Помощь не требуется

Девочки уже какое-то время держали оборону королевского дворца. Силы потихоньку начинали уходить, но и княжеских воинов как будто бы стало меньше. Саша наблюдал за боем с дозорной башни. Ему было ужасно обидно оставаться в стороне, потому он попросился туда. Стрелял из приготовленного специально для него Федором арбалета, причем, довольно метко. В общем, прикрывал девочкам спину. — Маша, ты его нашла? Варя чувствовала себя максимально раскрепощённо и уверенно. Бой помог ей наконец привести в порядок мысли и, наверное, найти какой-то баланс между своей магией и личными переживаниями. Она была на постоянной связи с волшебницей земли, что уже какое-то время параллельно сканировала весь Штормград. — Он в твоей стороне, — прозвучал в наушнике голос Маши. — Где-то в двух километрах. Она на секунду замолкла, будто заметив что-то странное. Спустя какое-то время молчания волшебница ветра смутилась. — У тебя все в порядке? — спросила шатенка, ожидая ответа подруги, однако Маша продолжала молчать. — Маш? — обратилась к ней волшебница воздуха снова. — У тебя что-то случилось? — Нет. То есть да. То есть.. Такая несвойственная волшебнице растерянность сильно контрастировала с былой собранностью, какая присутствовала у девушки ещё секунду назад. Варя смутилась, но вопрос задать не смогла: Маша начала первой. — Они все упали, — Варя в недоумении нахмурилась. — Княжеские воины резко остановились и упали. Я в них больше не чувствую волшебной энергии. Варя перевела взгляд вперёд, туда, откуда наступали восставшие воины и внезапно застыла: мертвецы стояли на месте и пристально смотрели на нее, но не пытались наступать. Замерли, словно статуи, а затем, когда один из них потянул к ней руку, издав какой-то странный звук, будто попытавшись что-то выговорить, рухнули на землю. Варя заметила, как у одного солдата дрогнули мышцы лица, словно он попытался улыбнуться. В его взгляде впервые блеснуло что-то живое, что-то понятное и свойственное живому человеку, но в тот же миг пропало — теперь это были не больше, чем трупы. В наушнике раздался встревоженный голос Аленки. — Девчонки, я всех убила. Я не знаю, что я сделала, но они все резко упали. Как у вас дела? — У меня также, — доложила Снегурочка. — Может, это Морок что-то с ними сделал? — Нет, они просто лишились энергии Ани, что поддерживала их существование, — Варя подошла ближе к одному из мертвецов и ногой перевернула его голову набок. Трупный запах сразу же ударил в нос, тело разложилось до костей прямо на глазах. Варя не вздрогнула и не отскочила, хотя увиденное ее не слабо удивило. — Где сейчас Аня? — В той же стороне, что и Влад, — ответила Маша. — Ее энергия там, но это не она. Не похоже, что она. Там что-то другое. Я вижу две фигуры, но мужских. Варя вдруг вздрогнула. Маша продолжала что-то говорить, но после этих слов всё остальное казалось не таким важным. «Всё-таки у нее получилось», — пронеслось в голове волшебницы воздуха. Она тут же сорвалась с места и направилась в сторону, где стояла Аленка, параллельно созывая всех подруг туда же. Девочки такого её резкого приказа не поняли, однако возражать не стали: были уверены, что принцесса что-то знала. К тому моменту, как девочки собрались вместе, к ним выбежал и Саша, тоже удивленный внезапному отступлению войск. — В чем дело? — спросил он, прежде чем этот вопрос успели задать девочки. Варя кинула на него кроткий взгляд. — Нужно идти к Мороку. — Твое любящее сердце чувствует, что у него какие-то проблемы? — Аня отозвала войска отца Влада не просто так. Либо ей не хватило энергии поддерживать всех, либо что-то случилось. Нужно проверить. — Тем более, что мы не знаем точно, в порядке Владик или нет! — согласилась с подругой Аленка. — Судя по рассказам Антона и словам Влада его отец — сущий дьявол! Если он так относился к сыну, когда тот ещё считался его преемником, то что будет, когда Владимир прознает, что Владик на стороне сказочных? — Нам тоже не стоит ожидать теплых приемов, — напряжённо буркнула Маша. Ребята переглянулись. Позади послышались шаги стражи, рассредоточенной по периметру дворца. Они восстанавливали свои позиции после успешной обороны и своими действиями будто говорили девочкам: "Дальнейшую защиту мы берём на себя". Варя заметила в одной из дозорных башен Федора и кивнула ему, принимая решение главы стражи и молча его благодаря. Она оглядела подруг, подмечая то, насколько те ещё бодры. Ее рука легла на плечо Саше, привлекая его внимание. -Останься здесь и помоги страже на случай, если возникнет опасность. Мы пойдем к Владу. Возникнут проблемы — обязательно доложи, мы.. Лицо Абрикосова внезапно огрубело. Брови поползли к переносице, тяжело нависая над глазами, что говорило о его недовольстве. Он не дал Варе договорить. — Ну уж нет! — Саша довольно грубо откинул Варину руку в сторону и такое его поведение девушку немного удивило. — Почему ты вдруг... — Влад