Часть 21: Данное слово II
7 ноября 2021 г., 18:57
Она пожала мне руку. Пожала ладонь. Пожала локоть, бицепс, плечо, подбородок. Ее губы коснулись моих. Я ослеп, оглох, онемел. Я был рожден ради этого мгновенья.
— Доброе утро, булочка — улыбается Тэхену Джин. — Доброе — бурчит тот в ответ. — Как спалось? — Отлично — кривится Тэ, вспоминая прошлую ночь и все произошедшие события. — Готов покорять склоны? — бодро продолжает интересоваться Сокджин. Тэхен лишь вяло кивает. Его мутит, а боль в животе не даёт даже вздохнуть нормально. Единственное, что он сейчас хочет, вернуться в палатку, снова свернуться калачиком и проспать до вечера, и, желательно, чтобы никто его больше не трогал. — Всё в порядке? — как-то странно смотрит на него альфа, принюхиваясь. — Да! — слишком быстро выпаливает омега, отшатнувшись. — Мне нужно собраться. А потом, можно в путь — говорит он, разворачиваясь и почти сразу срываясь на бег. — Окей. Жду тебя — кричит ему в спину Джин. Тэхен залетает в свою палатку, снося пару стопок разложенных вещей, и останавливается, переводя дух и шумно дыша. Его чуть не спалили. Мысли мечутся в голове. Мигает красным, как сигнализация, вопрос «Что делать?!». Жаль только, что на этот случай нет никаких служб и организаций, которые были бы обучены оперативно реагировать на подобный экстренный вызов. Всё, как и всегда, нужно решать самому. Ким тяжело выдыхает от бессилия и начинающейся головной боли и валится на кровать. Лежит… Дышит… Перебирает в голове варианты… Судорожно ищет выход… Но в итоге, сдаётся… — Минхо! Бро! — с надеждой шепчет он в трубку. — Тэ? Почему звонишь? Уже вернулся в город? И что с голосом? — У меня полная жопа — выдыхает обречённо омега. — Что случилось? — обеспокоенно спрашивает его друг. — У меня течка — скулит Тэхен, после чего повисает тишина. — Так а ты с кем? — оживает через пару минут Минхо, переварив полученную информацию. — С Джином — ещё более убитым голосом отвечает омега. — В горах? — Да… А таблетки дома! — уже почти плачет в трубку Тэ. — Бля… Засада… — Я и говорю — жопа — всхлипывает Тэхен. — Он знает? — Кто? Джин? — Ну, а кто ещё?! Ты же сам сказал, что с ним там, или я чего-то не знаю? — Здесь ещё Гук… — Гук? Это тот, который тебя тогда украл? — Ага… — Ну, так и? Они в курсе твоего положения? Великий соблазнитель двух альф сразу. — Эй! — возмущенно фыркает Тэ, все же продолжая. — Нет… Гук точно нет… Джин… Думаю, нет… Но может догадываться, он странно на меня смотрел… — Плохо… Хотя… С какой стороны смотреть… Джин твой будущий муж. Вам пойдёт на пользу, если свою течку ты проведёшь с ним. — Минхо! — громче, чем нужно, выпаливает Тэхен, тут же зажимая себе рот. — Что?! Вы же все равно сыграете свадьбу, детей от него ты как собрался рожать? Ну, впрочем, если тебя Сокджин не устраивает, что насчёт твоего Гука? — Минхо! Блядь! — злится омега. — Ладно! Ладно! Не горячись! Эти варианты отпадают, понял я. Что насчёт того, чтобы сказать Джину, что тебе срочно нужно в город по работе? Ну или что тебе плохо? — Не вариант, я опять сбегаю от него, потом одним ужином не отделаюсь. Да и я боюсь, что он тогда догадается в чем проблема. — И что? — А то… Если он догадается, он так просто не отвезёт меня домой, я уверен. Он при каждой нашей встрече кидает мне пошлые намёки. Я не хочу с ним лишиться девственности. Не с ним… — мотает головой Тэхен, представив это в голове. — Понял… А что насчёт Гука? Он тебя уже однажды украл у него, пусть сделает это ещё раз. — Отец тогда меня точно убьёт. Ты так хочешь на мои похороны? — загробным голосом интересуется у друга Ким. — Нет, бро. Тогда что? Какие варианты? — Я хз. Я вообще не особо могу сейчас соображать. Поэтому и позвонил. — А если ты сам сбежишь? А отцу потом все объяснишь, он должен понять. — Ага… Он поймёт, что я снова иду против его воли, и убьёт меня… — Засада… Тебе сильно плохо? — Меня всего трясёт, кажется, озноб. Боль внизу живота адская, а