Верующий

      − Ну же, Трикс, − кричит Хлоя из кухни. – Мы опаздываем!              − Сейчас! – отвечает Трикси из комнаты наверху. – Ищу носки!              Хлоя замирает. «Ищу носки» означает, что, скорее всего, она роется в постиранной одежде, которую Хлоя только что закончила складывать. Надо было просто оставить ее в сушилке, а теперь придется вернуть все назад, чтобы избавиться от складок.              Она закручивает крышку бутылки с водой для Трикси и снова застывает на месте. Вот дерьмо. На этой неделе ее очередь приносить еду для перекуса после игры? Она срывает с холодильника расписание, сверяется с календарем и облегченно вздыхает. До следующей недели пронесло. Завтра надо будет пройтись по магазинам, чтобы пополнить запасы и не заниматься этим в последний момент. Может, Люцифер составит ей компанию, если она пообещает купить ему чипсов.              Раздается топот шагов Трикси на лестнице, и вот уже она влетает на кухню, одетая в футбольную форму.              – Готово!              – Сумку собрала? – спрашивает Хлоя, поворачиваясь к ней.              – Да, – кивает Трикси.              – Наколенники и носки?              – Да.              – Шипы на подошвы?              − Да.              – Запасной свитер?              Трикси морщится.              Хлоя открывает рот, но не успевает ничего сказать, так как ее прерывает стук в дверь.              – Можно я открою? – спрашивает Трикси.              – Нет, иди за свитером.              Трикси надувает губы.              – Живо, обезьянка, живо, – подгоняет дочь Хлоя, щекоча ей бока. Трикси заливается смехом, и Хлоя тоже невольно улыбается. Никто не смеется заразительнее ее малышки.              Отправив ее наверх, Хлоя подходит к двери и открывает ее. Она и сама не знала, кого ожидать, но уж точно не Мэйз.              – Привет, Деккер, – улыбается ей Мэйз.              – Нет, – вместо приветствия говорит Хлоя, порываясь захлопнуть дверь у нее перед носом, но та не дает ей этого сделать, просунув в щель ногу в ботфортах.              – Погоди.              – Уходи, Мэйз.              – Нет, мне надо с тобой поговорить.              – Здесь Трикси, – говорит Хлоя, ступая в образовавшееся пространство между дверью и косяком. – Уверена, Майкл послал тебя запугать, или избить меня, или что там еще входит в его глупый грандиозный план, но не делай этого на глазах у моего ребенка. Она этого не заслуживает.              Мэйз нахмуривает идеально очерченные брови.              – Майкл?              – Да, Майкл. Я в курсе, что ты предала Люцифера, чтобы помочь ему, что, кстати, просто из ряда вон. Знаю, ваши с Люцифером отношения неидеальны, но Майкл? Серьезно, Мэйз?              На лице Мэйз на миг отражается какая-то неопределенная эмоция, но Хлоя затрудняется точно сказать, какая именно: вина, стыд или удивление.              – Слушай, могу я зайти на минуту? Мне нужно кое-что тебе сказать, а твои соседи, наверно, подслушивают.              – Нет.              Неожиданно для Хлои дверь распахивается, и Трикси протискивается мимо нее на порог.              – Мэйз! – восторженно кричит она и бросается к Мэйз, которая наклоняется, чтобы ее подхватить. Мэйз крепко обнимает Трикси с искренней улыбкой на губах, а потом ставит ее обратно на землю и слегка дергает за хвостик.              – Привет, маленький человек.              – Ты придешь посмотреть на мою игру?              – Когда? – спрашивает Мэйз одновременно с Хлоей, заявившей: – Нет, у Мэйз другие планы.              Улыбка сползает с лица Мэйз, и воцаряется неловкое молчание.              Трикси разворачивается к Хлое и изображает максимально жалобное выражение.              – Можно Мэйз придет ко мне на игру, мамочка? Пожалуйста?              – Последний раз, когда Мэйз приходила на игру, она грозилась задушить судью свистком, – замечает Хлоя.              – Ну, если бы он судил честно, мне бы не пришлось этого делать, – защищаясь, возражает Мэйз. – Он явно был предвзят к Трикс. Ему повезло, что я не подкараулила его на парковке.              – Ты и подкараулила, – окидывает ее сердитым взглядом Хлоя.              – Но я его и пальцем не тронула.              – Конечно, он кричал, потому что ему вдруг этого захотелось.              Мэйз лишь усмехается в ответ.              Трикси улыбается Мэйз с выражением неприкрытого обожания на лице и снова поворачивается к Хлое.              – Пожалуйста, мамочка?              – Малышка… – вздыхает Хлоя.              – Эй, Трикс, можешь дать нам с мамой поговорить наедине минутку? – спрашивает Мэйз, прежде чем Хлоя успевает придумать хорошее оправдание, чтобы отказать дочери. – Нарисуй мне пока картину.              – Ладно! – отвечает Трикси и уносится обратно в дом, словно торнадо с хвостиками.              – Могу я теперь войти? – спрашивает Мэйз. – Я здесь не из-за Майкла.              Хлоя поджимает губы, раздумывая над ответом.              Мэйз закатывает глаза и тяжело вздыхает, как обычно перед каким-то крайне неприятным ей действием.              – Пожалуйста? – добавляет она.              Хлоя вздыхает, но отходит в сторону и жестом предлагает ей зайти.              Мэйз триумфально усмехается и проходит мимо нее в дом. Хлоя закрывает за ней дверь и направляется на кухню.              – Откуда эспрессо-машина? – следуя за ней, спрашивает Мэйз.              – От Люцифера, – отрывисто бросает Хлоя, потому что более развернутый ответ и не требуется. Она достает из посудного шкафа пачку крекеров – Трикси захочет перекусить по дороге на игру, а Хлоя понятия не имеет, будет ли еда на вечеринке по случае проводов на пенсию – и затем подходит к холодильнику. Достав из него детскую бутылку спортивного напитка, она снова оборачивается к Мэйз.              – Так чего ты хочешь? – спрашивает она.              Мэйз какое-то время нервно теребит кожаную куртку, а потом делает глубокий вдох и вздергивает подбородок.              – Я хочу извиниться.              Хлоя ошарашенно смотрит на нее. На это она никак не рассчитывала.              – Ты хочешь извиниться? – повторяет она для большей ясности.              Мэйз прищуривается.              – Ага. Ну, знаешь, типичное неловкое извинение демона, которое мне так хреново удается.              Хлоя поджимает губы. Вероятно, она заслужила эту насмешку.              – Почему ты извиняешься передо мной? Ты не меня предала, – уточняет она, отставляя напиток.              Мэйз вздыхает.              – Ну, я пробовала принести извинения Люциферу, но он сказал, что не примет их, пока я не извинюсь перед тобой.              – Почему? – недоумевает Хлоя.              – Да кто его знает, – закатывает глаза Мэйз. – Он начал распаляться о божественном безумии и об оставляемом после себя разрушении. И что-то там еще насчет комнаты для улик? Безумно даже по его меркам.              – Но ты все-таки пришла сюда, – резюмирует Хлоя, складывая руки на груди.              – Ну да. Линда сказала, что мне надо загладить вину перед Аменадиэлем и Люцифером, если я хочу и дальше общаться с ней и крошечным человечком, а Люцифер не позволит мне загладить вину, пока я не извинюсь перед тобой, поэтому я здесь.              – Ты все еще работаешь с Майклом?              – Нет.              – Он дал тебе душу?              – Люцифер тебе сказал? – удивленно моргает Мэйз, но потом поднимает руку прежде, чем Хлоя успевает хоть слово вставить. – Знаешь, не отвечай. Разумеется, сказал. – Она упирается взглядом в пол с выражением отвращения на лице и бормочет: – Гребаные родственные души.              Хлоя не знает, что на это можно ответить, поэтому предпочитает промолчать.              Мэйз еще какое-то время изучает собственные сапоги, прежде чем вновь поднимает глаза на Хлою.              – Майкл солгал: он не может дать мне душу. Никто не может – я демон, и рассчитывать мне не на что. Точка.              – Ты уверена, что не ошибаешься? – хмурится Хлоя.              – Я определенно демон, Деккер. Хочешь увидеть мое лицо?              – Нет, я… погоди, у тебя есть другое лицо? Как у Люцифера?              – Ты мне скажи.              Лицо Мэйз меняется, и внезапно Хлоя смотрит на…              – Боже мой, – выдыхает она.              – Бог к этому никакого отношения не имеет, – фыркает Мэйз, и в следующую секунду ее демоническое лицо исчезает. Мэйз снова становится привычной Мэйз.              Хлоя просто пялится на нее с широко открытым от удивления ртом.              – Твоя дочь гораздо лучше это восприняла, – скучающим тоном заявляет Мэйз, переводя взгляд на свои ногти.              Хлоя чуть язык не проглатывает.              – Ты показывала это Трикси?              Мэйз пожимает плечами. Она не выглядит даже слегка пристыженной, и Хлоя никак не может решить, чего ей хочется больше – раздраженно накричать на Мэйз или запустить ей в голову бутылку.              – Ладно, – вместо этого произносит она, – мы поговорим о том, что ты показала это моей дочери позже. Но я пыталась сказать, что Джон – отец Люцифера – мог бы дать тебе душу. Разве нет?              – Бог? – хмурится Мэйз.              – Да.              – Конечно, – отвечает Мэйз, пожав плечом. – Он же Бог. Но зачем ему это делать?              – А почему бы и нет?              – Э, потому что я – это я? Знаю, ты новичок во всех этих божественных делах, но Бог и демоны не слишком-то ладят.              – Точно, – говорит Хлоя. Об этом она не подумала. Однако Джон знает, какие Люцифер и Мэйз близкие друзья – ну, обычно – верно? И у Мэйз могут быть свои странности, но в ней есть добро – Трикси не полюбила бы ее, будь иначе.              Главный вопрос, впрочем, заключается в том, а зачем вообще Мэйз хочет получить душу? Хлоя подумывает спросить, но знает, что не получит прямого ответа. Она даже не уверена, что он ей нужен. Сегодня она во второй раз услышала, как Мэйз с немалой горечью пробормотала «гребаные родственные души» применительно к ней и Люциферу. К тому же Хлоя помнит, как Мэйз была расстроена из-за Евы. Может, она думает, Ева поэтому ее оставила?              – Ты ведь знаешь, что тебе не нужна душа, чтобы тебя любили? – спрашивает Хлоя.              – Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, Деккер, – сердито косится на нее Мэйз.              Год назад Хлоя, возможно, и замолкла бы под столь грозным взглядом, но не сейчас.              – Да, может, ты и права, – признает она. – Но я все равно считаю, что ты себя недооцениваешь. Может, у тебя и нет души, но ты совершенно точно способна любить. И любой, кто этого не видит – полный идиот.              − Способна любить? – с выражением отвращения на лице переспрашивает Мэйз.              Хлоя закатывает глаза.              − Да брось, Мэйз. Ты здесь, потому что Линда попросила тебя об этом. Потому что ты любишь ее и Чарли и хочешь и дальше быть рядом с ними. И ты очевидно любишь Трикси…              − Я не… − хмуро начинает Мэйз, но когда Хлоя многозначительно вздергивает бровь, больше не пытается это отрицать. – Это не то же самое, − в итоге заявляет она, сложив руки на груди.              − Не то же самое, как что?              − Как у вас с Люцифером. Это не то же самое.              − Может, и нет, − признает Хлоя. – Но то, что у нас есть, началось с тех базовых чувств, которые ты испытываешь к Линде, Трикси и Чарли. И если ты ощущаешь их, то почему бы и не нечто большее? Я хочу сказать, это как… как говорить на другом языке, верно? Гораздо легче выучить французский, если уже знаешь испанский, так как у них общие корни.              − Думаешь, мне надо выучить испанский? – недоумевает Мэйз.              − Нет, я… − вздыхает Хлоя. – Слушай, Мэйз, любовь есть любовь. Ты либо способна на нее, либо нет. И, может, я не всегда понимаю тебя, но я точно знаю, что ты на нее способна. И думаю, что если ты заглянешь вглубь своего сердца, то тоже это поймешь.              После этого Мэйз долго хранит молчание. Хлоя достаточно хорошо знает ее, а потому видит, что ее слова достигли цели, однако не факт, что Мэйз готова это признать.              − Ага, как скажешь, − в конце концов заявляет она, опускает руки и выпрямляется. – Так ты принимаешь мое извинение или нет?              − Да, принимаю, − говорит Хлоя.              − Круто. Попрощайся за меня с маленьким человеком.              С этими словами она разворачивается и быстро направляется к выходу.              − Мэйз, − зовет ее Хлоя, следуя за ней.              − Да? – спрашивает Мэйз, разворачиваясь.              − Я тоже должна перед тобой извиниться. За то, какой ущерб нанесла нашим отношениям. Я не… я не пыталась бросить или оттолкнуть тебя. Дело было не в тебе, а во мне. Однако мне жаль, что я ранила твои чувства.              Мэйз снова складывает руки на груди и упирается взглядом в пол. Судя по ее виду, она чувствует себя крайне некомфортно, однако Хлоя не отступает.              − Слушай, правда в том, что ты вроде как стала моей лучшей подругой, пока мы были напарницами, и я по тебе скучаю. И Трикси тоже. Было бы здорово, если бы ты снова начала к нам заходить. Мы тебя любим, знаешь ли.              При слове «любим» Мэйз резко поднимает на нее глаза и выглядит при этом совершенно потрясенной. Хлоя улыбается, потому что сказала абсолютную правду и не собирается забирать свои слова назад.              − Ага, как скажешь, Деккер, − плоским тоном отвечает Мэйз и, развернувшись, открывает дверь и молча исчезает за ней.        ***              Хлоя никак не предполагала увидеть столько народа на проводах Джона на пенсию, ведь он пробыл на Земле всего неделю. Сколько людей он успел узнать настолько хорошо, чтобы пригласить на столь спонтанную вечеринку?              Явно многих.              Когда Хлоя останавливает машину рядом с парком, адрес которого ей сбросил Люцифер, то поначалу решает, что по соседству, должно быть, проходит другая вечеринка, однако когда они с Трикси подходят к навесу для пикника, она замечает баннер «Хорошего отдыха на пенсии!» и дюжину копов из участка в толпе.              − Ого, − замечает Трикси. – А у папы Люцифера много друзей, да?              − Да, полагаю, что так, − отвечает Хлоя, с удивлением оглядываясь по сторонам.              − Привет, Деккер, − приветствует ее Какузза, подходя к ним и улыбаясь Трикси. – Привет, Трикс.              − Привет! – жизнерадостно отвечает Трикси.              − Ты тоже пришла на?.. – нахмурившись, уточняет Хлоя.              − Вечеринку по поводу выхода на пенсию, − подтверждает Какузза. – Разумеется. Погоди пока увидишь подарок, на который мы все сбросились. Ему точно понравится.              − Вы… что? – снова хмурится Хлоя.              − О, черт, я забыла карточку подписать, − говорит Какузза. – Увидимся позже, Деккер.              Она поспешно уходит, и Хлое остается лишь ошарашенно смотреть ей вслед.              − Мам, раз это вечеринка, будет здесь торт? – спрашивает Трикси.              − Не знаю, малышка, − отвечает Хлоя. – Но у тебя скоро игра, так что тебе, наверное, не стоит…              − Люцифер! – взвизгивает Трикси.              Она устремляется прочь, и, повернув голову в ее сторону, Хлоя видит, как Трикси сталкивается с Люцифером, словно маленький грузовой поезд с хвостиками. Он отшатывается от силы удара и морщится, но потом смотрит на ее макушку с откровенно любящей улыбкой, которая через пару секунд уступает место наигранному раздражению.              − Да, привет, отпрыск, − говорит Люцифер, похлопывая ее по макушке.              − Извини, мы опоздали, − говорит Трикси, задирая голову и по-прежнему не выпуская его из крепких объятий. – Мама повздорила с Мэйз.              Люцифер окидывает Хлою обеспокоенным взглядом.       − Только на словах, − поясняет Хлоя.              Однако Люцифер лишь сильнее хмурится. Положив руки на плечи Трикси, он отлепляет ее от своей ноги, разворачивает в сторону навеса для пикника и наклоняется к ее уху.              − Видишь доктора Линду?              − Угу, − отвечает Трикси.              − Она охраняет торт. Скажи ей, я разрешил тебе взять столько, сколько захочешь.              − Ладно! – выкрикивает Трикси и вприпрыжку бежит в указанном направлении.              − Только один кусочек, Трикс! – выкрикивает ей вслед Хлоя, но Трикси ее игнорирует.              − Ей нельзя есть много сахара перед игрой, Люцифер, − вздыхает Хлоя.              − Доктор не даст ей больше одного куска, − заверяет ее Люцифер, подходя ближе. – Она в хороших руках, детектив.              Вероятно, он прав, но Хлоя все равно провожает дочь взглядом и видит, как Линда перехватывает ее у стола с тортом и направляет к коляске с Чарли – он единственный, кто может отвлечь Трикси от сладостей. Хлоя невольно улыбается при виде широкой улыбки на лице дочери.              Когда она наконец поворачивается к Люциферу, то видит, что он смотрит на нее со смешанным выражением веселья и нежности.              − Привет, − здоровается она.              − Привет, детектив, − улыбается ей он.              Его взгляд задерживается на ее губах, и Хлоя раздумывает о том, как ей поступить. Вокруг них ее коллеги, однако же Люцифер смотрит на ее губы так, как Дэн – на пудинг, и она не целовала его уже пять часов – целую вечность, если подумать.              Так что в итоге Хлоя встает на цыпочки и отрывисто целует его, не давая себе времени передумать. Когда она отстраняется, он выглядит потрясенным.              − Я думал, публичные выражения привязанности строго запрещены, − бормочет он.              − На местах преступлений, − поясняет она, улыбаясь. – А это не оно.              Люцифер явно доволен ее ответом, однако уже в следующую секунду мрачнеет.              − Вполне может им стать, если я еще раз услышу, как кто-нибудь рассыпается в комплиментах старому доброму Джону.              Хлоя сочувственно сжимает его ладонь.              − Мне жаль. – Она обводит взглядом толпу. – Почему тут так много людей?              − Разве не очевидно? – горько сетует Люцифер. – Все они вкусили его божественного света.              Хлоя замечает Джона в пятидесяти метрах от них. Вокруг него собралась группа людей, смотрящих на него так же, как лейтенант Келлер в участке.              − Да, вижу, − хмыкает она.              − Чертовы дураки, − бормочет Люцифер.              Хлоя переводит на него взгляд.              − Знаешь, а ведь это как быть рядом с тобой в толпе.              − Что, прости? – хмуро уточняет Люцифер.              − Ты как магнит, − поясняет Хлоя. – Люди замечают тебя, и остальной мир перестает для них существовать. Так что я понимаю, что ты чувствуешь.              Люцифер еще сильнее морщит лоб.              − Что ж, ты для меня всегда существуешь, детектив, − размер толпы и ее состав при этом совершенно не важен. Я бы заметил тебя даже в аэропорту в выходной день.              Хлоя удивленно моргает. Она не напрашивалась на комплимент, но…              − Правда?              − Ну разумеется, − отвечает он. – Все, что мне нужно, − это объявить по системе громкой связи, что *NSYNC воссоединяются, и подождать твоего оглушительного радостного вопля.              − Никто не разрушает момент лучше тебя, Люцифер, − вздыхает Хлоя.              − О, большое спасибо, дорогая, − ухмыляется он.              Хлоя закатывает глаза.        ***              Когда им уже пора уходить, Хлоя не может найти дочь.              Трикси нет ни рядом с тортом, ни с Чарли. Ни Линда, ни Аменадиэль ее не видели, и Хлоя уже начинает беспокоиться, когда вдруг замечает Трикси на краю пруда под огромным деревом в компании Джона.              Хлоя направляется к ним. Она вовсе не намеревается подслушивать, но когда оказывается в пределах слышимости, то замедляет шаги при звуке голоса Трикси.              − … думаю, это было бы классно.              − Согласен, − улыбается ей Джон. – То, что я не наделил собак возможностью дышать огнем, было огромным упущением с моей стороны. Мне следовало проконсультироваться с тобой перед тем, как их создавать.              Трикси кивает с серьезным видом.              − Ничего. Мамочка говорит, что все совершают ошибки, и важно только то, что мы делаем после их совершения. Так что в следующий раз просто отправьте мне сообщение.              Хлоя закрывает рот рукой, чтобы не рассмеяться.              − Твоя мать очень мудрая женщина, − замечает Джон, снова улыбаясь.              − Ага, − соглашается Трикси, смотря на пруд. – Она хорошая мама. Некоторые мои друзья в школе завидуют мне, потому что она круче их мам.              − Она очень крутая, − соглашается Джон.              Хлоя улыбается. Ей бы следовало дать им знать о своем присутствии, но что-то ее удерживает.              Джон смотрит на Трикси, тогда как она смотрит вдаль.              − Ты еще о чем-то хотела бы меня спросить, Трикси? – тихо спрашивает он. – Я чувствую, что ты чего-то не договариваешь.              Трикси опускает глаза.              − Это не совсем вопрос.              − А что тогда?              − Мэйз говорит, что Люцифер выполняет просьбы людей. Вы тоже это делаете?              − Иногда. Чего ты хочешь?              Трикси переводит на него взгляд.              − Мама была очень грустной, когда Люцифера не было рядом. Она пыталась притвориться, что все в порядке, ради меня, но я знала, что это не так. Однажды я видела, как она плакала, думая, что я сплю. Так что после этого я старалась ложиться вместе с ней, чтобы ей не было так одиноко.              У Хлои ком встает в горле. Трикси действительно часто спала с ней после того, как Люцифер оставил ее. Она говорила, что у нее кошмары. Хлое и в голову не пришло, что она делает это для нее.              − Это было очень мило с твоей стороны, − замечает Джон с улыбкой.              Трикси пожимает плечами.              − Она всегда поднимает мне настроение, когда мне грустно. Я тоже хотела поднять ей настроение.              − Но сейчас ведь она не грустит, верно? Должно быть, она очень счастлива теперь, когда Люцифер вернулся.              Трикси кивает.              − Ага. И он тоже счастлив. Папа говорит, они влюблены.              − Ты согласна?              − О да. Мама постоянно улыбается, а Люцифер с нее глаз не сводит. И как-то я застукала их целующимися. Мама покраснела как рак.              Хлоя уверена, что сейчас ее лицо не менее красное.              − И ты не против того, что они целуются? – спрашивает Джон.              − Конечно, нет, − отвечает Трикси. – Мне нравится Люцифер, он самый лучший.              − Да, это так, − соглашается Джон.              Хлоя удивленно приподнимает брови. Хорошо, что с ней нет Люцифера, ведь он бы не смог промолчать после такого заявления отца.              Трикси разворачивается к Джону.              − Так вы позволите ему остаться с нами?              Джон переводит на нее взгляд.              − Ты меня об этом хотела попросить?              − Ага, − подтверждает Трикси. – Я хочу, чтобы он остался навсегда, и мама больше никогда не грустила.              − Навсегда?              − Ага. Я хочу, чтобы он переехал к нам жить, а потом бы они поженились и устроили пышную свадьбу с огромным тортом, а потом у меня бы появился маленький брат, как Чарли.              Хлоя давится воздухом и кашляет. Джон с Трикси поворачиваются на звук.              − Привет, мамочка, − говорит Трикси.              − Привет, обезьянка, − отзывается Хлоя, подходя к ним. – Привет, Джон.              Джон понимающе ей улыбается, и Хлоя осознает, что он знает о ее подслушивании.              − Привет, Хлоя, − отвечает он.              − Нам пора, Трикс, − говорит она, смотря на дочь. – Попрощайся с Джоном.              Трикси порывисто обнимает его.              − До свидания, Джон. Не скучайте на пенсии.              Джон обнимает ее в ответ.              − Спасибо, Трикси. Приятно было познакомиться.              Трикси склоняет голову набок и смотрит на него снизу вверх.              − Вы подумаете о том, что я сказала?              − Разумеется. Даю слово, − улыбается ей Джон.              Трикси широко улыбается.              − Класс. – Она выпускает его из объятий и подбегает к Хлое. – Я хочу попрощаться с Чарли!              Хлоя провожает ее взглядом и разворачивается обратно к Джону.              − Надеюсь, она не сильно докучала вам разговорами.              − Вовсе нет, − улыбается он. – Хотя меня никогда раньше не просили поместить жирафов на Марс.              Хлоя смеется.              − Да, она им очень увлечена. Пару лет назад мы посмотрели о нем документальный фильм, и, похоже, он прочно засел у нее в голове.              Улыбка Джона становится только шире.              − Она удивительный ребенок, Хлоя. Ты должна гордиться ею.              И, как по заказу, Хлоя действительно ощущает прилив гордости.              − Спасибо, я горжусь, − благодарит она и указывает на парковку поблизости. – У нее скоро футбольный матч, так что нам пора. Поздравляю с выходом на пенсию.              − Спасибо. И спасибо, что пришли.              − Не за что. А вы… Люцифер говорил, вы хотите посетить его маму. Вы скоро отбываете туда?              − Этим вечером, − кивает Джон.              − Ладно, тогда, на случай, если мы больше не увидимся, приятно было познакомиться. Безопасного путешествия. – Хлоя хмурит брови. – Хотя какая вам может грозить опасность?              − Спасибо, Хлоя. Для меня было честью познакомиться с тобой.              Хлоя улыбается ему и разворачивается, но останавливается, сделав всего пару шагов. Вряд ли она еще когда-нибудь увидит его. Слова Трикси «Я хочу, чтобы он остался навсегда» эхом отзываются у нее в голове, и внезапно ей хочется попросить о том же.              Когда она поворачивается обратно, Джон не выглядит удивленным. Вообще-то, кажется, что он ожидал от нее этого, как и ее дальнейших слов. И она их произносит.              − Я тоже этого хочу.              − Хочешь чего? – склонив голову набок, уточняет Джон.              − Чтобы Люцифер остался. – Она сглатывает, ощущая внезапный прилив страха, но потом решительно трясет головой. – Пожалуйста, не забирайте его у меня снова.              Джон какое-то время молча всматривается в нее, и Хлое кажется, будто она стоит на краю пропасти и не знает, толкнут ли ее вниз или оттащат назад. И выяснить это у нее не получается.              − Мам, − зовет Трикси, беря Хлою за руку. – Люцифер тебя ищет. Он хочет попрощаться.              − Хорошо, идем, − улыбается дочери Хлоя.        ***              Мэйз присутствует на игре Трикси.              Хлоя не сразу ее замечает. Они опаздывают, как всегда, так что Хлоя высаживает Трикси и отправляется искать парковочное место. Позже, направляясь к полю, она высматривает среди бегающих по нему детей дочь и, быстро заметив хвостики Трикси, улыбается.              Может, она предвзята, но никому они так не идут, как ее малышке.              