Всё началось с клубники

Роскошный лимузин подъзжает к фамильному поместью семьи Рейсс. Ханджи восторженно разглядывает окрестности через окно, восхищаясь, словно маленький ребёнок. Эрвин объясняет Леви суть их с Эреном задания, пока сам Эрен упорно старается не пялиться на Аккермана. — Только пообещай мне, что вы двое обойдетесь без разборок. И, что самое главное, ты не убьешь Эрена или кого-нибудь из гостей. — Тц, обещаю, что не убью этого придурка. Но с условием, что он не будет нарываться. Эрен резко поднимает голову в их сторону. Леви недовольно вздыхает и объясняет: — Твою мать, Эрен, просто делай то, что я говорю и все пройдет нормально. Будешь играть роль моего телохранителя, понял? — Понял. Леви, только удобно устроившийся на своем месте, снова ворчит — они доехали до особняка и уже надо выходить. Он так долго не мог усесться в неудобном кресле, стараясь не помять костюм, что уже проклял эту машину и весь план Эрвина. Да еще и эти навязчивые мысли о том, что случилось той ночью на кухне между ним и Эреном преследовали его уже две недели. Как бы Леви не пытался забыть все произошедшее, ему все же хотелось снова ощутить эти сильные руки на своем теле, эти нежные, но грубые касания, эти поцелуи. Хотелось довести начатое до конца, даже если и придется потом убить Эрена. Смит выходит из машины первым и помогает Ханджи, которая все еще немного путается в подоле платья. Эрен выходит после них и галантно подает руку Леви, но тот специально выбирается из машины самостоятельно, пока Эрвин говорит что-то водителю. Йегер только хищно ухмыляется. Леви шепчет ему куда-то в плечо, но парень отчетливо все слышит: — Как-нибудь тронешь меня или сделаешь что-либо еще тупое, голову оторву и насажу на кол, чтобы все видели до чего доводит тупость. Эрен ничего не отвечает, только покорно следует за Акерманом. А что он сейчас может сделать? Устроить скандал и орать о своих чувствах, а потом подхватить Леви на руки и убежать за горизонт, напевая по пути серенады о любви? Просто сбежать, наплевав на план? Да все это такая дичь, что узнай кто-нибудь, что творится в его голове, давно бы посоветовали найти себе хорошего мозгоправа. Они входят в роскошный зал, словно отлитый из золота. Эрен чуть открывает рот от увиденного великолепия, забывая следить под ноги, и врезается в спину Леви. — Эрен, внимательнее ходи или уже смотреть под ноги разучился? — Это сейчас была шутка про Ваш низкий рост, сэр? Леви решает игнорировать его. Хоть так сбережет нервные клетки и не убьет никого прямо здесь и сейчас. Парень вдруг серьёзно говорит: — Эй, я вижу Хисторию Рейсс. Та миловидная блондинка в короне, справа от колонны. — Эрен говорит тихо, чтобы его слышал только Леви. — Ладно, пойдем за ней. Если что-то пойдет не так, найдешь Эрвина и Ханджи и все им расскажешь. — Понял. Надеюсь, не придется устраивать тупую резню. — Я тоже надеюсь на это. Они внимательно следят за Хисторией, которая направляется в сторону небольшого домашнего казино, и идут за ней. — Играть буду я, ты только смотри за ней. — Неужели каждый бывший криминальный босс умеет играть в покер? — Каждый уважающий себя бывший криминальный босс умеет играть в покер. — Леви чуть разворачивается к Эрену, — ты в этом вообще ничерта не смыслишь, так что заткнись и учись. И я все еще не забыл, что ты устроил днём. — Я просто спросил, а Вы начинаете… — Заткнись или скину с лестницы. — Понял.