задница пиздец как чешется и течёт. — Херово… — замолкает Минхо. — Слушай, Тэ! — вдруг оживленно начинает он. — Что? — Давай, бери себя в руки там! У тебя духи или дезик есть с собой? Выливай все на себя, чтобы перебить твой естественный аромат. Держись от альф на расстоянии и не подпускай к себе этих двоих. Тебе всего лишь надо продержаться до завтра. — Да… Всего лишь… — все ещё обречённо выговаривает омега. — Эй! Ты ведь следователь! А только потом омега. Ты вон пулю словил! А тут… Какая-то там течка! — подбадривает его друг. — Ага… Пулевое ранение куда больнее, чем все это — говорит Тэ, но сам не верит своим словам. — Держись там! Если что, звони, я приеду. Или если будет все слишком плохо, убегай, я тебя заберу. А с отцом потом все как-нибудь решим — успокаивает его Минхо. — Спасибо, бро… На связи… — чуть увереннее прощается Тэхен. — На связи. Ким кое-как поднимается, почти готовый сражаться. Не зря же он омега-следователь. Ему это все по зубам. Он справится. Наверно… Тэ выливает весь флакон своих любимых духов на себя. Садится в позу лотоса, кряхтя от боли, и немного медитирует, пытаясь отбросить зуд и боль в животе на задний план. А после, уверенной походкой выходит из палатки. — Готов? — тут же раздаётся у него над ухом. — Ага — вздрогнув, кивает Тэхен, нервно сглатывая.***
— Давай — протягивает ему руку Сокджин из медленно поднимающейся кабинки, желая помочь. — Я сам — быстро проскальзывает мимо него омега, игнорируя протянутую руку. — Айщ! — цокает языком альфа, плюхаясь рядом с Тэ. — Я же, как джентльмен, хотел поухаживать за тобой, а ты… Что мне за омега такой достался?! — в своей привычной манере возмущается Джин. — Я не неженка. Могу сам о себе позаботиться — отодвигаясь от него на самое безопасное расстояние, бурчит Тэхен. — Строптивый. Но ничего… Я и таких в постель укладывал — подмигивает ему альфа, пошло облизывая губы, на что Тэ лишь закатывает глаза. — Моя булочка с вишней — втягивает в себя воздух Сокджин, в удовольствие прикрывая глаза. — Ты вкусно пахнешь. Хотя эти духи перебивают весь твой естественный аромат — кривится он, продолжая. — Мне кажется, или он усилился? — ехидно улыбаясь, спрашивает альфа. — Тебе показалось — отодвигаясь ещё дальше, мотает головой омега. — Ха… Пусть будет так, булочка. — Вылезай давай. А то мы так обратно вниз спустимся — обращает его внимание Тэхен, готовый выскочить из этой чёртовой будки хоть в пропасть, лишь бы больше не находится в одном замкнутом пространстве с этим альфой. — Ещё и такой нетерпеливый? Мне такие нравятся — усмехается Джин, выпрыгивая и снова подавая руку омеге. — Что-то тебе всё во мне нравится. Я что твой идеал, что ты соловьем поёшь? — снова игнорируя его руку, спрашивает Тэхен. — А что если так, булочка? — догоняет он его. — Сам то в это веришь? — теперь уже усмехается Тэ, ускоряя шаг. — Строптивый и непослушный… Такие притягивают. Их хочется усмирить, обуздать, приручить. А ещё, говорят, такие омеги очень ненасытны в постели. — А у тебя другой темы нет для разговора? Только и делаешь, что говоришь о сексе. Недотрах? — не выдерживает издевок Тэхен, у которого гормоны из-за течки разыгрались не на шутку. Он не знает, чего ему сейчас хочется больше всего. Придушить Сокджина за вечные подъебы и пошлые шуточки, или накинуться на него, чтобы он его хорошенько оттрахал, хоть его и безумно тошнит от его имбирно горького аромата. — Мне просто нравится тебя выводить. Ты такой душка, когда злишься и краснеешь — смеётся Джин, останавливаясь. — Я не краснею! — все-таки срывается омега, метая в альфу молнии из глаз. — Ладно! Ладно! Хочешь вернуться? У тебя ведь течка началась, я прав? — в лоб говорит альфа, ни капли не краснея. Тэхен спотыкается, услышав, что сказал Джин. Красная лампочка в голове снова начинает истерично моргать. Если бы Тэ был эпилепсиком, он бы уже давно валялся на полу с приступом. Но нет, он просто стоит. А все тот же вопрос «Что делать?!» бьётся в черепной коробке, как запертая в клетке птица. — Булочка — на самое ухо шепчет альфа, ведя руку ниже по его талии. Тэ за своими сумасшедшими мыслями даже не заметил, когда он успел подойти к нему так близко. — Н.