мой друг, — снова перебив, объяснил шатен. Он сложил руки на груди. -- Твои родителя и так меня уже кинули, а теперь и вы хотите? Думаете, мне с этим не справиться? Даже не понимаю, когда и почему вы начали так пренебрежительно относиться ко мне и моим силам! — Саш, мы не пренебрегаем ни тобой, ни тем более твоими способностями. Ты очень сильный и ловкий парень, но это не то место, где стоит быть человеку, не владеющему магией. Аленка старалась быть как можно мягче и спокойнее, опасаясь того, что ее слова могут быть неправильно понятыми шатеном. Хотя как ещё их можно было растолковать? Саша почувствовал обиду. Но не на девочек, а на себя. На ту пропасть между ними, что их разделяла и даже несмотря на его тренировки все никак не могла исчезнуть. Будь он магом, девочки бы верили в него больше? Аленка близко подошла к шатену. Она дотронулась горячей от кипящей внутри магии рукой до его щеки и невесомым, необычно ласковым и спокойным касанием постаралась обратить его взгляд на себя. У нее это вышло, но, встретившись со взглядом возлюбленного, она пожалела, что ей удалось этого добиться. — Саша, мы не знаем способностей отца Влада, но даже так четыре мага уже предостаточно. — Мы теряем время, — в нетерпении проговорила Маша. — Мне просто надоело то, что из нашей мужской четверки все полагаются именно на Морока. Как будто факт того, что он опытный воин сразу обесценивает наши с парнями заслуги, — Саша убрал со своего лица ладонь принцессы Сказочного мира, но какое-то время подержал ее в своей руке. — Я тоже могу прийти на помощь! Мне хочется разок самому, единолично спасти кому-нибудь жизнь, вытащить из трудной ситуации, да даже его, чтобы устранить это неизмеримое самолюбие! -- И у тебя обязательно представится для этого шанс, — произнесла Варя, сложив руки на талии. Девочки взглянули на подругу, лицо которой теперь выглядело слишком бледным и усталым. Варя ничего особо объяснять не стала, только специально прошла мимо Абрикосова и подбадривающе стукнула его в плечо. — Я с удовольствием посмотрю на то, как ты его удивишь. Девушки переглянулись. По сильно ожившему лицу Абрикосова стало понятно, что всё-таки звала его волшебница с собой прямо сейчас. В принципе, на защиту дворца и так была брошена внушительная часть боевой мощи королевства, вторая часть рыцарей занималась как раз «очисткой» города от захватчиков, потому вполне вероятно, что до Владимира они доберутся вместе с девочками. Все силы были распределены, и в каждом отряде имелся свой лидер, потому особой необходимости в Абрикосове в тылах не было. Было очевидно, что нужно идти в сторону основного сражения - битвы Морока и Владимира. Но что делать после? — Может нам сначала составить план? — высказала свою идею Маша, когда Варя, над чем-то размышляя, отошла в сторону. — Это же намного лучше, чем бездумно рваться в самое пекло? Сначала следует всё обдумать, чтобы действовать слаженно и уверенно. — По мне так если мы будем следовать только составленному плану, то это нас сильно ограничит. Чуть только что-то пойдет не так, так мы сразу растеряемся. Лучше импровизировать и не терять время на глупый план. — Настолько глупый, что его пользу даже не представить. — Не надо спорить со мной, Машенька, — нахмурилась Аленка. — Если так хочешь действовать слаженно, то просто слушай, когда я к тебе обращусь. Мы столько лет боремся со злом, что уже и в планах не нуждаемся. Чувствуем друг друга на ментальном уровне, зачем эта трата времени? Все, что нужно — просто разобраться с отцом Владика. -- Мг, — хмыкнула волшебница земли, — как ты с ним разберёшься, он же уже мертвый. Его убить нельзя. Или ты собираешься обратиться к посторонним силам для помощи? — Ну... Аленка оборвалась. Этот вопрос сумел прервать ее энтузиазм, что только порадовало Машу. Варя не особо вслушивалась в разговоры подруг, однако уловив мысль Маши, почувствовала, как неожиданно даже для самой себя вздрогнула. — А ведь действительно... — тихо проговорила она. Почти шепотом, девочки даже не разобрали ее слов, но странное выражение лица девушки смогли уловить. — Что-то задумала? Саша выглядел не менее заинтересованным, чем девочки: ему хотелось принять как можно больше участия в этой битве, показать своё стремление и уверенность подругам, чтобы у тех исчезли все сомнения. Варя развернулась к друзьям и сделала два больших и быстрых шага им навстречу. — Раз мы не знаем, как одолеть противника в настоящем, можно попробовать узнать, как мы одолели его в будущем! На лице девушки отражалось слишком много энергии, будто посетившая ее идея смогла придать ей достаточно сил. Ребята этой внезапной радости не поняли, казалось, Варя говорила о чем-то своём, о том, что было известно лишь ей. Саша повернул к девочкам голову. — Ещё варианты есть? Подруги промолчали: слишком большой диссонанс в голове вызвали слова Вари. Она нахмурилась после слов шатена, однако затем постаралась