Холод улиц

Нацепив капюшон, Антон выскочил из подъезда и направился в сторону школы. Неприятное чувство поселилось в животе, и с каждым шагом только усиливалось. Чтобы хоть немного успокоиться, Антон достал из новенькой пачки сигарету и чиркнул бегунок зажигалки. Но та, как на зло, лишь искрила не желая отдавать огонь.

—Да чтоб тебя!, — крикнул Антон, с размаху бросая зажигалку об асфальт. Испугавшись собственного крика, Антон зажал рот рукой, боясь, что ушедший недалеко Арсений, услышит его. Но, к счастью, Арс уже был далеко. Поднимая зажигалку, Антон ругал себя за несдержанность, когда-нибудь это выйдет ему боком. На этот раз зажигалка поддалась, видимо удар чудесным образом поставил на место съехавшие микросхемы. Подходя к школе, Шастун так и не смог справиться с начавшейся нервозностью. Он остановился у раздолбанной детской площадки и присел на еле стоящую трухлявую лавочку, стоявшая здесь с начала постройки района. Антон посмотрел на часы - 19:55. Время ещё есть. Сделав тягу, Антон откинулся на спинку (что было крайне опасно, судя по состоянию лавочки и всей площадки в целом) и посмотрел на сумрачное небо, выдыхая в него дым от сигареты. Странно, ведь в начале марта день должен прибывать, но видимо Воронеж - город со своими правилами. Покурив ещё несколько минут, Антон потушил сигарету о подошву потëртых кросовок и нехотя поплелся за школу, где его должен был ждать Арс. Вот он уже подошел к углу здания и... встал. Просто встал, будто не знал, что делать дальше. Парень никак не мог набраться смелости, чтобы сделать шаг. Один шаг. Вдруг чей-то голос окликнул его. — Шаст, ты? Антон буквально подпрыгнул от неожиданности. Нацепив на себя маску безразличия, аля «иди ка вы все нахуй», Антон вышел из-за угла. Перед ним стоял Арсений. Не долго думая, Антон выдал: — Че хотел? — Во-первых, привет, — поправил Арс. Антон закатил глаза, всем своим видом показывая, что не намерен сейчас выслушивать наставления, тем более от пидора. — Ближе к делу, — огрызнулся Антон, — Чего хотел? — Я, вижу, нормально разговаривать ты не хочешь...Хорошо. Слушай сюда, я тебе не мамочка и сюсюкаться с тобой не собираюсь. Не строй из себя хуй пойми что. Ведешь себя как подросток в переходный возраст. Можешь хоть раз выйти из образа «главной стервы» и нормально поговорить?! Антон слегка прихуел. Он никогда не видел Арсения таким. Он, конечно, понимал, что это образ отличника. Но к такому яркому каминг-ауту Шаст был явно не готов. — Да не ори ты, — пробубнил Антон, стараясь остаться таким же хладнокровным и делать вид, будто нисколько не удивлён таким поворотом событий, — Скажи нормально, что хотел и разойдемся. Арсений вздохнул. - — Ладно, короче... Черт.... , — было видно что он нервничает, — помнишь, я тебе говорил, про своих друзей геев. Вот тут Антон уже ахуел. Причём здесь его друзья, да еще и геи? К чему он ведёт? — В нашем обществе это не принято, ну вот им и приходится скрывать свои отношения, но дело вот в чем... Арс продолжал что-то увлеченно рассказывать, но Антон уже не слушал его. Он заметил, что Арс хоть и пытается активно жестикулировать и смотреть на разные предметы за спиной Шастуна, однако его взгляд то и дело возвращался к губам Антона. Шаст на секунду смутился и воткнул взгляд в землю. Он тоже поймал себя на этом.... Антон встряхнул головой и посмотрел в глаза брюнета. - — ... в общем так, что скажешь? Я знаю твоë отношение к этому всему, но, может.... — А?,— переспросил Шастун, понятия не имея о чем идет речь. — Ты что меня не слушал?!, — слегка раздраженно проговорил Попов, но тут же смягчился, — Ладно, повторю еще раз. У меня есть друзья геи и... — Так, это я уже слышал, какое отношения твои друзья имеют к нашему разговору? — Я же и пытаюсь тебе объяснить, но ты все прослушал! — Так объясни еще раз, язык не отвалится. Арс закрыл руками лицо. — Как же ты меня заебал! — Раз заебал, зачем звал?! Слушай, Попов, у меня и без тебя дел по горло, как-нибудь сам разбирешься со своими пидорскими штучками, ок? — Бляяяя, — простонал Арс, — Как же с тобой сложно! — На себя посмотри, — огрызнулся Антон, — Зовет хуй пойми куда, говорит хуй пойми о чем и еще говорит, что со мной сложно, пиздец... — Сука, да когда ты уже угомонишься?! Я с тобой нормально хотел поговорить, без лишних глаз, а ты тут цирк