лучшее в тебе

      В молчании проходит неделя. Чонгук и Тэхён почти не разговаривают, только перебрасываются несколькими фразами время от времени, и это совсем не похоже на прежние их отношения. Да, они и раньше ссорились и могли не разговаривать какое-то время, но сейчас ссоры не было. Чонгук просто не хотел идти на контакт, а Тэхён не понимал, как подступиться к лучшему другу.       Ким испытывал легкое чувство вины. Он поступил не совсем красиво, но жалеть о чём-то было не в его правилах. Теперь он просто не знал, что делать, и вся эта ситуация его расстраивала. Тэхён без Чонгука, действительно, и дня не мог прожить. А сейчас, не разговаривая с другом уже достаточно продолжительное время, Ким чувствовал себя так, будто у него что-то отняли. Что-то важное, то, без чего он не может существовать.       Им не удавалось нормально поговорить, потому что когда они виделись, это всегда происходило в шумной компании их друзей, а ещё поблизости обязательно был Лиён. Обсуждать произошедшее при них было по меньшей мере неудобно, но остаться с Чонгуком наедине у Тэхёна упорно не получалось. Когда Ким возвращался домой, Чонгук уже спал, а, проснувшись утром, Тэхён обнаруживал, что младший уже ушёл. Правда, Кима на столе всегда ждал завтрак, и это заставляло верить, что всё ещё не так плохо.       Тэхён с Чонгуком обязательно помирятся, и всё будет хорошо.       Однако Ким всё равно озабочен этой проблемой и поэтому лицо его задумчивое, а брови непроизвольно сводятся к переносице. Он расслабляется только когда на диван рядом с ним опускается Кан и начинает мягко массировать плечи. Тэхён прикрывает глаза и позволяет себе слабо улыбнуться, тянется к прикосновениям и ему нравится, как руки Лиёна дарят расслабление.       Тэхён как-то совершенно быстро умудрился привязаться к этому парню с рыжими волосами и доброй улыбкой. Было в Лиёне что-то такое, что Кима зацепило, и он правда влюбился. В первый раз в своей жизни Тэ почувствовал к кому-то такую привязанность, кроме Чонгука, конечно. Лиён был умным, смешным, забавным, но в то же время мудрым и добрым. У него были милые ямочки на щеках и длинные ресницы, которые во время поцелуев обязательно касались кожи Тэхёна. И за несколько месяцев отношений с этим парнем Ким действительно привязался достаточно сильно.       Они проводили вместе достаточно много времени. Лиён красиво ухаживал: водил на свидания, дарил милые маленькие подарки, заботился и казался едва ли не образцовым бойфрендом. За всё время они ни разу не ругались, потому что Кан всегда каким-то образом умудрялся сводить ссоры на нет. Даже первый секс у них был крайне нежным, и Кан всё время спрашивал, всё ли в порядке и точно ли Тэхён в своих действиях уверен. В Лиёне было много положительных качеств, и Ким, конечно, даже значения не придавал тому, как этот парень на него действует.       И сейчас, сидя на диване в квартире Лиёна, в окружении мягких подушек, с руками парня на своих плечах, Тэхён расслабляется и позволяет себе ненадолго забыть о переживаниях.       — Что случилось, Тэтэ? Ты напряжен, — звучит в самое ухо совсем тихо, и это вызывает мурашки на коже.       Тэхён закусывает губу, раздумывая, может ли он поделиться этим с Лиёном, будет ли это правильным. Парень терпеливо ждёт, продолжая разминать тэхёновы плечи, и Ким решается в итоге, потому что это его парень и отношения, вроде как, должны строиться на доверии.       — Просто… мы не разговаривали нормально с Чонгуком уже неделю, — отвечает Тэхён, откидывая голову на плечо Лиена, и тот незамедлительно обнимает парня. — Меня это беспокоит.       — Что у вас произошло?       — Помнишь, неделю назад ты попросил меня встретиться с тобой посреди ночи? — Лиён тихо угукает. Он перестаёт разминать плечи Тэхёна и теперь просто обнимает, поглаживая с лёгким нажимом. — Мы с Чонгуком тогда смотрели фильмы, и он уснул. Я ушёл, оставив его одного. Я не делал так раньше и тогда, наверное, тоже не должен был, потому что… Чонгук теперь не разговаривает со мной. Я тогда сразу написал ему, извинился, но он не ответил, и теперь я чувствую себя странно. Мы ссорились раньше, но сейчас это не похоже на просто ссору. Чонгук — мой лучший друг.       Лиён слушает внимательно, не перебивая. Он позволяет Тэхёну высказаться, гладит успокаивающе по плечам и прижимается губами к чужой макушке.       — Хочешь узнать моё мнение? — интересуется Кан, и Тэхён кивает согласно. — Мне кажется, Чонгук просто ревнует, потому что ты не уделяешь ему достаточно внимания. Он привык быть единственным в твоей жизни, а теперь появился я, и его это бесит. Это эгоистично, Тэтэ, поэтому ты не должен волноваться об этом.       — Нет, Чонгук никогда не был эгоистом, — мотает головой Ким. Ему это кажется глупым. Разве его Чонгук может быть эгоистом? Чонгук, который всегда заботится о Тэхёне в первую очередь. Чонгук, который позволяет Тэхёну съесть самое вкусное печенье из коробки ассорти, а сам жуёт то, что остаётся. Чонгук, который каждую зиму отдаёт Тэхёну свой плед, потому что старший всё время мёрзнет. Чонгук, который позволяет Тэхёну залезать к себе в кровать и прижимать ледяные ступни к ногам, чтобы согреться. Чонгук не эгоист, и Тэхён знает это лучше всех.       — Не был, но мог им стать, — вполне справедливо замечает Лиён, но Тэхёну это всё равно не нравится. — Просто не переживай об этом. Это ерунда.       — Почему ты так думаешь?       — Это то, что я вижу, Тэтэ. Разве не только Чонгук так ведёт себя из-за того, что у тебя теперь есть парень? Остальные твои друзья за тебя рады.       — Но Чонгук тоже рад, — возражает Тэхён уверенно. Ему сложно поверить в то, что Чонгук действительно может теперь так к нему относиться. — Да и с хёнами я не так близок, как с Чонгуком. Это разное.       — Но тем не менее: они все — твои друзья. И только Чонгук воспринимает всё так остро. Разве ты заслуживаешь такого отношения? — Тэхёну не нравится, куда заходит этот разговор. Он отстраняется и смотрит Кану в глаза. — Прости, Тэ. Прости, если я сказал что-то не так. Я просто делюсь своим мнением. Я знаю, что вы — лучшие друзья, я просто… не хочу, чтобы тебе было больно.       Лиён мягко улыбается, и Тэхён тоже смягчается. Он вновь возвращается в раскрытые объятия, и Кан обнимает его, покрепче прижимая к себе.       — Чонгук не такой, — говорит Ким уверенно. — Я знаю это. Я знаю его.       — Хорошо, — соглашается Лиён, но Тэхён слышит в его голосе сомнение и предпочитает не обращать внимания на это. — Но если что, я всегда рядом, ты же знаешь это, Тэтэ?       — Конечно, — Тэхён улыбается и окончательно расслабляется в руках Кана.       Ким много думает о Чонгуке. Он думает о нём весь вечер, пока они с Лиёном гуляют по вечернему кампусу. Думает о нём, пока они сидят в кафе, согревая руки о картонные стаканчики с кофе. Думает о нём, пока Лиён целует его под каким-то деревом в парке. Тэхён не успокоится, пока не поговорит с Чоном, поэтому он принимает решение сделать это сегодня же.       Поэтому, когда Лиён предлагает Тэхёну остаться у него, Ким качает головой. И Кан провожает его до общежития, хотя Тэхён говорит, что и сам мог бы дойти.       — Просто хочу подольше побыть с тобой, — улыбается на это Лиён и берет Тэхёна за руку — достаточно требовательно. — Ты против?       — Нет, совсем нет, — отвечает мягко Ким.       Они гуляют ещё примерно час, и Тэхён вдруг совершенно не замечает, как летит время. Когда он обращает внимание на часы, то с сожалением думает о том, что Чонгук наверняка уже снова спит. Или притворяется спящим. Поэтому Ким не торопится, и они с Лиёном ещё какое-то время наворачивают круги по кампусу, болтая о разных вещах.       