объяснить все детальнее, ненамного, просто, чтобы стала понятна ее мысль. Ведь времени на долгие объяснения не было. Девочки внимательно слушали принцессу Штормграда. Старались вникнуть в каждое ее слово, восстановить какую-то связь между событиями, которую иногда теряли. Варя достаточно легко рассказала им о своих «путешествиях», о встречах с загадочной девочкой из будущего, о том, что сама знала и какие догадки строила. На удивление, слова лились друг за другом без единой запинки, Варя, казалось, даже не думала о том, что следовало знать подругам, а о чем сейчас лучше было смолчать. В конечном итоге она только больше их запутала, но сразу после объяснений, после того, как увидела обращённые на себя понимающие взгляды, она успокоилась. Наверное, этого молчаливого понимания она и хотела получить. — Так ты хочешь спросить у нее? Маша, как ожидалось, довольно быстро подобралась к сути Вариных рассказов. В ее взгляде виднелось сомнение, девушка будто мялась, неуверенная, возможно ли то, о чем говорила подруга. — Это возможно устроить? — так и спросила ее Варя. Маша поджала губы. — Ну…я о таком не слышала... — Так поищи информацию об этом в своих источниках, мои родители тебе просто так доступ к 6 сказочным библиотекам предоставили? Тон Аленки мог показаться немного хамоватым, но ребята знали, она просто хотела немного поиздеваться над Машей после их небольшого спора. Та в свою очередь слегка обидчиво нахмурилась, но принялась за дело. Благодаря новым сказочным технологиям ориентироваться в Сказочном мире, истории и даже самом волшебстве стало намного комфортнее. Тем более, если родители твоей лучшей подруги — правители этого мира. Саша какое-то недолгое время переминался с ноги на ногу, не зная, куда себя деть. Ему стоило подождать девочек или же поступить так, как сам того считал нужным? Аленка заметила движение в его стороне и, когда обернулась, тут же встретилась с его пронзительным взглядом. — Я пойду первым. Нужно скорее подсобить этому гордецу, а то проблем не оберёшься. — Подожди немного, пойдем вместе, — ответила она и обратилась к подругам. — Девчонки, нужно скорее идти. Вы там долго ещё? — Это занимает не так мало времени, Аленка, потерпи. Девушка закатила глаза. Ее и саму напрягало это ожидание, но Варя выглядела слишком уверенной, а Маша увлечённой, чтобы пытаться их в чем-то переубедить. Если же девушки правда найдут способ хотя бы ослабить Владимира, то это ожидание все же будет стоить протянутого времени. — Нашла! Воодушевленный голос Маши заставил ребят вздрогнуть. Она быстро бегала глазами по виртуальному экрану, выскочившему над ее волшебными часами, прочитывая найденную информацию. На мгновение ее лицо приняло серьезный вид, и она, подталкивая Снежку куда-то в сторону, постаралась освободить вокруг них с Варей место. — Так, уходите, — сказала она, даже не взглянув на друзей. — Идите скорее, потяните время, здесь нужно разбираться. Аленка, Саша и Снежка не сразу двинулись с места. Им было интересно посмотреть на то, что из этого выйдет, интересно взглянуть на воплощение того, что считалось невозможным. Однако когда в стороне прозвучал глухой грохот, это стало сигналом того, что стоило торопиться. Маша положила на плечо Варе руку и принялась ей что-то объяснять, Аленка, Саша и Снежка довольно быстро скрылись из виду. … Бой был в самом разгаре. На удивление, отцу и сыну никто не мешал: Владимир с гибелью Ани перестал ощущать в себе достаточно энергии для жизни и отозвал всех своих воинов. Сошлись они на мечах, именно так, как всегда представлял их бой Влад. Бывший князь нападал на сына жестоко и на удивление ловко. Старые, прогнившие кости, казалось, никак не сказывались на его движениях, Владимир был поразительно свеж, если это его состояние можно было назвать таковым. — Вижу, мой меч у тебя хорошо прижился, — обратив внимание на оружие Влада, произнес князь. — А я то все думал, где он. Парень почти ничего не говорил. Ни во время боя, ни до него. Это молчание могло разозлить Владимира только в том случае, если бы он не видел от сына никакой реакции, но по тому, как резко напряглись его мышцы, как усердно он старался задеть мечом отца, тот понял, что провокации все же работали. Бывший князь в какой-то момент даже приятно удивился, заметив решимость в глазах сына, то, как непоколебимо он держал в руках меч, даже не беспокоясь о том, что от одного неверного движения мог быть заколот насмерть. Отцу нравилось сражаться с сыном. Именно таким сыном: взрослым, стойким, готовым в любой момент перерезать горло даже своему отцу. Тот был рад, что ему удалось воспитать в наследнике безжалостность, рад, что даже с занесённым над головой отца мечом его рука не дрогнет… Или все же дрогнет? Влад оступился. Острый взгляд отца словно пронзил его насквозь, рана на плече слишком рано дала о себе знать, что заметно сковало движения Морока. В какой-то момент он почувствовал, что