Старые Книги и Новые Знакомства (Old Books and New Acquaintances)

      На следующий день Хиде подошел к кассе и попытался успокоить нервы. В течение вечера, ночи и утра ему удавалось убедить себя, что он слишком много читал за день до этого. Он только надеялся, что не выставил себя дураком.       За кассой снова сидела Хинами, и она прищурилась, увидев его, прежде чем слегка улыбнуться. Она указала на заднюю часть магазина и снова уставилась в книгу, которую держала в руках.       — Он в задней комнате.       Хиде замер, застигнутый врасплох легкой враждебностью с ее стороны, и понял, что они так и не представились друг другу. Однажды он просто ворвался в магазин и спросил о ее старшем брате — неудивительно, что она чувствовала себя немного неуверенно по отношению к нему. Что ж, так не пойдет.       Хиде улыбнулся и протянул ей руку, заметив, как она на мгновение напряглась от его резкого жеста.       — Я вспомнил, что мы не поздоровались как следует. Я думаю, что мы знакомы достаточно долго, чтобы совершить рукопожатие, верно?       Ее прищуренные глаза расширились от удивления, пока она посмотрела на протянутую руку Хиде и не двигалась несколько долгих секунд. У Хиде было достаточно времени, чтобы начать мысленно кричать — стоя посреди книжного магазина с вытянутой рукой, как идиот, — прежде чем она осторожно протянула свою руку и схватила Хиде. Хиде расслабился, его улыбка стала шире.       — Я Хиде! Приятно познакомиться. Хинами улыбнулась в ответ с легким смешком, и Хиде тихо вздохнул с облегчением, когда последнее напряжение момента рассеялось.       — Я знаю. Меня зовут Хинами. Я тоже рада с тобой познакомиться.       — Привет, Хинами! — Хиде с преувеличенным энтузиазмом пожал ее руку и был вознагражден еще одним смешком. Ему пришла в голову одна мысль, и прежде чем он смог остановить себя, он выпалил:       — В следующий раз, может быть, ты поможешь мне выбрать книгу?       При этих словах ее улыбка стала шире, и Хиде поздравил себя с тем, что быстро соображает, одновременно стараясь не рассмеяться вслух — они были так похожи! Упомяните книги, и обе они были полностью проданы.        — Мне бы этого хотелось. Просто скажи мне, что ты ищешь. Хиде отступил назад и понадеялся, что она так же не имела предубеждений, как ее брат. Он сказал, все еще широко улыбаясь:       — Я ищу все, что связано с гулями!       Хинами выглядела ошеломленной этим заявлением, и Хиде проклял свою беспечность. Конечно, она не будет так открыта, рассказывая про гулей, как Канеки, почти никто не был. Если бы она не относилась к нему предвзято с самого начала, это наверняка бы исправило ситуацию. Хиде поднял руки в обезоруживающем жесте и изо всех сил постарался сгладить обстановку:        — Мне очень жаль! Наверное, это было грубо с моей стороны? Мне просто интересно их изучать.       Хинами не расслабилась.       — Чтобы изучать их?       Хиде кивнул. Как он мог объяснить, что они не были просто ужасными монстрами, какими их изображало большинство СМИ? Он не хотел, чтобы Хинами считал его сумасшедшим.       — Я думаю, что важно узнать о них, чтобы понять.       — Это… Хорошо, — Хинами удивила его, сказав это. Она немного поколебалась, прежде чем решительно кивнуть. — Я посмотрю, что смогу найти.       У Хиде было странное чувство, будто разговор только что перешел от защиты нравственного облика гулей к прохождению какого-то неизвестного теста.       — Спасибо?       Хинами кивнула, и Хиде не знал, что еще сделать, поэтому он повернулся, чтобы пойти и найти Канеки, прежде чем вспомнил кое-что, что он хотел спросить:       — Кстати, почему я никогда не вижу Канеки за прилавком? Или кого-нибудь еще, если уж на то пошло? Я знаю, что здесь работают другие люди.       «И было бы легче найти Канеки, если бы он половину своего рабочего времени не был в задней части магазина» — осталось невысказанным, но взгляд Хинами сказал ему, что она уловила истинную причину его вопроса.       