Я смеюсь, чтобы не заплакать

— Вставай, придурок! Нам вообще-то на работу — толкает его рыжеволосый омега. — Хо, отвали! — недовольно морщится Юнги, потирая поясницу. — Снова спал на полу? Снова тот сон с обворожительным парнем, от которого ты течёшь? — усмехается Хосок.  — Пошел ты! Я не теку… Просто…  — Просто ты хочешь трахнуться с воображаемым парнем. Который вообще, судя по твоему описанию, сам является омегой — бьет по больному Чон.  — Заткнись уже! Лучше скажи есть че пожрать? И кофе? Иначе я тут и умру… — бурчит Мин.  — Конечно. Я все предусмотрел. Я же тебя знаю — ярко улыбается Хосок, тряся перед ним пакетом из Макдональдса. Чон Хосок - лучший друг Юнги еще с детства. Они с ним прошли и огонь, и воду, и медные трубы. Роднее и надежнее у Мина нет никого. Хоби — омега, самый настоящий (в отличие от него самого), с соответствующей внешностью. Высокий, утонченный, с миловидными чертами лица, широкой яркой улыбкой и золотисто-карими глазами. Он с первого взгляда привлекает внимание, причем как альф, так и омег. А его заразительному смеху невозможно сопротивляться. И пахнет он соответственно — весенней цветущей сакурой. Хоть они и росли в детском доме, а сейчас вообще уже как год живут на улице, в старом заброшенном здании, некогда бывшем мебельном магазине, Хосок всегда умудряется выглядеть ослепительно. У него превосходное чувство стиля, даже старые потрепанные вещи он может превратить в нечто потрясающее. Юнги давно пророчит ему будущее знаменитого и известного дизайнера одежды. Вот и сейчас омега выглядит с иголочки, черные зауженные джинсы и неизменная ярко желтая худи, из-за которой его многие прозвали Солнышком. — Ну что, готов к рабочему дню? — улыбается Хоби. — Нет, но работу никто не отменял — улыбается в ответ Юнги. — Ты уже решил, что будешь делать сегодня? — Нет.… Но, думаю, парни ждут, что я закачу огромную вечеринку с бухлом, течными омегами и горячими альфами, а может и с чем по круче — кривится Мин. — Но ты не хочешь? — Не то чтобы… Просто… — Просто ты снова бурчишь и включаешь свою сущность интроверта — упрекает Юнги Хоби. — Хо, не начинай… Ты же знаешь, не люблю я это всё.… Не для меня. Мне хватит и посиделок с тобой, под пару баночек пива. — Так ты точно никогда не лишишься девственности и не найдешь себе альфу — возмущается Чон. На что Мин только закатывает глаза… Местная придорожная забегаловка на первый взгляд не внушает доверия. Обшарпанные стены грязно-зеленого цвета, окна в пол с видом на убогую речушку и старая неоновая вывеска с кричащим названием. По всем традициям неблагополучного района лампочка над одной буквой перестала работать еще с установки, сколько не пытался владелец исправить это, она вечно гасла. Так что все местные жители привыкли лицезреть мерцающее «Perfect li_e», усмехаясь над тонким юмором матушки Судьбы. Несмотря на все это, заведение пользуется спросом. Хоть внешний вид отталкивает, здесь работают повара высшего класса. А про одинокого красавчика директора вообще говорят шепотом, строя догадки, почему он до сих пор один и почему держит эту забегаловку в таком районе, имея кучу денег и связей. Привычно звякает дверной колокольчик, когда Хосок с Юнги переступают порог этого заведения. Сегодня они в дневную смену, так что народу ожидается немного, можно расслабиться и даже отдохнуть. — Ладно… Ладно… — вскидывает руки вверх Мин — Я сдаюсь… — Значит сегодня вечером закатим у нас тусу?! — победно хлопает в ладоши Хосок, пока они идут в подсобку переодеваться. — С Днем Рождения тебя! — раздаются голоса их коллег, когда они открывают дверь. Все начинают дружно петь и хлопать, пока Юнги неловко переминается с ноги на ногу. Омега не привык к большому вниманию, да честно говоря, он вообще не привык, что о его дне рождении помнят. Когда-то очень давно, когда еще были живы родители, это был его любимый день, а потом…. Потом то ужасное событие, унесшее его семью, детдом, побои, голод, жизнь на улице.