щеке медленно спустились к подбородку и болезненно надавили, заставляя глаза снова распахнуться. Парень издал хриплый звук, сжимая руку девушки напротив, но её обезумевшие глаза говорили сами за себя. Она ещё ближе наклонилась к нему и тихо-тихо, еле слышно прошептала, с пугающей улыбкой на лице:
— Ну же, Томми, мы почти сделали это…
А затем она поцеловала его, лишая возможности сделать такой необходимый, последний вздох...
Том резко вскочил с кровати, хватая ртом воздух.
Сон. Это всего лишь сон.
Парень устало протёр глаза ладонью и плюхнулся обратно в постель, мысленно прикидывая, с каких пор его начали мучить кошмары.
Для представителей Хогвартса в Колдовстворце выделили целое крыло. В точности, как в своей школе, ребята делили спальни с двумя сокурсниками и имели в распоряжении гостиную, где могли собираться по вечерам и обсуждать последние новости прошедшего дня. Единственное, что выдавало их настоящее местоположение, — мраморный потолок и тёмные обои комнат. Вместо привычных зеленых оттенков его сопровождали тёмно-серые, почти чёрные тона.
Повернув голову в сторону стоящих на тумбочке часов, Том недовольно вздохнул, зажмурился на секунду и принялся собираться на учёбу. Сегодня уже четвертый день его пребывания в Колдовстворце, и всё, что он пока успел сделать — это восторженно посещать уроки и запоминать каждое слово из уст местных учителей. По расписанию первым предметом стояли «Тёмные искусства». Признаться, это тот самый урок, который интересовал его больше всех остальных. Конечно, «Артефакторика» и «Чужая магия» также были довольно привлекательными, но к Тёмным искусствам у Тома страсть с настолько давних времён, что он и не помнит переломного момента, когда тьма начала влечь его больше света.
Позавтракав в Главном зале блинами с икрой и вареньем (что изначально показалось ему дикостью), Реддл отправился в нужный ему кабинет. Зайдя в помещение, парень обнаружил, что урок будет проходить вместе с представителями обоих факультетов Колдовстворца. Том лишь с интересом хмыкнул и сел на дальнюю, неприметную парту.
Кабинет отличался от привычных для него помещений: он чем-то напоминал древнегреческий стадион. Ученики рассаживались на разных рядах, а внизу, на своеобразной сцене, стоял преподаватель — Кощей Бессмертный. Реддл многое читал о нём перед поездкой. Бессмертный являлся чуть ли не сооснователем школы, однако взял на себя роль декана факультета Морока. Он молча стоял и наблюдал за входящими в класс учениками: руки были сложены за спиной, длинные седые волосы величественно лежали на плечах, а античное чёрное платье в пол дарило преподавателю схожесть с монументом какого-нибудь древнегреческого вампира. Выглядел же он лет на семьдесят, хотя ему точно было больше двухста.
Как только помещение заполнилось студентами, Бессмертный поднял правую руку, и в кабинете воцарилась идеальная тишина. Он несколько секунд разглядывал присутствующих, а затем произнёс на чистом английском языке:
— Доброе утро, класс! Рад приветствовать старые и новые лица на своём занятии, — Старик изучающе осмотрел шармбатонцев и мельком взглянул на учеников Хогвартса: их было немного, поскольку предметы, преподаваемые только в Колдовстворце, являлись необязательными для изучения иностранцами. — В связи с прибавлением числа студентов, чья техника магии отличается от привычной нам, было принято решение до конца учебного года проходить материал только на теоретическом уровне. При желании вы всегда можете опробовать заклинания самостоятельно во внеурочное время и обратиться ко мне за советом, — добавил Кощей и начал неторопливо расхаживать по сцене.
