Дыхание Души

      Душа Анакэ медленно резонировала. Пока её сознание трясло, девушка прислушивалась к окружению. Звук разрезаемой плоти был очень четким, разрезающим шум колес движущегося поезда. В воздухе витал запах горелого мяса. Под руками находилось что-то упругое и слегка склизкое. Неприятно.       Туманно серые глаза резко распахнулись. Весь вагон оказался поглощен плотью демона. Нет. Он…       Слился с поездом!       Анакэ сильно удивилась подобному факту. Энергия души демона струилась по всему вагону. Ужасно. От него веет одержимостью. Постепенно сознание мечницы пришло в норму. Сон демона всколыхнул старую рану в её сердце, из-за чего она странно себя чувствовала.       По поезду разнесся истошный вопль демона. Плоть под руками Анакэ завибрировала. Немедля она встала с насиженного места и, достав ничирин из-под хаори, вышла в проход. Часть межвагонных дверей была сломана, а другая просто оставлена открытой. В соседнем вагоне стояли готовые к атаке парень в желто-рыжем хаори и девчушка с рыжими концами на длинных темных волосах.       У него закрыты глаза? Его состояние странное. Кажется, что он спит, но его ядро похоже на грозовую бурю. А девчонка…       Из плоти демона резко материализовались щупальца толщиной с туловище человека. Прохлаждаться времени не осталось. Анакэ быстро вытащила клинок из ножен и встала в стойку, сосредотачивая свое дыхание.       — Дыхание души, третья ката: Буря в душе, — истребительница молниеносно рванула с места и с помощью резких зигзагообразных движений перерезала все восемь щупалец в вагоне, резко остановившись у последнего. Клинок ничирин, наполненный энергией дыхания души, сопровождался белым призрачным туманом.       Сзади, в соседнем вагоне, полыхнуло обжигающее пламя. А спереди сверкнула яркая молния. Мечница резко выдохнула и посмотрела своими затуманенными глазами на девочку в проеме. Странный бамбуковый кляп и глаза цвета сакуры с вертикальным зрачком привели Анакэ в замешательство. Демоническое ядро души рвалось защищать людей в безумном вихре ярких и опасных цветков.       — Ты… не обычный демон… — глаза девочки вернулись в нормальное состояние, а вены на теле расслабились. Она непонимающе наклонила голову на бок и что-то промычала. Мальчик позади неё действительно дремал в боевой позе.       — Не трогай её, — внезапный громкий жизнерадостный голос за спиной, почти в плотную, застал мечницу врасплох. Она резко развернулась к незнакомцу и едва не впечаталась в его торс носом.       Выше почти на голову. Не удобно. Такео ниже. Я ещё не общалась с кем-либо… на таком расстоянии.       Анакэ не знала, как описать его не обычные пылающие яростной жаждой жизни широко открытые глаза. Ей казалось, что в них отражается душа этого сильного человека. Удивительно, но ощущение яростного пламени, исходящего от его тела, не обжигало, а наоборот согревало и придавало сил. Интересное и хорошее чувство.       — Не думал, что здесь есть кто-то ещё из наших, — его странная жизнерадостная улыбка приводила девушку в замешательство. Даже без видимости его души, этот сильный человек казался ей буквально сотканным из огня. Светлые волосы тоже переняли частичку особенности пламени.       Может именно это имеет в виду Такео, когда говорит о моей улыбке?       Анакэ неторопливо сделала несколько шагов назад и наконец увидела это яростное ядро жидкого огня, похожего больше на лаву.       Красиво…       Не задумываясь, девушка протянула свою руку к его ядру. Но тут же отдернула свои длинные пальцы, как только он вздрогнул от неожиданного прикосновения. Загадочная улыбка снова расцвела на её губах. Любование такой красивой и яростной душой радовало Анакэ.       Мужчина был удивлен и не знал, как реагировать на такое. Даже привычная улыбка сама по себе сошла с его лица, а широко открытые глаза словно стали ещё больше. Мечница казалась ему странной, но врагом никак не являлась.       — Мы оказались здесь случайно, — от звука её расслабленного голоса он снова вздрогнул.       — «Мы»? — Он не понимал, почему тогда она стоит здесь одна и не будит своего товарища.       — Да, — наконец девушка опустила руку и подняла на него свои ярко серые туманные глаза. Мужчина наконец расслабился. Он сам не заметил, когда успел напрячься и задержать дыхание. — Мой названый младший брат всегда ходит со мной. У меня так и не получилось его отговорить.       После слов о брате в её глазах читалась нежность. Все движения девушки выглядели плавными. Даже взгляд, брошенный на спящего мальчишку где-то позади него.       Безумный вой демона пронесся по всему поезду. Плоть содрогнулась и в некоторых местах вспучилась. Множество отростков с руками на конце отросло из демоновой плоти. К мужчине вернулась прежняя источающая жгучую уверенность улыбка. Оба мечника встали в стойку и приготовились к атаке. Стоило только отросткам коснуться людей как их тут же смело огненным вихрем. Анакэ не успела ничего сделать. Ведь в силе и скорости она явно уступала ему.       Пять вагонов в одиночку, остальные три защитили те дети. На данный момент, моих сил хватило бы на защиту трех вагонов и, только возможно, на половину четвертого.       В самом конце поезда уверенно стоял сильный человек, горящий внутренним неудержимым пламенем. Белое хаори с языками огня дополняло чарующий образ. До Анакэ наконец дошло понимание того, кем является этот человек. Это первый хашира, которого она видит.       Это и есть хашира пламени? Не думала, что разница в силе между киното и хашира настолько велика. Монах… Ты ведь хотел, чтобы я стала настолько сильной?       Поезд сильно качнуло и подбросило вверх. Анакэ едва удержала равновесие. Убрав клинок ничирин в саю, она прижала к себе Такео. От жесткого приземления на рельсы полетели искры от металла. Массивный транспорт несчадно качало и трясло. Звук скрежета резал по ушам, поезд начало клонить в сторону. Железную махину неизбежно перевернет, и мечница это понимала. Единственным способом спасти пассажиров являлась необходимость перетащить их всех на падающую сторону.       Немедля больше ни секунды, Анакэ положила Такео на безопасное место. Затем она на всей скорости рванула подхватывать падающих людей из тех вагонов, что защищали девочка и мальчик. Краем глаза она успела выхватить движения хаширы, который без устали и неизменно-уверенным выражением лица спасал всех вокруг. Длинные, пламенно-желтые волосы, с красными кончиками напоминали огненные языки. Анакэ улыбнулась из-за своей забавной шальной мысли.       Он похож на пламенную сову.       Поезд ударился об землю и ненадолго подскочил в верх. Иронично, но пружинистая плоть демона в данный момент спасала всех людей на этом транспорте. Она не позволяла людям смертельно удариться или упасть, а также не давала вагонам расцепиться или развалиться на части. Жуткий скрежет резал перепонки. Из некоторых окон выбились стекла. Мелкие осколки не могли серьезно ранить. Но в одно резкое мгновение поезд наконец остановился. Всё затихло, а свет погас на совсем.       Мечница поймала падающего спящего паренька с желтыми волосами. Спит и одновременно сражается. Совершенно странный парень почти пускал слюну в её руках. Положив его перед девочкой-демоном, она несколько раз ткнула пальцем в его щеку.       — С ним всё нормально? — Девочка лишь что-то промычала и посмотрела на Анакэ недоуменным взглядом. Милое личико с бамбуковым кляпом выглядело ещё забавнее, чем спящий парень во время боя. Мечница тихонько рассмеялась и потрепала черные волосы ребенка. Та смотрела на неё, не выражая никакой неприязни, лишь как на члена большой семьи.       Со всех сторон послышались стоны. Встревоженные голоса приходящих в себя людей становились громче. Наверное, очень неприятно проснуться от блаженного сна и оказаться в темном опрокинутом поезде посреди ночи, без малейшего представления о произошедшем. Куда бы Анакэ ни посмотрела, от всех душ исходило замешательство и страх. Она не любила находиться в толпе, потому что плохо абстрагировалась от такого количества.       — Сестрица! — Взволнованный крик Такео отвлек от созерцания выбирающихся из поезда людей. Быстро подбежав к своему брату, она помогла ему отряхнуться от пыли и осколков стекла. — Больше никогда не поеду на поезде!       — Вставай, — хмурое выражение на детском лице брата всегда забавляло Анакэ. С заботой подставив руку, она помогла мальчику подняться.       — Сестрица, — слёзы скопились в уголках недовольных зеленых мальчишечьих глаз.       — Да, Такео? — Ласково улыбаясь девушка наклонилась к нему, чтобы смотреть прямо в упрямые глаза. На самом деле, мечница лелеет надежду в своей душе, что когда-нибудь он больше не захочет таскаться за ней по опасным местам.       — Прошу, не делай так больше… — Он устало вздохнул и вытер рукавом хаори слёзы на глазах. — Хотя и знаю, что ты не послушаешь, — Анакэ нежно рассмеялась над тихим шмыганьем носом со стороны Такео.       — Давай искать твою сумку и выбираться, скоро рассвет, — едва слышное «угу» — это всё что произнес мальчишка.       В темноте они отыскали сумку Такео, которую он сразу закинул на спину. Помогая людям выбираться и искать свои вещи, они оказались на улице минут через десять. Мальчишка сразу убежал помогать раненым людям. Бинты, которые он с собой вечно таскал и немного медикаментов, сейчас как раз пригодятся. Анакэ ничего в лечении не понимала, могла только оказать первую помощь и завязать раны.       Мальчишка всё ругался на свою сестру, которая часто, особенно в первые три года, выходила из боя с различными ранениями. Признаться, иногда раньше она специально подставлялась, чтобы получить толику заботы от обожаемого Такео. Но после одного случая перестала так делать.       Пока мальчишка был занят, она решила поискать того пламенного хашира. Плоть демона медленно рассыпалась, но с рассветом от неё не останется ни следа. Спящий парнишка проснулся и теперь обеспокоено крутился вокруг девочки. Но хашира нигде не видно.       С той стороны? Должен быть ещё кто-то из истребителей демонов. Тот, кто перерезал шею.       С легкостью запрыгнув на перевернутый вагон Анакэ осмотрела ту сторону. Парень с головой кабана эмоционально кричал на того самого проверяющего. Его жестикуляция с этой маской смотрелась весьма… комично и ошеломляюще. Поодаль лежал на земле мальчик в сине-зеленом клетчатом хаори. Хашира склонился над ним и что-то объяснял. В темноте девушке он казался ярким факелом.       Пылающая солнечная сова.       Почему-то ей нравилось это забавное прозвище. А смотреть на него нравилось ещё больше. Хотя его взгляд немного беспокоил. Даже промелькнула мысль, что Такео будет от него шарахаться, либо ворчать по поводу двух странных на его голову.       Подавив желание рассмеяться от промелькнувшей картины в голове, Анакэ всё-таки спрыгнула с вагона и неспешно направилась к хашира. С Такео ничего не случится, а посмотреть на такую душу не всегда появляется возможность. К тому же, меньше препятствий в виде назойливого вталкивания в её голову норм поведения в обществе.       Внезапный громкий шум, разнесшийся чуть дальше, на пустыре возле хашира и паренька, отвлек Анакэ от мыслей. Она остановилась в двадцати метрах от них. Столп пыли мешал рассмотреть происходящее, но похоже, что кто-то так намеренно приземлился. Явно демон. Но откуда он так прыгнул?       Пыль улеглась. Хашира сидевший возле мальчика приготовился к защите. Привычной улыбки уже не было, лишь сосредоточенность. Туманные глаза Анакэ распахнулись от смеси удивления и страха. Этот демон… Нет. Его ядро выглядело пугающе. С такой силой она сталкивалась впервые. С такой душой тем более. Девушка впервые не могла полностью прочесть весь водоворот в чьей-то душе.       