уже не выдерживает, голова от резких движений закружилась, и парень не почувствовал под ногами устойчивую опору. Один взмах меча Виктора — резкий разворот, брюнет упал на землю и какое-то время старался избавиться от темноты в глазах. На удивление никакой боли от удара отца не последовало, лезвие меча замерло у шеи Влада, но ее не коснулось. Владимир любил добиваться цели и выигрывать любой ценой, даже если его противник сильно ослаблен, даже если их силы не равны и бой с ним будет не по чести. Князя это не волновало. Он видел только цель, а то, как именно он ее добьется, его не заботило, потому Влад даже удивился этому неслыханному милосердию отца, хотя, возможно, и понимал, что в таком случае оставаться живым ему оставалось недолго. — Подумай сам, сын, — продолжал свой начатый во время поединка монолог князь, — посмотри какие слабые наши противники и присоединяйся ко мне. Вместе нам ничего не стоит захватить это жалкое королевство и поработить его народ. Если откажешься — я сделаю это в одиночку. Он добавил это специально, зная и понимая по взгляду сына, что подобная идея его не воодушевила и никак не могла заинтересовать. Влад подался вперёд, намереваясь подняться, но был остановлен строгим тоном отца. — Я не разрешал тебе подниматься, — Владимир немного отвёл клинок назад и, подпирая подбородок сына кончиком холодного лезвия, поднял его взгляд на себя — Очень жаль убивать такие хорошие гены. Но что поделаешь? Похоже, власть мне куда дороже. Ты не обидишься на меня. Абсолютно понятно было то, что после всего произошедшего в живых Влада Владимир бы ни за что не оставил. Единственное, о чем ещё можно было тому пожалеть, так это о том, что приходилось избавляться от столь перспективного наследника подобным образом. Мужчина занёс над головой сына свой меч, ни его взгляд, ни тем более рука даже не дрогнули. Голова Влада разболелась в самый неподходящий момент. То было ожидаемо: парень не мог чувствовать себя совершенно отлично после всех тех приключений, что произошли с ним и ребятами, но он не думал, насколько серьезно его может подкосить небольшая рана. В глазах так и не прояснилось, парень даже не мог сориентироваться в какую сторону уходить, одежда в районе плеча начала понемногу промокать, капли крови тонкой струёй скатились по руке прямо на землю. Владимир ухмыльнулся, заметив, как после этого Влад крепко зажал рану. — И слова не скажешь? — он пренебрежительно хмыкнул. — Мне казалось после стольких лет ты избавился от этой привычки молчать в разговоре со мной. Так хотелось увидеть тебя с менее жалкой стороны.. Влад снова промолчал. Его челюсть все никак не могла разжаться, парню даже казалось, что от одного слова его напрочь покинут остатки сил. — И о чем же ты думаешь? Владимир слегка наклонился вперёд, будто хотел заглянуть сыну в глаза, но между ними не хватило расстояния для этого. Тем не менее брюнет поднял свой прояснившийся взгляд. — О том, что скорее предпочту истекать кровью, чем быть с тобой на одной стороне. Мужчина рассмеялся. — Нравится быть неудачником? Мой сын никогда бы не стал помогать убогим сказочным, а уж тем более менять на них того, кто его породил. Насколько же низко ты успел опуститься за это время? — А ты отпусти меня, и я тебе покажу. — Не заставляй меня идти на крайности, — Владимир снова принял уже привычный для себя строгий вид. — Я не хочу жалеть о том, что перерезал тебе горло. Лучше выкинь эту дурь из головы, пока я ещё готов тебя слушать. Твое место не здесь, среди этого второсортного сброда и таких же гнусных, как твое предательство, существами, а на княжеском троне. Ты напрочь забыл, для чего был рожден, за твои 16 лет я думал, что ты наконец усвоил, где твоё место и как ты себя должен вести, но вижу, что нет. Я не убил тебя до сих пор лишь потому, что с моей стороны было бы неправильно избавляться от такого наследника. Ты хоть и дерзок, но мне ничего не стоит исправить это также, как я всегда это исправлял. Только в этот раз, кажется, потребуется куда более суровое перевоспитание, — мужчина смерил сына оценивающим взглядом, подмечая то, насколько небольшой эффект оказали на того его слова. — Хотя это куда хлопотнее, чем воспитать нового преемника с нуля. Но я все же попытаюсь. Надеюсь, в тебе осталось хоть немного чувства самосохранения и ты захочешь жить дальше. Эти слова были словно немым вопросом: «Готов ли ты идти против меня?» Отказ мог значить лишь начало жёсткого противостояния, из которого Влад был не уверен, сможет ли в одиночку выйти победителем. Парень помедлил, прежде чем дать ответ. Казалось, что за этим молчанием он всерьез обдумывает все возможные перспективы. Стоило остаться гордым и непокорным? Или все же подумать, какой исход будет менее плачевным для Штормграда? Может, попробовать взять Владимира хитростью? Как бы то ни было, любой исход был бы для города и его правителей губительным, так что оставалось выбрать