Цвели в ту пору розы

Вначале они не видели ничего, кроме темноты, и не слышали ничего, кроме оглушающей тишины. Гарри чувствовал, что Том стоит рядом, чувствовал его тепло во влажной прохладе Комнаты и слышал его тихое мерное дыхание. Добро пожаловать в Тайную Комнату, Том! Здесь ты и я встретились впервые. Возможно, ты не помнишь, почему нам суждено встретиться здесь, однако я помню. Ты увидишь, как я убью василиска, точно как твоё призрачное воспоминание увидит это в будущем. Интересно, напишешь ли ты об этом в своём дневнике, Том Риддл, когда всё это закончится. Сегодня я спасу жизнь маленькой девочки, как я сделал это в будущем, только в этот раз я спасу Миртл, а не Джинни… Хотя, быть может, Арктурус уже спас Миртл, лишь поговорив с ней? — Люмос! — свет от направленной вперёд палочки Тома замерцал бледно в тёмной Комнате. Теперь Гарри видел очертания древних каменных стен, что рушились от возраста и влажности. Лицо Тома выглядело бледным в тусклом свете, однако глаза его сияли. — Наконец-то я попал в Тайную Комнату Салазара Слизерина! — прошептал он. — Гарри, только представь — мы первые со времён самого Салазара Слизерина, кто ступил сюда. Я почти чувствую его присутствие рядом. Я будто знаю, что чудовище, которому он поручил охранять свою Комнату, ещё здесь. Можешь ли ты это почувствовать, Гарри? Я слышу, как что-то двигается. В этой Комнате всё ещё обитает нечто живое! Гарри кивнул и крепче сжал пальцы на серебряной рукояти меча. Он слышал, как что-то издаёт тихие звуки; издалека послышался шелест, будто что-то очень тяжёлое медленно двигалось по влажному каменному полу, неумолимо приближаясь… Что-то шевельнулось во мраке. Огромная тень, темнее, чем тьма, покрывающая её, нависала над ними. На периферии зрения Гарри заметил, как мелькнуло что-то ярко-жёлтое. Убийственные глаза василиска. Он быстро отвёл взгляд. — Том, смотри вниз! — Гарри тщетно пытался выровнять голос. — Не смотри ему в глаза. Монстр Салазара — это василиск; его взгляд убьёт тебя, если ты посмотришь ему в глаза. — Василиск? — Том ненадолго замер. Затем он хрипло зашептал на парселтанге: — Слушай меня, древний защитник тайн Салазара! Я последний потомок Слизерина, полноправный наследник Салазара, и я приказываю тебе подчиняться любому моему приказу. Василиск зашевелился, и низкий, гулкий шёпот раздался эхом в Комнате: — Ты наследник Салазара? Ты признаёшь себя моим хозяином? Гарри не отрывал взгляда от пола, когда чудовище подползло к ним ближе. Пол теперь был покрыт водой, что стекала в тёмные мелкие углубления у их ног. Гарри чувствовал ужасающую вонь затхлой воды и смерти; отвращение пронизывало всё его существо, к горлу подступила тошнота. — Что это? — василиск замер перед Гарри; он был настолько близко, что волосы Гарри трепетали от его отвратительного дыхания. — Ты привёл мне жертву, наследник Слизерина? Ты сделал правильно, потомок Салазара. Я буду подчиняться лишь хозяину, что принесёт мне в жертву одного из своего рода, как и Салазар в своё время. — В жертву?.. Нет! — выкрикнул Том и дёрнул Гарри назад, подальше от открытой пасти чудовища. — Только не он. Нет! Он мой друг, он говорит на парселтанге, как и я. Я… я приведу тебе кого-нибудь ещё… — Кого-нибудь ещё? Ни в коем случае, Том! В этот раз жертв не будет, — Гарри сжал рукоять меча двумя руками, глубоко вдохнул и резко вскинул его, ударяя со всей силы. Он почувствовал, как меч оцарапал чешуйчатую кожу чудовища; что-то холодное и