***

Ставки быстро достигли суммы в двести тысяч долларов, и оба поняли в чем заключается подвох — победитель точно не выйдет отсюда живым. Эрен, не подавая виду, начал отбивать пальцами азбукой Морзе по спинке стула Леви послание: «Вы не должны выиграть — победителя убьют». Они договорились о таком способе переговоров еще перед первой совместной миссией — если что-то идет не по плану, Эрен азбукой Морзе передает сообщение, а Леви кашляет два раза, если ответ положительный или один, если ответ отрицательный. Пришлось, конечно, убить много времени, пока Эрен выучил обозначение каждой буквы и как нужно отбивать слова, но через парочку миссий делал он это почти чьо идеально. И вот сейчас Леви немного меняет позу в кресле и кашляет два раза. Они поняли друг друга — без кровавых разборок не обойтись. — Ваши ставки, господа. Некоторые игроки немного повышают ставки, и, когда очередь доходит до Леви, он скучающим тоном, махнув рукой, говорит: — Ва-банк. Эрен не подает виду, что сейчас ему хочется вразумить Леви, ведь он их сейчас убьет, а внутренний голос дико орет: «НАМ ПИЗДЕЦ, ДРУЖИЩЕ!». Люди вокруг них удивленно перешепчиваются — какой идиот готов поставить весь свой выигрыш, тем более самый крупный среди сидящих за столом? Просто они не знают, кто такой Леви Аккерман. — Ставки сделаны, ставок больше нет. Все игроки внимательно следят за картами в руках крупье, а Эрен смотрит на охранников, стоящих у дверей. К одному из них подходит официант, только что вошедший в комнату, и что-то говорит ему на ухо. И если до этого Йегер был очень рад, что Леви решил сесть напротив дверей, то сейчас хотелось настучать ему по голове — не слышно о чем говорит официант. Один из охранников несколько секунд внимательно смотрит на Леви и Эрена, изучая их. Потом он что-то уточняет у официанта, все еще подозревающе косясь на Аккермана, который старательно делает вид, что не замечает его взгляд. Еще пару перешёптываний спустя, этот охранник подходит к крупье и что-то быстро шепчет ему. Мужчина чуть заметно напрягается и скованно кивает охраннику, после чего говорит: — Прошу прощения, господа, мы вынуждены прервать игру. Недовольные игроки встают из-за стола и выходят из комнаты, переговариваясь со своими спутниками или спутницами о том, как шла игра, о грубом прерывании и еще какой-то ерунде. Леви следует их примеру и тоже собирается выйти за всеми, когда его приостанавливает охранник, говоря: — Сэр, Босс попросил вас и вашего спутника задержаться. Ни Леви, ни Эрен не подают вида, что всё это жутко бесит, и остаются, чтобы дождаться Рейсса. Который, конечно же, не приходит ни через пять минут, ни через десять, и даже не через пятнадцать. — Вы решили нас обмануть? Если это действительно так, то вам двоим сейчас лучше бежать. Вы же знаете, кто этот хмурый коротышка? — Эрен знает, что потом ему дадут таких пиздюлей за «хмурого коротышку», но нужно понять что именно знают охранники. — Мистер Йегер, пожалуйста, не надо показывать, кто здесь круче. Мы знаем о том, кто такой мистер Аккерман. Поэтому, прошу вас обоих сесть. — Хорошо, — Леви демонстративно садится на стол, привычно закинув одну ногу на другую, — мы можем подождать, все равно спешить некуда. Верно, Эрен? — Конечно, сэр, — Йегер садится на стул, стоящий рядом с Аккерманом, — нам абсолютно некуда спешить. О, и кое-что ещё, — он поворачивается к официанту, все еще стоящему рядом с охранником, и мило улыбается, — не могли бы Вы, пожалуйста, принести клубники? Официант немного непонимающе смотрит на Эрена, но все же уходит и возвращается через несколько минут с тарелкой клубники. Эрен снова мило улыбается ему, и официант уходит. В комнате остаются только Леви, Эрен и двое охранников. Неловкая тишина кажется слишком неловкой, особенно учитывая обстановку праздника за дверями. — Знаете, сэр, это было довольно глупо ставить семьсот тысяч долларов. Леви смотрит на него каким-то странным полуненавидящим взглядом, от которого кровь стынет в жилах. Эрен цепенеет, но все же продолжает генерировать раздражающие «гениальные» фразы: — Я, конечно, понимаю, что Вы — Леви Аккерман, но разве это разумно рисковать деньгами и даже собственной жизнью? — Тебе жить надоело? — Леви скучающе рассматривает свои ногти.