Это не нормально. Слишком дико. Ядра демонов почти всегда в смятении и безумстве, но… Этот уже давно приспособился. Сколько ему лет? Скольких он успел пожрать? Его глаза. Третья высшая луна? Только третья? Какие ещё монстры там скрываются?       В одно мгновение демон совершил длинный и быстрый прыжок и нацелил свой кулак в голову парнишке. На той же скорости хашира огненным кольцом разрубил его руку вдоль. Нападавший отпрыгнул назад. За это мгновение Анакэ успела лишь добежать до них. За такой скоростью демона она не поспевала. Могла видеть, но не угнаться.       Расслабленно улыбаясь демон шевельнул разрубленной рукой, которая тут же срослась без единого намека на порез. Только несколько капель крови указывали на то, что это не обман.       — Хороший меч, — Анакэ не нравился ни голос, ни душа этого демона. Ни тем более то как он слизал собственную кровь с кисти. Хашира лишь мельком глянул на мечницу.       — Почему сначала ты атаковал раненого? — Парнишка позади хашира начал двигаться и пытаться встать. Рана не могла исчезнуть за одно мгновение по его желанию.       — Я подумал, что он может помешать нашему разговору, — девушка помогла парнишке сесть и оставила свою руку на его плече.       — Не стоит, — её тихий шёпот запросто достиг ушей раненного паренька, — если влезешь, то помешаешь и умрете вы оба, — тот стиснул зубы от злости и бессилия. Осознание собственной беспомощности никогда не являлось приятным чувством.       Сверкающая теплым светом солнца душа этого мальчишки, возвращала мысли о том блаженном сне. Настолько добрая, тёплая и сопереживающая душа большая редкость. У монаха была такая же, но лишь приправленная горьким слоем застарелой печали.       — И о чем ты со мной хотел поговорить? — Лицо мужчины оставалось бесстрастным, но сосредоточенным. Пожар в его душе полыхал всё сильнее, подпитываемый сосредоточенностью своего владельца. — Мы только что встретились, но я уже тебя ненавижу.       — Правда? Больше всего я ненавижу слабаков. Мурашки по коже от такого зрелища, — Анакэ нахмурилась. Для неё это было противоестественно. Монах учил всегда защищать слабых. Она живет ради защиты слабого Такео.       — У нас совершенно разные моральные ценности, — такой невозмутимый и безотлагательный ответ очень понравился девушке, однако демона он не особо впечатлил.       Интересно всё ли истребители демонов такого мнения?       — Позволь сделать отличное предложение. Почему бы тебе не стать демоном? — Парнишка дернулся от услышанного. Задумчивый взгляд туманных глаз следил за каждым жестом совершенно расслабленного высшего демона. Её волновало, есть ли те, кто согласился на подобное? — Я вижу, что ты очень силен. Ты хашира, верно? Ты почти довел свой боевой дух до совершенства.       — Я хашира пламени, Ренгоку Кеджуро, — сейчас он казался непоколебимой скалой нежели притихшим пламенем, выжидающим своего часа для демонстрации полной мощи.       — А я Аказа. Позволь объяснить, Кеджуро, почему тебе никогда не достичь совершенства. Потому что ты человек. Потому что ты стареешь и умрешь, — Аказа протянул свою руку, смотря на Кеджуро снисходительным взглядом. Слово «человек» демон выделял особой интонацией, словно это какой-то мешающий жук. — Стань демоном, Кеджуро. Согласившись ты сможешь тренироваться сотни лет. Ты станешь сильнее, гораздо сильнее.       Мальчишка снова попытался собраться с силами. Рука Анакэ посильнее надавила на него. Когда он посмотрел на неё своими решительными глаза, то она просто успокаивающе улыбнулась и покачала головой. Одними лишь губами сказала: «Сейчас ты тот, кого нужно защищать». Снова скрипнув зубами, он опустил голову и посильнее сжал кулак. Бедная добродушная душа пребывала в смятении от осознания собственной слабости.       — Взросление, смерть — это придает красоты и смысла жизни человека. Наша жизнь ценна и неповторима, потому что мы стареем и умираем. Сила — это не то слово, что имеет отношение лишь к телу, — странный день. Всё что сегодня происходит, напоминает о монахе. Девушка улыбнулась несчастливым мыслям. — Этот мальчик не слаб, не оскорбляй его, — правильные слова хашира достигли сердца юного истребителя демонов. Анакэ почувствовала, как взбугрились мышцы под ее рукой. Опять хочет вмешаться, но хоть чувства привел в порядок.       Глупое и наивное дитя. Уж точно наивнее Такео. А этот мужчина хорошо умеет подбодрить союзника. А также очень прямолинеен~.       — Могу повторить: у нас разные моральные ценности. И у меня много причин не становиться демоном.       — Ясно, — разочарование отвергнутым предложением так и сквозило из демона.       В воздухе появилось сильное давление. Суставы на пальцах Аказы хрустнули от резкого усилия, а нога оставила вмятину на земле. Демон встал в стойку и активировал свое кровавое искусство. Неизвестный большой сияющий символ под его ногами, очертаниями напоминал снежинку. Улыбка полная наслаждения предстоящей битвой, совершенно не нравилась Анакэ.       — Раз не хочешь стать демоном, я убью тебя, — самоуверенность подкреплялась сильным давлением его силы. Кеджуро напрягся, покрепче перехватил катану и приготовился сражаться.       Опасный демон атаковал стремительно и шустро уворачивался от атак хашира. Анакэ успевала следить за ними и улавливала все их движения, но вот угнаться за ними не получится. Эти двое далеко за пределом уровня её сил. По мере их продвижения вздымались всё новые и новые клубы пыли. Парнишка был шокирован их скоростью сражения.       — До сих пор думаешь, что не помешаешь, светлый мальчик? — Ласковая рука потрепала мальчика по волосам, испачканным в пыли и поту.       — Светлый мальчик? — Удивленный вид позабавил её. Ещё давно она заметила, что ей нравится наблюдать за эмоциями детей. Медленно поднимаясь с колен, мечница вынула свой клинок из саи. Ей необходимо сосредоточиться на случай крайней необходимости.       — Как думаешь, дитя, у кого из нас шансов больше помочь ему? — Нет, Анакэ никогда не была горделивой и никогда не принижала чьи-либо умения. В данный момент её задачей было не дать едва живому пареньку вмешаться. Именно поэтому сейчас нужно собраться. — Доверишься мне?       Вкрадчивый голос улыбающейся девушки доверчиво прокрадывался в голову мальчика. Из стиснутого кулака закапала кровь. Охнув от удивления, он разжал пальцы и внимательно всмотрелся в следы от своих ногтей. Слова, которые мечница сказала в самом начале, не давали ему покоя. Пока что он ничего не мог сделать. И это злило.       — Хорошо, — из-за полной уверенности, наполнившей всего одно слово, улыбка Анакэ стала шире. — Я верю вам.       — Молодец, — поудобнее перехватив клинок двумя руками, она отвела лезвие в сторону. Края голубого хаори развивались от воздушных волн с поля боя. — Теперь готовимся и ждем подходящего момента.       Ренгоку удалось отсечь руку демона, но она сразу отросла обратно и ему тут же пришлось блокировать удар кулака. Скорость регенерации доставляла кучу проблем и неудобств. Предел Анакэ на нынешний день явно низок по сравнению с ними. Если она сейчас вмешается, то сильно подставит хашира.       У меня будет несколько минут. Я смогу временно подвинуть свой предел. Главное поймать правильный момент. Если не убить, то хотя бы защитить смогу.

***

      — Анакэ, у всего есть своя цена. Ничто в этом мире не достается просто так, — добрейший старый монах из детских воспоминаний в этот момент любовался красивой бабочкой на своем пальце. Светлый день тёплого лета рядом с прохладным озером был прекрасен.       — А что если мне понадобиться кого-то спасти, но будет не хватать сил? — Казалось бы простой вопрос любопытного ребенка. Но, как и учил её монах, в жизни многое случается.       — Хм… — Снова эта забавная привычка прижимать палец к подбородку. Тогда это движение вызывало детский смех. — Есть несколько способов. Но все они имеют свою цену. Запомни это, дитя.