не трогай — заикаясь, панически просит Тэхен, весь сжимаясь. — Я ведь твой будущий муж… Я могу тебе помочь с этим… — продолжает нашептывать, как змей искуситель, ему на ухо Джин, опуская руку на его ягодицу. — Н.не надо… Я я н.не х.хочу — дрожащими губами, еле слышно, выговаривает Тэ, пытаясь убрать руку альфы. — Я не сделаю тебе больно. Тебе понравится — не обращая внимания, продолжает Джин. Тэхен не знает, что ему делать. Все его мужество испарилось. А мысль, что он сам хотел отдаться этому монстру, вызывает дрожь в коленках. В его голове пустота, все навыки и приёмы, которые он когда-то освоил, просто вылетели. Тэ не знает, как дать отпор альфе. А паника все больше туманит его сознание. Ему бы закричать, оттолкнуть, убежать, пока не случилось ничего плохого… — Эй! Мудила! Убрал от него свои руки! — раздаётся сзади, от чего Тэхен вздрагивает, вернувшись в реальность, и оборачивается. — Что надо? — будто ничего и не происходило, спрашивает Сокджин, тоже обернувшись, но не убирая руки с омеге. — Я сказал, руки убрал! — разминая шею, зло скалится Чонгук. — А ты кто такой? — сузив глаза, спокойно обращается к нему альфа. — Повторю третий, и последний раз. Руки от него убрал! — уже рычит Гук, хрустя пальцами. — Малыш, это мой будущий муж. А значит, мой омега. Тебе лучше убраться восвояси — сверлит его холодним взглядом Джин, по хозяйски опустив руку Тэхену на задницу. Тэ стоит как статуя, намертво приросший к земле. Он лишь хлопает ресницами, переводя взгляд с одного альфы на другого. Такого в его жизни ещё точно не было. За него собираются драться два альфы. Боже… — А я — его истинный! — делает к ним шаг Чонгук, оказываясь в опасной близости, и перехватывает руку Тэ. — Что? — опешив и не понимая, поваричивает голову к омеге Сокджин, ожидая пояснения. Тэхен открывает рот, не зная, что сказать. Он и сам знатно прихуел от такого заявления Гука. — Он мой! Съебись! — резко дёргает Чон Кима за руку, и тот сразу же оказывается в его объятьях. — Пошли, вишенка — приобнимая за плечи, разворачивает его Чонгук, ведя обратно к канатной дороге. — Тебе не стоило переходить мне дорогу, щенок. И уж тем более забирать мое — прилетает Чонгуку в спину, но он даже не оборачивается.***
— Ты как? — уже в кабинке спрашивает Чонгук, прижимая к себе Тэ. — Нормально — наконец облегчённо выдыхает Тэхен. — Он ничего не успел с тобой сделать? — Нет — качает головой омега. — Прости, что не пришёл сразу утром и не забрал тебя — поглаживая его по спине, извиняется альфа. — Почему ты должен был? — непонимающе поднимает на него глаза Ким, расслабившись в чужих объятьях. — Потому что ещё вчера понял, что у тебя скоро течка… Когда мы ссорились… А утром… Я зассал, как дурак… Не знал как к тебе подойти, чтобы окончательно не потерять… Но я не должен был оставлять тебя с ним — качает головой Гук, покусывая нижнюю губу. — Как ты узнал? — недоумевает Тэ, усилием воли заставляя себя отвести взгляд от его губ, которые вдруг стали так манить. — Твой запах… Спелая сочная вишня… Я учуял его как только спустился с канатки с друзьями в лагерь… Он настолько насыщенный… — поясняет альфа. — Куда мы сейчас? — меняет смущающую его тему Тэхен, видя их приближение к лагерю. — Я увезу тебя отсюда. Ты здесь не останешься — твёрдо говорит Чонгук. — Хорошо. Спасибо — не сопротивляется Ким, доверяя себя Чону. Гук быстро собрал вещи Тэ и свои. И они отправились в дальний путь вниз, к цивилизации. Всё это время альфа был рядом. Держал за руку, обнимал, даже нёс часть пути, когда Тэхену стало хуже. Только к 9 вечера они спустились, вымотанные дорогой. — Моя машина на платной парковке. Я отвезу тебя домой — говорит Гук, идя в нужную сторону. — Нет! Мне нельзя