лишь наименее плачевный. Вскоре князь устал ждать. Нерешительность сына, казалось, могла довести его до ручки, но Влад специально медлил, будто чего-то ждал. Владимир стоял на его клинке, крепко прижимая своим весом лезвие к земле. Внезапно он резко пошатнулся. Длинная горящая стрела вонзилась ему в живот, пролетела так близко к голове Морока, что даже немного опалила его волосы. Влад проследил, как огонь с резко вырванной из плоти отца стрелы обжигает ему руки, переходит на гниющее тело, что, казалось, только лучше горит. На кончике стрелы парень заметил мясо — похоже, Владимира совсем не заботила сохранность своего тела. — А ну отошёл от нашего друга, уродец! Услышав звонкий голос Аленки, Влад улыбнулся. То ли от подходящего отцу прозвища, то ли от самого присутствия друзей рядом. Огонь очень быстро перекинулся на все тело мужчины и он начал, злясь, пытаться его с себя стряхнуть, будто тот был обычной грязью. Девочки: Аленки и Снежка — пробежали мимо. Они принялись устранять проблему в виде грозного средневекового князя. Саша остановился рядом с Владом. — А ты выглядишь слишком спокойным для того, кому только что чуть не отрубили голову, — ехидно усмехнулся он, сделав вид, что видеть друга в таком положении ему было приятно, хотя парень и правда радовался тому, что Мороку была полезна его помощь. — Чего не встаёшь? Прохлаждаешься? — Отдыхаю. Влад с лёгкой улыбкой на лице как ни в чем не бывало чуть взмахнул кистью руки, что лежала на его колене. Саша ухмыльнулся, взгляд Морока переместился за его спину, откуда торчал конец лука. Отчего-то у брюнета появилось странное чувство гордости. — Хватит отдыхать, вставай, — Саша протянул ему руку, смекнув, что парню немного затруднительно подняться самому. Когда их ладони крепко сомкнулись в рукопожатии, он потянул брюнета на себя, Влад оттолкнулся рукой от земли и быстро встал на ноги, тут же почувствовав головокружение. Абрикосов подставил ему свое плечо. — Ну ты и раскис, приятель. Встреча с отцом прошла не очень хорошо, да? — Всего лишь небольшие предпринятые им меры по воспитанию, — Влад кинул взгляд на лежащую у его ног стрелу. — Довольно метко. — Неплохо для воина, да? — гордо задрав подбородок спросил шатен. — Неплохо для человека, первый раз стреляющего из лука. — А ты, как обычно, скуп на похвалу. Абрикосов легко похлопал друга по плечу, будто хотел таким жестом сказать ему, что не обижен. Аленка и Снежка уже довольно продолжительное время возились с Владимиром. Они не нападали на него, скорее пытались обездвижить, не подпустить ни к себе, ни к Владу. Девушки понимали, что у парня, должно быть, оставались вопросы к отцу, потому ничего радикального специально не предпринимали. — Вас только трое? — быстро пересчитав всех присутствующих и не заметив среди них ещё две коричневые макушки, спросил Влад. Саша ему утвердительно кивнул. — Знаю, что ты предпочел бы огородить Варю от этого всего и оставить ее в стороне, но ты сильно не радуйся тому, что не видишь ее здесь. Ты ведь понимаешь, что это не конец? Морок ничего не ответил. Только на секунду опустил свой взгляд. Несмотря на данное Варе обещание и ее рвение помочь, парень внезапно засомневался. Нужно ли так рисковать? Эти мысли его не оставили, но он вынужден был от них отвлечься: Владимир прорвал оборону волшебниц. … Маша достаточно долго разбиралась с Варей. Способ, что она нашла в архивах Сказочного королевства, оказался слишком замудренным. Потребовалось какое-то время, чтобы полностью в нем разобраться, однако при полном понимании схемы все равно возникли проблемы. — Не получится, — уверяла подругу волшебница земли. — Варя, это для тебя невозможно. У вас с этой девочкой нет крепкой связи, благодаря которой ты бы могла с ней связаться. — Как же тогда она связывалась со мной? — Ну я... — Маша запнулась, осознав, что логическое объяснение этому найти уже не может. — Я не знаю. Варя посмотрела на нее довольно хмуро, точно за этим выражением лица скрывалось нежеланное осознание. Маша какое-то время ей ничего не говорила, то ли от сконцентрированного на ответе настроя, то ли от озадаченности ее вопросом. Однако сколько бы не думала над ним, ответ никак не менялся. — Это невозможно, если вы не имеете кровных уз, — говорила девушка. Она вдруг с некоторым беспокойством посмотрела на Варю. — А это случайно не ваша с Мороком... Маша не договорила, да и ее вопрос как будто бы не требовал завершения. Варя так долго мучилась над мыслью о преемнице Влада от Оксаны, что, столкнувшись с подобной реальностью, даже не знала, радоваться ей или нет. Конечно, ответ был очевиден, однако он долго не мог уместиться у девушки в голове. А время тем не менее поджимало. Она попыталась последовать инструкции Маши - представить частичку себя не внутри, не рядом, а где-то далеко, где-то, где человеческий глаз его не мог объять, и мысленно к нему перенестись, почувствовав нужную энергию. Как бы вырвать