***

      Внимательно следя за боем Анакэ решила подготовить свое тело к предстоящей нагрузке. Сосредоточившись на дыхании, её организм и душа начали накапливать энергию. Плавно распределять весь полученный ресурс одно из тяжелейших занятий. Учитывая, что ещё приходится дожидаться возможности, то задача усложняется в разы. Ведь это всё ещё нужно удержать на должном уровне и желательно не выделиться раньше времени, что бы демон резко не сменил свою цель.       После небольшой передышки, хашира решил перейти в грубое наступление. За одно движение он настиг своего противника и атаковал. Но данный демон не являлся простым противником. Он играючи уворачивался и принимал кулаками острое лезвие клинка ничирин. Раны, полученные им, затягивались быстрее, чем клинок снова настигал их.       Парень с кабаньей головой подбежал к ним. Анакэ пришлось предупреждающе глянуть на него. К сожалению, никто из них сейчас ничем не мог помочь. Ещё слишком рано, момент ещё не настал. К счастью, кабаноголовый похоже понял всё без слов. Одарив их последней улыбкой, она снова вернулась к подготовке.       Терпи. Жди. Следи.       Повторяя эти слова словно мантру, мечница терпела медленно нарастающую боль от напряжения в мышцах. Нити духовной энергии медленно впитывались в её плоть. Трудный и болезненный процесс. Побочный эффект от изучения дыхания души сейчас очень пригодился. Посильнее стиснув зубы продолжала терпеть. Продолжала ждать и прятаться.       В какой-то момент, хашира откинул демона в область леса. Кеджуро хотел добить его там, но Аказа сильно впечатал его в поезд. На заднем фоне что-то прокричали мальчишки, но Анакэ слышала их как через толщу воды. Вальяжно вышедший из леса демон тоже что-то говорил, однако девушка совсем ничего не могла разобрать. Собственная энергия лишила её слуха. Зато улучшило восприятие.       Плохо. Нужно терпеть. Ждать. Аказа ещё играется. Пока всерьёз не вознамериться убить хашира, я не смогу вмешаться. Затяжной бой в моём случае никак нельзя допустить, иначе в неподходящий момент я стану бесполезной. Скоро рассвет…       Отдышавшийся Кеджиро снова понесся в лобовую атаку, но Аказа просто увернулся, получив небольшой порез и сразу нанес удар, от которого хашира едва отбился. Бой стал напоминать качели, в которых каждый раз менялся нападающий. Аказа что-то вечно пытался донести до Кеджуро, но тот никак не хотел сдаваться. К глубокому сожаления, мужчина начинал выдыхаться.       Похоже терпение играющего демона начало подходить к концу, а силы и скорость хашира убывать. Аказа оставил кровоточащую рану на лбу Кеджуро, а затем сломал пару ребер. Через ещё некоторое время он сильно ударил по левому глазу. Битва на некоторое время ужесточилась. После пламенного столба наступила тишина. Огромный глубокий разрез на торсе демона, оставленный пламенным клинком в последней атаке, успел затянуться. Анакэ укрепила свою стойку. Аказа до последнего пытался уговорить Кеджуро присоединиться, но теперь время окончательно вышло.       — Я верю в тебя, хашира, — она не знала, услышал ли кто-нибудь эти слова или нет. Значение это в любом случае не имело. Анакэ следила лишь за Кеджуро, распинания Аказы она совершенно не слышала. Его дыхание, его энергия, хаори с языками пламени, всё говорило о том, что возгорание скоро придет.       Я вижу и чувствую твою надвигающуюся пламенную бурю. Он тоже это чувствует, поэтому в энергии Аказы медленно пребывает безумие, а последние крупицы жалости исчезают. Время почти пришло. Теперь я смогу помочь!       