вязкое стекло вниз на его плечо. Однако василиск дёрнул головой и отпрянул от него. В Комнате раздался свирепый рык. — Гарри! Уходи от него, быстро! — Том поднял палочку. — Подчинись мне, василиск! Ты не тронешь его! Следуй за мной наверх, и я найду тебе другую жертву… Василиск издал ужасающее шипение. — Возможно, ты и наследник Салазара, но ты не мой хозяин, коль отказываешь мне в жертве, которую я так желаю. Я так голоден после долгой спячки; так отойди от моей жертвы, потомок Слизерина, или же я поглощу вас обоих! — Нет! — Том загородил Гарри собой и дрожащей рукой направил палочку на василиска. — Я лучше убью тебя, чем позволю тебе коснуться его. Авада Кедавра! Зелёный луч, вылетевший из палочки Тома, беспомощно разбился о тёмную сверкающую чешую змея. — Ты пытаешься сразить меня человеческим проклятием, глупец? — василиск бросился на Тома, и лишь в последний момент Гарри удалось оттащить его. Меч выскользнул из его руки и ударился о пол, издав громкий лязг. — Том, убивающее проклятие не сработает. Я должен убить его Мечом Гриффиндора; это единственное оружие, что способно сразить его. Осторожно! Василиск резко нанёс удар своей великанских размеров головой. Гарри успел отпрыгнуть в сторону, но с ужасом увидел, как тот возвышается над Томом. Меч! Теперь он был зажат под тяжёлым телом змея, и Гарри не мог до него дотянуться. Зловещие челюсти распахнулись, и Гарри взглянул на бледное испуганное лицо юноши, что пока ещё не стал Тёмным Лордом… Том! О Мерлин! Он же убьёт Тома! — Эй, ты! Сюда! Я жертва, которой ты так желаешь, а не он! — прошипел Гарри на парселтанге. Слова вылетели из его рта до того, как он успел подумать, что делает. Василиск замер, будто озадачившись, и медленно повернул голову в его сторону. Гарри закрыл глаза и мысленно обругал себя. Василиск бы убил Волдеморта вместо меня, и почему, чёрт возьми, я не дал ему это сделать? Только из-за того, что Тёмный Лорд выглядит, как невинный подросток, из-за того, как его кудри так красиво падают на его завораживающие серебристые глаза… Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил, сейчас погибнет, жертвуя собой ради Волдеморта, убийцы его родителей. Чёртов комплекс героя… Гарри сделал шаг назад, но ужасающие челюсти клацали всё ближе и ближе… Гарри теперь упирался спиной в стену, и меч полностью скрылся под громадным чешуйчатым змеиным телом. Я умру. Только потому, что у меня комплекс героя, потому что глаза Тома такого красивого оттенка серебристо-серого, потому что я не смогу жить с мыслью, что с ним может что-то случиться… Я умру. — Нет! Гарри, закрой глаза! — Том направил палочку на тёмную лужу воды у ног Гарри и произнёс заклинание на языке, которого Гарри не знал: — Melna clth thii! Лишь только Том закончил говорить, тёмная вода засияла странным глянцевым светом. Поверхность воды стала светлее, будто серебряной… — Зеркало… — выдохнул Гарри. — Том, что ты… Василиск, удивлённый внезапным сиянием, окружившим его, опустил свою огромную голову и с интересом взглянул гигантскими глазами вниз на серебристую поверхность воды. Его взгляд упал на его собственное светящееся отражение, и чудовище замерло, встретившись со своим же убийственным взором. В следующий миг в Комнате эхом отдался громкий пронзительный крик, и змей грузно опустился на пол; его глаза медленно закрылись. Его тело сворачивалось и выпрямлялось в неистовых спазмах, а затем замерло. — Гарри… — Том прошептал его имя так медленно, будто