домой! — испуганно вспоминает Тэ, боясь гнева отца. — В смысле? — тормозит у машины Чонгук. — Меня отец убьёт — поясняет Тэ, опустив голову. Чон хмурится и снова кусает свою нижнюю губу, усиленно что-то обдумывая. А Тэхен не может оторваться от этих манящих губ и милой родинке под ними. — Есть два варианта — наконец, произносит Чонгук, поднимая на него глаза. — М? — мычит в ответ Ким, не переставая пялится. — Могу отвезти тебя к себе. Могу… — Да! — выпаливает омега, не дав договорить Гуку и не успев даже услышать другой вариант. — Тэ… Ты уверен? — немного тушуется такого уверенного ответа Чон. — Да — улыбается Тэхен, тая от такого обращения к себе, из уст Гука это звучит так поособенному. — Ладно. Тогда падай — снимая с сигнализации свою красную ламборгини, говорит Чонгук, все ещё пребывая в раздумьях. Всю дорогу едут в молчании. Альфа что-то решает для себя в своей голове. Тэхен же украдкой любуется им. И неосознанно, даже для самого себя, вдыхает его кружащий голову аромат бамбука. Он впервые позволяет себе так пристально изучать парня, сидящего рядом. Тем самым мысленно давая ему шанс. — Это всё из-за течки и разыгравшихся гормонов — думает Тэ, чувствуя какую-то слабость перед Чонгуком. — Красивый — вдруг срывается с губ омеги. — Что? — вопросительно упираются в него два больших глаза. — А? — моргает Тэхен. — Ты сказал красивый? Кто? — возвращая свое внимание дороге, спрашивает Чон. — Я? А! Да, там… Куст… Да, куст был красивый… — краснеет Ким, отворачиваясь к окну. — Мы на месте — через пару часов сообщает Чонгук. — Прости, у меня нет такого шикарного особняка как у тебя, но у меня уютно и чисто — оправдывается альфа. — Всё в порядке. Особняк — это прихоть моего отца. Он считает, что нам не по статусу жить в чем-то более скромном. Когда я учился в Америке, я снимал небольшую студию — рассказывает Ким, пока они поднимаются. — Вот как… — удивляется Чонгук, открывая дверь и пропуская его вперёд. — Тут и правда уютно — осматривается омега. — Ты голоден? Могу что-нибудь приготовить. — Можно. — Если честно, говоря «что-нибудь» я имел ввиду рамен. Прости, мои кулинарные способности оставляют желать лучшего — неловко улыбается Чон, разводя руки. — Ничего. Я и на рамен согласен — усмехается Ким. — Ты, кстати, можешь пока душ принять. Я дам тебе свою чистую одежду. — Было бы замечательно. — Тэ… — вдруг начинает Гук, но замолкает. — Что? — удивлённо смотрит на него Тэхен, а Чон мнется на месте. — Ну… Это… Какие тебе нужны таблетки? Я схожу в аптеку — краснеет Чонгук. Следом за ним краснеет и сам Тэхен. Рядом с альфой он почти забыл о своей проблеме. Вернее, он о ней помнил, просто боль стала меньше и ему стало легче. — Не нужно — мотает головой Тэ, сам не понимая, почему отказывается. Да ему стыдно о таком просить Чона, но все же… Для Чонгука это, наверно, ведь тоже тяжело, находится рядом с течным омегой. — Точно? Ничего не болит? Может, мне все же сходить? — не унимается младший, беспокоясь. — Всё хорошо. Мне уже лучше. А после душа, станет ещё лучше — уверяет его Ким. — Хорошо. Вот одежда. Полотенце на верхней полке в ванне. Можешь пользоваться всем, что видишь. А я пока приготовлю нам покушать. Тэхен кивает, забирает одежду и проходит в ванную, закрываясь. — Боже… Что я творю? Что со мной? — шепчет омега себе под нос, сбрасывая одежду и становясь под душ. — С лёгким паром — отзывается Чонгук, необорачиваясь, как только Тэ делает шаг на кухню. — Спасибо — снова краснеет он. — Еда готова — поварачивается альфа, ставя тарелки на стол. — Спасибо за еду — благодарит омега, активно набивая рот. — Я расстелю тебе свою кровать, а сам лягу в гостиной на диване. Если будет что-то нужно, не стесняйся, буди — закончив с едой, говорит Гук, смотря на Тэхена, который немного испачкался в соусе. — Это не обязательно. Я могу лечь на диване. Я все же здесь гость — пытается ответить ему Тэ с набитым ртом, от чего Гук прыскает от смеха. — Ты