Она переключает внимание на боковую линию, надеясь, что сборище мамаш не заметит ее и не набросится, словно стая пираний в леггинсах, чьей единственной целью в жизни как будто бы является выяснение того, почему она пропустила последний сбор средств для команды. Может, если бы она сказала им правду, они бы от нее отстали. «Я гонялась за серийным убийцей, который вырезал своим жертвам голосовые связки. Но ты права, Беки, мне надо было позволить ему расхаживать на свободе немного дольше, чтобы я могла перемывать кости маме Ханны, которая вечно забывает принести безглютеновые кексы».              Она без труда обнаруживает этих самых мамаш – в последнее время у них вошла в моду спортивная одежда с неоновыми вставками, – но они ее не замечают. Они собрались в кучу и явно пялятся на кого-то другого. Проследив за их взглядами, Хлоя видит женщину в кожаных штанах и ботфортах, одиноко стоящую на боковой линии.              Мэйз.              Хлоя подходит к ней.              − Привет, Мэйз.              − Привет, Деккер. – Не сводя глаз с Трикси, она протягивает Хлое пластиковый стаканчик. – Принесла тебе кофе.              Хлоя переводит удивленный взгляд на стакан. Не то чтобы Мэйз никогда не приносила ей кофе – она частенько это делала, когда они работали вместе – но Хлоя не ожидала этого от нее сегодня. Черт, она даже не ожидала, что Мэйз появится, учитывая внезапность ее ухода.              − Спасибо, − благодарит Хлоя, забирая у нее кофе, но не торопится его пить. Если судить по прошлому опыту, то велика вероятность, что в стакане больше алкоголя, чем кофе. Впрочем, сегодня суббота, у нее выходной, и ей, возможно, придется иметь дело с мамашами-пираньями, так что, может, немного спиртного не повредит.              Она подносит стакан ко рту и ощущает на языке знакомый вкус эспрессо и карамели – без спиртного. Хлоя переводит взгляд на Мэйз, которая продолжает упорно ее игнорировать. Поджав губы, чтобы сдержать улыбку, Хлоя вновь смотрит на поле – она практически уверена, что Мэйз только что сказала, что тоже ее любит.              Какое-то время они стоят молча, пока Мэйз не говорит:       − Что думаешь насчет тренера чужой команды?              Хлоя смотрит через все поле на высокого, хорошо сложенного парня на боковой линии команды-соперника. Вся его рука испещрена татуировками.              − Ничего, я его раньше не видела. А что?              − Выглядит подозрительно.              − Подозрительно? – вопросительно вздергивает бровь Хлоя.              − Ага, − отвечает Мэйз, медленно скользя взглядом по телу мужчины. – Думаю, мне придется трахнуть его, чтобы это проверить.              − Гадость, − морщит нос Хлоя, и Мэйз наконец улыбается.        ***              Хлоя попивает чай и читает книгу, когда ее телефон издает гудение.              Она вслепую шарит в складках одеяла, укрывающего ее ноги, в поисках телефона, не отрывая глаз от страницы. В итоге нащупав его, она переводит взгляд на экран, на котором отражается сообщение от Люцифера.              «Спишь?»              Хлоя фыркает. Она чуть было не спрашивает, не ради ли секса по телефону он ей пишет, но подумав, что именно этого он, возможно, и добивается, передумывает. Бросив взгляд на часы, она печатает в ответ:       «Сейчас всего восемь вечера».              «И чем ты занимаешься столь ранним вечером, детектив?» - почти мгновенно отвечает он.              Хлоя улыбается и, наклонив телефон под нужным углом, делает снимок книги у себя на коленях и чашки чая на кофейном столике и пересылает ему.              «Сексуально», - пишет он в ответ.              «Не смейся».              «И не думал». На экране мигает многоточие, превращающееся затем в следующее сообщение: «Приезжай в Люкс».              «Разве у тебя там не вечерника в самом разгаре?» - печатает она в ответ.              Он отвечает так быстро, что она успевает лишь удивленно моргнуть. «Хочу тебя видеть». Снова появляется многоточие, и почти сразу за ним одно-единственное слово: «Пожалуйста».              Хлоя снова удивленно моргает. Она и не помнит, когда последний раз Люцифер говорил «пожалуйста». С минуту мучительно поразмышляв над ответом, она быстро печатает:       «Скоро буду».              Люцифер выдает серию эмоджи, которые, вероятно, что-то значат для него, но для нее представляются полнейшей бессмыслицей. Впрочем, огромное количество сердечек заставляет ее улыбнуться.              И тут она осознает, что только что пообещала встретиться со своим чрезвычайно привлекательным бойфрендом в самом горячем клубе Лос-Анджелеса, при том что на ней надета толстовка с логотипом Lakers с застарелыми пятнами от мороженого.              Сорок минут спустя после душа, легкой завивки волос и нанесения макияжа, она стоит у шкафа, уперев руки в бока, и ругается про себя. Ей нечего надеть. Она снова перерывает свой гардероб, уже подумывая о том, чтобы позвонить Мэйз и попросить позаимствовать что-нибудь из ее вещей, но вдруг натыкается на платье, которое выбрала Трикси перед семейным ужином.              В памяти всплывает голос Люцифера.              «Единственный мужчина, для которого ты наденешь это платье – это я».              Она присматривается к платью и в конце концов набирается смелости его надеть. Сорвав его с вешалки, Хлоя начинает рыться в коробках с обувью, пока не находит черные босоножки на высоких каблуках, наверняка принадлежащие Мэйз. Она надевает и то, и другое, не дав себе времени передумать.              Всю дорогу до «Люкса» Хлоя терзается сомнениями. Она детектив убойного отдела и разведенная мать, которая любит читать книги и пить чай субботними вечерами. Какого черта она делает в этом платье и этих туфлях на пути в ночной клуб? Она спятила?              Определенно спятила.              «Хочу тебя видеть. Пожалуйста».       Она паркуется на привычном месте позади машины Люцифера и с напускной уверенностью быстро шагает ко входу. Когда она приближается, то обнаруживает в дверях Рика и Джейка. На тротуаре растянулась самая длинная из виденных ею тут очередей.              Джейк замечает ее первым и комично широко раскрывает рот.              − Детектив Деккер, − выдавливает он из себя, словно ему трудно говорить. Его взгляд скользит по ее ногам, задерживается на груди и наконец достигает глаз. – Вы выглядите….              Рик отвешивает ему оплеуху по затылку.              − Не вздумай закончить это предложение.              Джейк вскрикивает и потирает ушибленное место.              − Детектив, − приветствует Рик, слегка кланяясь ей, и Хлоя улыбается в ответ.              − Привет, Рик.              − Босс вас ожидает. – Он подмигивает ей, отодвигая бархатную ленту. – Потрясающе выглядите.              − Эй, а почему ты… − возмущенно начинает Джейк, но когда Рик окидывает его суровым взглядом, мгновенно затыкается.              − Развлекайтесь, − говорит Рик Хлое.              − Веди себя прилично, − отвечает она.              − Я подумаю над этим, − усмехается он.              Рассмеявшись, Хлоя заходит в клуб и минует с полдюжины других знакомых сотрудников по пути в главный зал. Все они улыбаются в знак приветствия, но никто не называет ее по имени, и Хлоя невольно задается вопросом, а не запугал ли их Рик так же, как Джейка.              Когда она наконец добирается до основной части клуба, то спускается на один лестничный пролет и останавливается на площадке над будкой диджея. Хлоя кладет руки на перила и осматривает толпу внизу. Танцпол забит до отказа – люди на нем изгибаются в ритм песни, которую Хлоя не узнает. Она ищет глазами Люцифера, но среди них его нет. Переведя взгляд в сторону бара, она наконец его находит.              Он опирается на стойку со стаканом в руке. На нем превосходно скроенный серый костюм-тройка, удачно подчеркивающий его мускулистую грудь и широкие плечи, с рубашкой темно-синего цвета и идеально сложенным нагрудным платком стильного сочетания синего и черного.              Он выглядит чертовски привлекательно.              Вокруг него крутится с полдюжины женщин. Они все молодые, красивые и весьма откровенно одетые. Люцифер что-то оживленно рассказывает, отчего все они смеются. Одна из девушек касается руки Люцифера, и Хлою охватывает приступ ревности, но только на миг: он аккуратно высвобождает руку и отодвигается подальше от своей поклонницы. Люцифер так ловко это проделывает, что никто ничего не замечает.              Кроме Хлои, которую его маневр заставляет улыбнуться.              Люцифер вдруг переводит взгляд на лестницу, словно почувствовав обращенную ему улыбку, и замирает, не донеся стакан до рта. Он медленно осматривает ее с ног до головы, и когда их глаза встречаются, выражение его лица вызывает у нее почти болезненное желание.              Он приподнимает брови и наклоняет голову в знак приветствия. Она так хорошо его знает, что практически слышит его голос у себя голове «Ты надела мое платье, детектив». Подернув плечом, Хлоя улыбается ему в ответ, и Люцифер ухмыляется.              Он ставит стакан на барную стойку и молча направляется к Хлое, оставив позади группку женщин. Они непонимающе смотрят ему вслед, но он даже не оглядывается. Хлоя наблюдает за тем, как он лавирует в толпе, обходя по крайней мере пятерых человек, пытающихся привлечь его внимание, и при этом ни на мгновение не сводя с нее глаз. Он перескакивает через две ступени за раз, и, отойдя от перил, Хлоя встречает его у самой верхней.              − Привет, − здоровается она, когда он наконец до нее добирается.              Люцифер не отвечает. Вместо этого он обвивает ее одной рукой за талию, второй касаясь ее щеки, и резко привлекает к себе. Хлоя упирается ему в грудь, и вот уже он накрывает ее рот своим и неистово целует.              Желание вспыхивает в ней с новой силой. Люцифер на одну ступеньку ниже ее, и к тому же она на каблуках, поэтому в кои-то веки выше его. Воспользовавшись этим преимуществом, Хлоя обхватывает его руками за шею и запускает пальцы в волосы у него на макушке. Его ладонь перемещается с ее талии на обнаженную кожу спины, скользя вдоль позвоночника. Она теплая на ощупь, однако Хлоя дрожит, выгибается и еще сильнее прижимается к нему. Люцифер улыбается, не прерывая поцелуя.              Она понятия не имеет, как долго они так стоят, обжимаясь, словно подростки, на виду у всего клуба, но ее это не слишком волнует. Ей крайне трудно сосредоточиться, когда его язык оказывается у нее во рту, ладонь перемещается опасно близко к ее заднице, и к тому же она физически ощущает его все возрастающий интерес.              В конце концов кто-то сталкивается с ними, спускаясь по лестнице, и им приходится прервать поцелуй. Люцифер раздраженно фыркает и бросает сердитый взгляд через плечо, и, все же вспомнив, где они находятся и сколько вокруг людей, Хлоя отодвигается. Она облизывается, чувствуя вкус виски на губах, и испускает судорожный вздох.              Люцифер оборачивается обратно к ней, когда она убирает руки с его шеи. Раздражение на его лице исчезает без следа, и, поймав ее ладони в свои, он наклоняется вперед.              − Детектив, − начинает он, но не заканчивает свою мысль. Какое-то время они не сводят друг с друга глаз. Люцифер поглаживает большими пальцами тыльные стороны ее ладоней, и напряжение между ними вновь достигает критической точки.              − Чертовски крутая вечеринка, − бормочет Хлоя, пытаясь найти какую-нибудь нейтральную тему для разговора, которая отвлекла бы ее от мыслей о том, как ей хочется, чтобы он снял с нее это платье. – Понятно, почему это самый горячий клуб Лос-Анджелеса.              Люцифер не отвечает. Его взгляд скользит по ее лицу, а потом он вдруг устремляется вперед и тянет ее за собой.              − Люцифер, куда мы идем? − удивленно восклицает она, едва поспевая за ним.              Он либо не слышит ее, либо предпочитает не отвечать. Он просто молча тянет ее за собой оставшийся лестничный пролет, полностью игнорируя по крайней мере троих людей, приветствующих его по пути. Когда они добираются до вершины лестницы, она хватает его за руку свободной рукой.              − Куда мы идем?              − Наверх.              Хлоя недоумевающе хмурится, когда он ведет ее по коридору к лифту, ведущему в его пентхаус.              − Но что насчет вечеринки?              Вместо ответа Люцифер безостановочно жмет на кнопку вызова лифта.              − Ползет как чертова улитка, − бормочет он, когда двери не открываются в ту же секунду.              − Люцифер, − зовет Хлоя, сжимая его ладонь. – Тебе не нужно…              Он разворачивается к ней и целует, не дав закончить мысль, и Хлоя инстинктивно обвивает его руками за шею. Это уже становится рефлексом – он целует ее так, словно это его чертова работа, и ей не остается ничего иного, кроме как целовать его в ответ. Когда Люцифер кладет ладонь ей на поясницу и запускает язык ей в рот, все мысли испаряются у нее из головы. Она тут же забывает, что пыталась сказать.              Вторая его рука скользит вниз по ее шее и сжимает грудь. В коридоре больше никого нет, но они посреди битком набитого ночного клуба вечером субботы, так что любой проходящий мимо посетитель может их увидеть. Обычно Хлоя не из тех, кто позволяет ощупывать себя в людных местах, но сегодня ей совершенно на это наплевать.              Волна дрожи проходит вниз по ее спине, и она выгибается, стремясь усилить контакт с его рукой. Она берет его лицо в ладони, и он углубляет поцелуй, одновременно подталкивая ее назад. Хлоя натыкается спиной на стену напротив лифта, и Люцифер пригвождает ее к месту всем своим телом.              