Однако вместо того, чтобы окликнуть его, она пожала плечами и улыбнулась:       — Мне здесь нравится. Это дает мне повод поговорить с людьми.       — Другие работники не хотят этого?       Хинами без колебаний покачала головой.       — Нет, не совсем. И это хорошо, потому что они не очень хорошо общаются с клиентами.       Хиде подумал о Канеки, о его улыбке и их непринужденных разговорах и почувствовал внезапную вспышку негодования за другого.       — Я уверен, они прекрасно справятся!       Хинами бросила на него понимающий взгляд.       — Знаешь, дело не только в Канеки. Но братик просто ужасен, когда дело касается разговоров с людьми!       — Эй! Он прекрасно со мной разговаривает!       — Да, и я не знаю, говорит ли это больше о тебе или о нем.       Хиде задохнулся в притворном негодовании:       — Ты хочешь сказать, что я не человек?       Она пожала плечами с дразнящей улыбкой:       — Или что он делает для тебя исключение. По какой-то причине с первым намеком было легче согласиться.       Хиде открыл было рот, чтобы возразить, но тут же закрыл его и решил, что безопаснее всего не отвечать на ее замечание.       — Ну, тогда я пойду и посмотрю, смогу ли побеспокоить Канеки.       Хинами рассмеялась и с веселой улыбкой отмахнулась:       — Увидимся позже! Веселитесь!       Хиде повернулся на каблуках и поспешил в заднюю часть магазина. Как она и сказала, Канеки был там, занятый распаковыванием коробок с книгами. Хиде остановился как вкопанный, увидев, как Канеки одним махом поднял огромную стопку книг, нисколько не напрягаясь. Он почувствовал, как у него пересохло во рту. Канеки определенно был сильнее, чем кажется.       Хиде откашлялся и изо всех сил старался смотреть куда угодно, только не на руки Канеки, видимые из-за закатанных рукавов.       — О, Хиде! Ты пришел.       И теперь ему пришлось отвернуться и от улыбки Канеки. Черт, он был слаб. Хидэ принялся разглядывать коробки на полу, но не смог удержать свой предательский язык от того, чтобы сказать правду:       — Я не мог не прийти.       Он захлопнул рот и попытался отвлечь внимание словами:       — И я ведь обещал, не так ли?       — Ты уверен? Это было необязательно.       — Я хочу помочь. И это самое меньшее, что я могу сделать после всего, что ты для меня сделал, — Хиде по-прежнему решительно смотрел на коробки.       — А, ладно, это было бы здорово. Спасибо.       Хиде поднял глаза на застенчивый голос Канеки и тут же пожалел о своем решении — улыбка Канеки все еще была на месте, и теперь она сопровождалась румянцем, отчего на нее было опасно смотреть.             — Куда поставить эти? — поспешно спросил Хиде, бесцельно выхватив пару книг из ближайшей коробки, чуть не опрокинувшись вперед, когда выпрямлялся. Они были еще тяжелее, чем выглядели, и он отчаянно пытался не думать о том, насколько сильным должен быть Канеки, чтобы поднять их так легко. «Возьми себя в руки», — мысленно предостерег себя Хиде, прежде чем опозориться еще больше.       — Давай я тебе покажу.       Пару минут они работали молча, пока Канеки не прервал их нерешительным:       — …Я просто делаю свою работу. Не то, чтобы я не хочу помочь тебе — я хочу. Но на самом деле это не то, за что ты должен мне отплатить.       Хиде отложил книги, которые нес, и повернулся к Канеки, решив быть честным.       — За это короткое время я узнал благодаря тебе больше, чем за несколько месяцев в одиночку. Я просто надеюсь, что не буду надоедливым со всеми этими вопросами.       — Я рад, что могу вам помочь, — Канеки наклонил голову и улыбнулся. Канеки был слишком добр, а тема гулей не была тем, о чем большинство людей хотели бы думать слишком много.       — Просто скажи мне, если тебе когда-нибудь станет неудобно, и я перестану.       — Обещаю. Спасибо тебе и за то, что внимателен, и за то, что пытаешься понять, — в этих словах было чуть больше теплоты, чем Хиде предполагал, но он и так уже выставил себя дураком во время этого разговора, поэтому ничего не сказал, продолжая распаковывать книги.