такой милый — отсмеявшись, озвучивает свои мысли Чон. — У меня всегда хороший аппетит, когда у меня… это… — прячет глаза в тарелке Тэ, краснея. — Хочешь ещё? — заботливо спрашивает Гук. — Нет, я наелся. — Хорошо. Хочешь чего-нибудь ещё? — убирая грязную посуду, интересуется альфа. — Да… Тебя… — проносится в голове Тэхена, но он вовремя затыкает себе рот рукой. Гук не дождавшись ответа, поворачивается, вопросительно смотря. — Нет — машет головой старший. — Тогда пойдём, я тебе постелю. Уже поздно, мы оба устали после дороги. Они заходят в спальню Чонгука. Тут все в черно-белых тонах, но со вкусом и уютно. Тэхену сразу бросается в глаза большая двуспальная кровать с резной спинкой. Она будоражит его воображение. — Сладких снов, вишенка — прощается Гук, выходя и прикрывая дверь. — Спокойной ночи. Тэхен стягивает штаны, оставаясь в одних боксерах, которые скрывает огромная футболка Гука. А потом с разбега, как маленький, плюхается на кровать, блаженно прикрывая глаза. Кровать оказалась нереально мягкой и удобной, а ещё очень большой. Так что Тэ лёг поперёк, звёздочкой раскинув руки и ноги. И почти мгновенно провалился в сон.***
Тэхен открывает глаза. Темно. Он хотел бы спросить свой организм, какого хуя он проснулся, но причина обнаруживается быстро. Он чувствует как смазка пропитала насквозь его боксеры и простынь. — Чёрт! — скулит Тэ, тут же прикрывая рот рукой, вдруг вспомнив, где он находится. Он затихает, прислушиваясь. Тишина. Тэ старается лежать спокойно, но из-за течки это очень сложно. Он начинает ерзать по шелковистой простыне, так создавая трение, чтобы уменьшить зуд, но это особо не помогает. — Бля… — снова скулит Тэхен. Он в футболке Чонгука и поэтому отчётливо чувствует его запах. От этого его организм, будто специально, учуяв потенциального альфу, выбрасывает в кровь все больше и больше гормонов, вырабатывает все больше и больше смазки. Ким не может спокойно лежать, а мысли его то и дело возвращаются к блядской родинке под нижней губой Гука и к его забитой татуировками руке с длинными пальцами. Тэ не выдерживает. Он аккуратно поднимается с кровати, пытаясь не создавать много шума, и высказывает из комнаты, направляясь в гостиную. Ким ещё сам не понял, что хочет сделать, но ноги несут его сами, а он не в силах сопротивляться. Тэхен стоит у дивана, тёмную комнату освещает лишь лунный свет, льющийся из окна. Благодаря ему, Тэ видит Гука. Он лежит на диване, накинув на себя плед, одна нога высунулась, а руки мило подложены под щеки. Ким мнется у дивана, продолжая нагло разглядывать альфу, не решаясь что-то сделать. Но тут его скручивает пополам от резкой боли в животе, от чего он издаёт сдавленный стон. — Тэ? — приподнимается Гук, потирая глаза. Тэхен понимает, что разбудил его, и встрял по полной, назад пути нет. — П.прости — мямлит он. — Я н.не хотел тебя разбудить — пятится назад. — Тэ, тебе плохо? Что-то болит? — садится Чонгук на диване, полностью проснувшись. — Нет — активно машет головой омега, оттягивая футболку как можно ниже. — Мне сходить в аптеку? Ким замирает, он осознает, что попал. А ещё отчётливо чувствует, как смазка стекает по его ногам. А потом его взгляд случайно падает на эту ебаную родинку под губой Чонгука, на которую сейчас так красиво ложится лунный свет. И Ким срывается, не отдавая себе отчёта, тупо идя на поводу своих желаний. Тэ делает широкий шаг к дивану и, не дав опомниться Гуку, плюхается к нему на колени, зарывшись лицом в ключицу. — Тэ… — выдыхает альфа, сразу же обхватывая его руками. — Гууук… — тянет омега, крепко обняв за шею. — Гууукиии… Мне нужна твоя помощь… — хнычет он ему в ухо. — Тэ… — тяжело сглатывает Чонгук. — Пожалуйста… Гукиии… — слегка ерзает у него на коленках Тэхен. — Вишенка… Перестань… — пытается вразумить его Чон. — Гууу… — продолжает тот. — Нельзя… Тэ… — качает головой альфа. — Почему? — жалобно скулит омега. — Это все из-за течки. Ты же знаешь? Тебе гормоны