Гопник и «Зачморыш»

Лежа на кровати, Матвей смотрел на люстру и представлял, как путы верёвки затягиваются на его тонкой и белоснежной шее. Эта картина стала для него настолько чёткой, что уже не оставалось никаких сомнений в своем выборе. Пора покончить с этим. Он давал судьбе уже столько шансов и столько же разочаровывался в ней. А может быть завтра будет лучше? Или через месяц? И всё же год? Но ни месяц, ни год, никогда не радовали своими поворотами сюжетов. Всё настолько было однообразным, что казалось, день сурка преследует его с самого рождения. Депрессия, непонятно с каких лет охватившая его, стала верным товарищем в жизни, приведшая к самым действенным мыслям. Он никогда не жаловался людям, не давал им даже повода усомниться в его адекватности. Улыбка на его лице всегда была чистой, пока внутри он убивал свои мирские чувства. Раньше он всегда думал о матери и её чувствах, но последний год стал слишком понятным для него. Ему всё равно. Минус лишний рот. Матвей взял приготовленное скрученное постельное бельё и отправился на улицу. Проходя мимо спящей матери в кресле, он на секунду взглянул на неё и пошел дальше. Ничего, пустота внутри. Даже лицо матери не смогло его остановить а значит, время пришло. Летняя ночь была довольно жаркой, но лицо всё-таки обдавало прохладным ветром. Матвей целенаправленно шёл в сторону лесополосы. Квартира казалось ему не самым приятным местом для кончины, а вот дерево, в довольно безлюдном месте, вполне подошло. Да и не хотелось, чтобы мать обнаружила его бездыханное тело первой. Остановившись возле небольшого дерева с довольно толстой веткой, парень прислонил правую ногу к коре и попытался залезть на него.

***

Саня, в слегка не трезвом состоянии, вышел из подъезда. Спать хотелось жутко, но рыдания двухмесячного племянника из соседней комнаты провоцировали его на агрессию. Поняв, что может сотворить делов, не обдумав последствия, он буквально выбежал из квартиры. Лавочка рядом с домом вполне устраивала для ночного ложе. Не впервой ему заночевать на улице. Тем более разгар июля. Вообще день сегодня не задался. С утра батя начал буянить, пришлось угомонить. Затем врачиха педиатр пришла, чтобы осмотреть малого. Увидев, в каком состоянии находится их квартира и родители алкаши, она стала угрожать его сестре социальным работником. Ну и Саня решил выставить медсестру на порог, аккуратно, за руку сопроводив на выход. Ну, а под вечер младенец разорался не на шутку, и сестра вместе с ним за компанию. Только ребёнок плакал от коликов в животе, а Эльвира о несправедливости своей жизни, причитая: «За что мне всё это?». Оставив спящих, ничего не слышащих в пьяном угаре родителей и рыдающих сестру с племянником на руках, Саня вдохнул свежий воздух. И правда, за что ему всё это? Пошарив в карманах треников, он нашел две смятые сигареты. — Бля, — вспомнив, что спички кончились, когда он грел себе еду на плите, решил быстро сбегать в круглосуточный магазин. Саня никогда не умел поддерживать людей, более того, эмоциональная слабость его раздражала. Жалел ли он Эльку? Определенно нет. Захотела? Получай! Он даже не был в курсе о её беременности до самого прибытия из армии. Что это за родной человек, не ставящий его в курс дел? Он мог помочь ей материально, сколько угодно работая и зарабатывая только для неё и племянника, но быть нянькой точно не нанимался. Саня остановился. На улице было довольно светло из-за полной луны, поэтому он без труда увидел человека, который лез на дерево. Смятая сигарета выпала изо рта, когда человек, привязавший к ветке белую скатерть, нацепил на шею «оковы» и, недолго размышляя, просто свалился вниз. Парень на автомате побежал в сторону многострадальца, вытаскивая из штанов перочинный ножик. Привычка с четырнадцати лет носить его с собой была как раз кстати. Он ловкими движениями начал резать светлую ткань. Человек, пожелавший смерти особо не сопротивлялся своему концу, вытянув руки вниз. — Что за нахер?! — Саня, срезавший полностью «удавку», не разбирая лица пострадавшего, стянул с шеи остатки постельного белья. На пару секунд Матвей отключился, но щёки тут же обдало силовой волной. Удар был довольно мощный. Он тут же открыл глаза и закашлялся. — Придурок! Хули ты творишь тут, зачморыш?! — Матвей удивленными глазами смотрел на своего нежеланного спасителя. Проверял же, чтобы никто не шёл следом, откуда он здесь взялся? Саня не мог понять, что сейчас чувствует, выражение лица постоянно менялось с удивленного на злостное. Какого чёрта сейчас произошло? Хотелось понять только это. Матвей, всё же осознав всю ситуацию, увидел ножик в руке парня. — Убей меня, — тихим голосом произнёс парень. На лице спокойствие и уверенность в сказанных словах. Терять ему больше было нечего. — Чего, бля? — Саня застыл, сидя на земле. Зрительный контакт продолжался несколько секунд, прежде чем Матвей понял, что сглупил. Он не смог доделать начатое, его прервали, а ещё он попросил его убить себя, серьёзно? Он живой. Что будет завтра? Парень вскочил на ноги и побежал в сторону дома. Хотелось провалиться под землю. Его тайное ото всех желание раскрыли, ещё и таким способом. Внутри образовалось чувство стыда, а в горле встал ком. — Куда бля?! — услышал он, уже на приличное расстояние отбежав от своего спасителя.

