Напарник

Будучи ребёнком, который только мечтал о Хогвартсе, Драко однажды увлёкся размышлениями о работе Министерства магии. Особенно его интересовал Отдел тайн, который, как всем было известно, существовал и одновременно будто бы отсутствовал в реальности. Семилетний Драко даже посмел представить, что сможет там работать. И грезил об этом ровно до того момента, как отец услышал его рассуждения. Малфой-старший долго отчитывал его за желания, неподобающие статусу. Нельзя сказать, что после этого сама идея Отдела тайн перестала воздействовать на Драко столь же возбуждающе, что раньше, но он совершенно точно оставил мысли о карьере такого рода. Впрочем, что бы сказал семилетний он, узнав, что стал аврором?.. И что бы об этом тогда сказал отец?.. Направляясь в Библиотеку Аврората, Драко вспомнил и свою странную детскую мечту — в самом деле, он даже не мог с уверенностью сказать, откуда узнал и о Министерстве, и об Отделе тайн в том возрасте, — и то, что даже мнимое соприкосновение с Отделом Тайн позволяет скромно надеяться на внушительный фонд рукописей и ценных фолиантов. А, как говорили слухи, Библиотека частично курировалась невыразимцами. Конечно, подтверждений этому не существовало. Отыскать крыло, где находилась Библиотека, оказалось не так просто, особенно если принимать в расчёт внезапно накатившее головокружение. Драко, ещё недавно уверенный, что вполне способен принимать участие в расследовании, ощутил неприятную дрожь в коленях, стальной привкус на языке, а всё окружающее словно разом подёрнулось туманом. При себе у него не было никаких подходящих зелий, так что пришлось стиснуть зубы и повернуть за очередной угол… К счастью, на этот раз нужная дверь словно сама выступила навстречу. Отчего-то Драко ожидал, что столкнётся там с магом в возрасте, который будет с пренебрежением смотреть на него — отпрыска аристократического рода, запятнанного служением тёмному лорду, но едва он переступил порог, как к нему выпорхнула девушка со светлыми волосами. По её грации, движениям, улыбке становилось ясно, что она как минимум на четверть вейла, а ещё моложе Драко на несколько лет. В том, как она произносила слова, угадывалось нечто французское. — Чем могу помочь? — осведомилась она, лукаво подмигнув. Однако Драко не ощутил, чтобы это на него хоть как-то подействовало. Природное обаяние вейл и их потомков обычно способно было очаровать любого, он прекрасно помнил собственные чувства, когда впервые столкнулся с представителями французской ветви их рода, которая отнюдь не так ревностно придерживалась идеи о чистоте крови. Так что отсутствие хоть какой-то реакции он счёл признаком особенно плохого самочувствия. Однако он не мог себе позволить вернуться в «Больницу магических болезней и травм Святого Мунго». — Мне нужно просмотреть… труд Дзю Йена, — сказал он, успешно прослушав, как зовут смотрительницу Библиотеки и едва представившись сам. — Можете… найти для меня, пока… — он огляделся и приметил столики с одинаковыми зелёными лампами, — пока я немного отдохну вон там? Девушка хмыкнула и кивнула. Похоже, от неё ничуть не укрылось, что он не в самом лучшем состоянии. — Отдохните, мистер Малфой, — согласилась она и тут же поддела его: — Или мне всё же следовало бы вызвать кого-то из св. Мунго? С вами, аврорами, всякое может случиться. Вы часто забываете вовремя посещать колдомедиков. Драко на это только поморщился. Не то чтобы он не ценил чужой заботы, но отчего-то был уверен, что Теодора Ким способна наложить на него обездвиживающее, с которым ему не совладать. А это было категорически не в его планах. — Нет уж, мне нужно работать, — ответил он и наконец добрался до столика. Внушительного размера фолиант опустился перед ним немногим позже. Он открыл книгу со смутным предчувствием, что может и вовсе не найти там ничего полезного — всё-таки алхимики