Верующий

      Хлоя плачет всю дорогу.              Копы с пляжа не преследуют их, но она все равно ведет машину так, словно пытается оторваться от хвоста – просто на всякий случай. Уверившись, что их не преследуют, она выезжает на шоссе 405, включает проблесковые огни, чтобы все убрались к чертям собачьим с ее пути, и ускоряется так, словно за ней гонится сам Дьявол.               Только он за ней не гонится – он сидит на пассажирском сиденье, не отрывая от нее наполненного скорбным беспокойством взгляда.              Она не смотрит на него – просто не может. Если она отвлечется от дороги и позволит себе задуматься о том, что только что сделала и почему, то просто сорвется. Так что она продолжает упрямо смотреть вперед, усиленно моргая, когда задние габаритные огни впереди едущей машины становятся слишком размытыми, и вытирая лицо рукавом пиджака Люцифера всякий раз, когда щеки слишком сильно увлажняются.              Ей, наверное, стоит спросить Люцифера, куда им ехать, но она этого не делает. Она просто ведет машину на автопилоте, пока не выруливает на парковку на Фэйрфакс-авеню напротив фермерского рынка.              Там она переключается в режим парковки и вынимает ключи из зажигания. Двигатель глохнет, и воцаряется тишина. Она чувствует на себе взгляд Люцифера, но упорно игнорирует его, вместо этого смотря в окно на знакомый ориентир на другой стороне улицы. Молчание затягивается.              – Там есть палатка с мороженым, – в конце концов говорит она.              – На рынке?              Она кивает.              – Да, мороженое от Беннетта домашнего производства. Папа приводил меня сюда после проб. Он всегда брал с ромом и изюмом, которое мне казалось мерзким, а я всегда брала Фэнси-Нэнси, которое ему казалось мерзким.              В памяти всплывает образ папы, гордо улыбающегося ей поверх рожка с мороженым, когда она говорит ему, что получила роль в «Джакузи в школе». Хлоя сглатывает образовавшийся в горле ком.              − Фэнси-Нэнси? – тихо переспрашивает Люцифер.              – Кофейное мороженое, – поясняет она, смотря на покачивающиеся на ветру пальмы на противоположной стороне улицы, – с добавлением карамели и бананов. Оно самое лучшее. Трикси его обожает.              Вновь ощутив предательское жжение в глазах, Хлоя опускает взгляд на руки. Ей никак не избавиться от воспоминания о выражении залитого слезами лица Трикси, когда она ее оставила. О том, как она тянула к ней руки. Об отчаянии в ее голосе. «Не оставляй меня!»              Хлоя делает глубокий судорожный вдох. Трудно сказать, в какой эмоции она утонет быстрее – чувстве вины или скорби. Она ненавидит и то, и другое. В любом случае, обе они не дают ей дышать.              – Она простит меня за то, что я ее оставила, – шепчет она дрожащим голосом. – Ведь так?              – Да, – без малейших колебаний отвечает Люцифер. – Я в этом не сомневаюсь.              Приятно слышать подобное заверение, но у Хлои хватает сомнений на них обоих.              Люцифер тянется через центральную консоль и кладет руку ей на колено.              – Посмотри на меня, любовь моя.              Вот опять. Любовь моя. Почему он не называет ее так, когда они не переживают кошмар наяву?              Она подчиняется, и он мягко улыбается ей.              – Ты скоро снова будешь есть с ней мороженое – даю слово.              – Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, Люцифер.              – Я и не даю.              Несмотря на твердость в голосе, взгляд его исполнен нежности, и ей хочется уткнуться ему в грудь и расплакаться. Но Трикси не нужно, чтобы ее мать расклеивалась в припаркованной машине вдали от нее − ей нужно, чтобы она выяснила, как это исправить, и они могли бы вернуться к своим прежним жизням.              Хлоя шмыгает носом и, вытерев глаза, выпрямляется на сиденье.              – И что теперь?              – Детектив, – мягко начинает Люцифер, – если тебе нужно…              – Мне нужно вернуть своего ребенка, – обрывает его она. – Нам нужно вернуть наши жизни. Слезы ничего не исправят, а я хочу исправить случившееся. Так что давай просто… давай просто что-нибудь сделаем, ладно?              Люцифер всматривается в нее и кивает.              – Согласен.              Хлоя снова шмыгает носом и делает глубокий вдох.              – Думаю, нам надо отнестись к этому, как к делу.              Люцифер удивленно приподнимает брови.              – Как к делу?              – Да. Я имею в виду, мы же столкнулись с загадкой, верно?              – В самом деле, – кивает он и улыбается: – К счастью для нас, ты лучше всех умеешь разгадывать загадки.              – Я? – хмурится Хлоя.              – Ты же не ставишь под сомнение свои способности? – тоже нахмурившись, уточняет Люцифер.              – Нет, – отвечает она, качая головой. – Просто удивляюсь, что ты не бравируешь своими.              Он удивленно моргает, а потом вновь ей улыбается.              – К твоему сведению, я в последнее время работаю над тем, чтобы быть скромнее.              Несмотря на всю серьезность ситуации, Хлоя не в силах совладать с порывом поддразнить его.              – О, я заметила, – говорит она. – Ты прямо-таки воплощенная скромность.              Ее замечание как будто бы удивляет его, но затем на его губах появляется легкая улыбка.              – Совсем не обязательно при этом язвительно усмехаться, детектив.              – А смеяться можно?              – Совершенно точно нет.              – Значит, ограничусь довольной улыбкой.              В его глазах вспыхивают озорные искорки.              – Я считаю твою улыбку очень сексуальной, особенно, когда она сопровождается саркастическим комментарием.              – Хочешь сказать, королю ада нравится, когда его девушка выказывает ему свое недовольство?              – О, весьма, – еще шире улыбается он.              Они какое-то время просто улыбаются друг другу, и Хлоя чувствует, как тугой узел в груди немного ослабевает. Ее жизнь превратилась в полнейший хаос. Все, кого она любит, ведут себя безумно, и она понятия не имеет, как это исправить, но ее напарник рядом, так что они выяснят это вместе – как и всегда.              – Ладно, – в конце концов говорит она. – Если бы это было очередным делом, я бы начала с перечисления известных нам фактов.              – Да, – соглашается Люцифер. – Что нам известно?              Хлоя вздыхает.              – Что-то или кто-то промыл мозги всем нашим знакомым, чтобы они решили, что нам нужно расстаться.              – Уверена, что дело в них?              – Что ты имеешь в виду? – хмурится Хлоя.              – Что если дело в нас? – поясняет он. – Что если нам все это кажется?              – Как если бы нам снился одинаковый сон?              – Скорее, одинаковая галлюцинация.              – А это вообще возможно?              – О да. – Его улыбка указывает на то, что он погружается в воспоминания. – Когда я только прибыл в Лос-Анджелес, мы с Мэйзикин и несколькими нашими приятелями на неделю слетали в пустыню Юты, в отель Амагрини. Там мы случайно встретились с Дженнифер, и…              – Дженнифер? – прерывает его Хлоя и нахмуривается. – Дженнифер Энистон?              – Лопес, дорогая, – поясняет Люцифер.              Хлоя снова хмурится. Сейчас он скажет, что спал с Джей Ло?              – Она никогда до этого не пробовала мескалин, – продолжает Люцифер, не догадываясь о направлении ее мыслей, – так что, разумеется, я поделился с ней, и как же мы потом повеселились. На вторую ночь мы…              Бросив на Хлою взгляд и увидев, без сомнения, отнюдь не побуждающее к продолжению истории выражение ее лица, он резко замолкает.              – Точно, – поерзав на сиденье, говорит Люцифер. – Неподходящее время делиться этим конкретным воспоминанием.              Хлоя подавляет в себе порыв сказать, что подходящее время для того, чтобы поделиться с ней подробностями его сексопад под наркотой с Дженнифер Лопес, никогда не настанет.              – Суть в том, что общие галлюцинации возможны, – добавляет он.              – Вряд ли у нас галлюцинации, – замечает Хлоя, все еще пытаясь выбросить из головы образ Люцифера и Джей Ло в постели. – Думаю, они у всех остальных. Поэтому их глаза и вспыхивают.              – Ты упоминала об этом раньше, – поворачиваясь к ней, говорит Люцифер. – Что конкретно ты видела?              – Это как… ну, это вспышка. В одну секунду их глаза в порядке, а потом вспыхивают серо-голубым светом и снова возвращаются в норму. Все происходит очень быстро. Если моргнуть, то можно и пропустить. – Она нахмуривается. – Разве ты не заметил, когда допрашивал Мэйз?              – Заметил, – подтверждает он. – Но иногда я вижу все несколько иначе, чем ты. Поэтому мне нужно было убедиться, что мы заметили одно и то же.              – И каков вердикт?              – Определенно одно и то же.              Она ждет, что он продолжит свою мысль, но Люцифер молчит.              – Так что это?              – Не имею ни малейшего представления.              Хлоя опускает взгляд на руки и вспоминает о кольце Дэна, которое носила на безымянном пальце.              – Так было не только с Мэйз, – говорит она. – Но и с Дэном и Трикси. Я не смогла как следует приглядеться к Какуззе и остальным, но готова поспорить, что и с ними то же самое.              – Вполне разумное предположение.              Она поднимает на него глаза.              – Но ты не считаешь, что дело в чьем-то божественном вмешательстве? Я хочу сказать, не слишком ли удобно по времени?              – Не совсем тебя понимаю, – недоумевающе хмурит брови Люцифер.              – Твоего отца здесь больше нет, верно? А кот из дома − мыши в пляс. Так что если Майкл делает свой ход? Он говорил о каком-то грандиозном плане – может, это он и есть.              – Этого нельзя исключать, – вслух размышляет Люцифер, поигрывая с запонками. – Но Майкл не обладает подобной силой. Что бы это ни было, оно не из его набора хитрых приемов.              – Уверен? Он же выявляет наши страхи, верно? И это…              Она не заканчивает свою мысль. Люцифер встречается с ней взглядом, и Хлоя видит вину и сожаление, отчетливо написанные на его лице.              – Твой самый большой страх, – мягко заканчивает за нее он.              Но она качает головой.              – Нет, не самый большой – он стал бы таковым, только если бы ты тоже меня ненавидел.              Выражение его лица смягчается.              – Они не ненавидят тебя, детектив, совсем наоборот: они упорно намерены спасти тебя. – Он опускает глаза. – От меня.              – Меня не нужно спасать, – заверяет его Хлоя, касаясь его руки своей.              – Да, ты вполне способна постоять за себя, – бормочет он, не поднимая глаз. – Ты явно продемонстрировала это в пентхаусе.              – Я не это имела в виду - я имела в виду, что меня не нужно спасать от тебя.              Он наконец переводит на нее взгляд, и, увидев слабый проблеск надежды в его глазах, Хлоя наклоняется к нему.              – Все это ложь, Люцифер, – бормочет она. – Все сказанное ими ненастоящее. Я знаю, в чем заключается правда – в тебе. Ты настоящий. Мы настоящие.              – Откуда такая уверенность? – шепчет он.              Она улыбается в ответ.              – Потому что я знаю тебя. И ты не единственный, кто верит.              Он окидывает ее потрясенным взглядом, но затем на его лице отражается облегчение, и, не в силах совладать с собой, Хлоя наклоняется еще ближе к нему, привлекает к себе и целует. Вскоре отстранившись, она касается его лба своим и проводит большими пальцами по его щетине.              – Я люблю тебя, – шепчет она. – Никаких попятных.              Он издает тихий смешок, и, улыбнувшись, она оставляет на его губах еще один поцелуй и выпрямляется на сиденье. Люцифер не сводит с нее глаз, слегка хмуря брови, и Хлоя понимает, что он думает о том разговоре в комнате для улик, который они так и не закончили.              – Ладно, – меняет она тему, потому что не хочет давить на него. – Вернемся к нашей загадке. Она может быть божественного происхождения, но мы не знаем этого наверняка. Как нам это выяснить?              – Что ж, – вздыхает Люцифер, – к счастью для нас, так уж вышло, что я знаю главного ангела-зубрилу Рая.              Хлоя недоумевающе хмурится.              – Аменадиэля, – отвечает на незаданный вопрос Люцифер. – Он всю свою юность только учебой и занимался, как полный болван. Уверен, что если кто-то и может сказать нам, имеет ли наша текущая проблема божественный характер и если да, то как все исправить, то это он.              – Но что если он тоже заражен?              Люцифер улыбается.              – Ты их так называешь? Зараженными? Словно они едва волочащие ноги трупы в дешевом зомби-ужастике?              – А как ты хочешь, чтобы я их называла? – спрашивает Хлоя. – Мерцающими?              Улыбка Люцифера приобретает оттенок лукавства.              – Звучит неприлично.              – Как это… знаешь что, не отвечай. (1)              Краем глаза Хлоя замечает какое-то движение и переводит взгляд на пару, пересекающую улицу в неположенном месте в направлении рынка. Они идут обнявшись и склонив головы друг к другу.              – Я могу показать тебе ответ, – мурлычет Люцифер.              – Может, позже, – не сводя глаз с парочки, отвечает Хлоя. В любое другое время это могли бы быть они с Люцифером. Ее охватывает легкая зависть, и, проводив влюбленных взглядом до тротуара, она вновь оборачивается к Люциферу, которой наблюдает за ней с каким-то странным выражением лица.              – Что? – спрашивает она, внезапно ощущая себя неуверенно.              Люцифер качает головой.              – Ничего, просто иногда произошедшие изменения немного сбивают меня с толку.              – Изменения? – недоумевающе переспрашивает Хлоя.              – Теперь ты иначе реагируешь на мои намеки, – поясняет Люцифер. – Раньше ты бы просто сказала нет и закатила глаза.              – Да, но раньше мы и не спали вместе.              Он склоняет голову набок.              – Никогда не понимал эту фразу. Если все делать правильно, то на сон времени практически не останется. – Он усмехается. – Ты можешь это подтвердить.              Да, она определенно может это подтвердить, но это не значит, что ей нужно озвучивать эту мысль.              – Не все такие искусные в постели, как ты, Люцифер, – замечает она.              – Так ты считаешь меня искусным в постели? – Ее слова явно его воодушевляют.              – Я не… – Хлоя замолкает, потому что да, она определенно сказала это вслух. – Можем мы сосредоточиться на стоящей перед нами задаче, пожалуйста?              Он наклоняется к ней.              – К слову о моих умениях и твоей реакции на них на пианино чуть ранее, я бы предпочел сосредоточиться на кое-чем другом стоящем…              – Люцифер, – предупреждает она.              – Прошу прощения, дорогая, – улыбается он и снова выпрямляется на сиденье. – Мы обсуждали необходимость обратиться к Аменадиэлю.              – Думаешь, он заражен?              – Трудно сказать. Пока что мы столкнулись только с теми, кто находится в твоей команде.              – Моей команде? – недоумевающе переспрашивает Хлоя, снова разворачиваясь к нему лицом.              – Да. Представим на мгновение, что мы разводимся. Нам нужно разделить имущество. Если ты представишь всех своих друзей и близких в виде имущества…              – Погоди, – прерывает его Хлоя, поднимая руку. – Разводимся? Так мы теперь женаты?              Он отмахивается от нее.              – Это аналогия, детектив. В случае такого раздела все эти люди, поспешившие тебе на помощь, выбрали бы тебя. Дэниел и твой отпрыск, само собой. Твои коллеги.              – Но Мэйз? – возражает Хлоя. – Она твой лучший друг, Люцифер.              Он нахмуривается.              – Не уверен, что могу ее так назвать. В любом случае, она ужасный друг. Не считая постоянных предательств…              – Ладно, притормози, – обрывает его Хлоя. – Я не спорю, что предательства ужасны. И я жила с ней под одной крышей и знаю, что она зачастую поступает не лучшим образом.              Люцифер согласно фыркает.              – Но ты не думал о том, что, может, она постоянно предает тебя, потому что вы не умеете друг с другом общаться?              Люцифер приподнимает брови.              – Как мы уже выяснили, детектив, я специалист по другого рода оральным навыкам.              Хлоя закатывает глаза.              – Наконец-то, – довольно возвещает Люцифер.              Хлоя поджимает губы, чтобы скрыть улыбку. Он и вправду не шутил, говоря, что ему нравится, когда она выражает свое недовольство.              – Сосредоточься, Люцифер.              – Точно, – говорит он. – Признаю, что изначально Мэйзикин была в моей команде, так сказать. Но теперь полагаю, что она предана кому угодно, но только не мне. Например, доктору или твоему отпрыску, а также тебе и всем твоим родным. Так что да, если бы суд принудил ее выбирать между нами, она бы предпочла тебя.              Хлоя выгибает бровь.              – Ты никак не желаешь отказаться от этой аналогии с разводом.              – Она подходит, – пожимает он плечами, а потом нахмуривается. – Тебя беспокоит мысль о воображаемом браке со мной?              Хлоя удивленно моргает.              – А тебя?              – Ну, мы же разводимся.              – Так тебя не беспокоит воображаемый брак со мной, если в итоге мы получим воображаемый развод?              – Ну, я не… то есть, если бы мы… – мямлит Люцифер с совершенно испуганным выражением лица. Он так и не выдает ни одной связной мысли, и, обменявшись долгим взглядом, они оба отводят глаза, прерывая зрительный контакт и снимая внезапно возникшее напряжение.              Люцифер прочищает горло.              – Следуя этой аналогии, думаю, Аменадиэль выбрал бы меня.              Хлоя кивает и сглатывает.              – Да, скорее всего.              – И доктор, разумеется.               – Да, я… погоди, думаешь, ты получишь Линду?              – Ты же не думаешь, что она бы выбрала тебя?              Хлоя пытается не обидеться на тон его голоса, но не преуспевает.              – Мы с Линдой хорошие друзья, Люцифер.              – Да, но я ее любимый пациент.              – Да, пациент, – с нажимом отвечает Хлоя. – А профессиональные отношения - это не то же самое, что дружба.              – Когда-то у нас были больше, чем профессиональные отношения, детектив.              – Да, я в курсе, – хмурится Хлоя.              Люцифер как будто не замечает ее дискомфорта при напоминании о том, что они с Линдой спали вместе.              – Она также называла меня другом и не раз. И в присутствии других людей.              Хлоя уже собирается поспорить с ним, но в последнюю минуту передумывает. Если бы это был настоящий развод, она бы явно вышла из него победителем. Все их знакомые, друзья и близкие – даже его старейший друг – на ее стороне. С нее не убудет, если она позволит ему получить Линду.              – Ладно, – говорит она. – Ты прав: Линда, вероятно, из твоей команды.              Это его откровенно радует.              – Спасибо. А раз и доктор, и мой брат на моей стороне, так сказать, мы сможем побывать у них и не устроить сцену.              