Цвели в ту пору розы

— Разве он не прекрасен? — Хагрид восхищённо смотрел на тёмного, как ночь, монстра в своих объятиях. Детёныш акромантула, что был размером примерно с первокурсника, задумчиво погладил своей мохнатой лапой его щёку. Хагрид хихикнул. — Смотрите, он знает свою мамочку! — он улыбнулся Гарри и Арктурусу. — Разве это не самое милое существо на свете? — Эм, — Арктурус пропустил пряди волос сквозь пальцы. — Да, он милый… Но Хагрид, не думаю, что тебе стоит держать его в школе. — Арктурус прав, Хагрид, — быстро сказал Гарри. — Понимаешь… вряд ли ему нравится сидеть взаперти в маленьком ящике в подземельях. Ему будет лучше в лесу, где он сможет спокойно бегать и наслаждаться свежим воздухом… — Точно, — радостно добавил Арктурус. — Хагрид, Запретный Лес — лучшее место для него. Держать его в школе слишком опасно. — Опасно? — возмутился Хагрид. — О чём ты? Мой маленький Арагог даже веретенницу не обидит, посмотри на него! — Не специально, разумеется, — Арктурус с недоверием оглядел акромантула. — Но что, если… если кто-то напугает его и он нападёт, эм… защищаясь? Тогда обвинят тебя. Тебя даже могут исключить из Хогвартса. Ты же не хочешь, чтобы это случилось, так ведь, Хагрид? — Исключить? — Хагрид гулко рассмеялся. — За домашнюю зверушку? Это же глупо, Блэк, ты что, лунатик? — Я Луна… что? — внезапно Арктурус очень сильно смутился. — Мне это совсем не кажется смешным, — мягко заметил Гарри. — Разводить акромантулов всё же незаконно. Если в школе что-то случится, если произойдёт несчастный случай, то тебя, может, всего лишь исключат. Но представь, что они сделают с Арагогом! — С Арагогом? — прошептал Хагрид. Его руки крепче обняли волосатого монстра, будто пытаясь защитить его. — Именно, — поддержал Гарри Арктурус. — Гарри дело говорит, Хагрид. Они могут даже, — он понизил голос до шёпота: — Убрать его. Мы же не хотим, чтобы это произошло, правда? — Убрать его? — Хагрид побледнел. — Моего маленького Арагога? Вы… вы правда думаете, что ему будет безопаснее в лесу? — Конечно, — Гарри с энтузиазмом кивнул. — Он станет ему лучшим домом. Он будет жить на свежем воздухе… И ты всегда можешь навестить его, Хагрид. Сможешь приходить к нему, когда захочешь. — Да, — Хагрид глубоко вздохнул. — Да, думаю, вы правы. Давай, пойдём, дружок. Иди к мамочке. Давай найдём тебе удобное гнёздышко. Он взял паука на руки и пошёл вниз по освещённому факелами коридору, крепко держа в руках свою бесценную ношу; чёрная лапа опасно щёлкала на Гарри и Арктуруса через его плечо. — Вот и решили хоть одну проблему, — пробормотал Арктурус. Он задумчиво посмотрел на Гарри. — Спасибо за помощь. Ты кажешься мне неплохим парнем. Для слизеринца. — Спасибо, — ответил Гарри, не зная, стоит ли принимать его реплику за комплимент. Что-то жемчужно-белое и прозрачное вдруг пролетело мимо них. — Добрый вечер, молодые люди… Стоп, что? — полуневидимый Почти Безголовый Ник резко обернулся и остановился в воздухе рядом с Гарри и Арктурусом. Его призрачные черты выражали изумление и неверие. — Но… но это невозможно! — Добрый вечер, сэр Николас, — Арктурус широко улыбнулся гриффиндорскому привидению. — Эм… что невозможно? Почти Безголовый Ник перевёл взгляд с Арктуруса на Гарри и обратно. — Это, — едва слышно прошептал он. — Вы двое не можете находиться в Хогвартсе в одно время. Это невозможно. — Правда? — Арктурус с любопытством оглядел призрачного аристократа. — Почему, сэр Николас? Однако Почти Безголовый Ник лишь покачал головой. — Боюсь, что я не могу ответить на этот вопрос. Видите ли, это запрещено Кодексом Призраков. — Кодексом Призраков? У призраков есть кодекс? — Ну разумеется, — привидение строго посмотрело на Арктуруса. — Вы что, думаете, что уже почившие существуют в абсолютном