были странными людьми и их понимание мирооснов значительно разнилось с тем, как это было у других волшебников, однако буквально с первой страницы его очаровал слог автора. Он бы согласился почитать подобное произведение и дома, вот только слишком сильно углубляться прямо сейчас не было ни времени, ни сил. Ему требовался ответ на конкретный вопрос. Драко проследил взглядом содержание и нахмурился, пытаясь разобраться, какая глава больше отвечает его запросу. В этот момент девушка снова оказалась рядом с ним. — Вижу, вы ищете что-то конкретное? — сказала она, снова улыбаясь. Это трудно было принять за профессионализм, скорее, ею руководил иной интерес, но Драко не мог проследить, какой именно. — Да, — кивнул он. — Мне хотелось бы посмотреть постулаты теории преобразования, о которых рассуждал этот алхимик. — Понятно, — изящная ладонь на миг накрыла его руку. Это прикосновение наверняка должно было заставить его вздрогнуть, ощутить лёгкое желание, в общем, обратить куда больше внимания на скромную смотрительницу, чем следовало бы, но… Это не сработало снова. Девушка чуть сморщила идеальной формы нос и, скользнув пальцами по его ладони, уверенно коснулась бумаги напротив главы «Путешествие от Инь до Ян». — Это здесь. Любопытная теория. Дзю Йен полагал, что преобразование способно и мёртвое сделать живым, но не так, как это описывал, например, Фламель, и не в том роде, что это помогло бы получить бессмертие. Не имелось в виду и возвращение из-за порога смерти… — Благодарю за помощь, — пресёк Драко её рассуждения и тут же открыл нужную главу. Он пробежал взглядом по первым строчкам, и сердце само собой забилось быстрее. Да, он был на правильном пути. Дзю Йен писал: «Западное понимание магии пролегло слишком далеко от восточных взглядов на ци, и это мешает нам освоить в полной мере круг преобразования. Инь каждый день переходит в Ян, так появляется свет, Ян становится Инь, так он угасает и обращается тьмой. В этом и таится бесконечность нашего существования. И стоит только отречься от собственного я, как станет очевидно даже столь замкнутому в рамки странных правил западному мышлению, что никто из нас никогда не умирает, никто из нас никогда не покидает этот мир полностью. Смерть лишь трансформация. Впрочем, разве не может быть понятен порыв сохранить собственное сознание, жажду воспринимать мир исключительно собственной душой? В таком случае преобразование может послужить интереснейшим возможностям. Стоит пренебречь телом, и сознание получает куда больше возможностей. Алхимия как таковая всегда стремилась играть с материальным миром, с тем, что можно осязать, ощущать на вкус, чего можно касаться ладонью. Но мои изыскания всегда начинались и всегда заканчивались в круге энергий. Материя вторична. И если не останавливать свой разум на жажде никогда не менять параметры тела, то алхимия способна преподнести множество сюрпризов и тем, кто жаждал отыскать ключ к бессмертию, и тем, кто стремился овладеть властью над естественным кругом вещей». Драко задумчиво посмотрел на строчки, а потом поднял голову и встретился взглядом со смотрительницей. Вероятно, она скучала здесь, в полном одиночестве, а может, её увлёк новый опыт, но она совершенно точно не спускала с него взгляда и жаждала поговорить. — Быть может, вы знаете подробности и о теории создания крестражей? — спросил он, ожидая услышать короткое «Нет». — Можно ли их соотнести с этим?.. — То, что предлагал Дзю Йен, никак не совпадает с теорией крестражей, — покачала головой смотрительница, разгадав ход его мыслей. — Что у вас за дело, мистер Малфой?.. — она подмигнула. — Должно быть, нетривиальное? Дзю Йен не предлагал расщеплять душу, как это нужно для создания крестража, а только преобразовывать её. И это преобразование при условии подпитки достаточным количеством энергии позволяло алхимику