А потом Кан всё же доводит своего парня до корпуса его общежития и ещё долго целует, прижимая хрупкое тэхёново тело к себе. И тот поддаётся этим поцелуям, поддаётся рукам, блуждающим по его телу. И ему плевать, что их кто-то может увидеть. Они стоят под козырьком, куда не попадает свет, так что вряд ли кто-то вообще может их заметить.       Кан отпускает Тэхёна только через долгих двадцать минут. Они прощаются, и Ким, наконец, заходит в корпус. Он быстро поднимается на их с Чонгуком этаж, встречает по пути парочку знакомых, приветливо здоровается и перебрасывается несколькими фразами. А потом спешит к себе в комнату, потому что он вдруг, как никогда за последнюю неделю, полон решимости поговорить с Чонгуком, даже если тот спит.       И когда Тэхён заходит в комнату, Чон действительно уже в кровати. На тумбе горит ночник, глаза младшего закрыты, и он дышит размеренно, значит, скорее всего, уснул недавно. У него в руках учебник по философии, и Ким, стараясь не дышать, убирает из ладоней Чонгука книжку, а затем выключает ночник. Ким старается не создавать шум, двигается на цыпочках, собирает вещи и идёт сначала в душ.       Он выходит из душа через полчаса, почти полностью высушив волосы. А потом Тэхён просто забирается в чонгукову постель, лезет прямо под одеяло и обнимает младшего поперёк живота, прижимаясь своей грудью к его спине. Ким старается не дышать даже, только жмётся ближе и понимает, как сильно он соскучился по Чонгуку. От младшего пахнет молоком и персиковым гелем для душа, и Тэхён носом едва ли не зарывается в волосы тонсэна, вдыхая поглубже родной запах. Ким давно уже не залезал так просто в постель Чонгука, хотя раньше они часто таким промышляли, и теперь это чувствуется немного странно, но… Чонгук всё ещё Чонгук — его лучший друг, от которого пахнет молоком и персиками, который не отталкивает и охотно делится одеялом.       Тэхён чувствует, что Чонгук проснулся по тому, как тот замирает и пару секунд вообще не дышит, видимо, спросонья пытаясь понять, что происходит. А потом, кажется, облегченно выдохнув, Чонгук кладет свою ладонь поверх тэхёновой и слегка сжимает пальцы.       — У тебя холодные ноги, — говорит Чонгук, не поворачиваясь. Он двигает своими ногами под одеялом, позволяя Тэхёну прижаться холодными ступнями к его коже.       — Отопление ещё не включили, а на улице уже холодно, — отвечает Ким, чувствуя облегчение.       Чонгук с ним говорит. Чонгук всё ещё заботится о нём. Это его Чонгук, его лучший друг. И Тэхёну действительно становится легче, пусть они всё ещё не помирились окончательно.       — Ты поэтому решил залезть в мою кровать? — голос Чонгука звучит слегка хрипло и приглушенно.       — Нет, я… хотел помириться.       — Разве мы ссорились?       — Ты не разговариваешь со мной нормально уже неделю. Я скучаю по своему Гук-и, — Тэхён слышит плохо сдерживаемый вздох и, зажмурив глаза, прижимается ещё ближе и обнимает Чонгука крепче. — В чём дело?       — Ты же знаешь, в чём. Зачем спрашиваешь?       — Извини, Чонгук. Я знаю, что поступил некрасиво, но ты слишком долго злишься, тебе не кажется?       Чонгук с Тэхёном, конечно, согласен, и он не планировал играть в молчанку неделю. Просто потом он уже не знал, как к Тэхёну подойти, как заговорить, да и тот делал вид, что всё нормально. Глупо, конечно, получилось.       — Прости, — шепчет в подушку Чонгук. — Я злился и не хотел сорваться на тебе, поэтому не разговаривал с тобой. Просто потом это всё затянулось. Прости, хён. Я тоже соскучился по тебе.       