в голову ударили. На утро ты будешь об этом жалеть. Да и вообще… Тэ, твоим телом сейчас управляют они, а не ты сам — как маленькому втолковывает Чонгук Киму. — Ты меня не хочешь, да? — шмыгает носом тот, пропустив все мимо ушей. — Блядь, вишенка… — рычит Гук, пытаясь держать себя в руках. — Ты тогда сказал, что у тебя никогда на меня не встанет… — продолжает омега. — Тигрёнок! — немного повышает голос Чон. — Я сказал так тогда со злости, и я же извинился потом. Что ты такое говоришь?! Я безумно тебя хочу. Но… — Так в чем проблема? — перебивает его Тэхен, оторвав голову от его ключиц и шеи и впервые заглядывая ему в глаза. В этих самых глазах Чонгук сейчас и тонет. — Я хочу, чтобы ты захотел этого не из-за своих врождённых инстинктов — наконец, заговаривает альфа. — А вообще, для начала, я хочу, чтобы ты стал моим омегой — отрывает свой взгляд Гук от гипнотизирующих глаз, не понимая, как ему ещё удаётся держать себя в руках. — Ну, Гууук… — выпячивает нижнюю губу, как маленький, Тэ. — Я хочу тебя, кролик — став серьёзным, говорит Тэхен. А Чонгук от этого «кролик» больше не в силах себя держать. Видит Бог, он терпел, как мог. Но разве перед этим ангелом-искусителем возможно устоять? Чон тянет омегу ближе, берет его за подбородок и смотрит. Впервые так близко губы, которые сводили его с ума, которые снились во снах. Тоже думает и Тэхен, загипнотизированно пялясь на альфу. Первым не выдерживает Тэ, подаваясь вперёд. Его губы сталкиваются с чужими, такими тёплыми и мягкими. Чонгук перехватывает инициативу. Жадно скользит языком по нижней губе, чуть оттягивая, посасывает. Тэхен отвечает, стараясь успеть за альфой. На этот раз первым сдаётся Чон, наконец, позволяя горячему языку омеги скользнуть в свой рот. Пульс сразу подскакивает у обоих. Их языки сплетаются, борются, жадно, страстно. Они танцуют в диком танце, изучая друг друга, пока у обоих не кончается кислород. Отстранившись, жадно глотают воздух, пытаясь быстрее восстановить утраченный, чтобы вернуться к покрасневшим губам друг друга. — Гук… — стонет в очередной поцелуй Тэ. — М? — мычит тот. — Гуки… Мне этого мало… — хнычет омега, кусая и оттягивая чужую губу. — Мало? — усмехается альфа, снова утягивая его в глубокий поцелуй. Тэхен, хоть и является девственником, целовался с альфами, и не раз. Но чтобы так. Чтобы напрочь сносило крышу, чтобы он был готов кончить… Нет… Тэ никогда, до этого, по-настоящему не целовался… — Гууу… Пожааалуууйстааа… Аххх… — единственное, что сейчас может Ким — жалостливо просить, слезно умолять своего губителя, иначе ещё чуть-чуть и эти чёртовы губы просто сведут его с ума. — Что ты хочешь? — отстраняется Чон, заглядывая в глаза и попутно облизываясь. Гук тот ещё «ловелас», это знают все его друзья. Но зато сейчас он может на 100% сказать, что такого омеги у него никогда не было, да и не будет. С ним никто не сравнится. Тэ особенный, и теперь точно только его. — Тебя — просто отвечает Ким, весь раскрасневшийся с быстро вздымающейся грудью. — Уверен? — опускает свои руки на аппетитную попку Чонгук, плотно прижимая к себе Тэхена и давая тем самым ощутить свой стояк. Вместо ответа ему в губы прилетает лучший в мире стон. Назад пути нет. Чон резко встаёт, подхватив омегу, который крепко цепляется за его плечи, и направляется к спальне. На ходу зацеловывая свое сокровище. Через минуту Тэ оказывается на так понравившейся ему кровати, а Чон нависает сверху. Слышится щелчок и комната наполняется тусклым светом ночника. — Гуки? — испуганно и смущённо смотрит на него Ким. — Я хочу видеть твоё тело — избавляет он его от своей футболке. — Ты безумно красивый. Хочу любоваться тобой. В темноте трахают только шлюх — оставляет влажный поцелуй на шее, от чего Тэхен шумно выдыхает, прикрывая глаза. — Расслабься — шепчет на ушко альфа, играя языком с мочкой. Ким слушается, растворяясь в альфе и отдавая себя полностью. Чон отстраняется, любуясь лучшим видом. То, что