Он принимается прокладывать дорожку из поцелуев вдоль ее скулы и вниз по шее. Хлоя запрокидывает голову и, когда Люцифер начинает посасывать пульсирующую жилку, судорожно вздыхает, ощущая нечто среднее между удовольствием и болью. Он определенно оставит на ее шее засос, но и это ее тоже нисколько не волнует.              − Если ты думаешь, − шепчет Люцифер ей на ухо, поглаживая изгибы ее тела, − что я останусь на этой чертовой вечеринке, когда ты в этом платье, – он обхватывает ее левое бедро и, резко закидывая ее ногу себе на бедро, толкает вперед. Между ними достаточно слоев одежды, но она все равно судорожно втягивает воздух, – то ты ошибаешься, − заканчивает он.              Люцифер проводит ладонью вдоль ее бедра и запускает ее под платье. Его губы обжигают ей шею огнем. Пульсация у нее между ног становится почти нестерпимой. Он снова вращает бедрами, довольно ощутимо покусывая ее шею, и его отчаянное желание… возбуждает ее. Чертовски возбуждает.              − Трахни меня, − шепчет она.              − Таков мой план, дорогая, − усмехается Люцифер, ни на миг не отрываясь от ее кожи, и она стонет в ответ. – Лифт прибыл, − бормочет он ей на ухо и, опустив ее ногу, обнимает рукой за талию и тянет за собой в кабину.              Двери еще не полностью закрываются, а она уже карабкается на него, как на дерево, впиваясь ногтями в плечи. Он пригвождает ее к стене и целует так, словно ему больше никогда не представится шанса. Не прошло и суток с тех пор, как они в последний раз этим занимались, но это время кажется ей вечностью. Как она сумела пережить этот день и даже не попыталась сорвать с него одежду? Как она обходилась недели, месяцы, годы без того, чтобы зацеловать его до бесчувствия и позволить ему прикасаться к ней везде, где он пожелает, вот как сейчас?              Когда лифт наконец останавливается на верхнем этаже, платье уже собралось вокруг ее талии, а сама Хлоя цепляется за Люцифера, обхватив его ногами и упираясь пятками в туфлях на высоченных шпильках в заднюю часть его бедер. Он ступает внутрь, и, как она полагает, несет ее в спальню, однако вместо этого сажает на пианино.              Она чуть отодвигается и недоумевающе хмурится.              − Что?..              Он усмехается в ответ.              − Самое время воплотить в жизнь одну мою фантазию.              Хлоя так сильно его хочет, что просто не способна мыслить здраво, так что даже не понимает, о чем он говорит, пока Люцифер не запускает руку ей между ног и не начинает поглаживать, отодвинув в сторону кружево трусиков.              − Люцифер, − выдыхает она, инстинктивно дернув бедрами и вцепившись одной рукой в его плечо для равновесия, второй упирается в пианино позади себя. Оно прохладное на ощупь. Краем глаза Хлоя видит огни Лос-Анджелеса, мерцающие в темноте. Она не слышит музыки внизу – только звук своего прерывистого дыхания в ответ на движения его пальцев.              − Пододвинься ближе, дорогая, − бормочет Люцифер. Она подчиняется и когда оказывается на самом краю пианино, он запускает внутрь нее палец и чуть сгибает его – именно так, как ей того хочется.              Хлоя запрокидывает голову и издает смущающий, преисполненный отчаяния звук. Она никогда – никогда – никого так сильно не хотела. Ей кажется, что все ее тело вот-вот воспламенится.              − О, даже лучше, чем я представлял, − шепчет Люцифер с благоговением в голосе, искусно двигая пальцами, и она впивается ногтями ему в плечо.              − Когда? – выдыхает она.              − Когда что, дорогая?              − Когда ты это представлял?              − Посмотри на меня.              Хлоя поднимает голову и заглядывает ему в глаза. Ее грудь тяжело вздымается, потому что она почти задыхается от желания. Его глаза потемнели, волосы растрепались – он выглядит как воплощение секса.              − При первой нашей встрече, − говорит Люцифер. – И при каждой последующей.              Он поглаживает ее клитор круговыми движениями, и Хлоя судорожно дергает бедрами и жалобно стонет, однако не отводит взгляд. Его глаза темнеют еще сильнее, и она уже полагает, что сейчас он дарует ей разрядку, но Люцифер неожиданно убирает руку. Хлоя не в силах сдержать разочарованный стон.              − Терпение, детектив, − бормочет он.              Он берется за края ее нижнего белья и тянет его вниз. Она упирается ладонями в пианино, чтобы приподнять бедра и помочь ему снять с нее трусики. Так как платье по-прежнему задрано до самой ее талии, то, вновь опустившись, Хлоя ощущает прохладную поверхность пианино обнаженной кожей.              Люцифер наклоняется вперед и начинает медленно стягивать кружевную ткань с ее ног. Добравшись до туфель, он радостно улыбается.              − О, надо же, − бормочет он, небрежно швырнув трусики через плечо, и поглаживает кожаные ремешки, удерживающие обувь вокруг ее лодыжек. Встретившись с Хлоей взглядом, Люцифер улыбается ей исключительно дьявольской улыбкой. – Думаю, туфли останутся, детектив.              Она точно воспламенится. Его голос напоминает соблазнительное мурлыканье, глаза хищно блестят, и черт побери, она точно самовоспламенится.              − Люцифер, − шепчет Хлоя с требовательными нотками в голосе, однако не озвучивает свое желание, а просто раздвигает для него ноги.              Ему не нужно повторное приглашение. Люцифер облизывается и, наклонившись вперед, касается внутренней стороны ее бедра губами. Затем он пускает в дело язык, пробуя ее на вкус, и в глубине ее естества вспыхивает обжигающее пламя. Она наблюдает за тем, как он медленно проводит губами вверх по ее бедру.              − Ты невероятная, − выдыхает он, не отрываясь от ее кожи.              А затем он устремляется вперед и начинает медленно водить языком у нее между ног. Хлоя запрокидывает голову и закрывает глаза, позволяя себе затеряться в ощущении обжигающе горячего восхождения к забвению.        ***              Майкл посылает сообщение, как только его отец покидает Землю.              «Приступай».              Почти сразу же приходит ответ.              «Готово».        ***              Дэн пьет пиво и смотрит, как Lakers в пух и прах разбивают Warriors, когда внезапно в его памяти всплывают образы Хлои.              Ее свадебное платье. Блестящий бриллиант на ее безымянном пальце с недавно добавившимся к нему простым платиновым кольцом. Ее волосы были зачесаны наверх в элегантную прическу, глаза горели, а улыбка была столь прекрасна, что он позабыл, как дышать, увидев ее в проходе. Он так крепко прижимал ее к себе во время их первого танца на последующем банкете, что она поддразнивала его из-за этого.       «Неужели мы женаты? - шепчет она в его воспоминаниях, покачиваясь вместе с ним в такт музыке. - Я твоя жена».               Внезапно пиво напоминает Дэну по вкусу пепел. Он облажался, и теперь она с Люцифером.              