тот кусок себя из пространства, в котором он существует. На самом деле это звучало для Вари куда сложнее, чем оказалось на практике. Энергия Вики будто бы сама ее нашла, внутри Вари все резко сжалось, будто для того, чтобы существовать в своем подсознании требовалось не весить ничего. Голова резко закружилась от огромного давления, что оказывало на нее ее же сознание, глаза начали болеть от чересчур яркого света, и девушке на секунду показалось, что она вот-вот должна была упасть в обморок. И это было верно: от непривычки и резкой нагрузки Варя правда попятилась назад, не контролируя свои движения, но она вовремя почувствовала сзади опору. Вика подставила ей в спину свое плечо. — Если слишком слаба для этой техники, то не берись за нее. Твое сознание слишком нестабильное и хрупкое — вытворять подобное для тебя равносильно смерти. Услышать как обычно холодный и рассудительный голос девочки для Вари было все равно что глотком свежего воздуха. Как только брюнетка коснулась своим плечом ее спины, Варя почувствовала прилив сил. Она шире распахнула глаза и довольно быстро, несмотря на головную боль, развернулась к Вике лицом. — Сработало? — не поверила она своим глазам. — Очевидно же, что сработало, если я стою перед тобой. Девочка как обычно была груба, но Варе показалось, что ее взгляд в отношении нее изменился. В этот раз она выглядела больше расстроенной, чем сердитой, хоть на первый взгляд и могло показаться совсем наоборот. Подобную печаль очень редко демонстрировал Влад. Он любил скрывать свое разочарование и грусть за привычным для него гневом, хоть и не часто подобное происходило. Варя сразу распознала в этой мелочи знакомую манеру и сразу же одёрнула себя, когда ее рука невольно потянулась к лицу девочки. «Что ты только творишь?» — вертелось у нее в голове без остановки. Усмирив свою жалость, Варя выпрямилась. Отчего-то после Машиных слов девушка уже не могла спокойно смотреть на Вику. Сердце забилось куда чаще, когда стеклянные глаза девочки посмотрели на нее. Вика старалась прятать от волшебницы воздуха свой взгляд, иначе бы та все поняла, но все же не смогла устоять. Перед глазами при виде лица волшебницы всплыл момент ее смерти, эта невыносимая для Вики мягкая улыбка, ее последние три слова, что никак не могли вылететь из ее головы и при виде Вари начинали звучать всё громче. По маленькой щеке скатилась слеза, затем другая, третья. Вика продолжала наблюдать за тем, как глаза шатенки в растерянности расширялись, как судорожно тряслись ее руки от желания дотронуться до девочки и как она каждый раз себя от этого останавливала. Чтобы не делать больно ни себе, ни ей, девочка решилась перевести тему. — Раз уж тебе потребовалась моя помощь, значит, случилось что-то серьезное, верно? Вика вытерла кулаком свои слезы и постаралась вернуть прежнее хладнокровие, пока совсем не раскисла. Варя не стала идти против её желания, хоть её и мучило чувство, что она должна была что-то сделать. — Да, ты права, — вздохнув, произнесла волшебница воздуха. — Есть вещи, которые мне бы хотелось с тобой срочно обсудить. Это касается будущего, вернее, для нас уже настоящего. — Случилось что-то серьезное? — Отец Влада собрал войско мертвецов и движется к центру Штормграда. Мы сдержали его воинов, но сам он ни за что не сдастся. Все это словно какой-то страшный сон, — на секунду Варе показалось, что Вика побледнела — Я хотела спросить, может, ты что-то знаешь? Это ведь наверняка уже случалось и, раз ты появилась на свет, а я стала королевой, значит, нам удалось выстоять, так? Девочка промолчала, вызывая своим молчанием у Вари некоторые переживания. Ее бледное лицо выглядело слишком задумчивым, а глаза какими-то пустыми. В воспоминаниях Вики вдруг встала картина боя Морока с каким-то мужчиной. Она не знала, что он ее дед, но сопоставив некоторые факты все же пришла к этому выводу. И, сойдясь на какой-то одной мысли, возникли нестыковки. Первая и самая главная: почему нападение Ани и Владимира произошло так рано? В действительности оно должно было случиться гораздо позже, тогда, когда родилась Вика. Тогда почему ход истории поменялся? Неужели это связано с тем, что Варя о ней узнала? Девочку резко передёрнуло от осознания того, что если ее отец погибнет сейчас, куда раньше, чем в ее реальности, то она и вовсе не появится на свет. Тогда все ее старания были бы не только напрасны, но даже и наоборот, погрузили ещё поправимый мир в пучину неисправности. — Это я виновата, — Вика начала нервно взъерошивать рукой свои волосы, она отошла на какое-то незначительное расстояние от Вари, и было видно, как тяжело ей давалось каждое слово. — Мне не надо было вмешиваться, я не должна была связываться с тобой. Я просто хотела все исправить. Я хотела нормальную семью, хотела избавить мать от страданий. Ты должна была исчезнуть из жизни папы, а теперь...