беззаконии? У умерших есть весьма строгий кодекс поведения; особенно строги законы, связанные с разглашением информации о будущем живым. Когда человек, ээ… освобождается от ограничений времени, то получает возможность смотреть на мир с разных сторон. Другими словами, тот, кто покинул мир живых и стал призраком, может видеть прошлое и будущее так же ясно, как и настоящее. — Ты видишь будущее? — Гарри в изумлении уставился на него. — Естественно, — Почти Безголовый Ник склонил голову. — Все призраки видят будущее. Но мы, разумеется, не можем говорить о нём с простыми живыми смертными. Это запрещается древним кодексом, что управляет нашим существованием. Через какое-то время привыкаешь к тому, что видишь будущее, и научаешься не думать об этом всё время. Но когда возникают некие парадоксы… — он, будто сомневаясь, посмотрел на них, а затем вновь покачал чуть шатающейся от этого головой. — О Мерлин. У меня не болела голова уже почти пять сотен лет, но сейчас, похоже, начинает, — он вздохнул и исчез в тёмном коридоре. Гарри и Арктурус смотрели ему вслед. — Что… что это вообще было? — прошептал Арктурус. — Не знаю, — Гарри пожал плечами и проводил взглядом группу маленьких девочек, бежавших мимо. — Кстати, ты случайно не видел маленькую девочку в очках? Я точно не знаю, на каком она курсе. Её зовут Миртл. Мне нужно… обсудить с ней кое-что, но я не знаю, где она. — Миртл? — Арктурус очень странно посмотрел на него. — Весьма любопытно, Гарри. Сегодня утром я уже разговаривал с девочкой по имени Миртл. — Ты? Но… — Гарри потёр лоб. У него, похоже, тоже начинала болеть голова. — О чём же ты с ней говорил? — Я сделал комплимент её очкам, — Арктурус пристально изучал лицо Гарри своими светло-серыми глазами. — Я сказал ей, что они ей очень идут. И ещё что если кто-то будет её обижать, то она не должна убегать плакать в одиночестве, а идти сразу ко мне. — Правда? — Гарри, не удержавшись, улыбнулся. — Я… я тоже хотел сказать ей что-то подобное. Они замолкли, какое-то время просто смотря друг на друга. — Это слишком странно, Блэк, — прошептал Арктурус. — Послушай, я знаю, как это звучит, но я должен спросить. Ты… — Арктурус! Вот ты где! — они оба обернулись, слыша неестественно сладкий и весёлый голос Джейн Селвин. Арктурус застонал. — Я обещала помочь тебе с домашним заданием по Нумерологии, помнишь? — она ярко улыбнулась Арктурусу и поправила розовый бантик в своих волосах. — Точно, я забыл, — Арктурус побледнел. — Слушай, Джейн, спасибо за предложение, но мне не нужна помощь. Я уже всё сделал. — Всё? Сам? И даже задание, в котором нужно было использовать гематрию? — она с сомнением посмотрела на Арктуруса. — Почему-то мне кажется, что ты его не сделал, Арктурус Блэк. Давай, идём, дорогой. — Он всё сделал, — быстро сказал Гарри. — Я… я помог ему выполнить все задания, Джейн. У него всё готово. Во взгляде Арктуруса, который он послал Гарри, читалась благодарность, но Джейн лишь рассмеялась. — Не глупи, Гарри. Ты даже не ходишь на Нумерологию. Ты хотя бы знаешь, что такое гематрия? — Да, разумеется. Это… это… — Так я и думала, — Джейн послала Гарри милую улыбку, от которой всё его тело похолодело. — Ну же, мальчики, вы не должны лгать. Идём, Арктурус. Ты же помнишь, что мы собирались делать домашнюю работу вместе. Арктурус глубоко вздохнул и беспомощно последовал за Джейн. — Ты только… пиши своим пером, хорошо, Арктурус? — крикнул Гарри ему вслед. — Не бери её перья, даже если она предложит. … — Гарри! Куда ты идёшь? — спросил Том Риддл, сонно протирая глаза. Гарри покраснел и проклял себя за то, что его шаги были слишком громкими. Он был абсолютно уверен, что все спят. — Я просто прогуляюсь. Я скоро вернусь. Ложись спать, Том. — Ты идёшь гулять? Глубокой