Хлоя кивает.              – Ладно. Тогда поехали к ним. – Она тянется к ключам в зажигании, но Люцифер накрывает ее руку своей.              – Не торопись, детектив. Сначала я хочу проверить одну теорию.              – Какую теорию?              – Хочу посмотреть, будут ли незнакомцы реагировать на нас вместе.              – Реагировать? – хмурится Хлоя.              – Да. Если моя теория верна, и нас хотят разлучить только те, кто бы выбрал тебя, то мы не должны вызывать негативную реакцию у незнакомцев.              – Но что если мы вызовем?              Люцифер мгновенно мрачнеет.              − Тогда мы имеем дело с чем-то куда более масштабным − и гораздо более опасным.              Зловещие слова повисают в воздухе, словно никак не желающий рассеиваться туман. Разум Хлои тут же начинает прокручивать многочисленные жуткие сценарии того, что может произойти, но, приложив усилие, она заставляет себя сосредоточиться.              − Дальше по улице есть магазин, − замечает она. − По-моему, он открыт круглосуточно. Мы можем зайти купить что-нибудь и посмотреть, не разозлится ли кто-нибудь из-за того, что мы вместе.              − Отличная идея, − кивает Люцифер.              Хлоя заводит машину, проверяет выезд с парковки и направляется в сторону магазина.              Через две минуты они уже оказываются на месте. Только вырулив на парковку и остановив машину, Хлоя вдруг вспоминает, что на ней нет туфель.              − Черт, − бросает она. – Мои… − Она замолкает, когда поворачивается к Люциферу и видит, что он протягивает ей туфли. – Спасибо, − улыбается она ему.              Хлоя забирает туфли и наклоняется, чтобы надеть их. Застегивая второй ремешок вокруг щиколотки, она бросает взгляд на пол и замечает коричневый карандаш, который, должно быть, закатился под сиденье при движении.              Ее пальцы замирают на туфле. Горло болезненно сжимается. На миг она снова оказывается на той парковке у пляжа и слышит крики Трикси. Ей кажется, что с каждым сделанным вздохом в груди поворачивается что-то острое, разрезая и разрывая на части ее сердце.              Она оставила своего ребенка.              Что за мать оставляет своего ребенка?              − Детектив? – зовет ее Люцифер.              Хлоя судорожно втягивает воздух и смаргивает слезы. Подняв карандаш, она выпрямляется и переводит взгляд на Люцифера, который как раз опускает глаза и замечает, что она держит в руках.              Он мгновенно напрягается. На миг в его глазах отражается боль, а потом он накрывает ее руку своей.              − Мы вернем ее, − бормочет Люцифер. – Ты не хуже меня знаешь, что она безоговорочно любит тебя. На этой планете нет другого ребенка, который бы любил свою мать сильнее, чем твой отпрыск любит тебя, детектив. Ты делаешь то, что лучше для нее. Она не будет тебя за это винить.              Хлоя проглатывает уже готовое сорваться с губ возражение и переводит взгляд на его ногу, в которую Трикси вонзила карандаш.              − Болит там, куда она?..              − Все нормально, − беспечно отвечает он. – Ничего серьезного.              Хлоя не уверена, что это правда. Она думает о том, каким опустошенным он выглядел, когда Трикси на него набросилась, и как сильно он сейчас пытается сосредоточиться на смягчении ее боли вместо того, чтобы признать свою, и резь в груди возвращается с новой силой.              − На самом деле она так не считает, Люцифер, − бормочет она. – Она тебя любит.              Люцифер упирается взглядом в ветровое стекло и долго не произносит ни слова. Хлоя также не пытается нарушить возникшую тишину.              − Не все сказанное Дэниелом на пляже было правдой, − в конце концов произносит он. – Но в кое-что, уверен, он искренне верит.              − Например?              − Например, в то, что я причинил тебе боль. Я знаю, что так и есть. И Мэйзикин тоже сказала кое-что, как мне кажется, не совсем лишенное смысла.              − Люцифер…              − Думаю, − обрывает он ее, и Хлоя замолкает. Затем он прочищает горло и продолжает: – Думаю, твое дитя могло высказать то, чего искренне боится. Например, что я могу забрать тебя у нее.              Хлоя закусывает губу. Она понятия не имеет, как на это отвечать, потому что не представляет, правда это или нет. Может, Трикси действительно боится, что Люцифер заберет ее. Но она также боится, что может лишиться своей мамы из-за пули, или ножа, или бомбы, или целого набора других угроз, и ничто из этого не меняет того факта, что вся эта иллюзия строится на лжи о том, кто Люцифер на самом деле.              − Трикси беспокоится не только о том, что потеряет меня, − произносит Хлоя в возникшей тишине. – Она беспокоится и о том, что потеряет тебя.              