… Лишь позже Хоби стал вносить для него в этот день солнышко… — Мы рады, что ты присоединился к нам и стал частью нашего маленького, но дружного коллектива — говорит высокий темноволосый альфа, одетый в идеально выглаженный черный костюм, не вписывающийся в обстановку. — Желаю достигнуть тебе намеченных целей и исполнить все мечты, не забывая при этом о самом главном в жизни — любви. Надеюсь, ты повстречаешь своего истинного и обретешь счастье. — С.спасибо, директор Ким — мямлит Мин. — Сегодня можешь отдохнуть. Я делаю тебе выходной в честь Дня Рождения. Думаю, Чон и сам справится, посетителей не должно быть много — мягко улыбается Сокджин, смотря на паренька. — Не стоит! — быстро выпаливает омега, опуская голову в пол и краснея — Я бы хотел сегодня отработать и помочь Хосоку. — Выбор твой, Юнги-а — кивает Ким — Тогда еще раз с Днем Рождения! Приятно провести вечер. Всем до свидания! — кланяется директор и уходит. Тут же на Мина бросаются с объятьями остальные работники, поздравляя. Позже, когда ему удается выбраться из цепких рук, он, переодевшись, выходит в зал, ища глазами друга. А когда находит, спешит к нему, наклоняется к самому уху и возмущенно шепчет: — Какого только что было? — Ты о чем? — так же шепотом спрашивает Чон. — САМ директор приехал поздравить меня с Днем Рождения. С чего бы? Да и вообще, откуда он узнал, что оно сегодня? Разве ему не плевать? Разве ему есть дело до какого-то там официантика? Хоби на это лишь усмехается. — И что это было за поздравление такое?! — продолжает возмущаться Юнги. — А что не так? — выкатывает на него глаза рыжеволосый. — Да что за хрень он нёс про любовь, моего истинного, счастье? Это вообще его ебёт? Когда это директора волновала чья-то личная жизнь? И что это было за обращение ко мне «Юнги-а»?! — хмыкает Мин. — А что?! Он завидный одинокий богатый альфа, положил глаз на молодого строптивого омегу. Ну и что, что он старше? Возраст любви не помеха! — сверкая улыбкой, говорит Хосок. И прыскает от смеха, когда видит выпученные глаза и открытый рот Мина. — Да ты че! Какого хуя?! Меня в этом плане не интересует директор. Да и я не настолько отчаялся, чтобы вешаться на 30-летних альф, пусть красивых и богатых — злится омега. Чон больше не может сдержать смех, поэтому прикрывает рот рукой, начиная дико ржать с реакции друга. — Снова издеваешься надо мной?! — фыркает Юнги и отходит работать. Время за работой пролетает быстро. Вот уже и смена подходит к концу. — Я уже написал нашим про вечеринку. С них — закуски, с нас — бухло — улыбается, переодеваясь, Хосок. — Много народу будет? — интересуется Мин. — Нууу… — тянет Хоби — я написал только Чонгуку и Минхо… Ну и еще Чану… — Черт, Хо! — устало трет глаза Юнги — Чану притащит весь район к нам, если не весь город. — Да лааадно тебе — обнимает за шею друга Чон — как никак тебе сегодня исполняется 18, надо отметить так, чтобы запомнилось на всю жизнь. К в 8 вечера всё уже было готово, и потихоньку начал тянуться народ. Юнги всё это не особо нравилось, но он решил позволить себе на всё забить и отдохнуть. Это его день. — Пошли, потанцуем — кричит высокий накаченный парень с фиолетовыми волосами весь перетянутый ремнями, с чокером на шее. — Чонгук, отвали. Ты же знаешь, что я не умею и не люблю танцевать, — мотает головой Мин, отпивая из пластикового стакана. — Упрямый — фыркает альфа, возвращаясь на импровизированный танцпол. — Ты ему нравишься — толкает Юнги в плечо Чана. — Завали — теперь уже фыркает Мин, на что Чану начинает ржать. — Пойду, подышу. — Давай, — салютует ему рукой альфа. Они с Хосоком живут в старом полуразрушенном заброшенном двухэтажном мебельном магазине. Первый этаж сейчас выглядит как