⚔ Жизнь За Гранью Войны ⚔

Негромко пыхтя, двоя друзей ползком подбирались к обросшему травой и кустиками земляники холму. За целую разведку они не сказали друг другу не слова, оба были мрачны и измотаны за последние пару дней. Не смотря на серьёзные потери, хоть и принесшие победу, поход не прекратился. А потому, молодые солдаты были вынуждены отправиться к границам, чтобы убедиться в том, что враги освободили проход к их землям. Армия Аренарбса лишилась полковника и теперь была особо уязвима с багажом раненных. Это то, чего Корсак до сих пор не смог понять — почему Мортимор не спешит восстановить потери? Беркер остановился. Его зелёные глаза раздраженно сверкнули в полумраке вечера. — Я устал! — заявил он, явно не намереваясь более двигаться с места. — Здесь остановимся. Корсак тяжело вздохнул, поудобнее устраиваясь на примятой траве. Его глаза упали на растущую кругом землянику, и он нехотя закинул в рот несколько ягодок. — Не забудь приказ, — тихо сказал молодой солдат. — К ночи мы должны добраться до границ. Где то в поле начали стрекотать цикады, а им подпевало противное попискивание комаров, обрадовавшихся прохладному вечеру и тёплым лучикам засыпающего солнца. — А не кажется ли тебе, — заворчал Беркер, серьезно взглянув на друга. — Что любой генерал давно бы уже вернулся обратно? Это просто глупо, вот здесь торчать с такими потерями… Он протянул руку в траву и сорвал несколько ягод земляники. — Мортимор не глупец… — пробормотал Корсак, рассеянно смотря в землю. — Не глупец, — мрачно согласился Беркер. — Но и Паоло тоже. — К чему ты клонишь? — Корсак нервно поерзал на своем месте. Броня ужасно мешала ему принять удобное положение. — Мне кажется… Нет, я почти уверен! Теперь, когда Джефари мертв, Паоло отдаст в полковники Кронуса! Или сам им станет! Он ведь старший солдат. — Но ведь место зама еще свободно… — с сомнением заметил Корсак. — И Мортимор ни слова об этом не говорит. — Конечно! Я знаю, это только дань уважения погибшему! А потом кто нибудь из них окажется у власти. Мортимор прислушивается к нему больше, чем к себе, ты ведь сам видел! Корсак со вздохом закрыл глаза. Такое несоотношение статусов никак не могло уложиться у него в голове. Генерал подчиняется солдату? Это ведь невозможно! Однако, он был вынужден согласиться со словами друга. Паоло метит на высокую должность. — Постой. — Корсак довольно резко оборвал Беркера.— То есть, это Паоло заставил его продолжить поход? Беркер молча и медленно кивнул. — Зачем?.. Внезапно вдалеке раздался свист плети, и оба солдата вздрогнули, тут же позабыв о своем разговоре. — Проверь. — сквозь зубы проговорил Беркер, лихорадочно нащупывая кинжал за пазухой. Корсак заметно напрягся, однако, двинулся вверх по холму. Ему казалось, что едва он высунется взглянуть, что происходит, ему в голову тут же прилетит пуля. О Санктус, кто бы там ни был, пусть они будут далеко! Взобравшись на холм, юный солдат осторожно раздвинул руками траву, стремясь разглядеть поле как следует. Второй отдаленный щелчок позволил ему наконец определить направление, откуда исходил звук. Корсак прищурился. По высокой траве катилась высокая вражеская телега, запряженная четверкой лошадей. В ней сидели солдаты, и кажется, с оружиями. Корсак тихонько свистнул, и Беркер сразу же направился к нему, сбивчиво пыхтя от волнения. — Ну что? — Вон, смотри. Едут. — Корсак осторожно указал на укатывающую прочь телегу. — Так они границу объезжают! — догадался Беркер. — Не хотят, чтобы мы ближе подобрались. — Значит, они отступили, но не полностью… — тихо сказал Корсаак.