это было волшебное заклинание. — Гарри… Ты в порядке? — Я… — Гарри не отрывал взгляда от тела василиска. — Ты убил василиска, Том? — Ещё нет, — мягко сказал Том. — Он лишь превратился в камень, пострадавший от собственного смертельного взгляда. Кстати об этом… Украшенная рубинами серебряная рукоять меча теперь была видна из-под замершего тела чудовища, и Том, схватившись за неё обеими руками, вытащил клинок. Не сомневаясь ни на секунду, он бросился на гигантского змея и пронзил его голову серебряным мечом. Кровь и яд брызнули из чудовищной головы, но сам василиск остался недвижным. — Вот и всё, — Том отступил, чуть задыхаясь, и улыбнулся Гарри. — Теперь ты в безопасности. Гарри чувствовал, как у него начинает болеть голова. — Ты убил василиска Мечом Гриффиндора? Ты? Но… но я должен быть сделать это! Всё должно быть не так… Он поднял взгляд и встретился с сияющими серебристыми глазами Тома; его сердце вдруг замерло. Том рассмеялся. — Всё должно быть не так? Кто тебе такое сказал? Сивилла? Я бы на твоём месте не обращал на неё внимания. Гарри, тебе была нужна помощь. Он убил бы тебя. Чуть подрагивая, Том оглядел василиска, затем направил на него палочку. — Конфринго! Чешуйчатое тело взорвалось, оставляя после себя лишь облако огня, пыли и яда. Сломанные тёмно-зелёные чешуйки разлетелись в воздухе. — Вот, теперь его больше нет, — с улыбкой сказал Том, но Гарри слышал, как его голос дрожит. — Он заслужил это за то, что так напугал тебя. Мне бы очень хотелось управлять василиском Салазара, но его требования были весьма безрассудными. — Но… — Гарри уставился на улыбающегося юношу. — Но ты бы принёс кого-нибудь в жертву, чтобы получить над ним контроль, разве нет, Том? Даже ученика. Только не… меня… — Я бы никогда не отдал тебя в жертву. Мы же друзья, — Том растрепал Гарри волосы, вытряхивая из них пыль. — Ты ведь тоже так думаешь, Гарри; ты был готов пожертвовать собой, чтобы спасти меня от василиска. — Да, наверное, — вздохнул Гарри. — Мерлин, как же ты выглядишь! — Том покачал головой, оглядев его. — Ты весь в крови и пыли; у тебя покраснели щёки, и ты задыхаешься. Я, вероятно, выгляжу примерно так же. Мы не можем вернуться в комнату в таком виде. Яд василиска очень опасен, мы должны его смыть как можно быстрее. Пойдём, Гарри, бери наш прекрасный Меч Гриффиндора, и идём мыться. — Мыться? Не думаю, что у нас выйдет помыться, Том. Двери в душ закрывают на ночь, так что нам придётся мыться в раковине в туалете. — В раковине? — серебристые глаза Тома сверкнули. — Ну нет, Гарри. Я же староста и капитан команды, помнишь? У меня есть пароль от ванной старост на шестом этаже. Мы можем принять горячую ванну и смыть с себя всю грязь. — Ванну? — прошептал Гарри. — С тобой? Но… Я не думаю, что это хорошая идея… — в его сознании возникла яркая картина бледного тела Тома, нагого и покрытого сияющими каплями; Гарри залился румянцем. — Ну да, — Том рассмеялся. — После всего этого она нам точно не повредит. Нельзя идти спать с кровью василиска на коже. Что такое, Гарри? Ты противостоял смертельному чудовищу и даже глазом не моргнул, но испугался одного лишь упоминания о ванне. У тебя боязнь воды? — Нет, — Гарри сглотнул. — Нет, всё хорошо, Том… — я боюсь не воды, а кое-чего другого… … — Белый Жасмин, — прошептал Том, и дверь в ванную старост распахнулась перед ними. Гарри резко втянул воздух. Бархатное ночное небо, покрытое сияющими звёздами, виднелось через высокие арочые окна; полная луна