танцпол. Ребята поставили колонки, кто-то даже притащил дискотечный световой шар. В углу перед входом стоят столы с напитками и закусками. У стен кое-где притулились лавочки, на которых сидит народ, общаясь, покуривая и распивая напитки, парочки целуются по углам. А тем, кому не хватило место, приходится сидеть на полу, прислонившись спиной к стене. Но никто не жалуется, все довольны. Всё помещение забито народом, еще часть толпится на улице у входа. Лишь второй этаж, можно сказать, пустует. Это место для парочек, решивших уединиться. Юнги медленно идет через толпу к лестнице на второй этаж. Его немного шатает после выпитого, в глазах плывет. Ему срочно нужен свежий воздух. Музыка бьет по ушам, пот течет по вискам. Он хочет остаться один, поэтому осторожно держась за остатки перил, поднимается на второй этаж, поворачивает в правый коридор и идет до конца к лестнице на чердак. Приходится повозиться, прежде чем ему удается подцепить кольцо и опустить лестницу, все же он перебрал со спиртным. — Как же хорошо — вдыхает полной грудью Юнги, поднимая обратно за собой лестницу, чтобы его никто тут не потревожил. Одна стена на чердаке давно обвалилась, открывая обзор на двор, а крыша тут и там с дырками. Мин садится на пол, свешивая ноги с края. Это его любимое место, здесь открывается потрясающий вид на звездное небо, которым он любит любоваться, так как последнее время не спит из-за кошмаров. — Так и знал, что ты здесь. Омега вздрагивает, резко оглянувшись назад. Он так засмотрелся и задумался, что не услышал, как кто-то поднялся к нему. — Ты меня напугал — нервно выдыхает Юнги. — Прости, не хотел — опускается рядом Чонгук. — Почему пришёл? — Хотел увидеть тебя — проводит языком по губам Чон. Мин молчит, смотря на звезды. — Ты последнее время не очень выглядишь. Что-то тревожит? — Нет, просто не высыпаюсь — врет Юнги. Какое-то время они просто сидят в тишине, смотря на небо. — Держи — протягивает ему конверт Чонгук — Это тебе. — Что это? Там деньги? Решил меня купить? — скептически поднимает одну бровь Мин. — Один альфа искал тебя, чтобы передать, — наигранно дуется Чон, делая вид, что обиделся на слова друга. — Альфа? — Да. Высокий такой, с серебристыми волосами. Мутный тип какой-то. Он мне не понравился. — Я не знаю таких — хмурит брови омега. Фиолетововолосый лишь пожимает плечами. — Может, откроешь? Мин аккуратно вскрывает конверт, достает и разворачивает письмо. Его руки начинают мелко дрожать, ведь он узнает почерк. Из-за накативших чувств, усиленных действием алкоголя в крови, Юнги не замечает, как письмо выскальзывает из его пальцев и медленно опускается на газон. — Ему больше не наливать — восклицает Чонгук — Пьянь, ты его уронил — толкает в плечо Юнги, усмехаясь. Омега вздрагивает, приходя в себя, и тут же срывается с места, напугав Чона. — Эй! Чувак, да что с тобой? — кричит ему в спину фиолетововолосый. Юнги боится, что письмо затопчут или его унесет ветром, а он ведь даже не успел его прочесть. Поэтому он пытается как можно быстрее выбраться на улицу, толкаясь через толпу. Но вдруг замирает посередине танцпола, окруженный людьми, внюхиваясь. Мин в неверии начинает крутить головой, ища источник запаха. — Я схожу с ума — шепчет себе под нос омега, все еще ощущая яркий аромат мандарин. Когда же ему удается выбраться во двор, он судорожно начинает искать письмо, тут же забыв о случившемся. — Эй! Ты че там ищешь? — подходит сзади рыжеволосый. — Косяк потерял? Или наконец-то свою девственность? — начинает пьяно ржать Хосок со своей же остроумной шутки. Юнги не отзывается, лишь нервно дергает плечами. — Да бро! В чем проблема? Мин обреченно опускается прямиком на траву, тяжело вздыхая. — Ничего. Дай закурить — разочарованно бросает он другу. Хоби секунду смотрит на него, потом так же опускается на газон и протягивает сигарету.