Лицо Люцифера искажается гримасой боли.              − Детектив, я понимаю, ты пытаешься помочь мне почувствовать себя лучше…              − Она попросила об этом твоего отца.              − Что? – удивленно переспрашивает Люцифер, поворачиваясь к ней.              − На вечеринке проводов на пенсию, − поясняет Хлоя. – Она спросила, оказывает ли он услуги, как ты, и когда он спросил о ее желании, ответила, что хочет, чтобы ты остался с нами навсегда.              Люцифер открывает рот, но так ничего и не произносит.              − Ты был рядом, когда я рассказала ей о нас, Люцифер, − напоминает Хлоя. – Ты видел, как рада она была. Она полюбила тебя с момента вашей встречи. И думаю, в глубине души ты сам это знаешь.              Люцифер сглатывает.              − Она правда сказала это отцу?              − Да, − кивает Хлоя и улыбается. – Она также попросила его поместить жирафов на Марс, так что когда все закончится, нам, пожалуй, стоит поговорить с ней о том, что ей нельзя пользоваться своими божественными связями для собственной выгоды.              Люцифер растерянно моргает, но затем растягивает губы в широкой улыбке.              − Если настаиваешь.              Хлоя присматривается к нему в поисках любых признаков того, что он нуждается в дальнейших заверениях, но не находит их. Просто на всякий случай она подносит его руку к губам и оставляет поцелуй на костяшках пальцев.              − Пойдем, − бормочет она, − проверим твою теорию.              Она выбирается из машины, и он следует ее примеру. Обойдя капот, Хлоя присоединяется к Люциферу, и они вместе направляются ко входу в магазин, причем он обнимает ее рукой за плечи. Он никогда так раньше не делал, поэтому Хлоя удивленно поднимает на него глаза, вполне ожидая, что он в любой момент преисполнится неуверенности и отстранится. Когда он этого не делает, она улыбается и прижимается к нему, обняв за талию.              Однако стоит красным автоматическим дверям разъехаться перед ними, как улыбка сползает с ее лица. В нескольких метрах перед ними работник магазина складывает друг на друга упаковки бумажных полотенец под надписью «Распродажа!»              − Добро пожаловать в наш магазин, − скучающим тоном приветствует он и, переведя на них взгляд, немедленно замирает.              Хлоя сбивается с шага. Люцифер рядом с ней напрягается, очевидно думая о том же – их теория ошибочна, и сейчас они вступят в конфронтацию с продавцом, которому, судя по виду, едва исполнилось восемнадцать, и который, кажется, еще даже расти не закончил.              Хлоя всматривается в его глаза, рассчитывая увидеть в них всполох, но тщетно. Единственное, что они делают – это пялятся на нее, начиная с ног и задерживаясь на V-образном вырезе пиджака, демонстрирующем еще более глубокое декольте платья под ним.              − Э-э, − мычит он, когда наконец добирается до ее глаз.              Хлоя улыбается ему.              − Привет, − говорит она, придавая голосу чуть вопросительную интонацию.              Продавец отчаянно краснеет.              − Д-да, э-э, привет.              Хлоя поджимает губы, чтобы не рассмеяться. Этот парень определенно реагирует на нее, но не так, как они опасались.              − Ад и преисподняя, − бормочет Люцифер. – Может, сделаешь снимок? Будет потом чем занять руки, когда представится свободная минутка.              − Люцифер, − укоряет его Хлоя.              Он ее игнорирует.              − У тебя тут слюна, − добавляет Люцифер, указывая парню на подбородок.              Продавец принимается отчаянно вытирать подбородок, выпучив глаза.              Люцифер фыркает и переводит взгляд на Хлою.              − Он мне поверил.              Хлоя закатывает глаза и тянет его к прилавку со снеками. Он следует за ней, все еще усмехаясь.              − Ну ты и придурок, − заявляет она, когда они оказываются вне зоны слышимости парня.              Люцифер крепче обнимает ее за плечи, вплотную прижимая к своему боку.              − Он это заслужил.              − Женщины постоянно на тебя пялятся, но я себя так не веду.              − Что ж, я бы против этого не возражал: детектив-собственница – сексуальная детектив. О-о! – Он опускает руку, которой ее обнимал, и тянется за упаковкой чипсов. − Экстра-размер, − читает он на упаковке и переводит на Хлою искрящийся лукавством взгляд. – Как удачно, у меня тоже экстра-размер – как тебе отлично известно.              − Ты невыносим, − заявляет ему Хлоя.              Он усмехается, разрывает упаковку и принимается есть.              − Серьезно? – шипит на него Хлоя и оглядывается по сторонам, однако поблизости никого больше нет.              − Что? – бормочет Люцифер набитым чипсами ртом. – Я же заплачу за них.              Хлоя вздыхает, но больше не пытается его пристыдить, потому что в этом нет никакого смысла – он просто продолжит есть.              − Тебе надо перекусить, − говорит он в перерывах между запихиванием в рот очередной порции чипсов. – Выбирай, что душа пожелает. Я угощаю. Хотя должно быть наоборот, учитывая твой трастовый фонд.              Хлоя закатывает глаза, однако же она голодна, так что принимается бродить по рядам, высматривая среди различных коробок и упаковок свои любимые крекеры. Она резко тормозит, когда натыкается на полку, забитую крекерами Goldfish.              Трикси они нравятся.              На нее вдруг нахлынывают воспоминания о шестилетней Трикси в ярко-розовом купальнике, сидящей по-турецки на песке.              − Мамочка? – задумчиво зовет ее Трикси, залезая в пакет со струнным замком за этими самыми крекерами.              − Да, обезьянка? – спрашивает Хлоя, отрываясь от книги.              − Вот что мне больше всего нравится, − улыбается Трикси.              − Что? Крекеры Goldfish?              − Нет, мамочка, − закатывает глаза Трикси. – Быть на пляже с тобой.              Хлоя помнит, как эти слова согрели ей тогда сердце. Сейчас она не ощущает того тепла – она ощущает себя замерзшей, пустой и истерзанной чувством вины.              − Ищешь что-то конкретное? – спрашивает Люцифер.              Звук его голоса резко возвращает ее в настоящее, и ей кажется, что она задыхается. Хлоя закрывает глаза, втягивает воздух и медленно его выдыхает.              − Детектив? – обеспокоенно зовет ее Люцифер.              − Да, − отвечает Хлоя, снова сосредоточившись на полках с едой. – Я искала… − Она наконец находит желаемое. – О, вот это. – С этими словами она хватает коробку с крекерами Club.              − Ты что, шутишь?              − Что? Почему? – недоумевающе хмурится Хлоя, развернувшись к нему.              − Это твои любимые снеки? – уточняет Люцифер, указывая на зеленую коробку в ее руках покрытыми крошками чипсов пальцами. – Старушечьи крекеры?              − Они не старушечьи.              − Определенно старушечьи. Уверен, их подают в домах престарелых вместе с ежедневной порцией таблеток.              Хлоя закатывает глаза.              − Не хочешь ли взять еще сливового сока, чтобы их запить? – уточняет Люцифер со смешинками в глазах. – Может, еще мази от радикулита прикупим?              − Ха-ха, очень смешно, − говорит Хлоя и, отвернувшись, направляется в конец прохода. – И это говорит парень, который буквально старше чем время.              − А по виду и не скажешь, да? – уточняет он, просияв.              Хлоя решает не удостаивать его самодовольство ответом. Добравшись до конца прохода между рядами, она проверяет центральную часть магазина на наличие там людей, на которых можно проверить их теорию. Люцифер следует за ней, громко хрустя чипсами. В конце концов она находит какую-то женщину у полок с лекарствами от простуды.              Хлоя останавливается и разворачивается к Люциферу.              − Дай-ка мне их, − велит она, выхватывая чипсы у него из рук.              − Эй, − негодует он, – воровать чужую еду грубо.              Хлоя переводит взгляд на женщину, которая направляется в их сторону, а потом обратно на Люцифера.              − Поцелуй меня.              − Что? Сейчас? – недоумевает он.              − Что случилось со всегда согласным и готовым? – вопросительно вздернув бровь, уточняет Хлоя.              Люцифер выпрямляется, словно она только что бросила ему вызов, вытирает руки о брюки, а потом берет ее лицо в ладони и целует.              От него пахнет чипсами, к тому же отнюдь не ее любимой марки, но трудно жаловаться, когда он вот так ее целует, и на мгновение Хлоя забывает, зачем вообще попросила его об этом. Руки у нее заняты крекерами и его чипсами, а потому она не может его обнять, однако вполне в состоянии прижаться к нему и приоткрыть рот, углубив поцелуй. Ему не нужно повторное предложение – издав низкий, довольный горловой звук и запустив пальцы ей в волосы, Люцифер с готовностью проникает языком ей в рот.              − Боже, вы же в людном месте, − доносится чей-то голос поблизости.              Хлоя вдруг вспоминает, что они обжимаются посреди магазина, и только потом – зачем они это делают. Она отодвигается от Люцифера как раз в тот момент, когда женщина проходит мимо, закатывая глаза, но больше никак не реагирует на их публичную демонстрацию привязанности: никаких речей о том, что Люцифер Дьявол, ни угроз, ни насилия. Она даже не оглядывается на них.              − Ей все равно, − шепчет Хлоя.              − Что? – хмурится Люцифер.              − Что мы вместе, − поясняет Хлоя и поднимает на него глаза. – Твоя теория, похоже, подтверждается. Незнакомые нам люди не заражены.              Люцифер всматривается в нее, по-прежнему хмуря брови, а потом хватает за руку и тащит следом.              − Что ты делаешь? – спрашивает она, едва поспевая за ним на каблуках.              − Последний тест, − бормочет он, крутя головой по сторонам. – Надо только найти… о, вот.              Он снова тянет ее за собой, пока они не останавливаются позади парня в бейсболке, надетой задом наперед.              − Простите, − говорит Люцифер.              Парень в кепке медленно поворачивается. Сначала он быстро пробегается взглядом по Хлое, а затем обращает все свое внимание на Люцифера.              − Чем могу помочь? – нахмурившись, уточняет он.              − Кое-чем можете, − жизнерадостно провозглашает Люцифер. – Вы гей?              − Люцифер, − шипит на него Хлоя.              − Э, что? – удивленно моргает парень в кепке.              − Гей, − повторяет Люцифер. – Вам нравится заниматься сексом с мужчинами?              − Нет, − отвечает парень. – Что это за вопрос вообще, черт побери?              − Так вы бы переспали с ней? – спрашивает Люцифер, указывая на Хлою. – При условии, что она бы согласилась, разумеется.       − Я тебя прикончу, − заявляет ему Хлоя.              Парень переводит взгляд на руку Люцифера на запястье Хлои и снова хмурится.              − Разве она не ваша… подружка?              − О да, так и есть, − раздуваясь от гордости, заявляет Люцифер и, обняв Хлою за талию, крепко прижимает ее к своему боку. – Что вы о нас думаете? Мы хорошо смотримся вместе?              − Чувак, я вас даже не знаю.              − Несущественная деталь, − небрежно взмахнув рукой, заявляет Люцифер. – Исходя из увиденного, что вы можете сказать? Из нас получилась симпатичная пара?              − Э… ну да?              − Так у вас не возникает внезапного и необъяснимого желания ее спасти?              − А должно? – потрясенно уточняет парень и вдруг в ужасе раскрывает рот. – Погодите, вы что, свингеры? Вы ко мне клеитесь?              − Нет, − спешит заверить его Хлоя, густо покраснев.              − О, а кто это тут у нас подыскивает партнеров в местном минимаркете, − ухмыляется Люцифер. – И без всякого стеснения – мне нравится.              Парень, как и Хлоя, заливается краской.              − Я к вам не клеюсь – это вы клеитесь ко мне.              − Абсолютно точно нет, − заявляет Люцифер. – Большое спасибо, но я состою в серьезных отношениях. Кстати говоря: если бы я сказал, что мы планируем провести остаток вечности вместе, вы бы поддержали это решение?              − Погоди, что? – восклицает Хлоя, переводя взгляд на Люцифера.              Он снова ее игнорирует.              − Ответьте на вопрос, − требует он, нетерпеливо взмахнув рукой перед носом у парня в кепке. – Мы не можем тут всю ночь стоять.              − Да, конечно, бро, − отвечает бедный парень. – Хозяин – барин.              Люцифер довольно лыбится.              − Ну, вообще-то, теперь хозяйка она. И надо сказать, у нее отлично получается брать инициативу на себя. Она делает такую штуку, когда…              − Ладно, − обрывает его Хлоя прежде, чем он успеет поставить ее в еще более неловкое положение. – Хватит. – И улыбается парню в качестве извинения. – Очень сожалеем, что побеспокоили вас. Мы уже уходим.              С этими словами она толкает Люцифера к выходу.              − Детектив, − фыркает он, – не надо меня пихать. И нам рано уходить – я еще не купил жевательных мишек, а они вон в той стороне.              − Да что с тобой такое, черт побери? – шипит Хлоя, снова толкая его вперед. – Ты не можешь просто так подходить к людям и говорить им подобное.              − Но мне пришлось, − объясняет он, разворачиваясь к ней лицом. – Все мужчины, с которыми мы сегодня сталкивались, смотрели на тебя так, словно хотели нагнуть тебя…              − Люцифер!              − …. и мне надо было убедиться, что дело в тебе, а не в инфекции.              − Во мне? – пораженно переспрашивает Хлоя. – Что я такого сделала?              − Что ж, для начала надела это платье.              Хлоя возводит глаза к небу и издает многострадальный вздох. Вот и результат ее желания вернуть все в норму – она получила Люцифера с его люциферностью на полную катушку.              − Так мы можем согласиться с тем, что твоя теория подтвердилась? – подытоживает она.              − Ну разумеется, дорогая, − довольно улыбается он.              − Отлично, тогда пошли отсюда.              Она обходит его и направляется к выходу, но Люцифер хватает ее за локоть и тянет обратно.              − Нет, − заявляет он, таща ее к полкам со сладостями. – Только после того, как я возьму жевательных мишек.              Хлоя снова закатывает глаза к потолку.              − Почему я встречаюсь со школьником?              Люцифер усмехается ей через плечо.              − Потому что ты меня любишь. – И подмигивает ей. – Никаких попятных.              Хлоя разражается невольным смехом.