тогда, в ресторане, было скрыто полупрозрачной блузой, сейчас перед ним, как на ладони. Изящные выпирающие ключицы, подтянутый живот, виднеющиеся ребра, тонкая талия и бархатная кожа… Одним словом, Рай… Чонгук ведёт кончиками пальцев от шеи ниже… Обводит набухшие соски и видит как в наслаждение выгибается Тэхен, прикусив нижнюю губу. Ведёт ниже, по ребрам, к животу. И ещё ниже… К резинке на боксерах. Тэхен втягивает живот, весь покрываясь мурашками. Альфа опускает руку ниже, ведя ей через трусы по вставшему члену омеги, чувствуя его напряжение. Тэ громко стонет, ерзая по простыне. Гук от этого рычит, впиваясь в шею Кима. Он ставит свою отметку, сразу зализывая место укуса. А потом и вовсе начинает покрывать всю шею и ключицы засосами, укусами, поцелуями. Тэхен больно царапает его спину, извиваясь и скуля. — Гукиии… — хнычет он, когда альфа опускается своими поцелуями к его соскам. Его язык умело и ловко играет с одним из них, а другая рука выкручивает и ласкает другой. — Гууу… Пож… Аххх… — стонет Тэ. А Чонгук не слушает его, спускаясь ниже. Мгновение и Тэхен оказывается без трусов. Чон завороженно любуется открывшимся видом. — Нереальный… Неземной… Невероятный… — проносится у него в голове. Он снова припадает к омеге, неожиданно для того ведя своим языком по его члену. — Н.не н.надо — всхлипывает Ким. Он знает, что такое не делают абы кому. Даже в браке омеги могут так никогда и не получить минет от своего альфы. Чем заслужил это он? Чонгук умело вбирает его член по самое основание и слышит громкий стон. Да, это именно то, чего он так хотел. Этот хриплый от сильного возбуждения баритон он готов слушать вечность. И он готов делать для этого все, что угодно. Даже такую малость, как минет. Пусть он это делает первый раз, он очень старается. Его язык ловко скользит по головке, иногда тыкаясь в уздечку и поглаживая дырочку уретры. Губы активно причмокивают, обсасывая член омеги, как леденец. А рука бережно массирует яички. Чон забывается, сам увлекшись процессом, он вбирает все глубже и резче. Пошлые звуки хлюпанья и причмокивания, вперемешку со стонами и всхлипами, разносятся по комнате. А Тэхен забывает как дышать, его рот открыт в немом крике, одна рука глубоко зарылась в фиолетовые пряди Гука, а другая комкает простынь. — Чон… Гууук — на выдохи стонет Тэ, пытаясь отстранить от себя парня. Чонгук ему этого не позволяет. И Ким с громким стоном и его именем на устах кончает глубоко в рот альфы. — Гуу… — тянет его на себя омега. И как только тот оказывается рядом, жадно впивается поцелуем, ощущая свой привкус на его губах, от чего его снова накрывает волна возбуждения, а усталость после оргазма улетучивается. Тэхен ловко меняет их местами, теперь седлая бедра альфы. Теперь его очередь наслаждаться чужим телом. Тэ немного нервничает. Он все же впервые с альфой и тоже впервые собирается делать минет. А ещё он волнуется, что не сможет сделать это так же ахуенно, как альфа. Ким начинает с шее, он хочет знать каков Гук на вкус, везде. Ведёт по ней языком, слыша негромкое рычание. Опускается ниже и пробует также поиграть с сосками, а когда слышит первый стон, становится смелее, радуясь как ребёнок. Тэхен, смущаясь, проводит рукой по члену альфы, ощущая немалые размеры. С губ срывается стон от мысли, что это все будет в нем. Он стягивает боксеры Гука и касается губами его плоти. Затем высовывает язык и слегка проводит по нему. Неумело облизывая головку, ощущает едва уловимый вкус. А распробовав его, незамедлительно вбирает в рот насколько может. Начинает медленно двигать головой, посасывая и причмокивая. Привыкает, расслабляет горло и уже через пару минут погружает его в свой рот по самое основание. Чонгук рычит от таких действий, так же зарывшись рукой в его волосы. Тэхен старается, помогает себе рукой, пошло стонет с набитым ртом, когда, наконец, Гук изливается в него. Ким все проглатывает, ему нравится вкус. — Тэ… — теперь Чон тянет его наверх и впивается в губы. Они не могут насытиться друг другом и этим поцелуем, в котором смешались их вкусы, это обоих сводит с ума. Рука Гука оказывается на ягодицы Тэ и он скользит ей к заветному входу. Ким вздрагивает и напрягается, когда чувствует небольшое давление на колечко мышц. — Вишенка? — отрывается от его губ альфа. — Я… — прячет омега глаза. — Посмотри на меня — просит Чон, Тэ покраснев, поднимает голову. — Это твой первый раз? — догадывается Чонгук, перед этим долго вглядываясь в теперь уже любимые глаза. — Д.