— С сегодняшнего дня мы посвятим наши занятия изучению запрещённых заклинаний и проклятий. Колдовстворцы прекрасно знают наши правила, но для новоприбывших я на всякий случай повторю, — Преподаватель строго посмотрел на сидящих вдалеке шармбатонцев. — Мы изучаем Тёмные и Чёрные искусства не для использования, а для умения распознавать их в лицо. К седьмому курсу вы уже должны повзрослеть и осознать последствия применения изучаемых заклятий во внеклассное время, а они, поверьте старику на слово, всегда будут. Так что думайте, в первую очередь, головой, и помните о том, к чему это может привести. Итак, сегодняшнее занятие мы посвятим изучению проклятий и начнём с Экспульсарио. Кто-нибудь слышал о нём?
Руку подняла ученица Морока с густой чёрной косой на правом плече.
— Прошу, просветите нас, Елена.
Девушка что-то ответила на русском языке, после чего преподаватель удовлетворенно кивнул и повернулся спиной к сидящим в зале студентам.
— Перевожу слова Елены на английский язык: «Данное проклятие поражает участок тела, в которое оно попало, и взрывает сосуды, приводя к внутреннему кровоизлиянию». Поверьте, ощущения довольно неприятные. Изобретено тёмным магом Трависом Малейробеном, о котором вы имели честь слышать на втором и третьем курсе обучения. Надо сказать, придумано оно из другого проклятия. Скажите, кто-нибудь догадался, о каком заклятии идёт речь? Да, Владислав?
— Экспульсо, учитель, — ответил на английском парень с кривым, сломанным носом. Его обросшие рыжие волосы забавно контрастировали с синей формой Перуна, но озадачило Реддла другое: ему казалось странным, что одни говорят без акцента, а другие еле выговаривают самые простые слова.
— Вы абсолютно правы. Не расскажете нам, как действует Экспульсо?
— Это мощное проклятье, оно делает взрыв и синий цвет. Как Остолбеней, но сильнее, опаснее и труднее в использовании. Кроме того, заклинание способно... Эм... — Парень защёлкал пальцами в попытке вспомнить перевод слова, — кинуть человека в стену, но без ран от взрыва.
— Отличные познания. Да, всё действительно так, как описал нам Влад. У этих двух проклятий есть одна общая составляющая: взрыв. Но если у Экспульсарио он внутренний, то у Экспульсо — исключительно внешний. Итак, позвольте мне продемонстрировать оба проклятия в действии.
Щёлкнув пальцами, Кощей создал перед собой манекен. Как только профессор отошёл на расстояние, он подул на него, и фигурка моментально ожила, набросившись на Бессмертного. Но тот свёл руки вместе, переплёл мизинцы и безымянные пальцы рук и разъединил ладони, сложив большие пальцы. Как только массивный перстень на всю его фалангу нагрелся и засветился, он резким движением направил его в сторону манекена, громко пробасив первое заклятие. Луч из рук профессора коснулся ноги манекена, и тот неистово завопил, хватаясь за пораженный участок тела.
— Как видите, проклятье заразило часть ноги, которую в скором времени придётся ампутировать, иначе человек умрёт от разрыва мышц и большой потери крови. При всём при этом на тело действует колоссальное давление, которое продолжает повышаться, поэтому через пару минут после получения ранения человек просто взорвётся, — произнёс Бессмертный, вновь осматривая класс.
Том сидел с непроницаемым выражением лица, но его возбуждение и восторг от происходящего выдавали блестящие глаза, прикованные к сцене и с интересом наблюдающие за представлением.
Профессор снова щёлкнул пальцами, и на месте многострадального манекена оказался новый, точно так же готовый к нападению. Кощей сжал ладонь с перстнем, прокрутил и чётким резким движением раскрыл её, направляя на приближающегося бойца. Его оторвало от пола, и он врезался в невидимую стену, почти долетая до сидящих на первой парте перунцев, однако те даже не шелохнулись.
— А так выглядит старое доброе Экспульсо.