мягко освещала глубокий мраморный бассейн серебристым светом. Сотни свечей мерцали у стен; в воздухе витал сладкий аромат. По краям бассейна высились груды пушистых мягких полотенец и кипы мочалок. Том махнул рукой в сторону серебряных кранов, и каскад пенистой ароматной воды начал заполнять освещённый луной бассейн. Том пробормотал заклинание, запирающее дверь, а затем небрежно бросил палочку у края бассейна и начал раздеваться. — Мы всегда можем почистить одежду заклинанием, — неразборчиво произнёс он, стягивая мантию через голову. — Но сначала нужно отскрести кровь василиска от кожи. Я помогу тебе… — он бросил мантию на пол и начал расстёгивать рубашку. Взгляд Гарри беспомощно задержался на коже Тома, что выглядела кремово-белой при свете луны… Так не должно быть. Я не должен быть сейчас здесь, с ним, в серебристом свете. А он не должен быть так ужасающе красив. Свет луны не должен так ласкать его бледную кожу… Гарри чувствовал, как горят его щёки, и быстро отвернулся. Он осторожно положил Меч Гриффиндора на мраморный пол и неловко занялся застёжкой на покрытой ядом мантии, стоя спиной к Тому. — Что это, Гарри? У тебя на шее золотая цепочка, — мягко спросил Том. Чёрт. Маховик Времени. Гарри резко сдёрнул его с шеи и спрятал в карман мантии. — Ничего. Просто… фамильная реликвия Блэков… очень… ценная… — он неловко разделся и скользнул в пенистую воду, не смотря на Тома. — У тебя яд в волосах. Позволь мне… — Том, стоя рядом в воде, потянулся за мочалкой. — Я могу и сам, Том, — Гарри быстро отплыл и сунул голову под пузырящуюся пену. Он вслепую схватил мочалку и принялся неистово тереть затылок. — Нет, не можешь, — рассмеялся Том. — Он прилип к твоим волосам. Он прожжёт тебе кожу, если не вымыть его. Постой смирно минуту… Сильная рука крепко обхватила его талию, и пальцы начали мягко распутывать слипшиеся волосы. — Гарри, у тебя волосы торчат. — Ничего… тебе не стоит… Мои волосы всегда торчат. — Неправда, — Том пропустил его волосы через пальцы. — Они у тебя смешно стоят, как у ёжика, но обычно они не покрыты кровью василиска и сломанными чешуйками. Гарри, стой смирно! Гарри вздохнул и покорно замер. Том был так близко. Волдеморт. Я должен помнить, что это Волдеморт. Он убьёт моих родителей. Он убьёт Седрика Диггори. Он обречёт бесчисенное количество людей на страдания… Мне суждено убить его. Ни один не сможет жить спокойно, пока… пока… Чёрт, так приятно, когда он вот так гладит мои волосы… — Гарри? — над ухом раздался мягкий голос Тома. — Ч… что? — слова застряли у Гарри в горле. — Прошлой ночью мне приснился очень странный сон о тебе. — Правда? — прошептал Гарри. — Что… что ты видел, Том? — Я видел, — губы Тома приблизились к его уху. — Как ты целуешь меня во сне. — Ты видел?.. Но… — Арктурус. Чёртов Арктурус. — Я этого не делал. Том, это был не я… — Не волнуйся, Гарри, — мягко сказал Том ему на ухо. — Это был просто странный сон. Его пальцы всё ещё приглаживали его волосы. Затем он прошептал: — Гарри? Я знаю, кто ты. — Ты знаешь… что? — Гарри резко развернулся в воде, едва не заставив Тома уйти на дно. — О чём ты? Сбивающий с толку серебристый взор встретился со взглядом Гарри, и бледное лицо Тома окрасил мягкий румянец. — Мне понадобилось время, чтобы осознать всё, Гарри, но когда я увидел Маховик Времени у тебя на шее, то всё внезапно стало ясным. Гарри, ты путешественник во времени, не так ли? — рука прошлась по его лицу. — И я думаю, что знаю, зачем ты здесь…