Хочу проснуться!

Видимо, я снова крепко заснул, потому что из небытия меня вывел хлопок закрываемой двери и щелчки замка. Оказыватеся, Ленка всё же пошла на работу. Или в магазин. Вспомнив, что я хотел в туалет, я сгонял к лотку и стал осматривать своё новое жилище. Ленкина двушка от моей почти ничем не отличалась. Разве что мебель была очень старая, ещё советская. Кроме кровати. Вот тут кто-то залез глубоко в карман, расщедрившись на стильную двуспальную постель из крашеного в белый цвет масива. Уж что-что, а в мебели я сейчас почти спец! После свадьбы Вика замучила меня походами по мебельным салонам, выбирая только в категории «цена выше среднего». Если бы я мог, я бы даже присвистнул от удивления — так сильно не вязалась эта кровать со стареньким шкафом и зеркальным трюмо из тех же ушедших времён. Обронив сквозь зубы невнятное «мяв», я запрыгнул на постель и, немного полежав на тяжёлом бархатном покрывале эпохи моей бабушки, опять уснул. Когда вернулась Ленка, было уже темно. Услышав повороты ключа в замке, я стремглав рванул в коридор. Дверь распахнулась, впустив волну холодного воздуха с запахом мороза и мою Ленку. Да, мою, потому что, исследуя квартиру, я уже понял, что мужчина тут не живёт. Только бывает. Об этом мне сказали пропахшие мужским ядрёным потом тапочки и две зубных щётки на зеркальной полочке в ванной комнате. Никаких других следов мужчины в квартире не было. — Рыжик, ты меня встречаешь? — Лицо Ленки расплылось в улыбке. Она сняла варежку, наклонилась и погладила мою голову и спину. — Прости, малыш, что задержалась. Я объявления клеила в соседних подъездах, чтобы твои хозяева знали, где ты. Ты же хочешь к ним? — меня снова погладили, и я понял, что никогда больше не буду свою Лену, Леночку назвать Ленкой. На миг я представил себе Вику в виде хозяйки и понял, что не хочу к ней. Я попытался помотать головой в знак несогласия, но, по-моему, получилось не очень понятно, потому что Леночка вдруг схватила меня за голову и озабоченно спросила: — Рыжик, ты что, всё же простыл на улице? Ушко болит? Единственное, что мне пришло на ум в этот момент, это помурлыкать. Лена с явным облегчением отпустила меня и стала раздеваться. — Сейчас, малыш, я приму душ, переоденусь, и мы с тобой будем ужинать! Когда Лена скинула с себя всё, я стыдливо зажмурился, но она этого не заметила, а, весело напевая незнакомую мне мелодию, грациозно проследовала в ванную и встала под душ. Мне, конечно, стыдно в этом признаваться, но да, я подглядывал. Ну, в конце концов она же дверь не закрыла! Хотя понятное дело — она же не знала, что я на самом деле не кот, а её сосед с седьмого этажа. Ругая себя за бестактность, я запрыгнул на ванную и просунул голову за матовую шторку, которую Леночка затянула, чтобы не плескать воду на пол. Забыв про брызги и стыд, я любовался струями воды, стекавшим по ладным изгибам молодого красивого женского тела. Невольно вспомнилось когда-то слышанное сравнение женщины с гитарой. Эх, будь я мужчиной, я бы с таким удовольствием сыграл на этой «гитаре»! Но увы. Сейчас я мог лишь слизывать капли воды с длинных усов и наслаждаться видом. «Парень, да ты, кажется, влюбился!» — сказал я сам себе и прежде, чем Лена вышла из душа, покинул ванную. Надо было успокоить разбушевавшиеся гормоны…