теперь это уже невозможно. Потому что я все испортила, ты не должна была знать, я не думала о том, что все так обернется! Голос брюнетки начинал постепенно подрагивать, она уже не могла сохранять самообладание, задрожала, как осиновый лист и, казалось, снова могла расплакаться. — Так в этом и заключалась моя помощь тебе? Я должна была помочь тебе все исправить, исчезнув из жизни Влада? В голосе волшебницы Вика четко услышала лёгкое разочарование. Ей стало стыдно. Настолько, что она была готова провалиться сквозь землю в тот же момент. Подняв свой взгляд на Варю, Вика не смогла сдержать слез. Теперь уже не Варя, а ее мама стояла перед ней и всем своим видом показывала, что эта правда ее немного обидела. То, что она оказалась так нелепо использованной, то, что Вика не была с ней до конца откровенна, хотя чего ещё стоило ожидать от настолько травмированного и замкнутого в себе ребенка? — Прости меня — почти прошептала девочка. Она опустила свой взгляд. Говорить и смотреть на Варю теперь было для нее невыносимо. Но ещё хуже было молчание. Ей хотелось все рассказать девушке, хотелось к ней прижаться, почувствовать материнское тепло и избавиться от чувства вины хотя бы перед такой ей. Но Вика боялась, что своим откровением навлечет ещё больше бед, потому была вынуждена молчать. Тем не менее Варя от нее не отвернулась: после всего произошедшего это было бы глупо и, наверное, невозможно. Она опустилась перед девочкой на колени и все ещё неуверенно, робко прижала ее к себе. — Не расстраивайся так сильно, всё в порядке. — Если бы я была чуть менее эгоистичной, то сейчас вам бы не пришлось столкнуться с такими неприятностями. Это должно было случиться куда позже, он должен был прийти как минимум через 5 лет. Варя задумчиво нахмурилась. — Так ты знаешь, что тогда произошло? Девушка повернула голову в сторону, а затем резко отстранилась от брюнетки, вытягивая перед ней свои руки, которые разместились на маленьких, хрупких плечах. Вика на секунду отвела свой взгляд, ее лицо вновь приобрело прежнюю безразличную окраску. — Я знаю лишь немного. Дедушка пришел с какой-то девушкой в Штормград в день моего рождения. У теб. у мамы, — быстро исправилась девочка, — только начались роды, папа отправился разведывать обстановку, тетя Света сказала, что мама нашла его уже мертвым. Та девушка, которая пришла с дедом, тяжело ранила его ножом. Папа умер на месте, прямо на руках мамы. — А тетя Света не рассказывала ничего больше? Может, были какие-то незначительные по ее мнению детали? На знаю, например, что-то странное с твоим дедушкой? Постарайся вспомнить, пожалуйста, это очень важно. Варя понимала, что в таком состоянии давить на девочку было не лучшей идеей, однако ей ничего больше не оставалось. Время было ограничено, принцесса уже начинала чувствовать, насколько трудно ей становилось дышать от нарастающего давления. Тем более что сентиментам тогда не было места. В ее реальности Влад был ещё жив, но с такой же вероятностью мог умереть, потому зацикливаться на своей жалости девушка не стала. Она заботливо поправила прядь выбившихся волос Вики, невесомо касаясь кончиками пальцев ее щеки, и заставила девочку посмотреть в аметистовые глаза. Вика чуть помедлила. — Рядом с дедушкой лежал сломанный меч, — она начала неторопливо, более тщательно перебирать свои воспоминания. — Большой такой, с дорогой рукоятью. Я...то есть тетя Света сильно не рассмотрела, но он точно был сломан напополам. Это что-то даёт? Варя призадумалась. По словам Маши кроме основного источника энергии, то есть своего призывателя, у призванного есть ещё и второстепенные. «Это могут быть любые вещи, даже платок, с котором человек ходил при жизни и который пропитался его энергией". Варя была не уверена, но единственный большой меч с красивой рукоятью, что она видела, — был княжеский меч Влада. Он когда-то принадлежал Владимиру, потому вполне вероятно, что в нем ещё остались частички его энергии, необходимые ему для существования. Варя воспряла духом при осознании того, что теперь добраться до меча было не проблемой. Она не смогла сдержать широкой улыбки, но так ли просто все было на самом деле? — Да! Это то, что было мне нужно! — девушка поднялась с колен слишком резко, Вика колыхнулась от нахлынувшего на нее потока воздуха. Похоже, сознание волшебницы начинало терять свою относительную стабильность. — Послушай, я рада, что смогла тебе помочь, но на этом, думаю, нам стоит разойтись. Девочка сделала пару шагов назад. — Твое сознание крайне нестабильно, я не смогу существовать здесь и дольше. Я только хочу сказать, что мне жаль о том, что я наговорила тебе в нашу первую встречу. Мне стыдно за то, что я намеревалась пожертвовать твоими чувствами ради своего мира, который уже не никак не исправить. Я была эгоисткой и делала выводы основываясь только на том, что слышала, не проверяя информации, — она запнулась, пытаясь сглотнуть подступивший к горлу ком. — Я не знала всей правды. И не думала, что была так далека от нее. Влад..