Как при(р)учить близнеца

— Если ты не придешь, я всем расскажу, что у тебя волосы не сами вьются, а ты их крутишь. — Вот так ты? Тогда и я расскажу всем, что это у тебя не модная прическа, а ты лысину на макушке прикрываешь длинной прядью. — Блин, Этери, так не честно. Ну как тебя заставить туда прийти?       Даня и просил, и по-хорошему, и по-плохому, и умолял, и угрожал. Все мимо. — Любимая, ну я же тебя не на эшафот приглашаю, а на романтическое свидание, на море, ночью. — Вот это меня и пугает. Обычно после наших романтиков мне требуется медицинская помощь. Иди ты в задницу, Глейх, со своей такой романтикой. — Значит не придешь? — Нет. — Ну тогда пеняй на себя. — Ты мне угрожаешь? — Да.       И Даниил немедленно привел свою угрозу в действие. Да так, что из соседнего номера постучали. Надеюсь, то были не наши фигуристы.       В Сочи темные ночи. И когда я выходила из гостиницы мне в глазах стало еще темнее. Потом разобралась почему — на меня сверху что-то набросили, положили как мешок с картошкой на плечо и куда-то понесли. Меня несут, а я болтаю всеми конечностями в воздухе и пою «Несет меня лиса, в далекие леса» Ну я же знаю с кем живу, сразу сообразила, чьих рук, а сейчас и ног, дело. И так кокетливо спрашиваю в процессе поездки на плече: — А вы меня насиловать будете? И ожидая услышать «да, конечно, иначе зачем я тебя воровал» голосом Глейха, в ответ уже приготовила фразу «ну и зря, на мне белье сейчас не нарядное».       Когда слышу ответ совершенно посторонним и сиплым басом — Нахер ты нам нужна. У тебя вон фигуристки молодые, мы их насиловать будем. А ты нам нужна для других целей. — БЛЯЯЯЯТЬ! Вы кто????!!!!! АААААААА! ЛЮДИ!!!!!! ПОМОГИТЕ!!!!! Куда вы меня тащите?       И тут мне крепкой рукой закрыли рот, чтоб не орала.       Несут меня, а я пытаюсь сообразить, где же так накосячила, чтобы меня киднепили?       На органы? Так внешние все перешиты, а внутренние уже работают через раз. Мимо.       На выкуп? Да тут Буянова с Мишиным сбросятся еще и доплатят террористам, чтобы меня не возвращали.       Плющенко? Чтобы шоу сорвать? Ну во-первых у него мозг инфузории Яны в туфельках, а во-вторых логичнее было срывать в Москве. Например, подложить бомбу в цветы от Тарасовой. И тогда сразу двух зайцев.       Ну не вечно же будем бежать, когда-нибудь и куда-нибудь прибежим.       Тааак, соображаем, что я видела в фильмах. Внимание террористов надо отвлечь, для начала заговорить им зубы. Начинаю мычать. Руку отпускают. — Скажите, пожалуйста, а как вы оцениваете перспективу составления олимпийской сборной исключительно из фигуристов Тутберидзе? — Блять, заткнись. — и мне снова закрывают рукой рот.       Тааак, не прокатило.       Надо предпринять что-то неожиданное, чтобы злодей растерялся. Поссать на него сверху, что ли? Ну это единственное, что мне доступно в моем положении. Да и то, я себя сейчас чувствую, как Алина на допинг-контроле.       Не успела додумать.       Оп. Земля под ногами. Значится, прибежали. Значится, бежать обратно не далеко.       Снимают мешок с головы. Поправляю прическу и вижу, что нахожусь на пирсе. Стоит шатер под балдахином. И меня встречают. Четыре длинноногие красотки, полностью обнаженные, подходят, раздевают меня в восемь рук и начинают ласкать.       Я озадачена. Понимаю, что убивать не будут либо очень медленно и умру я от множественных оргазмов.       Кричу, куда-то вверх, режиссеру спектакля. — Вы меня с Глейхом перепутали. Позовите его. Ему такое точно понравится.       Дважды кричать не пришлось.       Навстречу мне по пирсу шествовал Даниил Маркович с бокалом шампанского. В нарядных плавательных трусах и бабочке. — Любимая, это и есть мой сюрприз. Романтическое свидание на море. — Даня, я вижу, что у тебя романтическое свидание с четырьмя голыми бабами на море. Меня ты начешуя сюда притащил? Поставить вам хореографию?       Даня разворачивает меня в объятиях на пирсе в направлении моря. — Ты знаешь, что я тебя люблю, — начинает Глейх и протягивает мне бокал с шампанским.       Смотрю по сторонам, голые бабы стали как античные колонны по сторонам и сформировали импровизированный коридор.       Гляжу в емкость с шипучкой — Оно отравлено? — Нет, моя прекрасная и любимая Этери. Это я отравлен твоей красотой. Я не могу спать, не могу есть…       Перевожу взгяд на его пузо, которое уже по-неспортивному начинает вываливаться из-за резинки трусов — Вижу, как ты есть не можешь, — стебусь с него. — Ты можешь не перебивать? Это РОМАНТИЧЕСКОЕ свидание. — Ок. Заткнулась и слушаю. — Этери… моя сладкая… Выходи за меня замуж, — и Даня стает на одно колено. Я стою, смотрю на этого ромео в одних трусах и ржу, почти сгибаюсь пополам. — Ну че ты ржешь? — Мне интересно, а кольцо…кольцо ты откуда вынимать будешь?       