— Давай вернемся и расскажем? — Нет, — отрезал Беркер. — Лучше убьем их. А одного возьмем в плен! Корсак закряхтел — лежать в траве в тяжёлом обмундировании становилось невыносимо. — Беркер… Да ведь у них оружия, а у нас только меч на двоих и ножи! — И что с того? — возмущенно фыркнул зеленоглазый солдат. — Мы легко разделаемся с ними. Как и в битве! — «Почему тебя вечно тянет на неприятности?» — хотел спросить Корсак, однако, не успел, потому что друг продолжил настаивать. — Представь, как благодарен будет Мортимор! Мы сделаем всю работу! Может, нас даже повысят! — Беркер, хватит. Это опасно, мы не пойдем на такую глупость! Беркер грубо ткнул его локтем в плечо. — Трус! Что б ты делал без меня? Мортимор тебя давно бы выпотрошил! И Паоло тоже! — Без тебя и не было бы причин меня потрошить! — внезапно огрызнулся Корсак. — Тебе обязательно нужно сунуть куда то свой нос, а потом получить за это! — Да ну?! А почему ты всегда суешься куда то вместе со мной? — зашипел Беркер. — Да потому что это мне не плевать на тебя! А ты просто хочешь выпендриться лишний раз! Это ты ввязываешь себя и меня в неприятности, а теперь строишь из себя героя! Великий Санктус, да ты просто самонадеянный болван! Корсак замолчал. Он понял, что сказал много лишнего слишком поздно. Беркер в оцепенении смотрел на него пару секунд, а затем молча встал и направился в ту сторону, куда еще недавно укатила телега. Корсак подорвался, бросаясь за другом. Какой же он идиот! — Беркер! Черт, прости! Я зря это... Да постой же! Догнав сослуживца, Корсак крепко ухватил его за предплечье, однако, тот тут же взбрыкнул, сбросив с себя руку. — Да отцепись ты! Да, я самонадеянный болван! Я все сделаю сам!!! Катись к черту! — Беркер в явном бешенстве отпихнул Корсака, и собрался было вновь двинуться своей дорогой, однако, приятель снова упрямо схватил его за руки. Завязалась борьба, в результате которой оба солдата рухнули на землю, брыкаясь и пинаясь. — Да послушай меня!!! — Корсак скрутил Беркеру руку, заставив замереть без движения, чтобы не получить удар в глаз. — Беркер! — Идиот! Ненормальный! — обиженно скулил друг. — Чего тебе опять нужно от меня?! Я с тобой и в огонь, и в воду! А ты мне что? Отпусти!!! — Беркер! — упрямо повторил Корсак, явно не собираясь отпускать друга, пока тот не успокоится. — Мне очень жаль, что я сказал это! Я знаю, что я погорячился. И я пойду с тобой, слышишь? Беркер поднял на него ясно-зеленые глаза. Несколько секунд было слышно только его тяжелое дыхание, но кажется, друг начал успокаиваться. Только тогда Корсак отпустил его и обессиленно рухнул рядом. Оказывается, они оба так ужасно устали, что после потасовки никто даже не задумал подняться. Наступила тишина. — Корсак, — тихо прошептал Беркер после долгого молчания. — Какая у тебя была мама? Корсак удивленно хлопнул глазами, застигнутый врасплох столь резким вопросом. Никто и никогда не интересовался его семьей до этого. Корсак и сам начинал забывать лицо своей матери, голоса своих братьев… И осознание этого невольно причинило ему боль. — Я не помню. — честно признался Корсак, тяжело вздыхая. — А я помню, — прошептал Беркер, очень тихо. — Кажется, у меня даже была сестра. — Правда? — так же тихо шепнул Корсак, отгоняя от лица комара. — Ты не рассказывал о ней... Что случилось? — Она пропала. От нее ничего не осталось. Но я бы предпочел помнить ее, а не свою мать. — Твоя мать... Что с, ней? — Она сломала мне жизнь, Корсак. Она меня родила. Я не знаю, зачем. Корсак долго молчал у ответ на эти слова. Он повернул голову и посмотрел на друга. Тот дышал глубоко и ровно, стараясь не дать своим воспоминаниям полностью вылезти наружу. Такие мысли явно приносили его другу лишь страдания. Корсак невзначай придвинулся поближе к другу и потеребил его за плечо. — Может для того, чтобы мы шли выполнять свой долг, а не валялись здесь как два раздолбая? — шутливо поддел он Беркера. Это сработало. Молодой боец вдруг хмыкнул и, приподнявшись на локтях, обернулся на приятеля. В зеленых глазах заплясали искорки. — Черт, ты прав. Нам пора.