Резко вспыхнувшее пламя Ренкогу полыхало как никогда. Впервые за долгое время Анакэ испытала такой огромный прилив сил и адреналина. Хорошо, что Такео не видел её слегка обезумевшую улыбку. Смысл прятаться почти пропал. Одной только своей стойкой Кеджуро покрыл почти всю область вокруг, теперь Аказа точно не заметит возросшие силы мечницы. Пылающая самоубийственной решимостью спина хашира добавляла решимости.       Накопленная энергия за время ожидания, начала потихоньку выходить и давать прирост сил Анакэ. Теперь можно концентрировать её и использовать. От самого сердца к рукам и ногам, а также к голове. Струящаяся энергия перестала причинять боль и теперь опьяняла своей мощью. Слух наконец вернулся.       — Девятая ката: Чистилище, — с невероятно быстрой скоростью Ренгоку буквально полетел окруженный драконьим пламенем. Оно было настолько яростным и ярким, что смогло скрыть за собой белый туманный всполох, следовавший почти по следам.       Как и раньше Аказа напрямую принял атаку. Кеджуро рассек вдоль его правую руки. Безумный демон, опьяненный сражением, вовремя не заметил вылетевшего из-за спины хашира белого туманного всполоха.       — Дыхание души, первая ката: Проклятый разрез, — безумная улыбка демона сменилась на удивление, после того как Анакэ отсекла его левую руку, когда тот хотел отразить клинок Кеджуро.       С характерным звуком, пламенный клинок вошел в шею демона. Но тот остановил дальнейшее движение восстановившейся правой рукой. Демон истошно завопил, когда его левая рука восстановилась. Дыхание души режет не только плоть. Даже если отсеченная часть тела отрегенерирует, то подобие фантомной боли будет долго пульсировать на месте разреза.       Ренгоку усилил давление пламени и смог прорезать треть шеи, но Аказа воспользовался трясущейся болезненной рукой. Он намеревался сбежать, поэтому Анакэ пронзила его колено со спины, раздробив чашечку. Лицо демона исказилось от ярости, а желтые глаза кричали о его ненависти. Едва удерживая равновесие, демон замахнулся здоровой ногой, пытаясь оттолкнуть мечницу и заодно уйти из-под клинка Кеджиро. Девушке пришлось отскочить назад и вынуть клинок.       Почему я не чувствую желания убить меня?       — Третья ката: Буря душевных истязаний, — целью клинка, сопровождаемого призрачной дымкой, являлось нанесение как можно большего количества увечий, разрезающих мышечные связи от поясницы и ниже.       Аказа взвыл от жгучей фантомной боли, плетью проходившейся по ранам, и почти полностью упал на колени. Если бы не регенерация. Кеджуро сильнее надавил на клинок и продвинулся к половине шеи. Анакэ поймала наилучший момент для удара требующего огромной точности. Пока мышцы не успели до конца восстановиться, нужно действовать.       — Четвертая ката: Разрыв духовных связей, — мечница пронзила демона насквозь, прямо в центр ядра души. Призрачный туман внес хаос в связь тела с душой. Обычно это ослабляет и дезориентирует демона на пару секунд. Но в данном случае этого как раз должно хватить.       — А… — Руки демона затряслись и ослабли, челюсть отвисла. Не встречая больше сопротивления на своем пути клинок прорезал плоть до конца. В небо взвился столб обжигающего пламени.       — Как… так? — Отсеченная голова Аказы покатилась по земле. Неверящие желтые глаза с голубыми склерами потрясенно смотрели на свое собственное тело.       На оставшиеся силы Анакэ помогла Кеджуро переместиться подальше от тела демона. На горизонте задребезжал первый лучик рассвета. Тело обезглавленного демона резко рвануло к своей голове.       — Что?.. — Удивленный хашира не понимал что происходит. Демон приставил свою голову обратно и разрез тут же начал затягиваться.       Потрясенные Анакэ и Кеджуро застыли на месте, им казалось это невозможным. Вспыхнувший на горизонте свет страхом отразился на лице чудом выжившего демона. Пока лучи восходящего солна не коснулись его, Аказа прыгнул в густую чащу тёмного леса. К сожалению, у хашира уже не осталось сил продолжить этот бой. Всю ночь он сражался, что бы защитить людей.       — Мы ещё встретимся, Кеджуро! — Последние слова рассерженного демона были прекрасно различимы.       Девушка отлично понимала, что она здесь бесполезна. Давно она не чувствовала себя настолько слабой. Печально посмотрев на свое отражение в лезвии клинка, она задумалась над способом увеличить свои силы. Похоже изнурительные тренировки снова вернутся к ней. Бросив последний взгляд на лес, Анакэ хотела уже отвернуться, но…       Девушка?       Раскрытые от удивления серые глаза смотрели на молодую девушку стоящую перед лесом в розовом кимоно, окруженную призрачным маревом. На фоне тёмных волос, собранных в традиционную японскую прическу, сильно выделялась заколка со снежинками. Одними лишь губами, она сказала: «Простите», а затем просто растворилась.       А… Кажется я теперь понимаю, почему он не хотел меня убивать. Но не волнуйся, я не могу испытывать гнев и ненависть по отношению к демонам. Потому что вижу весь этот запутанный вихрь внутри, где всегда проскальзывает противная черная жижа, контролирующая их.       Хашира тяжело дышал. Из ран сочилась теплая кровь, пропитавшая собой одежду. Рухнув на землю, он продолжал использовать дыхание, дабы не потерять больше крови. Серые глаза наблюдали за поутихнувшем пламенем. Вся ярость испарилась, осталась только усталость и мерное движение огненных языков.       Насколько он тёплый? Или всё же обжигающий?       — Спасибо… — Странная улыбка вернулась к нему снова. Тихий смех вырвался из груди девушки. Ласково улыбаясь она встала позади него.       — Ренгоку-сан!       — Сестрица!       Детишки бежали к ним из далека. Скоро они будут здесь и Такео снова прочитает ей нотации… если успеет. Тело Анакэ начинала бить мелкая дрожь. Осталось совсем мало времени.       — Ренгоку Кеджуро, — положив ладонь на его лоб, второй придерживая спину, она села на землю и заставила хашира лечь на свои колени, — не стоит вам так сидеть со сломанными ребрами, — нежная улыбка девушки расцвела не хуже цветов.       Тёплый… Жалко, что не смогу подобраться к ядру поближе.       Используя рукав хаори Анакэ стёрла кровь с его лба и брови. Второй раз за день хашира пламени не знал, как реагировать на действия странной девушки. Единственный уцелевший в битве широко открытый глаз снова следил за её плавными движениями. За тем, как заботливо и нежно вытирает кровь, за трясущимися побледневшими губами…       — Ты… — Обеспокоенному возгласу не суждено было закончить свою фразу.       — За всё приходиться платить, — туманные серые глаза устало прикрылись. Дыхание Анакэ стало прерывистым, а тело забила более крупная дрожь. Из носа потекла струйка крови. — У вас… красивые глаза и-и тёплая пылающая… душа…       К концу её голос затих, а руки безвольно упали на землю. Голова обмякла и почти легла на грудную клетку. Потрясенный всем произошедшим Ренгоку не знал, что делать. Девушка явно ещё жива и не получала ран. Так почему она в таком состоянии?       — Ренгоку-сан! — Четверо мальчишек наконец добрались до них.       — Сестрица! — Самый младший и не знакомый хашира паренек подбежал и подхватил заваливающуюся назад девушку. Её голова безвольно откинулась назад. На глазах у мальчишки выступили слезе пока он осматривал свою сестру. — Дура! Ты обещала больше так не делать! Три года ведь держала обещание…       Горькие слёзы Такео далеким отзвуком доходили до бессознательной Анакэ. Заботливый мальчик вытирал стекающую из носа кровь синим платком, пока светловолосый мальчишка с деревянным сундуком на плечах придерживал обмякшее тело. Остальные обступили сильно раненного хашира.