Беги

Мы выдвинулись около девяти, когда все привели себя в порядок и позавтракали. Шли бодро и весело. Я не знаю, откуда в ней было столько энергии, но она успевала со своим рюкзаком, палаткой и гитарой идти впереди, контролировать тех, кто шел в середине, и подгонять отстающих в конце. И все это с шутками и после явно бессонной ночи. Я лишь восхищалась, и мои глаза загорались все сильнее, когда я смотрела на нее, что не укрывалось от внимательного взгляда Киры, которая только качала головой. Остановка на привал случилась очень вовремя. Я как раз начала ощущать тяжесть в плечах, поэтому была рада скинуть рюкзак и гитару на землю. Девчонки держались молодцом, даже Ирка после схватки с осой все остальное время вела себя достойно и ни разу на протяжении четырех часов не заныла. После обеда все расслабились, и преподавателями было решено задержаться ещё на полтора час, прежде чем идти дальше. Я видела, что ребята собрались погонять мяч. Думала: они просто хотят развлечься, но когда Сергей Петрович поставил с двух сторон палки для ворот, а парни начали набирать команду, поняла: намечается серьезный матч. Да ещё и против преподавателей. - Слав, давай с нами, - крикнул мне второкурсник Миша, - нам не хватает седьмого. - Нее, - покачала я головой, - неохота. Я только устроилась под деревом, заняв прекрасный наблюдательный пункт. - Не переживай, Ярослава, - раздался ее голос, - долго бегать не придется, мы вас сейчас в два счета разделаем. А вот это вы зря, Маргарита Витальевна, - подумала я, перехватывая азарт с ее глаз и прогоняя мысль о том, как мне понравилось звучание собственного полного имени от нее. Я пожалела ровно через три минуты игры и была рада только тому, что не встала на ворота. Иначе пропустила бы все мячи, засматриваясь на нее. Если ты сейчас не возьмешь себя в руки, - ругала я свое поведение мысленно, когда в очередной раз упустила пас, - то мало того проиграешь ей, так еще и весь универ начнет шептаться. Проигрывать я не любила. Удивительно, потому что соревнования в детстве должны были научить меня этому. Но даже тогда я проигрывала очень редко, и это всегда было для меня трагедией. Проиграть ей означало показать себя слабой, а этого я не могла допустить. Честное слово, играть с закрытыми глазами было бы легче, но я все-таки смогла забить первый гол. И кажется, этим ударом по воротам преподавателей запустила необратимый процесс. До этого она просто веселилась, но теперь от ее улыбки не осталось и следа. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что хочу закончить поскорее эту игру, особенно когда случайно увидела ее глаза, которые стали темно-зеленого, почти черного оттенка, но желание победить и этот неконтролируемый азарт были сильнее. Через десять минут после моего гола она забила мяч в наши ворота, что завело меня ещё больше. Теперь я была полностью сосредоточена на игре. Казалось, что мы на поле вдвоем. Я не видела других игроков, даже из своей команды. Они для меня стали какой-то безликой массой, от которой я ловила пасы и передавала дальше. Передо мной был мяч, ворота команды противников и она. И только она делала эту игру тяжёлой. Я хотела выиграть и так же сильно боялась этого. Мне не понравился ее взгляд, и я совершенно не представляла, насколько не любит проигрывать она. Я вела мяч, была близка к воротам и точно могла забить, но что-то останавливало меня. Передала пас Андрею, нашему капитану, который справился не хуже и принес второе очко. Машинально метнула взгляд в ее сторону. Она снова была спокойна и расслаблена. Я не понимала, что происходит. То есть так ожесточенно она отреагировала только на мой гол? Но подумать об этом я не успела. Сергей Петрович выровнял счёт, прежде чем ко мне прилетел пас от Мишки. Я не сообразила, в какой момент она оказалась рядом, слишком близко. Вся ее сосредоточенность была на мяче, а моя на ней. Она действовала жёстко. Пытаясь выбить мяч, попала мне по ноге, но даже не заметила этого. Я хотела остановиться и остановить ее, хорошенько встряхнуть и напомнить, что это всего лишь игра. Но передо мной как будто был какой-то другой человек. Возможно, умнее было уступить, но мне стало обидно. Ловко выбив мяч из-под ее ног, я никому не передала его, добежала сама и, отвлекая маневрами вратаря, отправила очередной гол. Даже не посмотрела на нее. И даже не почувствовала радости от своего удара. Никогда до этого не ощущала горечь победы. Зато ребята тут же радостно заголосили, обступая со всех сторон. Мне было тесно, дышать стало труднее. Я выбралась из этой кучи и направилась к девчонкам, которые выглядели ещё довольнее, чем парни из команды. - Круто вы преподов уделали, - восхищалась Светка. - Да уж, - поморщилась я, - Пошлите покурим. Мы отошли вглубь леса. Я втянула спасительный дым и почувствовала, как меня немного отпускает. - Все хорошо? - спросила как всегда проницательная Кира. - Что-то ты не слишком довольная для выигравшего человека. - Нормально, - безэмоционально пожала я плечами. Говорить не хотелось. В голове было слишком много мыслей, отчего она казалась чугунной. Чувствовала себя погано, как во время похмелья. - Идём? - спросила Ирка, когда все затушили. - Идите, я сейчас, - я достала вторую, чего старалась не делать, когда была трезвой. Но сейчас мне нужно было успокоиться и вытравить хотя бы часть того, что бурлило внутри. - Слав, может не стоит? - Светина опека только ещё больше нервировала. И я, скорее всего, нагрубила бы ей в ответ, но Кира быстро сориентировалась и подтолкнула девчонок к лагерю: - Пошлите пока соберём вещи. Я старалась не думать об этой игре, смотрела на истлевающую сигарету. Ничего не помогало. Девчонки уже все собрали и ждали меня. Остальные тоже были готовы. Я упорно не смотрела в сторону преподавателей.