ночью? — Том сел в кровати; его серо-серебристые глаза заблестели. — Подожди, я хочу с тобой. Куда ты идёшь? — В Тайную Комнату, — Гарри отчаянно пытался говорить ровно. — Думаю, будет хорошо, если ты пойдёшь со мной, Том. Я хотел сделать это сам, но мне кажется, что будет правильнее, если ты тоже там будешь. — В Тайную Комнату? — серебристые глаза Тома расширились. — Так ты знаешь, где она? Гарри молча кивнул. — Где? Я сузил круг поиска до второго и третьего этажей, но я всё ещё не уверен… — Ты увидишь, Том. — Хорошо, — Том кивнул и тихо выскользнул из кровати. — Но тогда, когда ты говорил на парселтанге, ты сказал, что не хочешь, чтобы я искал её. — Я знаю, — Гарри гулко сглотнул. — Я… больше так не думаю. Будет лучше, если ты всё-таки пойдёшь со мной. Именно в этом месте мы с тобой впервые встретились, Том, именно там я впервые увидел твоё лицо. Твоё, не Волдеморта. Но в этот раз я готов к тому, что случится, а ты нет. В этот раз я буду главным. Они бесшумно скользнули за тяжёлую дверь, ведущую в коридор. Гарри вытащил из кармана мантию-невидимку и накрыл ею их обоих. — У тебя есть мантия-невидимка? — прошептал Том. — Где ты её достал? — Это фамильная реликвия, — коротко сказал Гарри. — На случай, если нам по пути встретится кто-нибудь. На секунду Гарри подумалось, что, возможно, Арктурус тоже был в мантии, когда он ходил по коридорам ночью. Нет, это невозможно. Мантии-невидимки ведь были редкостью, разве нет? — Куда мы идём? — спросил Том через пару минут, когда они шли по очередной лестнице. — Вход в Комнату не может быть настолько высоко. — Нам нужно сначала ещё кое-куда зайти, — шепнул Гарри Тому на ухо. Он чувствовал тепло, исходящее от него, идя совсем рядом с ним под мантией. Гарри весьма часто ходил под мантией с Роном и Гермионой, но к ним он привык. Присутствие Тома под мантией отвлекало гораздо больше. Мальчик-который-выжил и Тёмный Лорд, размышлял он, украдкой поглядывая на ангельское лицо Тома рядом со своим, идут, невидимые, по Хогвартсу вдвоём… Это полнейший абсурд, однако почему же это кажется мне таким правильным? Они остановились перед большой дубовой дверью. — Мы у кабинета директора? — удивлённо спросил Том. — Мне нужно лишь кое-что забрать, Том, — Гарри оглядел уродливую горгулью, что охраняла вход; она смотрела на него своими каменными глазами. Похоже, что мантия-невидимка не могла её обмануть. — Ты, эм… случайно не знаешь, нравятся ли профессору Диппету конфеты? — Конфеты? Не знаю, — Том улыбнулся. — Но если тебе нужен пароль от его кабинета, то я тебе скажу. Пароль «Фифи ЛаФолл». Мне однажды проговорился Вронски; пароль показался ему очень смешным. — Фифи ЛаФолл? — повторил Гарри, и горгулья отъехала в сторону, издав вздох; кажется, ей тоже не очень нравился пароль. — Разве это не какой-то писатель? Я, кажется, видел её книги в доме миссис Фи… одной моей подруги. — Да, может, её и можно назвать писателем, — Том открыл дверь. — Она пишет любовные романы о волшебниках, а именно всякую романтическую чушь о родственных душах, вечной любви, магии и путешествиях во времени. Старый Диппет, похоже, обожает её книги. Так что мы здесь делаем, Гарри? — Ищем Распределяющую Шляпу. Люмос, — Гарри снял мантию-невидимку и начал оглядывать полки, подсвечивая их палочкой. — Вот она! — он взял старую Шляпу с полки и чихнул, когда с залатанной ткани в воздух поднялось целое облако пыли. — Так-так-так! — в голосе Шляпы слышалось веселье. — Я так и знала, что ты вернёшься! Тебе уже надоел Слизерин, мальчик? Готов перераспределиться? — Перераспределиться? — Том уставился на Шляпу; та застыла, лишь услышав его голос. — А он что здесь делает? — теперь Шляпа говорила почти испуганно. — Зачем ты привёл сюда его? Тебя я перераспределю, если ты того