Ржем уже вместе, в обнимку. — Так ты выйдешь за меня замуж?       Я не могу успокоиться и остановить хохот. — Даня, ну все это великолепно, и рвение мне твое понятно. Но, объясни мне, будь добр, голые бабы здесь зачем? Че-то я никак не выкупаю смысл? — Ну как, так и не поняла? Ты мне сама говорила, что ты в Штатах спала с пятью девушками одновременно. Вот в такой ответственный момент, решил тебя порадовать. Я очень ценю, что ты со мной поделилась такими сокровенными желаниями. И как и это желание, я буду воплощать все твои мечты в действительность, когда ты станешь моей женой.       Я даже это комментировать не хочу, просто рыдаю от восторга и уже всхлипываю от рыданий. Не знаю как рассказать этому придурку, где он заблудился. — Глейх, ну ты просто…гений постановок. Концептуально — просто в яблочко, как всегда. Свежо, ново. ДжоДжо бы до такого точно не доперла. Даня, блин, это лучшая твоя постановка. Эвер. На показательные. — Так ты выйдешь за меня? — Даня, ну объясни мне, расскажи хоть одну причину зачем мне это? — Ну ты представь, какая бомба будет. Это ж супер-новость! — Ну про твой пиар мне понятно. МНЕ это зачем? — Да мы Плюща уделаем. Он просто усрется от зависти. — Дань, ты считаешь, он захочет тебя у меня отбить? Скажи мне честно, Глейх, есть реальные предпосылки ситуации? Он к тебе приставал? — Этери, в конце концов, я хочу, чтоб у нас все с тобой было по-человечески, без наших долбаных приколов. — Даниил, в первый раз, когда я еще была наивная незабудка, и мы с тобой ездили отдыхать по-человечески, без наших долбаных приколов — ты перетрахал весь пляж, кроме собак и сторожа. Сторож был тебе благодарен, что ты его обделил вниманием. Поэтому по-человечески у нас с тобой уже не получится. Вот, допустим, соглашусь я, а ты потом старушку — тюк, и все наследство себе. — Я про наследство даже не подумал…       В таких разговорах мы медленно двигались в направлении моря. И вот стоим друг напротив друга. У меня за спиной темное, ночное, бушующее море.       Он берет меня за плечи, встряхивает — Я в последний раз спрашиваю: ты выйдешь за меня замуж? — Нет! — Я тебе сейчас в море сброшу! — Нихера ни разу! — хватаю его руку и тяну за собой. Оказываемся в воде. Я и Даня. Он автоматически держит в руке бокал с шампанским. Говорю ему — Отпусти ты, легче станет. — Тебя? — Да нет, бокал, там уже шампанского нет. — Этери, стервозина ты эдакая, хорошо, что я кольцо в номере забыл. — Так ты мне предложение без кольца собирался делать? Тоже мне жених. Теперь у меня есть повод тебе отказать. — Ах так? Он берет мою голову и погружает под воду. Держит долго. Я реально рискую захлебнуться. Одним движением дотягиваюсь до его нижней части, спускаю трусы и дергаю за член. Он от неожиданности растерялся. Я не теряюсь в моменте, вырываюсь выхватывая воздух. — Ты что меня утопить решил, зараза? Я тогда точно замуж за тебя не выйду. Кстати, я же рыбы и плаваю хорошо. — А мы тогда тебе чешую почистим, — и начинает меня раздевать прямо в море. Хорошо, что я успеваю выхватить при этом хотя бы свитер.       Этой ночью у Глейха появляется новое коронное блюдо — жареная рыба. Отжарил он меня тогда хорошо. По-морскому. Довольные, обессиленные, выползаем на берег, как эволюционирующие рептилии. Лежим на песке: прибой шепчет, звезды светят, а мы — замерзаем.       Чувствую, чего-то не хватает.       Озираюсь по сторонам. Никого. — Даня, а где бабы? — А они с визгом сбежали, когда я тебя начал топить. — Понятно. Значит, тебе в кои-то веки нормальные бабы попались. Слушай, может ты на них и женишься? — На всех четырех сразу? — А потянешь? — даже в таких обстоятельствах проявляется моя язвенная натура. — Лучше восемь раз по разу, чем восемь раз за раз, — философски к чему-то изрекает Глейх. — Так не восемь же, всего четыре. — Женщина, ты сейчас не в том виде, чтобы командовать.       Смотрю на нас, и мы действительно представляем с ним жалкое зрелище — мокрые, лохматые, все в песке, он в одних трусах (его одежду бабы сбросили в море перед побегом), я в трусах и мокром свитере.       Так обнявшись и побрели в гостиницу. Как Кот Базилио и Лиса Алиса. По пути, проходя мимо частного сектора, сперли плед. Кто-то вывесил сушиться. Стало немного теплее. Ко всем нашим грехам не хотелось добавлять нарушение заповеди «не укради», поэтому я запомнила адрес, где мы сперли одеяло, а Глейх пообещал его завтра, уже сегодня, вернуть.       