***

Двинулись в путь. Держались почти в конце, я старалась, чтобы мы не отставали, и никто не пришел подгонять нас. Точнее, чтобы не пришла она. Путь был тяжелее, чем с утра. То ли все уже вымотались и расслабились после обеда, то ли потому что мы начали идти в гору, но всем стало труднее. Ирка ныла о том, как она устала, с периодичностью в две минуты, по ней можно было сверять часы. Светка непривычно молчала. Кира бодрилась, но я видела, что и она держится из последних сил. Я могла надеяться только на то, что остановимся мы быстрее, чем девчонки убьют меня за такой поход. Но моим желаниям не суждено было осуществиться потому, как впереди нас ждал опасный спуск вниз. - Слава, я прибью тебя, - Ира даже не пыталась сдерживаться, и я ее прекрасно понимала. Она жутко боялась высоты. А этот спуск даже для человека, который не боится, выглядел диковато. Преподаватели распределились по всему участку этого пути, чтобы контролировать ситуацию и каждого спускающегося. Я проследила, где она стоит, отмахиваясь от мысли о том, что обойти ее явно не получится. Это было бы уже совсем глупо. - Зачем я вообще согласилась на это все? - голосила Ирка. - Нет, я туда не пойду, ни за что, делайте со мной, что хотите. Я понимала, что если мы сейчас её не успокоим, сюда сбегутся все преподаватели, тем более, что ребята рядом начали опасливо переглядываться, предлагая позвать кого-нибудь. Спустя десять минут нам всё-таки удалось уговорить Ирину дойти до Сергея Петровича, а там мы обещали поговорить с ним, чтобы он помог ей спуститься. Я взяла палатку, Света - Иркин рюкзак, Кира держала её за руку, пытаясь вести. Удивительно, но до Петровича мы дошли без проблем, почти легко, хотя мои плечи уже сходили с ума от нагрузки. Физрук быстро принял решение, что берет Ирку на себя, и они спускаются вместе. Забрал у Светы второй рюкзак. И мы выдохнули. Я посмотрела вниз, до нее оставалось два преподавателя. И если ещё до Брагина я шла впереди девчонок, то перед Еленой Анатольевной сбавила шаг и оказалась за Кирой. Честно говоря, я уже готова была примкнуть к Ирке с Петровичем, завязать разговор и с невозмутимым видом спуститься мимо, не обращая на нее никакого внимания. Это был отличный план. И приступила к его осуществлению я сразу, как только мы преодолели участок с Еленой Анатольевной. Я пропустила вперёд Светку, сделав вид, что пытаюсь отдышаться, и уже шла позади девчонок. Мне нужно было значительно замедлиться, чтобы Петрович и Ирка, которая, кажется, совершенно забыла о своем страхе и весело хохотала над шутками физрука, догнали меня. При этом нельзя было замедляться слишком сильно, иначе Светка, которая итак часто оборачивалась, остановится и будет ждать. Чем ближе мы спускались к ней, тем громче сердце отбивало ритм. Где-то в горле, отчего дышать было уже просто невозможно. Я не смотрела туда, где она стояла, но чувствовала на себе взгляд. И