✾✾✾
Покинув кабинет, Том довольно выдохнул. Ему понравился преподаватель Тёмных искусств и уж тем более понравился сам предмет. Он был убеждён, что до конца года станет совершенен в проклятиях любительского уровня и, возможно, с помощью профессора, которую тот предлагает всем желающим, выйдет и на профессиональный. Мысли об этом дурманили голову. Реддл давно не испытывал такой жажды к знаниям. Задумавшись, Том и не заметил, как вышел во внутренний двор, и остановился как вкопанный, заметив тренирующихся на улице перунцев помладше. Они упражнялись в боевых спаррингах, пока между ними проходил преподаватель и выкрикивал что-то на русском языке. Затем, посмотрев на часы, он махнул рукой, после чего ученики остановились и разбрелись по разным углам. Том заметил стоящих в спортивной форме Вольвского и Цыганцова, тех самых парней, которых он встретил в лесу по дороге в школу. Последний тоже заметил Реддла и дружелюбно помахал ему рукой, что-то прошептав второму и ударив его по плечу. Они оба двинулись по направлению к Тому, так что тот быстро натянул радушную улыбку и кивнул Виктору на его неуклюжие знаки приветствия. Несмотря на то, что мальчики были на три года младше слизеринца, благодаря тренировкам они выглядели крупнее него. — Привет! Потерялся? — спросил Виктор с широкой улыбкой на лице, подходя ближе к Тому. Его длинные тёмные волосы слегка выбились из низкого хвоста у облепили мокрую шею парня. — Да, да… У меня следующее Зельеварение, а я без понятия, куда идти, — протянул Том, воссоздав на лице что-то наподобие напряжённости. — Ох, друг, ты почти правильно пришёл, это недалеко. Давай мы проводим тебя. У нас перерыв в шесть минут, уложимся, — ответил другой, догоняя своего товарища. Его добродушные светло-коричневые глаза поблескивали на солнце. — Мы, кстати, так и не познакомились нормально. Меня зовут Николай Вольвский, — представился тот, протянув свою большую руку слизеринцу. Том изобразил тёплую улыбку. — Том Реддл. — А я Виктор. Рады познакомиться с тобой, Том, — так же протянул руку Цыганцов. — Взаимно, — Улыбка начала подрагивать, и слизеринец понял, что начинает переигрывать. У него не было проблем с тем, чтобы зааводить новые связи, но добродушные люди вроде пуффендуйцев и гриффиндорцев заставляли его глаз нервно дёргаться в напряжении. Том уважал умных людей. А наивные и дружелюбные глупы в своей открытости. Они втроём двинулись в сторону кабинета Зельеварения. Том слушал разговоры парней о тренировках, занятиях и прочей ерунде, выжидая удачного момента спросить о чём-то, что может оказаться ему полезным. Близкое общение с двумя учениками из другой школы всегда может сыграть на руку. Особенно, когда они оба являлись предполагаемыми чемпионами от Колдовстворца среди перунцев. Реддл очень плавно перевёл разговор на Турнир, расспрашивая о других участниках. Перунцы сказали, что от их факультета третьим представителем стал некий Тимофей Корунов, которого парни обозвали страшной занудой, дотошным до боевых искусств. — А что касается девушки... — Маленькие мурашки пробежали по плечу слизеринца, когда перед тем промелькнули воспоминания о странном сне. — Я бы на твоём месте не пытался завести с ней знакомство, — Виктор почесал затылок, смотря себе под ноги. — Почему же? — Реддл удивлённо вскинул правую бровь. — Скажем так… — протянул Николай, пытаясь подобрать правильные слова. — Она умеет находить в каждом человеке выгоду для себя, — Голос Вольвского звучал неуверенно и как-то подозрительно тихо. Вот как? Том мысленно ухмыльнулся. Девиз самого настоящего слизеринца. Глаза прищурились, с интересом подмечая реакцию парней. Сами того не ведая, тяжёлым выдохом они обдули загорающуюся искорку любопытства, медленно раздувая её в ядрёный и пугающий огонь интереса. И если его не утолить, то в кратчайшие сроки огонь превратится в пожирающее пламя зависимости. В фанатичную необходимость знать, владеть