***

Мешая ложкой горячий суп, Матвей молился, чтобы вчерашний казус с его недосамоубийством оказался сном или плодом его фантазий. Но небольшая боль в горле расставляла всё по своим местам. Это не сон. Самая настоящая реальность. — Солнышко, сходишь в магазин? — приторно сладким голосом спросила мать. — Да, — тихо ответил ей и слегка кивнул. Аппетита не было, да и глотать было больно. «Знала бы ты, что я вчера собирался сделать» — подумал парень и, превозмогая боль, начал хлебать немного остывшую юшку. Если не съест хотя бы половину, вопросов не оберёшься. Как бы он не хотел, но выйти на улицу пришлось. Матвей беглым взглядом пробежался по местности, встретиться сейчас с Саней не особо то хотелось. «Хлеб, макароны и соль» — повторял он в своей голове как мантру. Купив всё необходимое, вышел из магазина, когда почувствовал чужой вес тела на своем плече. От неожиданности и волнения обострился нервный тик. Голова на автомате стрельнула влевую сторону. «Чёрт!» — сердце забилось чаще. — Пойдём, зачморыш, поговорить надо, — знакомый мужской голос вернул в реальность. Саня по-хозяйски положил свою правую руку ему на плечо и повёл куда-то в сторону. — Мне домой нужно, — не выдавая в голосе паники, Матвей повернул голову в сторону дома. — А вчера ты домой особо то и не собирался, — Саня хмыкнул, — не ссы, мудло, ничего я с тобой делать не собираюсь. Чем дальше они отходили от дома, тем неспокойнее становилось на сердце у Матвея. Вскоре они пришли к заброшенному знакомому зданию. Когда-то этим путём Матвей ходил в школу и частенько видел там Саню и его друганов. — Давай, давай, — поторапливал его парень, толкая в спину на второй этаж. Подойдя к месту, где их банда когда-то собиралась, что видно было по импровизированному костру в центре комнаты, Саня присел на пол. Матвей неохотно встал возле выхода из комнаты, не понимая, с какой целью, они сюда пришли. — Ну что, салага, рассказывай, — пристальный взгляд, пожирающий свою жертву, не иначе. Матвей крепче схватился за пакет с продуктами и опустил глаза вниз, смотря куда угодно, только не на Саню. — Гулял, просто, — решился ответить парень. — Ага, а вздёрнуться тебя бес попутал? — Зачем? — Что? — Спасать полез? — Матвей остановил взгляд на Сане. Недоумение, а затем ярость отразились на его лице. «По нём можно эмоции изучать» — некстати всплыла мысль. — Тебе на что жизнь дана, чудила?! — парень вскочил с места и, преодолев расстояние между ними, схватил Матвея за чёрную футболку. — Или ты ебаная кошка с девятью жизнями?! — А тебе оно на что? Ну не станет меня и что дальше? Горевать будешь? Сомневаюсь, — Матвей сам от себя не ожидавший таких слов, выпалил всё на одном дыхании и запнулся. Слишком близко Саня стоял к нему вплотную. Он чувствовал въевшийся запах сигарет и мужского пота. Жара на улице как-никак. Но ужасней всего было смотреть на раздувающиеся ноздри и расширенные глаза парня. «Савельев, драка — это дело второе, а первое — разговоры!» — вспомнились некстати слова ротного командира. Саня сконцентрировался на голубых глазах Матвея, чтобы остудить свой пыл. Светлая прядь чёлки упала на правый глаз. Захотелось тут же убрать её в сторону, чтобы внимательнее рассмотреть глубину радужки. — Сань?! Ты тут?! — послышалось с первого этажа. — А? — Саня недолго думая схватил его за локоть и перебежкой отправил в соседнюю комнату, — высунешься и тебе пизда, — оставив парня одного, ушёл. Матвей затих. Где-то рядом он услышал гогот парней. Навострил уши, прислонившись к стене. — О! Сава! А ты хули тут делаешь?! Мы тебя уже обыскались. — Размяться решил, прогуляться. — Там, эта, Натаха приехала, Андрюхина сестра, вся такая фигуристая, ебанёшься Матвей по голосу узнал одного из друзей Сани, Лёху. — Пойдём, Андрюха сказал, что они шашлыки жарить будут, хули тут сидеть Парень слышал, как шаги постепенно удалялись, пока совсем не стихли. В руке он всё так же держал пакет с продуктами. «Надеюсь, этот разговор был первым и последним с ним в жизни». Простояв минут пятнадцать в заброшенном здании, Матвей аккуратно вышел, оглядываясь по сторонам, и побрёл в сторону дома.