папа, — снова поправила себя девочка, ловя себя на мысли, что произносить эти два слога в присутствии Вари оказалось куда более неловко. Она глубоко вздохнула, нос заложило от соплей, а и без того красные глаза вдруг защищало. Девочка подняла кверху глаза, боясь снова заплакать. — Я так перед ним виновата. Я столько раз от него отрекалась, столько раз обвиняла его во всём случившемся, а он..он же просто нас защищал. Он не заслужил того, чтобы быть забытым и ненавистным родной дочерью, которой даже никогда и не видел. Девочка громко всхлипнула. Как всегда это и бывает, как только наступает момент откровений, то за каждым новым словом следует новая волна эмоций. За каждым покаянием следуют невыносимые сердцу страдания. Вика почувствовала, как разрывается от стыда на части, как ее хладнокровный и непоколебимый образ стремительно рушится. Она постаралась отвернуться, закрыть лицо руками, но покрасневшие от стыда и вины уши выдавали ее без всяких слов. Казалось, в тот момент на нее были направлены больше чем одна пара глаз. Будто ее раскаяние слышали кто-то ещё, те, кому нужно было это слышать. — Мама пожертвовала собой ради меня, они убили ее прямо на моих глазах, я ничего не могла сделать. Я хотела ее спасти, я хотела подбежать ближе, но она меня к маме не пускала. Она все подстроила, папа никогда бы не полюбил такую, как она. Он не мог..он..он никогда бы меня не бросил. Мысли вырывались как-то слишком сумбурно. Вика уже не пыталась как-то сортировать их, она просто отдалась моменту и своим чувствам. Варя внимательно слушала, старалась въехать, понять, в чем же девочка себя так винила, однако то и дело путалась. В какой-то момент сомнений в том, что Вика их с Владом дочь больше не осталось. Варя не смогла сдержать теплой улыбки. Девочка очень переживала за нее, за отца, сам факт того, что она теперь настоящая сирота не мог уложиться у нее в голове. Варя и без ее разъяснений поняла, что случилось в будущем. Расстроилась ли она? Наверное, нет. Ее грела мысль о том, что Вика наконец осознала, что никогда не была одна. Что она наконец поняла, что тоже была любима. Пока девушка не чувствовала к девочке особого тепла или материнской любви, это была простая жалость, однако она была уверена, что когда-нибудь поймет те сильные чувства, что заставляют родителей жертвовать собой ради своего ребенка. Внезапный порыв рыданий быстро прекратится. Вика снова взглянула на Варю, на этот раз желая ей всё объяснить. Она чувствовала, что только так могла избавиться от тяжёлой ноши, что сама на себя возложила, от чувства вины перед молодой Варей за то, что зря заставила ее страдать от мыслей об измене и ложного будущего, какое выстроила для нее Вика. Девочка боялась своими словами нарушить реальность сейчас, когда ей выпал шанс нормально попрощаться хотя бы с такой ее матерью. Она сделала ей навстречу маленький неуверенный шажок и замерла, почувствовав на себе слишком много пристального внимания. — Мне нужно, нет, я должна тебе сказать, что… — Не надо. Вика слегка опешила от такого категоричного ответа и, что таить, немного растерялась. — Нет, ты не понимаешь! Ты должна знать, что я твоя.. — Я знаю, Вика. — Знаешь? Юная волшебница искренне удивилась такому ответу, но не была уверена, об одном и том же ли они говорят? Откуда Варя могла знать о том, о чем девочка узнала лишь совсем недавно? Кто мог девушке об этом сказать? Она сама догадалась по словам брюнетки? Наверное, эти вопросы нужно было оставить без ответов. Вика не хотела привлечь ещё больше проблем от своего вмешательства. Она не понимала, точно ли Варя знала об их связи, но даже если она думала не о том, девочка ничего бы не сказала. Пусть лучше какие-то вещи останутся невысказанными, чем реакция на них принесет большие катастрофы. Варя положила свою руку на горячую голову Вики. Девочку обдал лёгкий, почти нежный ветерок. — Ты мне очень помогла, я благодарна тебе за все, что ты сделала, — ее голос прозвучал мягко и сильно успокаивающе. Вика даже словила себя на мысли, что не хотела, чтобы девушка убирала свою руку. Варя продолжила, отчего-то немного грустно призадумавшись:— Не уверена, что мы с тобой увидимся в ближайшем будущем. Может, пройдет много лет, прежде чем мы встретимся снова. Но когда этот день все же настанет, я выполню свое обещание. А пока я хотела бы оставить всё, как есть. Если ты не против. Девушка еле заметно улыбнулась, когда голубые глаза пронзили ее душу насквозь. Вика поджала губы, но сразу же после этого улыбнулась. Наверное, это была первая улыбка, которую она подарила Варе. Шатенка удивилась этому выражению лица, Вика не выглядела грустной, растерянной, напротив, в ней снова присутствовала былая уверенность, какая долго не могла пробиться через выстроенную самой девочкой стену сожаления. — Не против, — ответила она, насмешливо сложив руки на груди. — Надеюсь, ты меня не подведёшь.