получить новое вместилище для души. Но в этом фолианте не рассказано о результатах опытов. — Вместилище для души?.. — нахмурился Драко. — То есть?.. — Вот здесь, — она подошла к нему, склонилась над книгой и быстро перелистнула пару страниц. Острый ноготь едва коснулся поверхности бумаги. — Читайте тут. «В момент естественной смерти душа отделяется от тела. Начинается трансформация, и, казалось бы, в этом случае никак невозможно повернуть её вспять, душа не может остаться такой, как была, и её не получается захватить против воли. Но с помощью механизма преобразования, который я создал, можно переместить её не в свободный эфир, а в подходящее вместилище. Если же это вместилище затем подвергнуть ещё одному преобразованию, то душа снова сумеет обрести тело. Более того, это нисколько не будет противоречить естественному ходу вещей, ведь это трансформация, а смерть, повторюсь, таковой и является. Не расточительно ли отпускать тех, кто только лишь устал от жизни, но накопил большой опыт?.. Если бы они могли отдохнуть, чтобы после вернуться в мир и стать величайшими учителями…» Драко широко раскрыл глаза и перечитал опять: «…душа снова сумеет обрести тело». Так, значит, Ричард Геллебёрд сотворил вовсе не крестраж?.. — Вы… очень мне помогли, — тут же поднялся он из-за стола. — Это… именно то, что я искал. Смотрительница опять улыбнулась, взяла в руки увесистый том и взглянула на него с хитрецой. — Тогда, может, в качестве благодарности пригласите меня на кофе, мистер Малфой?.. Драко удивлённо взглянул на неё. Она этого хотела? Неужели? И только?.. И, наверное, прежде он согласился бы, даже не раздумывая. В конце концов отчего бы не пообедать где-то с миловидной девушкой? Но не теперь, не сейчас. И пусть он сам не понял, откуда в нём возникло желание отказать ей, слова вырвались прежде, чем он оказался способен сформулировать достойный отказ: — Боюсь, мой напарник на такое не согласится. Она рассмеялась, но отступила, и Драко покинул Библиотеку одновременно воодушевлённым и слегка в замешательстве. *** Он был бы рад ускорить шаг, но снова накатила дурнота. Пришлось опереться о стену, пережидая. До допросной было уже не так далеко, но, как назло, мимо даже никто не прошёл, чтобы можно было попросить об опоре. Впрочем, Драко отчего-то был уверен, что мало кто согласится ему помочь. Он сделал над собой усилие и отклеился от стены, но тут колени предательски подогнулись, и он опустился на пол совсем уж не аристократическим образом. — Драко?.. — раздался знакомый голос, но из-за шума в ушах отчего-то не возникало никаких мыслей об имени. — Ты просто сбежал из Мунго, да?! Нужно было сразу подумать об этом! Горячие руки подхватили его и поставили на ноги. Прикосновения словно влили в тело сил. Перед глазами перестал сгущаться туман, и Драко глубоко вдохнул, понимая, что и головокружение отступает. — А, Поттер, — сказал он, осознав, что тот всё ещё обнимает его. — Некогда разлёживаться в Мунго. Послушай, что я… — Ричард наконец рассказал мне, в чём принцип расположения статуэток, — продолжил Поттер, так и не отпустив его и перебивая слишком поспешно. — Я как раз собирался… — Отправиться туда без меня, — закончил за него Драко и помрачнел. — Ну-ну. Ты всегда так представляешь работу с напарниками?.. — Я, мать твою, шёл за тобой! — внезапно вспылил Поттер. — Но ты так кстати собрался преклонить колени перед портретом Тесеуса Скамандера… — Где? — Драко наконец действительно заметил портрет. Мракоборец и Герой Первой Мировой войны смотрел куда-то вдаль. Большинство портретов авроров молчали, как будто им были неинтересны потомки, и этот выглядел вдвойне пренебрегающим возможным общением. — Мне уже лучше, — констатировал Драко, отводя от безразличного лица Тесеуса взгляд. — И это, кстати, тоже о многом говорит, но мы разберёмся позже. Так вот, Ричард сотворил