Лисья охота

      Восходило солнце, окрашивая реки в алые оттенки. Уставшие заклинатели отчеканили последний шаг и сдали смену, открыли ворота и зашли на территорию клана. Массивные ворота закрылись, оставляя двух других заклинателей охранять вход и принять смену.       Солнце сменилось луной. Холод пальцами забирался под ханьфу, играя с тканью и тормоша туго заплетенные косы. Заклинатели клана Юньмэн крепко держались, не давая усталости победить. Послышались шаги. Ветер заревел и начал толкать деревья, от чего мудрецы налились злобой и стали размахивать крепкими ветками с густой листвой. Замешательство ловко забралось по косам, и осело на затылке, крепко вцепившись острыми когтями в кожу.       Вкус крови ударил в нос. Повернув головы на запах, заклинатели увидели силуэт девушки. Медленно, еле перебирая ногами, незнакомка без всякого страха направлялась к мужчинам в фиолетовых одеждах. Тусклый фонарь осветил девушку, белоснежная одежда была рваной и запачканной в крови, живот её был вспорот. Каким только чудом девушка смогла дойти до их ордена? Будто младенец к груди был прижат черный, грязный мешок. — Спасите, — прохрипела она, и упала на колени, не дойдя пары шагов до мужчин. Губы окрасила соленая густая кровь, — Спасите их, спасите!       Молодой заклинатель подбежал к девушке, игнорируя запрет о покидании поста. Как только чужие руки коснулись мешка, девушка упала на бок, закрывая глаза уже навсегда. — Благодарю, — хрип вырвался из её рта и больше не имея сил, она издала последний вздох. Золотистый свет окружил незнакомку и через пару мгновений тело пропало.      Заклинатель крепко держал мешок, в котором сопели три лисенка. Шерсть их блестела огнём, создавалось ощущение что лисята были из золота.

***

      Солнце осветило Пристань Лотоса. Гордые лотосы подняли головы, прося у солнца ласки. Орден Юньмэн был на втором месте по спокойствию. Правда только тогда, когда двое братьев находились вдали от клана. Сегодняшний день к сожалению был шумный для госпожи Цзян, двое её братьев опять о чём-то увлеченно спорили, размахивая эмоционально руками, и иногда замахивались на друг друга. Госпожа чувствовала, как вот-вот из пальцев шиди вспыхнут молнии, а глаза Вэй Ина уже горели огнём. Поднявшись, девушка шагнула к братьям, но ей помешал прибежавший слуга. Склонившись в низком поклоне, он затараторил: — Глава, неожиданно прибыли господа из ордена Лань и Цзинь!       Кивнув, Цзян Яньли немного опешила. Обычно, адепты других кланов не прибывали без предупреждения. Страх осел где-то под ребрами, предчувствие у лисицы было плохое. Братья почувствовали напряжение старшей сестры и синхронно обернулись. — Прибыли адепты из кланов, без предупреждения. Не уважительно не встретить их, — может у госпожи получилось бы спрятать нервозность за улыбкой, если бы её братья не были чуткими лисами, скованные с ней связью.

***

      На пристани величественно стояли двое мужчин в белых одеждах, и один в золотистых. За ними толпились мелкие адепты, разгружая лодки. Вэй Ин принюхался, внимательно изучая незнакомцев. Они с братом не любили покидать клан, не в их обязанностях. А их сестра, будучи главой клана, частенько покидала Пристань, приезжая иногда через месяца.       Первый мужчина пах морозом. Его одежда, волосы были пропитаны будто льдом. Усянь готов был поспорить, что руки этого господина были влажные и ледяные. Холодность и уверенность окутывали господина в белом. На лбу его будто клеймом, держалась белоснежная лента с пушистым облаком. Создавалось ощущение, что мужчина всё время проводит в холодном источнике. Крепко держа свой меч, мужчина равнодушно смотрел в сторону лотосов.       Второй, с точно такой же лентой смотрел на них с легкой, мягкой улыбкой. Мужчина пах теплой погодой, легким ветерком и сандаловым деревом. Аура его была мягка, прям как шерсть юных лисят. За спиной мужчины виднелась флейта, с яркой голубой кисточкой. «А — Чэн бы поиграл с этой кисточкой» — Усянь улыбнулся, осознавая двоякость фразы.       Третий стоял надменно. Между ровных, густых бровей будто ткнули кисточкой была поставлена красная точка. Пах мужчина лотосами и чуть солоноватой водой. В глазах его было любопытство, направленное на братьев. На шицзе он смотрел с восхищением и нежностью. Аура его была нежной, но в это время гордой и могущественной. «Не плохой, но парочку испытаний ему всё же надо устроить» — подумал Вэй Ин и обернулся на брата. Тот встретился с ним взглядом. Они думали одинаково. — Господин Лань, второй господин Лань, господин Цзинь, рады приветствовать вас в Пристани Лотоса, — госпожа поклонилась вместе с братьями и озарила гостей теплой улыбкой.

***

      Цзян Чэн не любил торжества. Хоть его орден был на первом месте по торжествам, мужчина не любил всё это веселье. Одиночество ему нравилось больше. Спрятавшись за густыми листьями старого дерева, Цзян Чэн прикрыл глаза и прислушался. Лёгкий шелест листьев, цоканье жучков и тихая мелодия ветра. Лиса с блаженством отпустила уши, утопая в спокойствие. Не долго длились блаженства Цзян Чэна, мягкие шаги нарушили блаженный покой. — Простите, господин Цзян, я нарушил ваш покой? — голос Лань Хуаня идеально вписывался в обстановку. Голос его оставлял приятные ноты, а не ужасный скрежет. — Всё в порядке, глава ордена Лань, — попытавшись как можно дружелюбнее улыбнуться отозвался лис. — Ваш клан самый успешный, в создании торжеств. Что же вы, сидите здесь, а не рядом с семьёй? — с любопытством спросил господин, садясь на расстоянии вытянутой руки от А — Чэна, — Простите, если вопрос задел вас. Я задал его, не подумав, — услышав в ответ тишину, Сичэнь стал поспешно извиняться, и мысленно ругать себя за бестактность. — О нет, не стоит извиняться, всё в порядке. Просто больше предпочитаю умиротворение, — Цзян Чэн не сильно тряхнул головой, позволяя ветру немного поиграться с волосами.       Беседовать с малознакомым человеком с легкостью лепестков лотоса для Цзян Чэна было впервой. Беседа их длилась долго, та и продолжилась бы ещё, если бы боль не кольнуло в районе груди. Вэй Ин. Скомкано извинившись перед Лань Хуанем, мужчина даже не поправив ханьфу, рванул к Усяню. Золотистый лис внутри встрепенулся и девять его хвостов встали в боевую готовность. — А — Сянь, что случилось? — спросил мужчина, найдя брата в своих покоях. Тот сидел подле кровати своего шиди и руками обнимал колени, комкая черные одежды. — А — Чэн, кланы открыли охоту на лис. По миру бродит Ногицунэ*. Стая в опасности, — прошептал Вэй Ин, — Завтра кланы отправят ещё больше адептов.       Цзян Чэн взглянул в окно, туда, где в темном лесу стая золотистых лис жила полной жизнью. Где мелкие хвостатые спорили, у кого пушистее хвост и длиннее уши.       Полная луна освещала Пристань Лотоса. Её луч упал на бледное лицо огненного лиса, испуг наполнил зрачки Усянь. — Всё будет хорошо, — пообещал Цзян Чэн, и в знак уверенности сверкнул серебристыми глазами. Фиолетовые искорки молнии вселяли в Вэй Ина надежду.