Чонгук поворачивается в тэхёновых руках и утыкается носом старшему куда-то в шею, вдыхая запах клубничного геля для душа. Теперь Чонгуку спокойно, потому что Тэхён здесь, и, по правде говоря, в такие моменты Чонгуку всегда спокойнее всего.       — Только не уходи больше среди ночи никуда, — бормочет младший едва слышно, чувствуя, как наваливается сонливость. — Неудобно каждый раз беспокоить морги.       Тэхён тихо смеётся и сжимает Чонгука в своих руках так крепко, словно это самое ценное, что у него есть.       — Больше не уйду, Гук-и, — обещает Ким и улыбается в темноту, потому что на душе становится легче.       Чонгук возится ещё какое-то время, пытаясь найти удобно положение — не для себя, для Тэхёна. Потому что ноги старшего и правда, как всегда, ледяные, и Чонгуку очень хочется их согреть, поэтому он двигает ногами, пока не находит, наконец, то самое положение и не успокаивается в руках хёна. Сердце больше не бьётся бешено, и дыхание выравнивается.       Тэхён засыпает первым, и Чонгук ещё какое-то время лежит, уткнувшись носом ему в шею, слушая размеренное дыхание и стараясь дышать в такт хёну. Он ощущает тяжесть тэхёновой руки на своём боку, холод его ступней, которые постепенно согреваются, и думает, что ради таких моментов он готов если не на всё, то на очень многое. Чонгук засыпает через полчаса после Тэхёна, убаюканный дыханием хёна и теплом, исходящим от него.       И утром, когда они снова вместе собираются на учебу, переговариваясь и хихикая над чем-то, толкаясь у раковины перед зеркалом, кажется, будто бы всё хорошо. Но Чонгук вдруг ловит себя на мысли, что, как раньше, уже не будет. И Тэхён таким, как прежде, тоже не будет.       Люди так или иначе влияют на других людей, и Чонгук, как никто другой видит, что Лиён влияет на Тэхёна. И это влияние такое сильное и такое заметное, что внутри у младшего поселяется тревога. Он не знает, почему вдруг смотрит на хёна совершенно по-другому. И он не знает, почему чувствует эти едва уловимые изменения в своём лучшем друге. Чонгук чувствует это всё, потому что нет никого, кто знал бы Тэхёна лучше, и младшему становится по-настоящему тоскливо.       И пока Тэхён, увлечённый обменом утренними сообщениями со своим парнем, не замечает чонгукового взгляда, младший рассматривает, не прекращая. Пытается запомнить, будто Тэхёна — того Тэхена, который его лучший друг, уже нет. Тэхён, который хрупкий и внешне, и внутренне. У которого в душе солнце сияет ярче, чем на небе. У которого в глазах пляшут искорки, перескакивая в чудную квадратную улыбку. Который действительно нежный, милый, от которого исходит тепло и который дарит столько любви, что становится тяжело дышать. И Чонгук не может перестать думать о том, что Тэхён меняется. Незаметно, шаг за шагом, но у него внутри что-то происходит, и Чонгука это беспокоит слишком сильно.       А потом Чонгук вновь тащит старшего на своей спине к кафетерию, чтобы позавтракать с хёнами. И когда Тэхён хлопает младшего по плечу, заставляя остановиться, спрыгивает со спины и улыбается слегка робко, Чонгук понимает: что-то в Тэхёне уже не будет прежним. Они не доходят до кафетерия всего несколько метров, и Чон смотрит вопросительно на хёна, пока тот переминается с ноги на ногу и закусывает губу.       — Что не так? — спрашивает Чонгук, надевая теперь рюкзак нормально на плечи, раз уж Тэхён больше не висит у него на спине.       — Всё нормально, — улыбается Тэхён, но младший знает: эта улыбка, за которой Ким пытается скрыть что-то важное. — Просто хочу дальше дойти сам.       Ким делает шаг, но Чонгук встаёт у него на пути. И для младшего в этот момент нет ничего важнее, чем понять, что происходит на самом деле. Потому что Тэхён никогда в жизни по собственной воле не слез бы с чонгуковой спины. Потому что для Тэхёна, казалось, не было места удобнее. А сейчас он слезает сам, буквально отталкивает Чонгука, и внутри у младшего всё переворачивается из-за этого.       — Хён, — говорит он с нажимом, не собираясь отступать, — ответь мне. Пожалуйста, — добавляет мягче и взглядом просит открыться.       И Тэхён не может отказать, потому что это Чонгук. Старший закусывает губу, переминается с ноги на ногу и смотрит немного загнанно, будто боится озвучить. Боится реакции тонсэна на свои слова.       — Лиён ревнует, — говорит он тихо, опуская глаза, и тень от ресниц падает ему на щёки. Чонгуку кажется, что ему послышалось. — Я просто не хочу лишнего выяснения отношений, не хочу, чтобы он видел.       Чонгук мотает головой из стороны в сторону и едва ли не смеётся, потому что слова Тэхёна звучат так глупо и совсем не укладываются в чонгуковой голове. И младший понимает вдруг, что его хён действительно так сильно привязался к своему парню, что боится теперь сделать или сказать что-то не так, чтобы потом не нарваться на нечто неприятное. Чонгук не понимает этого.       — Я — твой лучший друг, хён, — голос Чонгука звучит тоже тихо, и его слова могли бы потонуть в шуме голосов вокруг, но он всё ещё говорит уверенно и четко, и Тэхён его слышит. — Какая может быть ревность к лучшему другу?       — Лиён просто не понимает, — пожимает плечами старший. — Между нами же всё в порядке, Гук-и, ничего не меняется. Просто я, правда, не хочу тратить время на выяснение отношений и попытки доказать Лиёну, что это не больше, чем дружба.       — Тебе правда нужно ему что-то доказывать?       — Я не хочу потерять его, Чонгук, — Тэхён такой серьёзный, он кусает губы и сцепляет пальцы рук в замок. А у Чонгука в груди что-то опять ломается от слов старшего и нестерпимо болит.       — А меня?       Ладно, Чонгук, правда, не хотел быть тем, кто поставит Тэхёна в такое положение, но вопрос слетает с губ сам по себе, и Чон жалеет об этом в ту же секунду. Потому что Ким вскидывает на него удивлённый взгляд, смотрит так, будто не может поверить в услышанное, и у Чонгука сердце сжимается. Просто младшему до жути обидно — снова не за себя, а за Тэхёна.       Чонгук просто не понимает: разве отношения и чувства — это то, что должно заставлять отказываться от привычных вещей? Разве человек, с которым ты связываешь свою жизнь, должен ограничивать тебя в общении с кем бы то ни было? Разве на этом строятся отношения?       — Чонгук, я не…       — Извини, хён, — говорит Чонгук, прежде чем Тэхён успевает подобрать слова. — Я не должен был говорить этого. Всё нормально, мы поступим так, как ты хочешь, ладно?       Ким кивает, но настроение его портится, и Чонгук видит это по погрустневшим глазам. Чон, честное слово, ненавидит быть причиной плохого настроения Тэхёна. Но он не успевает больше ничего сказать или как-то поправить ситуацию, потому что Лиён появляется, как всегда, не вовремя. Он быстро здоровается с Чонгуком, целует Тэхёна прямо на глазах у младшего, а потом берет его за руку и ведёт в кафетерий, говоря что-то Киму. И Чонгук просто плетётся за ними, полностью погружённый в свои мысли. Смотрит пристально на сплетённые пальцы Тэхёна и Лиёна и думает. Слишком много думает.       И, замечая, как на лице Тэхёна расцветает улыбка от слов Лиёна, Чонгук больше не может делать вид, будто бы всё в порядке.       Изменения ощущаются слишком сильно, чтобы не обращать на них внимания. И это снова вовсе не об отношениях Тэхёна и Чонгука.       Между ними ничего не изменится. Но внутри Кима что-то меняется неумолимо быстро, и только Чонгук это чувствует.       И Чонгук, смотря как цветёт улыбка на лице Тэхёна, как он крепче цепляется за руку идущего рядом Лиёна, понимает вдруг, что его хён так сильно привязался к этому парню, что, как прежде, ничего уже не будет. Прежнего Тэхёна больше не будет.