желаешь, дорогой мой гриффиндорский бунтарь, но я не буду перераспределять второго. В нём больше слизеринского, чем в самом Салазаре. — Я пришёл не затем, чтобы просить о перераспределении, — Гарри вздохнул. — Я бы хотел попросить в этот раз об одолжении. — Подожди, Гарри, я не понимаю. Почему Шляпа считает, что ты гриффиндорец? — Том удивлённо посмотрел на Гарри. — Ты такой же слизеринец, как и я, разве нет? Ради Мерлина, ты даже говоришь на парселтанге! Гарри проигнорировал его и вновь развернулся к Шляпе. — Я направляюсь в Тайную Комнату, и мне нужно оружие. — Оружие?.. — Шляпа несколько мгновений не двигалась, а затем мягко выдохнула: — Так ты настоящий гриффиндорец, верно? Что-то серебряное сверкнуло в полумраке, и Гарри потянулся к залатанным складкам ткани. Его пальцы сжали твёрдый, холодный металл. Широкая улыбка расползлась на его лице; Гарри вытащил из Шляпы древний меч, чья рукоятка была украшена сверкающими рубинами. — Что, во имя Мерлина, это такое? — выдохнул Том. — Это, юный слизеринец, Меч Гриффиндора, — хрипло рассмеялась Шляпа. — Что, не ожидал? — Он прекрасен… — хрипло прошептал Том, не отрывая взгляда серебристых глаз от меча. — Так значит, тебе нравятся древние артефакты? — в шёпот Шляпы закралась опасная нотка. — Я знаю о тебе всё, Том Риддл. Однако этот артефакт никогда не будет принадлежать тебе. Лишь настоящий гриффиндорец сможет прикоснуться к этому мечу. — Настоящий гриффиндорец?.. — Том уставился на Гарри. — Но… но он не… — Пойдём, Том, — Гарри взял руку Тома в свою и направился к выходу из кабинета. — Давай я надену мантию. Они шли обратно в неловкой тишине. Гарри чувствовал, как Том не отрывает от него своих серебристых глаз. Наконец он прошептал: — Гарри? Ты что, проклял Распределяющую Шляпу? Она говорила странные вещи. Сначала она распределяет тебя в Слизерин, а теперь даёт тебе Меч Гриффиндора, хотя ты не гриффиндорец. Насколько сильную магию ты использовал, чтобы обмануть её? — Это долгая история, Том, — Гарри остановился и открыл дверь, перед которой они стояли. — Идём, Том. Здесь находится вход в Тайную Комнату. — В туалете для девочек? — вначале Том улыбнулся, но затем резко втянул воздух. — Ну конечно! Почему я об этом не подумал? В древних текстах, что я нашёл в Запретной Секции, было кое-что, что намекало на близость воды… Гарри вновь стянул с них мантию, и они оба оглядели помещение, погружённое в полутени. Луч серебристого лунного света падал сквозь высокие арочные окна и придавал комнате мягкое, почти потустороннее сияние. Белые мраморные раковины чуть светились в полумраке, а тяжёлые старинные краны казались серебряными в лунном свете. — Где-то здесь… — прошептал Том, чуть касаясь белого мрамора рукой. — Но где, Гарри? Оставив вопрос без ответа, Гарри подошёл к крану, что имел форму витиеватой змеи, и шепнул на парселтанге: — Откройся! С гулким звуком тяжёлая мраморная раковина отъехала в сторону, и перед ними открылась бездонная тёмная пропасть. — Мерлин! Что же ты за волшебник, Гарри? — теперь в голосе Тома было что-то новое… он говорил с восхищением. — Откуда ты знаешь, что нужно делать? Ты ведь совсем не обычный ученик, Гарри Блэк. Все остальные… они просто наивные глупцы, играющиеся с дешёвыми трюками, все — и ученики, и преподаватели. Но ты не такой, как они. Ты настоящий маг, как сам Салазар Слизерин… — он задумался и добавил почти смущённо: — Думаю, что мы могли бы стать друзьями, Гарри… Гарри сглотнул. Он спрятал палочку в карман мантии и усилил хватку на Мече Гриффиндора. — Друзьями? Я не знаю, Том… Идём со мной. Пришло время сразиться с монстром Слизерина. В этот раз ты встретишься с ним лицом к лицу. — В этот раз? О чём ты? — Том крепко сжал палочку в руке и последовал за Гарри в тёмную Комнату.