В гостиницу нас долго не хотели пускать. Все-таки отель был приличным и всяких бомжей туда не пускают.       Нас опознал на входе Морис. И заручился перед администратором гостиницы, что мы свои.       За молчание я Морису пообещала поездку в Маями. А что делать? — Даня, ты плед вернул? — Я все решил, ситуация под контролем.       Под каким контролем, я узнала уже после шоу. Вместо того, чтобы просто вернуть хозяевам это злополучное одеяло с отмазкой — оно нам само прилетело на пляж или какой-нибудь другой историей, этот Глейх пригласил уважаемых пледовладельцев на шоу. Потом — в подтрибунку. И в присутствии всей нашей команды торжественно вручил шерстяное изделие сочинцам. Сопроводив его такой историей: — Этери Георгиевна страдает по-ночам лунатизмом. А во время лунатизма в ней просыпается клептоман. Поэтому она вчера ночью забрела к вам на подворье, сняла плед и принесла его в гостиницу. Это же ваш плед? — Да, — подтвердили хозяева. И автоматически подтвердили для всех присутствующих остальную историю его обретения мною.       После этого мои фигуристки начали прятать от меня свою косметику, на всякий случай.       Короче, репутация была подмочена.       За это мы «забыли» Глейха на Ледовой Арене. По моему распоряжению мы быстренько собрались и уехали нашим черным «начальственным» бусиком, прихватили для количества сочинских организаторов.       Когда Глейх вышел из «Айсберга» он понял, что придется ехать вместе со всеми обыкновенными людьми на автобусе. И поехал.       На половине пути мы остановились. Автобус тоже остановили. Я влетела в салон и с причитаниями: «Как же мы могли забыть о Данииле Марковиче» забрала его за руку из автобуса к нам в бус.       По пути в бус я ему говорила, как я его люблю, и как я виновата, что не заметила его отсутствия и мы уехали без него. Короче, усыпляла бдительность.       В бусе свободных мест не было — я туда при отъезде распорядилась посадить сочинских организаторов. Поэтому Даню, мы как короля посадили на место, где я сидела. А я села на колени к Эдуарду. Напротив Глейха.       Слава нашим разбитым дорогам. Мы, в буквальном смысле, поскакали. Эд начал получать физиологическое удовольствие. А я ни с чем ни сравнимое моральное, наблюдая как это происходит на глазах у Дани.       Внутри буса Даниил ни прекратить ни решить эту ситуацию не мог. Чтоб набить Эду морду разгона для замаха не хватало. Да и кишка была тонка. А меня он бить не будет. Он меня лучше утопит.       Поэтому он выбрал единственный выход из всего арсенала возможностей — просто обиделся. — Ну вот и живи теперь со своим Эдуардом.       Зря он это сказал. Все, что говорится ним при мне воспринимается как руководство к действию либо как ценные идеи для продолжения игры.       По прилету из Сочи я попросила пригласить в аэропорт фан-клуб, пообещав сенсацию.       Эд был на крючке. Он этим самым крючком в меня пробовал зацепиться еще в бусе, при нашей поездке по кочкам. Да кто ж ему даст. Максимум чемодан повозить. Что и было сделано.       Под объективы камер из зоны прилета вышла вначале я, потом Эдуард с моим и своим чемоданом. Мы сделали вид, что типа друг друга не знаем и мой легендарный везде засвеченный чемодан и не мой вовсе, а потом, опять же, типа мы думаем, что нас уже не видят — мы слились вместе. Нас разделяла только одежда и два чемодана. Ну и мое органическое невосприятие Эдуарда Михайловича с его скисшим взглядом в качестве любовника.       Конечно же это видео показали Дане. А я после прилета исчезла на три дня.       На звонки не отвечала. Ни от одного, ни от другого.       На второй день отсутствия Даня меня простил. Перестал мне звонить.       Начал Диане.       Вначале просил меня через дочь вернуться по-хорошему. Потом угрожал сжечь квартиру. Я попросила Диану передать, что если он не прекратит мне угрожать — придет консъержка и его выселит оттуда. Так как жилплощадь моя и он там не прописан. Следовательно в отсутствии хозяев, то есть меня и Дианы, без их отдельного распоряжения, жить там не имеет права.       Любой другой после такого заявления съехал бы оттуда.       Но не Даня. Надо было кому-то собаку выгуливать. Диша с Глебом видя, что есть старший на хозяйстве, уехали к друзьям в Подмосковье.       Явилась я через три дня загула, а на самом деле, просто отдыха.       Войдя в квартиру, крепко поцеловала Глейха, пожурив: — Не будь больше плохим мальчиком.       И на его вопрос, где я и с кем была эти дни, невинно ответила. — Да я, собственно, переодеться приехала. У нас же съемка у Урганта. Ты забыл?