Meine Hälfte

Оружие? Да. Убийца? Определенно. Чудовище? Безусловно. Своевольный. Наглый. Безумно раздражающий, но все такой же родной. Защитит от каждого, кто захочет причинить им боль. Согреет своим теплом. Успокоит, прижмет к себе после очередных кошмаров, что вот уже четвертый месяц мучают Уинтерса. А потом поцелует в макушку, заставляя по новой провалиться в сон. На этот раз без ебаных экспериментальных тварей. Утром, сонно зевающий, мужчина первым заберет голодного ребенка из кроватки. Он же накормит её, предварительно вместе с Розой разгромив половину кухни. Впрочем, Итан не просыпается. Даже когда два неугомонных обитателя дома включают телевизор, громко смеются, кидаясь игрушками друг в друга, молодой папаша продолжает своё путешествие в мире Морфея, окутанный легким запахом табака и можжевеловых ягод. Ближе к обеду Хайзенберг сам вытаскивает возлюбленного из кровати, буквально на руках дотаскивая до ванной, хрипло смеясь. Точно так же он смеется спустя около сорока минут, когда Итан гоняется за ним вокруг дивана, на котором так удобно устроилась его дочь. Их дочь. Останавливается на месте, мысленно поправляя себя, а мужчина с удивленным лицом подходит ближе, прижимая к себе. Кажется Итан слишком долго стоит, ведь Розмари тихо угукает и дергает его за полы рубашки, оперевшись второй ручкой о спинку дивана. - Детка? - Голос у мужчины взволнованный. Дыхание опаляет нежную кожу за ухом, пока одна рука Хайзенберга скользит чуть ниже, туда где сжимаются пальчики ребёнка. В очередной раз заставил их волноваться. - Я в порядке. Просто никак не могу привыкнуть. - Малышка, кажется наша мамочка опять начала страдать по невъе... неведомым причинам, - одергивает себя старший мужчина, под взглядом двух пар зеленых глаз. Его ненаглядной второй половинке очень не нравится, когда он ругается при девочке. Сейчас он может получить за это по голове лежащей неподалеку подушкой. Ничего, он отыграется ночью. Получит своё, втрахивая возлюбленного в мягкую постель, тихо ругаясь на немецком. Блаженно втянет запах нежной кожи на шее, когда после очередного толчка Уинтерс сожмет его глубоко внутри, постанывая в собственную ладонь. - Карл! - Прости, родной. Малышка, - в него все же прилетает подушка, - не повторяй за отцом - радостно смеющаяся от представления Роза лезет на руки к биологическому отцу. - Ты неисправим, - Итан закатывает глаза, но потом все равно мягко улыбается, получая легкий поцелуй в лоб. Ребенка из его рук забирают, хитро подмигивая. - Мы тут немного набедокурили, детка. Искренне просим прощения и сейчас же съездим до магазина, да, крошка? - Дочь слишком хитро улыбается на слова мужчины, словно все понимает. Розмари одевают за пару минут. Еще немного погодя, хлопает входная дверь и звук заводящегося автомобиля перекрывает шум тихо работающего телевизора. Вздыхая, Уинтерс плетется на кухню, решая начать уборку с неё. Только вот улыбка все ещё не сходит с лица.

***

Очередные сборы. В небольшой дорожной сумке умещается все самое необходимое. Среди всего прочего там же лежит фотография. Совсем новая. Карл, обнимающий Итана, который держит на руках их маленькую непоседу. Ох, эта фотография стоила им почти час времени. Розмари никак не хотела смотреть в объектив камеры. Её больше интересовал жетон на груди отца. Хайзенберг биооружие. Не то чтобы они сильно нуждались в деньгах, которые платили за опасные миссии, но Карл хотел чтобы его семья жила спокойно и ни в чем не нуждалась. Пока он пашет на этих мозгоебов, его семью не тронут. Его способности приносят Редфилду пользу. Да и всей конторке, на которую он работает, тоже. Хотя из всего отряда, только юнец Ниванс не вызывает у Карла привычного раздражения. Для него все они не больше чем букашки, постоянно лезущие под ноги. К слову, Уинтерс тоже довольно быстро проникся к Пирсу симпатией, когда Крис решил притащиться к ним на ужин. Ещё и притащив с собой компанию. Джейк Мюллер, тот еще засранец, который не отлипает от Ниванса ни на минуту, вызывает у Карла только смешок и отеческую улыбку. В отличие от Редфилда, которому он чуть не проломил череп на первой совместной миссии. Его детка будет психовать. Нельзя расстраивать свою половинку. Альфа понятия не имеет, как ему повезло, что возлюбленный Хайзенберга его лучший друг. Клэр предпочитает молча потягивать вино из своего бокала, неодобрительно поглядывая на гляделки двух мужчин перед собой. Её брат идиот. Карл не лучше. Ох уж эти мужчины. Тот ужин надолго запомнится всем. - Будь осторожен, - Итан в очередной раз поправляет воротник чужого плаща, смотря взволнованно, постоянно покусывая губы. Карл не может отказать себе в удовольствии, потому припадает к манящим губам, как только закидывает сумку на плечо. Жадный поцелуй прерывает ребёнок, с укоризненным взглядом дергающий Хайзенберга за штанину. - Чуть не забыл, - поднимая дочь на руки и забирая из крохотных рук бархатную коробочку, Хайзенберг ярко ухмыляется. Итан впадает в секундный ступор, вылупившись на серебряный ободок, - ты выйдешь за меня? - Карл, ты идиот! - Это значит да? - Лицо мужчины определенно треснуло от счастья, когда возлюбленный протягивает ему руку, позволяя надеть кольцо. И плевать, что с маленьким ребёнком на руках это не удобно. Они счастливы. Они семья.