информацией. Ведь тот, кто владеет знаниями, владеет миром. Но до этого ещё далеко, и Том лишь склонил голову в бок, продумывая, как аккуратно выведать истинное значение сказанного. Но как только он открыл рот, послышался голос Виктора: — Что ж, вот мы и пришли! Удачи с зельями, а мы пойдём обратно во двор. Иначе преподаватель нас с потрохами съест на ужин. — А мы всё же хотим дожить до распределения. Будет обидно, если один из нас станет участником, а его съест этот толстый неугомонный демон ещё до начала Турнира, — с насмешкой произнёс Николай. — Ещё увидимся, Том! Реддл натянуто улыбнулся и кивнул парням. Они трусцой побежали обратно. Кажется, урок зельеварения сегодня пролетит мимо его ушей.✾✾✾
За ужином в этот раз было непривычно громко. Все, даже учителя, взволнованные предстоящим событием, переговаривались друг с другом, изредка поглядывая на собравшихся в зале студентов. Сегодня Кубок Огня выберет трёх чемпионов. Кто-то справлялся со своей нервозностью, громко смеясь или шутя, кто-то заедал стресс, а кто-то, наоборот, не мог впихнуть в себя и кусочка. Том же был спокоен и умело сохранял безразличие с равнодушием, словно происходящее никак его не касалось. Как только директриса Каменная встала из-за стола, все тут же притихли. Она оглядела присутствующих своим стальным взором и неторопливо двинулась в сторону стоящего посередине Кубка. — Итак, думаю, бессмысленно объяснять, что сейчас произойдёт. Если я ещё немного потяну время, некоторые из вас, уверена, упадут в обморок, — усмехнулась Владиславна, многозначительно взглянув на парочку французов. Она скрестила указательные и средние пальцы рук, закрыла глаза, что-то прошептала себе под нос, и кубок загорелся. Сопровождалось всё это восхищёнными вздохами первокурсников. Вдруг из огня прямо в руку директрисы вылетела первая бумажка. Воцарилась звенящая тишина. — Чемпион Шармбатона… — громко прокричала Катерина Владиславовна. — Люк Руссель! Шармбатонцы разразились весёлыми возгласами и криками, игнорируя испепеляющий взгляд мадам Максим. Люк, покраснев, бросил поедание местных деликатесов и направился к директрисе, остановившись справа и чуть позади неё. Утихомирив студентов одним суровым взглядом, Каменная продолжила: — Чемпион Хогвартса… — так же громко сказала директриса. Сердце Тома не вовремя застучало в два раза быстрее. — Том Реддл! Теперь уже безумно ликовали ученики Хогвартса. Они пожимали Тому руки, поздравляли и пихали в сторону Каменной, а Реддл самодовольно улыбался, не скрывая истинной гордости за самого себя. Он чемпион Хогвартса. Сам Кубок Огня разглядел в нём потенциал и оценил как одного из самых сильных. И теперь он сможет доказать это всему остальному миру. Всё шло как никогда по плану. — И, наконец, чемпионом Колдовстворца становится… — Слизеринец невольно посмотрел на стол перунцев. Исходя из рассказов Долохова о подслушанном в стенах школы, чемпионом однозначно считали Кутескую. Но та подозрительно спокойно сидела на скамейке, закинув ногу на ногу, и невозмутимо смотрела на директрису. — Олеся Суворова! Вся школа аплодировала, кричала и свистела, а девушка маленького роста с заплетёнными в рыжие косы красными лентами и в длинной рубашке-платье встала рядом с Томом, высоко подняв голову. Тот снова посмотрел на Киру: она сидела, вперив взгляд в стену, и прятала слишком коварную для радости улыбку за кружкой чая. Чушь. Что-то не так. Столько разговоров… и ни о чём? Столько слухов, столько внимания… Дым от разгорающихся искр дрогнул и опасно заколыхался, теряя силу. Почему Кубок не выбрал её? Не посчитал сильной? И почему она выглядит такой чертовски довольной? Когда Каменная повернулась лицом к чемпионам, Том заметил блеск гнева в её серых глазах, устремленных на улыбающуюся Киру. Нет, здесь явно что-то не то. Рано сдалась, милая искорка. Ты ещё заполыхаешь сильным пламенем, и Том обязательно выяснит всё, что утаивается.