да… — снова опускает голову Тэхен. — Боже… — выдыхает нервно Гук. — П.прости… Я… Я ничего не умею… Только целоваться… И то… Не так хорошо, как ты… Я, наверное, совсем не удовлетворил тебя… Ты сделал мне такой шикарный минет, а я… Я… — лепечет, чуть не плача, Ким. Альфа сразу затыкает его поцелуем, нежным и чувственным, так передавая свою любовь. — Медвежонок, ты сделал все потрясающе — после, уверяет его Чонгук. Тэхен, неверяще, мотает головой. — Я не могу тебе сказать, что ты у меня первый. Или хотя бы второй… Ты даже не в первой десятки… Прости… Да, я тот ещё тип… Но то, что сейчас между нами… Ни один омега не вызывал во мне столько чувств и такого дикого желания… — утягивает он Тэхена в новый поцелуй. Какое-то время они просто целуются, блуждая руками по телам друг друга. — Гуки… — М? — Я хочу… — неловко шепчет Тэ. — Это не обязательно. Мне и так безумно хорошо с тобой, вишенка — улыбается Чон. — Но я хочу… — упрямо говорит омега. — Упрямый. Хорошо. Я буду аккуратен — сдаётся альфа. — Если станет сильно больно — скажи, я остановлюсь, и мы все прекратим. — Просто возьми меня уже! — впивается в его губы Тэхен. Чон находит смазку в тумбочке, выливает на пальцы и раздвигает превосходные ноги Кима. Аккуратно и нежно вводит один палец, целуя омеги коленки. — Ты как? — сразу же интересуется он, проталкивая палец глубже. — Продолжай. Гук добавляет второй палец. Тэхен начинает ерзать, чтобы унять его боль и дискомфорт, Чонгук ловит его губы, отвлекая. Добавляет третий палец, уже постепенно слыша сдавленные стоны, прилетающие в его губы. — Гуки… Аахххх… Я больше не могу… — шепчет Тэ, весь выгибаясь, ведь Чон нашёл комочек нервов, от которого его всего пробивает током. Чонгук отстраняется, видя такого разгоряченного Тэхена, выливает оставшуюся смазку себе на руку и размазывает по члену, приставляя её к дырочки. — Потерпи, родной — медленно входя в него, просит альфа, целуя в лоб. Ким скулит, но принимает его на всю длину. Гук тяжело выдыхает. Ему сложно держаться, хочется сразу сорваться на бешеный ритм, но нельзя. Его Солнышко не должно пострадать. Поэтому Гук начинает плавно и медленно, покрывая всего Тэхена поцелуями, играя с сосками, чтобы отвлечь. — Гуки… Ещё… Да… Ох… — через минут 10 кричит Тэхен, подмахивая и сам бёдрами. Чон срывается на бешеный ритм, рыча и кусаясь. Тэхен теряется, внутри него сейчас взрываются галактики, а нервные клетки безумно чувствительны, он весь как оголенный провод, тронь — и взрыв. Пальцы на ногах поджаты от удовольствия, смазка стекает по бедрам, пропитывая простынь. Пошлые шлепки тел и хлюпанье, вперемешку с рычанием и протяжными стонами. Ещё один толчок, Гук бьёт точно по простате, Тэ не выдерживает. Толчок и взрыв. Он изливается себе на живот, так ни разу и не коснувшись члена, весь дрожа и дергаясь, рывками глотая воздух. Следом он слышит протяжный рык и его заполняет семя Чонгука, изливаясь глубоко внутри. Тот валится на него сверху, но не выходит, давая сцепки случится. — Гукии… Малыш… — тянется к его губам Тэ. Чон нежно целует, пристраиваясь сзади, укрывает их пледом. — Спасибо — шепчет омега, проваливаясь в сон, в крепких объятьях альфы. А Гук лишь, бережно поглаживая шрамик на запястье своего истинного в виде символа бесконечности, улыбается, счастливо прикрывая глаза.
Примечания:
Визуализация и плейлист к главе https://vk.com/wall556752046_213