________________

      В следующий раз, когда Хиде вошел в магазин, за прилавком стоял незнакомец. Он быстро огляделся в поисках Хинами, но ее нигде не было видно. Что ж, пришлось разговаривать с новым человеком. Хиде вздохнул и подошел.       — Канеки здесь? — спросил Хиде у человека за прилавком, стараясь улыбаться и говорить предельно вежливо — в конце концов, это был коллега Канеки, и он хотел произвести на него хорошее впечатление. Блондин оторвался от телефона, его очки в толстой оправе и уложенные волосы создавали впечатление, что он больше подходит для модного книжного магазина в центре. Хиде несколько раз видел его в магазине, но никогда с ним не разговаривал, хоть и выглядел он достаточно дружелюбно… Пока он не открыл рот.       — Почему ты хочешь поговорить с этим идиотом?       — Что? — удивленно спросил Хиде, чувствуя себя неуютно от внезапной враждебности.       Мужчина тяжело вздохнул, закатил глаза и указал на проходы справа.       — Он где-то сзади. Найди его сам.       — Нишики! — Хинами вышла из-за книжной полки, Держа в руках количество книг, явно превышающее безопасное, и Хинами почти почувствовала, как задрожали колени от облегчения, когда она увидела дружелюбное лицо. — Мы уже говорили об этом! С клиентами так разговаривать нельзя. Нишики застонал и рухнул в кресло, снова переключив внимание на телефон, но не раньше, чем пробормотал:       — Они сами виноваты, что всегда такие скучные.       Хиде поднял бровь, и он вдруг понял, почему именно Хинами обычно была за кассой. Она не преувеличивала, что другие сотрудники не очень хорошо умеют разговаривать с людьми.       — Мне так жаль, Хиде, — сказала Хинами, бросив жалостливый взгляд на Нишики, — пожалуйста, прости его.       Нишики хлопнул ладонями по столу и поднялся на ноги.       — Я могу говорить за себя!       Хинами не пропустила удар.       — Ну, может, тебе и не стоит.       — Я уже говорил тебе, что не хочу работать на кассе, — сказал Нишики, скрестив руки на груди.       Хинами подняла брови с невозмутимым выражением на лице.       — Это не повод вести себя как ребенок.       — Ну, тогда сама и стой! — Нишики язвительно усмехнулся и быстро направился в дальний угол, где Хиде несколько раз видел его за компьютером во время своих прошлых визитов.       Хинами огляделась и обратила свое внимание на Хиде. Ее взгляд стал задумчивым. У Хиде возникло отчетливое ощущение, что ему стоило последовать примеру грубияна и покинуть помещение. Однако прежде чем он успел извиниться, Хинами отвела взгляд в сторону и глубоко вздохнула, прежде чем выпалила:       — Я хотела спросить тебя, почему ты все время приходишь сюда к братику?       Хиде прочистил горло и понадеялся, что его голос звучит весело и непринужденно, а не напряженно и смущенно, как он боялся, когда выговорил:       — Он очень много знает и хорошо помогает мне.       Она задумчиво кивнула, словно оценивая его ответ. Неужели так братья и сестры присматривают друг за другом? Хиде не знал и надеялся, что она не будет пытаться помешать ему проводить время с Канеки. От одной этой мысли у него что-то сжалось внутри, и он, затаив дыхание, смотрел, как Хинами поджала губы и, казалось, пришла к какому-то неозвученному выводу. Она едва заметно кивнула.       — Хорошо.       Хиде почувствовал, что упустил часть разговора, и нахмурился в замешательстве.       — Хорошо?       — Да, хорошо, — Хинами, казалось, поняла, что она все еще держит книги, объемом на целую полку, и положила их на стойку, прежде чем жестом указать направо, — Он опять в задней комнате.       — На этот раз я здесь не только ради него, помнишь? Ты обещала помочь мне выбрать книгу, когда я приду в следующий раз.       Рот Хинами сложился в маленькую букву «О», когда она встала, — Я обещала!       — Если ты все еще не против? — Хиде не хотел давить на нее, чтобы она помогла ему, если это заставляло ее чувствовать себя неловко.       — На самом деле, я нашла идеальную книгу! — Хинами улыбнулась, нырнула за прилавок и вернулась с массивной книгой в руках.       — Тебе не нужно было так готовиться! Я не хотел создавать для тебя больше мороки, — сказал Хиде, улыбаясь ее очевидному энтузиазму.       Она покачала головой, протягивая книгу:       — Нет, нет. Мне нравится находить идеальные варианты для наших клиентов, это не составило никакого труда.       — Ну что ж, спасибо, — Хиде схватил книгу и почти сразу же выронил ее, — Она такая тяжелая!       Улыбка Хинами стала немного застенчивой, — Она немного толстовата, но поверь мне! Она действительно хорошая! И я думаю, тебе понравится. Канеки рассказал мне о книгах, которые ты искал.       — Вы, ребята, говорили обо мне? — спросил Хиде, осторожно перекладывая книгу на левую руку, чтобы получше ее разглядеть.       Хинами рассмеялась:       — Он никогда не замолкает, все время говоря о тебе!       Хиде был не в силах побороть румянец, вспыхнувший на его щеках при этом замечании, и напрасно открыл рот, в попытке отрицать это, когда голос сзади прервал его:       — Добро пожаловать!       Хиде резко обернулся и увидел Канеки, идущего к ним с непринужденной улыбкой на лице, как будто не он только что заставил Хиде внутренне закричать. Несмотря на все это, Хиде не смог сдержать улыбки, расплывающейся по его лицу, когда он поприветствовал Канеки.       — Канеки! — слышал ли он, о чем они говорили? Хиде решил сменить тему разговора, — Думаю, на этот раз, ты должен был пойти и найти меня для разнообразия.       Канеки рассмеялся.       — Думаю, это справедливо.       Он посмотрел на книгу под мышкой Хиде, потом на Хинами, и на его лице появилась дразнящая ухмылка.       — Ты встречаешься с другими работниками этого книжного магазина? Я думал, между нами было что-то особенное.       Слова были произнесены наигранно драматическим тоном. Несмотря на очевидную шутку, Хиде все еще чувствовал себя неоправданно взволнованным таким комментарием и неловко рассмеялся, прежде чем сумел вернуть контроль над собой. Он откинулся назад и театрально приложил руку ко лбу:       — Я никогда не предам тебя! То, что у нас есть, выходит за рамки одной книги.       — Да уж, скоро ты их все скупишь, — рассмеялся Канеки.       Хинами прокашлялась, привлекая внимание.       — Я все еще здесь, помните? — несмотря на свои слова, она улыбалась, глядя на Канеки.       Канеки отмахнулся, все еще смеясь:       — Прости, прости! Пойдем, Хиде, у меня была книга, которую я хотел тебе показать.       Он протянул ладонь и схватил правую руку Хиде, по-видимому, не обратив на это внимания, а сам Хиде был так счастлив, что позволил ему оттащить его. Он оглянулся через плечо и одарил Хинами беспомощным взглядом, продолжая ухмыляться, как идиот.       — Еще раз спасибо за книгу!       Хинами рассмеялась и покачала головой.       — Надеюсь, это поможет.       — Я в этом не сомневаюсь! — крикнул Хиде со смехом как раз в тот момент, когда его потянули за угол и Хинами скрылась из виду.       Хиде повернулся к Канеки и увидел, что тот улыбается ему.       — Какую книгу ты хотел показать мне, настолько важную, что тебе пришлось тащить меня силой?       Канеки снова рассмеялся — Хиде никогда не надоест его смех — и, не отпуская руки Хидэ, сказал:       — Это замечательная книга, которую мы получили только на прошлой неделе, но у нас остался только один экземпляр. Сначала мысль о ней не пришла мне в голову, но я думаю, тебе понравится, — Канеки остановился перед книжным шкафом и начал водить рукой по корешкам книг, пробегая глазами по названиям. Ладонь, которая все еще лежала на руке Хиде, будто горела неестественным теплом, снова и снова возвращая его внимание к ней.       Хиде не мог перестать улыбаться. Этого восторженного и счастливого Канеки невозможно было не любить — и тот факт, что он с таким энтузиазмом ждал возможности показать что-то, заставляло его чувствовать тепло внутри, а долгое соприкосновение их рук только добавляло жара.       — На самом деле, это не научная книга о гулях, но она все еще полезна, и это хорошее напоминание о том, как мы стали обществом, и о том, как все было раньше… — Канеки замолчал, когда его рука остановилась над пустым местом между двумя книгами. — Хм, кто-то уже забрал ее.       — Я уверен, что мы ее найдем! — Хиде сказал, отчаянно нуждаясь в хорошем настроении, чтобы продолжить:       — Для начала я могу прочитать это.       Хиде наклонил голову, показывая на книгу, которую он получил от Хинами, все еще крепко зажатую под левой рукой.       — Ой! Точно! Хинами дала тебе ее? — спросил Канеки, отпуская руку Хиде и наклоняя голову, чтобы взглянуть на корешок книги. Хиде старался не думать о том, как холодно стало его руке после потери контакта.       — Да! Я попросил ее помочь мне выбрать книгу, — сказал Хиде, выхватывая книгу из-под руки и поднимая ее, чтобы Канеки мог получше рассмотреть ее.       Канеки рассмеялся, прочитав название, и покачал головой:       — Это здорово! Это именно та книга, которую я искал!       — Правда?       — Правда!       — Что ж, это, должно быть, отличная книга, если вы с Хинами оба ее рекомендуете.       — Она давно наша любимая, — на лице Канеки играла нежная улыбка, глаза смотрели вдаль, когда он говорил. — Вообще-то, когда мы были младше, я читал ей эту книгу.       