— Или уже совсем отчаялся, что на тебя внимания не обращают? Эрен усмехается — провокация сработала и Леви наконец-то с ним заговорил. Вот только эти двое охранников немного мешают их милейшему разговору по душам. — Нет конечно, сэр, просто Вы так увлеченно играли, что абсолютно забыли про слежку за Хисторией Рейсс. — Эрен с вызовом смотрит на Акекрмана, когда тот удивленно вскидывает голову и смотрит на него, — а ведь Ваша ставка в семьсот тысяч очень удивила её. Это надо было видеть. Хотя, — он задумчиво стучит пальцем по подбородку, — думаю, что этого Вы и добивались, верно, сэр? Леви ничего не говорит. Он только снимает белоснежные перчатки, берет одну клубничину и вертит ее в руке. Красный глянец ягоды призывно переливается в ярком свете люстры, словно завораживающий шепот восточной красавицы, призывающий отдаться воле случая и отогнать все сдерживающие обстоятельства. Эрен смотрит за движением тонких пальцев, словно под гипнозом. Эти руки такие изысканно тонкие, с хрупкими на вид запястьями, но такие сильные. Парню уже давно нравится, как Леви делает простой фейспалм, но с каким изяществом это происходит каждый раз… Иногда ему хочется расцеловать эти тонкие пальцы рук и слагать деферамбы, воспевающие самый изысканный изгиб ладони, который он когда-либо видел. Аккерман быстро съедает ягоду, пока Эрен любуется его руками, и достаёт пачку сигарет из кармана пиджака. — Эрен, не пялься — это неприлично. — Вытаскивает сигарету и поджигает ее, — или тебя мама в детстве не учила? — А Вас разве учила? — Шутки про матерей? Как же низко ты пал, Йегер. Леви затягивается. Эрен завороженно смотрит, продолжая выдавать пропитанные сарказмом ответы: — Точно не ниже Вашей головы, сэр. Аккерман выдыхает дым прямо в лицо Эрена, который только отмахивается правой рукой от небольшого сероватого облачка, стараясь дотянуться левой до тарелки с клубникой, что ему и удаётся. — Сэр, Вы помните, что случилось с клубникой в прошлый раз? — Эрен хитро шепчет и улыбается, облизываясь, — может, стоит повторить? — Ты, придурок, хочешь свести охранников с ума? — Леви наклоняется к его лицу, цепко хватая за подбородок, — они же могут убить нас обоих прямо здесь, прямо сейчас. — Зато это будет так романтично — умереть в один день… Парень подается вперед, продолжая томно шептать: — Только представьте себе это — мы вдвоём держимся за руки или даже целуемся, пока эти двое пытаются убить нас… Разве это не романтично? — Ты придурок, — Леви снова затягивается. — Но ведь Вам нравится? Леви снова выдыхает дым Эрену в лицо, все еще держа его подбородок. Парень чуть откашливается от неожиданности и хрипло говорит: — Может хватит уже? — Я прекращу, когда ты перестанешь надоедать мне своими тупыми подкатами. — Что, настолько плохо? Леви наклоняется еще ближе, хотя куда уж еще ближе — они почти стукаются носами, — отыскивает клубнику, берет одну ягоду и быстро засовывает ее в приоткрытый рот парня. — Может хоть так немного помолчишь. Эрен усмехается и откусывает кусок, готовый продолжить бесцельную словесную перепалку, когда дверь в комнату открывается, и в проеме появляется светловолосая голова виновницы торжества. — Ох, прошу прощения за… Вмешательство, но мой отец попросил вас, господа, — Хистория обращается к охранникам, — прийти в его кабинет, ему нужно поговорить с вами. — Вы уверены, мисс? — Один из охранников косится на Эрена и Леви, смотрящих на них и Хисторию. — Да. Охранники молча уходят, кивнув друг другу. Хистория нервно поправляет платье, закрывает дверь на защёлку, предварительно проверив присутвие других людей вокруг, и идет к столу. Она садится на стул, оперевшись головой о руку, и вымученно выдыхает. — И что же вы все здесь делаете? — она устало смотрит на них, — я видела Эрвина и Ханджи на балконе. — Хистория, твой отец замешан в продаже наркотиков, ты же знаешь? — Ты думаешь, что я настолько глупая, Эрен? — Она сердито цедит сквозь зубы, сощурившись. Леви довольно отмечает, как Эрен сразу стушевался, и проявился тот давно исчезнувший вечно смущающийся пятнадцатилетка. — Не слушай этого идиота, Хистория. — Леви еле сдерживает себя, чтобы не дать подзатыльник парню, — сы здесь, чтобы приглядывать за тобой. И, если получится, убить Рода Рейсса. Девушка переводит взгляд с Леви куда-то в пол. Её глаза чуть влажнеют, и она хрипло, сдерживая слёзы, говорит: — Это из-за Имир? Она же была частью группировки, как и я… — И из-за неё тоже. — Эрен кладёт руку на плечо девушки, — столько людей умерли в ужасных мучениях из-за наркотика, который продаёт твой отец… Я не знаю, что ты сейчас чувствуешь, но из-за Рейсса умерла твоя девушка… — Ты прав, что ничего не знаешь. — Хистория шмыгает носом, чуть протирая глаза, — мы собирались пожениться, как только мне исполнится восемнадцать, но появился мой отец и его люди… — она вскидывает голову и смотрит прямо в глаза Леви: — Я хочу убить его сама, сэр. Он должен ответить за все те смерти, что причинил. Леви молчит. Эрен смотрит на него, пытаясь понять, что сейчас происходит в голове у Аккермана. — Тц, Эрвин же убьет меня, если ты сделаешь это, но иногда месть — единственное способ пережить потерю близкого… Леви задумчиво смотрит на Хисторию: — Я решил, — тушит наполовину выкуренную сигарету , — Хистория, ты убьешь Рода Рейсса собственными руками и отомстишь за смерть Имир. Поняла? — Да, сэр.