toil and trouble

У него уходит четыре дня, две выпрошенные услуги и много кропотливой детективной работы, прежде чем Тэхёну удается выяснить расписание занятий Юнги. Кажется, что Юнги почти невозможно найти, если он не хочет, чтобы его нашли, и Тэхёну приходится немного побегать, прежде чем он наконец обнаруживает его в библиотеке. Юнги сидит за одним из столов в углу, поглощенный толстой книгой перед собой, и Тэхён решает больше не терять время. Он направляется к столу, и, как только он оказывается рядом, Юнги отрывается от книги, а его глаза расширяются, когда он видит Тэхёна. — Что ты здесь делаешь? — шипит он, собирая свои вещи, готовясь уйти. Тэхён оказывается быстрее, хлопает ладонью по книге и прижимает ее к столу. — Подожди, хён. Пожалуйста, выслушай меня, а потом можешь уйти. Или остаться здесь. Все, что хочешь, хотя я бы предпочел, чтобы ты остался. Или ушел со мной. — Просто скажи то, что хочешь сказать, — стонет Юнги, устало потирая глаза. — Я просто хотел извиниться, если я доставил тебе дискомфорт, — говорит Тэхён. — По поводу, ну, знаешь, моего открытого флирта. Ты мне очень нравишься, мой рот иногда опережает мой мозг, когда я разговариваю с красивыми парнями. Как сейчас. В этот самый момент. Пожалуйста, скажи что-нибудь, иначе я никогда не остановлюсь. Юнги медленно убирает руки от лица и смотрит на Тэхёна. Он выглядит усталым, думает Тэхён, замечая темные круги под глазами. Его волосы сегодня не так идеально уложены, но Тэхён все еще думает, что они выглядят очаровательно взлохмаченными. — Тебе не нужно извиняться, — бормочет Юнги. — Я неправильно понял твои намерения. Тэхён наклоняется вперед, хмуря брови. — Что? — Я... Я думал, ты меня дразнишь, — говорит Юнги, не отрывая глаз от стола. Он смотрит на Тэхёна, затем отворачивается, потирая затылок. — Я подумал, что это какой-то странный издевательский ритуал, раз уж я здесь новенький. — Твою мать! — Тэхён говорит слишком громко, и его затыкают как минимум четыре других столика поблизости. — Твою мать, хён, — шипит он возмущенно. — Боже мой, я бы никогда этого не сделал. Это же ужасно. Юнги пожимает плечами. — Это не значит, что этого не происходит. — Я не думаю, что кто-либо в истории, будучи тупым и геем, так плохо флиртовал, — удивляется Тэхён, переосмысливая всю свою жизнь. Юнги фыркает. — Ну, я полагаю, это также означает, что ты не пытался проверить мои навыки, притворяясь ничего не понимающим в зельях, верно? Тэхён замирает, его глаза комично широко расширяются. — Э-э-э... — Намджун несколько раз упомянул, что зельеварение для него — худший предмет, — говорит Юнги с легкой ухмылкой на лице. — Он также сказал, что он лучший для его брата. Он очень тобой гордится. — О, боже, ты знал с самого начала. — Конечно, — говорит Юнги, и Тэхён хочет умереть. Он хочет, чтобы Гремучая Ива зарыла его в землю. Он хочет, чтобы Гигантский кальмар проглотил его целиком, чтобы его больше никогда не видели. — Я думал, ты пытаешься посоревноваться со мной или проверить, достаточно ли я хорош, — безжалостно продолжает Юнги. — Я подыгрывал, потому что не люблю отступать, но ты меня все время путал. Тэхён стонет. — Наверняка. Юнги откидывается на сиденье. — Шло время, я понятия не имел, чем ты занимаешься, но я ничего не говорил, просто чтобы посмотреть, как все закончится. И, когда ты сказал... — он колеблется и прокашливается. — Когда ты сказал эти вещи, я не знал, как реагировать. Думаю, я просто предположил худшее. — Боже, я такой неудачник, — стонет Тэхён, ударяясь головой о стол. Юнги фыркает. — Можем ли мы начать все сначала? — спрашивает он, поворачиваясь к столу и смотря на Юнги. — Пожалуйста? — Конечно, — говорит Юнги, оценивающе глядя на него. — Я Мин Юнги. Тэхён радостно улыбается. Он выпрямляется. — Приятно познакомиться, Мин Юнги. Я... — Ким Тэхён, — кивает Юнги. — Я знаю.