устроил, как маленький, знаешь что? Иди ка ты нахуй! — Слышь, пидор. Лучше заткнись, иначе все узнают, кого ты там в квартиру водишь и с кем трахаешься по ночам, у меня потолок от ваших страстей скоро проломится. И вообще, что ты.... Не успел Антон договорить, как Арсений толкнул его в стену гаража, схватил за шею и впился в губы, тем самым заткнув надоедливого одноклассника. Антон, никак не ожидавший такого поворота событий и еще не пришедший в себя после не слабого удара о холодную дверь гаража, просто стоял и не пытался освободиться от рук Арсения, одна из которых крепко сжимала талию, а другая лежала на шее. На секунду Антон даже прикрыл глаза и расслабился, но опомнившись, оттолкнул от себя Арсения и кинулся прочь, к выходу. Антон и сам не помнит, сколько бежал и куда. Опомнился он только тогда, когда дыхание совсем сбилось, и ему пришлось остановиться. Мысли летали в голове мухами, сталкивались, бились и путались. Он не понимал, что происходит. Зачем происходит. Дрожащими руками парень достал сигарету и закурил. Лишь сделав пару длительных тяг, он наконец смог прийти в себя. Но от этого было не легче. Антон плюхнулся на лестницу подъезда, к которому сам не зная как добежал, и закрыл лицо руками. Ему просто хотелось исчезнуть из этого мира. Он запутался. Не в силах сдерживать эмоции парень с размаху ударил гулком бетонную стену, рядом с которой сидел. На стене осталась кровь. Антону было мало. Он надеялся, что физическая боль притупит сознание и поможет отключить его хотя бы на время. Он ударял снова и снова, не в силах остановится. Затуманенное сознание давало сбой. Он остновился лишь когда боль стала уже невыносимой. Он посмотрел на кулак. Жалкое зрелище. Кровь канала на лестницу, стекла по руке тонкой струйкой и тут же засыхала, неприятно стягивая кожу. Антон поморщился, было больно, но он достиг своего. Мысли о случае у гаражей немного осели, смешались с остальными. Парень еще раз взглянул на изуродованный кулак, встал и неспешной походкой направился к дому. *** В квартире 68 горел было спокойно, впрочем, как и всегда. Мать с отцом пьяных потасовок не устраивали, хоть на этом спасибо. Может, конечно, иногда орали друг на друга, но это было редко, хах, конечно, попробуй хотя бы два слова связать, когда в стельку бухой, куда уж до драк. Антон сидел на окне и выпускал пар во мрак ночи. Перевязанная рука ныла и кровоточила, даже сквозь толстый слой бинта проступала кровь. В голове пустота, а в руках сигарета - не это ли мечта одиннадцатиклассика? Уж лучше так, чем за учебниками в преддверии ЕГЭ. Из головы не выходил эпизод у гаражей. Что это было? Неужели Арсений действительно втюрился в него? Или это лишь новый способ заткнуть человека- поцелуем?.... Холодный ветер приятно обдавал кожу шеи и ключицы, отгонял дурные мысли. Антон спрыгнул с окна в комнату и подошел к зеркалу. Оттуда на него смотрел высокий, худощавый подросток. Выглядевший старше своих лет ввиду мешков под глазами и бледности. Антон скользил взглядом по своему телу, будто искал чего-то... И нашел. Остановившись на шее, Антон заметил багровое пятно, особенно заметное в бледном свете луны. «Что за черт?! Засос? Когда он успел, сука...», — с этими мыслями Антон кинулся в ванную, где под ржавыми трубами обнаружил мамину косметичку. Найдя свою цель, он побежал обратно к зеркалу. Осторожно выдавив чуть-чуть тональника на спонж, он принялся вбивать средство в кожу, стараясь задеть как можно большую площадь. Закончив работу, Антон отошёл подальше от зеркала и критикующим взглядом начал осматривать провокационное место на шее. «Ну, не полностью перекрыл конечно, но сойдет, хотя, наверное, все же придется надеть водолазку на всякий». Антон улëгся на кровать, но засыпать не собирался. Его тревожила одна и та же мысль - почему он сразу не убежал, а лишь спустя полминуты? Почему он закрыл глаза, почему расслабился? Неужели...ему... понравилось? Что он испытывает к Арсению, ненависть, симпатию или нечто большее? Этот вопрос он решил отложить на звтрашний день. Ведь важнее всего было то, что завтра ему придется встретиться с Арсом снова, и избежать серьезного разговора об их отношениях вряд ли получится. С этими мыслями, Шастун провалился в беспокойный сон, надеясь, что эротическая сцена у гаражей, оставит его хотя бы на эту ночь.