Люцифером, который Дьявол.              Настоящий Дьявол.              Дэн резко садится, забыв об игре. Люцифер Дьявол. Он управляет адом, мучает людей и с самого своего появления привносит в их жизни только хаос. Он причинит Хлое боль. Сейчас он, может, и прилично себя ведет, но Дьявол останется Дьяволом навсегда. Он разобьет ей сердце или угробит ее из-за всей этой божественной хрени, и Трикси придется расти без матери.              Трикси.              Что если он причинит вред Трикси?              Дэн вскакивает. Ему надо найти Хлою.        ***              Пенелопа Деккер спит в номере отеля в Бостоне, уставшая после долгого дня, наполненного раздачей автографов и фотографированием с фанатами-косплеерами, когда ее сны об обнаженном торсе Джорджа Клуни превращаются в сны о ее дочери.              «Мама, - бормочет Хлоя во сне. Она плачет – рыдает, стоя на коленях и упираясь руками в пол, – и Люцифер Морнингстар нависает над ней с горящими глазами и оскаленными в рычании зубами. - Мама, ты мне нужна».               Пенелопа резко просыпается и садится на кровати. Глянув на часы, она обнаруживает, что еще только час ночи. У нее возникает почти непреодолимый порыв встать, поймать такси до аэропорта и полететь в Лос-Анджелес, чтобы как можно быстрее обнять дочь, однако сейчас ночь, а Хлоя ненавидит, когда она объявляется без предупреждения.              В Лос-Анджелесе еще не поздно, так что Пенелопа берет телефон и звонит. После четырех гудков срабатывает голосовая почта.              «Вы звоните детективу Хлое Деккер, - доносится до нее отрывистый деловой голос Хлои. - Я не могу сейчас ответить на звонок, так что оставьте сообщение, и я вам перезвоню».              − Привет, тыковка, − говорит Пенелопа после гудка. – Это мама. Мне только что приснился очень странный сон…              Пенелопа вздыхает и потирает лицо. Ей никак не избавиться от образа Хлои на коленях с нависающей над ней Люцифером, который выглядит как…              Как Дьявол.              − Когда я последний раз говорила с Трикси, она сказала, вы с Люцифером начали встречаться, − говорит Пенелопа, хотя знает, что дочь ненавидит, когда она сует нос в ее личную жизнь. – И я просто… ты уверена, что это хорошая идея, тыковка? Разве он не… опасен?              Пенелопа не знает, что еще сказать, так что просто вздыхает.              − Утром я прилечу в Лос-Анджелес повидаться. Нам надо это обсудить. Позвони, когда получишь это сообщение.              Она прерывает звонок, но желание действовать никуда не пропадает.        ***                    Доктор Линда Мартин пьет вино и улыбается, вспоминая, какими очаровательными были Хлоя с Люцифером на вечеринке, когда внезапно ей в голову приходит мысль о том, а что будет, если Люцифер вернется к своим прежним привычкам?              За эти годы она хорошо его изучила. Она помогла ему стать лучшей версией самого себя, и хотя он далеко не идеален, однако заметно вырос над собой. Она заметила это сегодня, наблюдая за ним с Хлоей. Дьявол, который заботился только о себе, превратился в Дьявола, который заботится о своей напарнице больше, чем о себе.              Но он все еще Дьявол.              А Дьявол опасен.              Линда трясет головой и продолжает пить вино. Нет, это не правда: Люцифер хороший человек, хороший друг. Она отлично его знает и знает, как дорога ему Хлоя. Он никогда не причинит ей вреда. То время, когда он занимался саморазрушением – попутно причиняя боль Хлое – осталось позади. Он вырос над собой.              Но что если она ошибается? Что если он регрессирует? Она видела это на примере других пациентов. Они как будто бы неплохо справлялись и проживали свои жизни максимально счастливо, будучи лучшими версиями самих себя, но потом что-то провоцировало их, и они превращались в шаровой таран, разбивающий все, что они успевали построить, на мелкие кусочки.              Что если Люцифер так же поступит с Хлоей? Он сказал, что его неуязвимость вернулась, и Хлою это как будто не слишком обрадовало. Так что если процесс разрушения уже запущен?              Линда отставляет бокал и делает глубокий вдох. Она серьезно относится к своей работе психолога, но заботится о своих друзьях больше, чем о работе, а Хлоя одна из таких друзей. Если Люцифер регрессирует, то Хлоя должна об этом узнать, верно?        ***              Мэйз разочарована.              Футбольный тренер мускулист, татуирован и горяч, но в постели не вывозит. Чтобы кончить, ей придется найти кого-то другого – или же взять дело в свои руки.              − Ого, − дышит ей в ухо татуированный, но ужасный любовник. – Это было потрясающе.              Мэйз закатывает глаза и встает с постели, чтобы собрать одежду. Она не слишком хочет заниматься сегодня самоудовлетворением, так что ей надо пойти куда-нибудь в другое место и найти кого-нибудь другого для этой цели. Она вспоминает, что Деккер говорила о грандиозной праздничной вечеринке в «Люксе» или типа того. Теперь, когда Мэйз более-менее наладила отношения с Люцифером, она вполне может отправиться туда.              Она замирает, пораженная внезапно возникшей мыслью.              А стоит ли ей быть в хороших отношениях с Люцифером?              Она не уверена, что он этого заслуживает. Он вернулся в ад, не взяв ее с собой. Но, что гораздо важнее, он разбил Деккер сердце. Она совершенно расклеилась в его отсутствие. Каждую ночь, когда Трикси была у Дэна, Деккер хотела тусоваться. Мэйз всегда не прочь зажечь и повеселиться, но Деккер… для нее это нехарактерно. Она любит чай, книги и прочую скучную хрень. Единственная причина, по которой она хотела тусить, − это то, что Люцифер разбил ей сердце.              Разумеется, теперь он вернулся. Они наконец потрахались, и, если судить по глупой улыбке Деккер всякий раз, когда она говорит о нем, то она с ним счастлива. Однако же Мэйз знает своего бывшего босса. Он не может любить никого сильнее, чем самого себя, даже Хлою Деккер. Он снова разобьет ей сердце.              А хороший друг никогда не позволит этому случиться.              Мэйз натягивает футболку и тянется за штанами.              − Эй, куда ты так спешишь? – спрашивает ужасный любовник. – Тебе не обязательно уходить.              − Я должна.              − Но почему?              Мэйз берет сапоги и направляется к выходу, даже не надев их.              − Мой друг нуждается во мне.        ***              Трикси просыпается в холодном поту, прижимая к груди мисс Инопланетянку.              В комнате темно, и ей только что приснился кошмар про Люцифера. Она напугана до слез и крепче прижимает к себе игрушку, но помочь ей почувствовать себя лучше может только один-единственный человек на свете.              − Мамочка.