не крестраж. — Но он уже согласился… — начал Поттер, и Драко внезапно с неодолимым желанием зажал ему рот ладонью. — Дай договорить наконец, — сощурился он. — Ричард воспользовался алхимией, чтобы перенести собственную душу в материальный предмет сразу после смерти. И это была только часть его плана. Он желает получить новое тело. Пропустить себя через трансформацию. — Погоди, что? — Поттер наконец отпустил его и отступил. Нахмурившись, он словно мысленно проследил за логикой Драко, а потом всё же вычленил наиболее заинтересовавший его вопрос: — И в чём это желание отличается от того, что пытался сделать тёмный лорд?.. Он ведь тоже хотел возродиться. — То, что собирается сделать Ричард, в каком-то смысле намного проще, — пожал плечами Драко. — Не нужно никаких особенных артефактов, только те, что дадут достаточно энергии. И, видимо, требовался ещё и какой-то носитель… Или… хотя бы материал для воссоздания носителя, — Драко наконец словно увидел всё происходящее под нужным углом. — Точно, вот в чём был план. — Поясни, — потребовал Поттер. — Пойдём-ка отсюда, — предложил Драко, снова бросив подозрительный взгляд на портрет. — И я тебе расскажу. — Ты только что на ногах не стоял, — напомнил Поттер, но Драко чувствовал прилив сил, так что только отмахнулся. Они миновали широкий холл и оказались на улице. Недавнее солнце уже исчезло, начал накрапывать дождь, и Драко инстинктивно набросил на себя и Поттера согревающие чары. — Пожалуй, будет лучше, если мы… аппарируем куда-нибудь в более тихое и тёплое место, — сдался он. — Тогда лучше к тебе, — отчего-то не задумываясь предложил Поттер. *** Они расположились друг напротив друга, и Драко, мысленно представив изящество развернувшейся схемы, пояснил: — Вероятно, он готовился к этому давно. Ричард, я имею в виду. Он осознавал, в чём слабые места идеи Дзю Йена, и как мог постарался выправить их. Ему понадобился сообщник, который был бы достаточно глуп, чтобы в итоге стать его собственным носителем. — Хочешь сказать, Финли на самом деле не коварный злодей, а невинная жертва, а настоящий преступник — портрет? — усмехнулся Поттер. — Представляю, как Нортон выйдет из себя, как только прочтёт наш отчёт. — Думаю, портрет был лишь… элементом, — качнул головой Драко. — Насколько я могу судить, дух Ричарда вовсе не так пассивен, как должен был быть. Это значит, что первая часть плана ему абсолютно точно удалась. Он переместил собственную душу в одну из статуэток, причём не в Змееносца, как можно было бы подумать. А… — А в Козерога, — дополнил Поттер. — Ричард отказался говорить напрямую, но мне удалось уточнить некоторые принципы. Статуэтки огненного тригона означают, что нужный тёмномагический артефакт располагался в доме, где был пожар. Те, что относились к воздушному, должны были находиться вне зданий, а те, что относились к тригону земли, означали, что владелец артефакта мёртв. — Скорее всего, Козерога мы отыщем на его собственной могиле, — подхватил Драко. — Змееносец действительно должен связать артефакты, круг Зодиака поможет аккумулировать энергию, и тогда луч ударит прямиком в того, что запустит заклинание, — продолжил он. — Что, несомненно, убьёт его, но на самом деле только освободит место для души, которая жаждет пожить ещё. — Теория выглядит рабочей, — взлохматил себе волосы Поттер. — Но как в неё вписываюсь я?.. — Ты — побочный эффект, но знаешь... — Драко настороженно взглянул на него. — Говоришь, Ричард рассказал тебе достаточно, чтобы можно было отыскать оставшиеся статуэтки?.. — Ну да, — отозвался Поттер. — Ему только и нужно, что собрать всё это вместе, — продолжил Драко. — Собрать вместе… и получить твоё тело! Для него это настоящая удача. Ведь ты… ну… Ты тот, кто ты есть. — Герой Магической Британии, — сплюнул Поттер. — Как нам прекратить эту трансформацию? Как нам его остановить?