Хиде приподнимает бровь, глядя на толстую книгу в своих руках, название которой состояло из трех слов, значение которых он не смог бы понять, пока не поступил в университет.       — Она впечатляющая. И милая, — добавил Хиде, когда его мысли обратились к юному Канеки, терпеливо читающему большую книгу Хинами.       Канеки покраснел и отмахнулся от него, поворачиваясь к маленькому столику в глубине комнаты.       — Тогда пойдем. Начнем читать.       — Сейчас?       — У тебя были еще какие-то дела?       — Нет, — поспешил ответить Хиде, прежде чем добавить: — Ты разве не работаешь?       — Все в порядке. Я выйду, если кому-нибудь понадоблюсь.       Как бы то ни было, никто не нуждался в его помощи, и Канеки с Хиде никого не потревожили в задней части магазина, пока они читали. Хиде подозревал, что это больше связано с тем, что Хинами присматривает вместо них, чем с удачей.       Они устроились в уютной, почти полной тишине; Хиде читал книгу, которую он получил от Хинами, а Канеки читал свою книгу, они только время от времени прерывались, чтобы обменяться случайными комментариями или вопросами. Смена Канеки закончилась час назад, но никто из них даже не пытался пошевелиться. Чем дальше он углублялся в чтение, тем больше ужаса и признательности испытывал Хиде по отношению к их нынешнему обществу; из-за того, что оно и раньше было таким же плохим, но также и из-за того, что стало выше этого, стало лучше, даже если было далеко от совершенства. В книге подробно описывалась обычная жизнь гулей в разные периоды времени, с основным акцентом на время до Великой Реформации, которая произошла пару поколений назад. Хиде понимал, что раньше жизнь гулей была хуже, чем сейчас, но не настолько же. Хиде почувствовал волну разочарования от того, как много предпочли не освещать в школах.       Ему пришлось сделать небольшой перерыв после прочтения особенно ужасной части и, подняв глаза, он увидел, что Канеки уже смотрит на него. Хиде улыбнулся и приподнял бровь, когда полушутя спросил:       — Ты сказал, что читал это Хинами, когда она была младше?       Канеки выглядел немного смущенным.       — Я пропустил большую часть насилия.       — Хорошее решение, — Хиде кивнул, но не смог удержаться от комментария, — Это… интересная книга для чтения ребенку.       Лицо Канеки погрустнело, взгляд стал отстраненным.       — Это напоминает нам о том, как все было раньше, чтобы не повторить это.       Это все еще не было тем, что Хиде когда-либо решил бы прочитать ребенку, но он оставил это замечание при себе. Он был уверен, что у Канеки были свои причины; может быть, кто-то из их семьи был политиком или, например, они были активистами за права гулей. Могло быть сотня причин, и Хиде не знал. Тот факт, что Хиде не знал этого о Канеки, раздражал его, но у него было чувство, что сейчас не время для личных вопросов, поэтому он просто кивнул и покорно сказал:       — Я полностью согласен с этим.

________________

      Время приближалось к ужину, и после того, как Хиде в третий раз был оторван от чтения урчанием собственного желудка, он сдался и отложил книгу. Он подождал, пока Канеки сделает то же самое, прежде чем спросить:       — Не хочешь сходить в шашлычную ниже по этой улице и поесть?       Канеки нахмурился, услышав этот вопрос.       — Это не совсем соответствует моим… диетическим требованиям.       Может быть, Канеки упоминал что-то о своей диете? Хиде почувствовал, как его охватывает стыд при мысли о том, что он не обратил внимания на слова Канеки. Был ли он вегетарианцем?       — О, точно. Конечно. Мне жаль, — если это было что-то, о чем он уже должен был знать, он не мог просто спросить об этом сейчас; это было бы просто грубо, — Я… забыл.       — Все в порядке, — Канеки улыбнулся ему, — На самом деле, приятно, что кто-то хоть раз забыл об этом.       Это был немного странный ответ, но Хиде решил, что ему не хотелось бы, чтобы люди постоянно думали о том, как он отличается от того, что они считают нормой, даже если это было что-то обычное, например, требования диеты. Хиде пытался придумать что-нибудь безопасное, отчаянно пытаясь сгладить ситуацию. Что он видел, чтобы Канеки ел или пил раньше…?       — Не хочешь пойти выпить кофе?       — Это было бы здорово. Извини за беспокойство, — сказал Канеки, покраснев и улыбнувшись, и Хиде улыбнулся в ответ, довольный тем, что не выставил себя дураком дважды за несколько минут.       — Не беспокойся! Пойдем, — он начал собирать вещи, довольный тем, что ему удастся провести еще немного времени с Канеки, желая немного отложить ужин, чтобы сделать это. Хидэ поклялся себе, что в следующий раз наберется храбрости и пригласит Канеки на свидание.       Канеки улыбнулся и встал.       — Да, пойдем.