ровно в тот момент, когда я сделала глубокий вдох, пытаясь выровнять дыхание, какой-то небольшой, но острый камень скатился сверху, ударив по ноге. Я потеряла равновесие и, поняв, что падаю, попыталась сгруппироваться. Всё произошло за несколько секунд. Меня спасла ветка, за которую я ухватилась и которая не дала мне покатиться вниз по этому спуску. Испугаться я не успела, только расстроиться. Щеку щипало, ветка всё-таки оставила свой след в виде царапины. Даа, вообще не привлекла внимание, - сердито думала я, пытаясь аккуратно подняться и не оступиться ещё раз. И тут увидела ее. Как она оказалась рядом раньше всех, оставалось для меня загадкой. - Всё в порядке? - она запыхалась, видимо, от слишком быстрого подъема вверх и выглядела напуганной. - Тебе нужно промыть рану. - Не надо ничего, - я раздражённо увернулась от ее руки, не понимая, на кого я сейчас больше злюсь. На нее, которая только недавно была абсолютно безразлична, а сейчас просто искрит заботой. Или на себя, которая вовремя не заметила камень и глупо упала. - Слав? Ты как? - Что случилось? - Боже мой, у тебя царапина. Меня обступили остальные, кто спустился сверху, и девчонки, которые поднялись. Вопросы посыпались со всех сторон. - Все хорошо, - я ободряюще улыбнулась. Когда все убедились, что я действительно в порядке и ничего себе не сломала, мы, наконец, смогли продолжить и без происшествий спуститься вниз. Пока все собрались вместе, начало темнеть, поэтому стало понятно, что мы остаёмся ночевать на этой поляне. Девчонки принялись за палатку, а я пошла с некоторыми ребятами за ветками для костра. Преподаватели остались готовить еду, и мне абсолютно не хотелось наткнуться на нее.

***

Сегодня костер не казался мне таким умиротворяющим. Скорее опасным и ожесточенным. Внутри тоже сидела необъяснимая тревога, поэтому я решила, что коньяк будет очень кстати. Все, кроме Киры, были рады меня поддержать. Ирка сегодня боролась со своим самым большим страхом, а Светка просто устала и на любое предложение была согласна. Ходить к палатке решили по одному, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Это было не так весело, как выпивать всем вместе, но мне сейчас и не этого хотелось. А только чтобы меня перестало потряхивать внутри. Опьяняющая жидкость растекалась внутри приятным теплом. Не хватает только сигареты, - подумала я. Хотя, почему это не хватает, - тут же догнала следующая мысль. За кем-то из девчонок было идти долго, и я решила быстро покурить без них. Было уже совсем темно, поэтому отходить далеко в лес не было необходимости. Дым после алкоголя расслабил окончательно, и я уже почти не чувствовала этого гнетущего, тянущего ощущения. Улыбнулась, выдыхая. И в этот момент все мои усилия разбились о знакомый хрипловатый голос, раздавшийся сзади: - Мы можем поговорить? Я вздрогнула от вернувшейся тревоги и повернулась, встречаясь с ее глазами.