Хочу - халву ем, хочу - пряники!

— Тайп, — левая рука альфы скользит по острой коленке, — Тайп… — За дорогой следи. — Тайп… — Что?       Они возвращаются из супермаркета с полным багажникои продуктов: через две недели День Рождения двойняшек, но то, что можно заморозить или хранить на полках, не беспокоясь о сроках годности, Тайп решил купить заранее. По случаю пятнадцатилетия их ребят должны собраться вместе их самые родные и близкие — дедушки с обеих сторон и Текно с Чампом, которые обещали приехать вместе со своим сыном. Тайп помнит, как лучший друг прислал ему семь — разных, по мнению Но, совершенно одинаковых, по мнению Тайпа, — оттенков розового с припиской: «какой посоветуешь для стен в детской?» Тайп ещё тогда порадовался про себя: хорошо, что его Джоуи с малых лет не такой, его не воспитывали как типичного «сладкого пирожка». А вот сынишке Текно с пелёнок пришлось щеголять в ползунках с розовыми пончиками и совершать свои первые шаги по коврику в цветочек.       Но, как оказалось, радость эта была преждевременной. — Тайп… Давай сегодня разрешим детям погулять на часик подольше? — Зачем?       Уже свернув к их дому, Тарн глушит мотор: — А ты не видишь, что со мной?       Тайп следит за взглядом мужа, который останавливается на ширинке, где всё «в боевой готовности». А ещё альфа все время скрипит зубами — лезущие в такие периоды клыки беспокоят дёсны. И хоть его муж по натуре весьма мягкосердечный, Тайп знает, сейчас Тарну вряд ли помогут подавители агрессии и буйства гормонов в крови. Но все равно восклицает для порядка: — Тарн, ты к тридцати пяти годам не научился ходить в аптеку?! Если стесняешься купить то, что нужно, давай я куплю? — Зачем мне в аптеку, когда у меня есть муж? — Тарн начинает целовать его в висок, скользя губами по щеке.       Тайпу приятно. До мурашек по талии. До разрядов по позвоночнику. До подгибающихся пальцев на ногах.       Но раньше ночи он не сможет помочь Тарну. — У меня завтра пожарная инспекция в кафе. Сейчас продукты выгрузим, и я — туда. — Я с тобой. — Нет, Тарн. Мне действительно надо проверить документацию, пожарную систему и ещё кучу всего. На прошлой неделе в соседнем квартале уже закрыли одно кафе. Всё очень серьезно. — Ну ёжик мой, — Тарн щекой прислоняется к его груди. — Да твой-твой, — Тайп нежно гладит его по затылку, — но сегодня вечером точно никак. До ночи потерпи… А пока займись чем-нибудь. Найди куда девать энергию. — Например? — Придумай, Тарн. И давай уже до дома доедем, пока там из пакетов с мясом капать не начало. — М, — Тарн недовольно поворачивает ключ, — то, что у меня там скоро с конца капать начнет, — тебя это мало волнует. — Фу, Тарн! — Ладно-ладно, Тайп. — Что «ладно-ладно»? Я думал ты хоть немного поуспокоишься после тридцати, а ты ещё ненасытнее стал. — Да будет тебе известно, — подмигивает ему Тарн, — как раз-таки после тридцати всё становится гораздо «интереснее» в постели. — Да? Мне в следующий раз попкорн и колу брать в кровать? — Зачем? — Так ты сказал, там что-то интересное показывать будут. — Тайп, — альфа качает головой, уже прикидывая, как ему продержаться до ночи, — шутки-шутками, но ты себя во время регул вспомни. — Пфф, а что я-то? Да я, если хочешь знать…       Закончить мысль ему не даёт развернувшаяся перед их домом картина: чёрный скутер и Джоуи, крепко обхативший за талию какого-то подростка-альфу с забритыми висками. — Не понял!!! — слышит омега жуткое рявканье мужа.       Тарн вот-вот пулей вылетит из машины, но Тайп вовремя хватает его за рукав: — Успокойся! Ничего же такого не произошло, верно? — Серьезно?! — Тарн кивает за лобовое стекло, — это, по-твоему, «ничего»?!       Очевидно, подростки прощаются, так что альфа притягивает Джоуи к себе и секунд десять не отрывается от его губ. Затем подмигивает сияющему от счастья омеге, садится на свой скутер и уезжает. — Я сейчас догоню его! — снова рычит Тарн, выскакивая из машины, готовый пешком броситься за поднявшейся дорожной пылью. — Ой да, — качает головой следом покинувший авто Тайп, — если уж собирался догонять, не пешком же это было делать? Ло-ги-ка… — Джоуи! — Привет!       Ничего не подозревающий омега радостно машет родителям рукой. Глаза — точь-в-точь Тайп, но скулы, нос и подбородок — это все в Тарна. Пожалуй, только губы и волосы тоже достались от папы. — И кто это?! — все ещё на повышенных тонах начинает дознание Тарн. — В смысле? — С кем ты только что стоял здесь? — Это Кан. Они с Лео вместе учатся. — Так. Дальше? — Что «дальше»? — Джоуи. — Ну что-что? — Может в дом хотя бы зайдём? — предлагает Тайп. — Джоуи, помоги нам с продуктами, а то мне ещё в кафе надо. — Нет, сначала он ответит, — только что он роет землю носком ботинка альфа. — Насчёт чего? — Джоуи, не испытывай мое терпение! Что у тебя с этим Каном? — Ну, судя по вопросу, ты все видел и уже догадался?       Тарн сердито складывает на груди руки. И Тайп бы не особо беспокоился, но даже он первый раз видит мужа таким агрессивным. Если не считать того случая почти шестнадцатилетней давности с летящими на пол ложками. — Итак?       Джоуи пожимает плечами: — Мы встречаемся. — Тебе четырнадцать лет! — Ему тоже. Всё? Теперь я могу помочь папе с пакетами?       Когда чуть выдохнувший Тарн поднимает багажник и случайно задевает Джоуи рукой, тот ошеломлённо отдергивает её: — Ого! Да ты же весь горишь, — младший омега переводит взгляд на отца, — пап, он ведь серьезно заболел, пусть идёт в дом и ложится, мы тут сами справимся. — Эм… Джоуи. Ты лучше сам иди и открой нам дверь. — Но папа… — Иди в дом, — Тайп смотрит так безапелляционно, что приходится послушаться.       Когда сына уже нет поблизости, Тайп тихонько укоряет своего агрессора: — Ну вот что ты здесь устроил? Видишь, какой у нас Джоуи заботливый… Ещё чего-то про мои психи вечно заикаешься.       Тарна снова трясет. Затем он начинает расчёсывать себе бока и руки выше локтей. Тайп мигом подлетает к нему и притягивает к себе, не позволяя мужу покалечить себя. Дикий зуд под кожей — ещё одна беда, которую Тарну приходится переживать во время гона. Он и правда обжигает, но Тайп готов потерпеть — лишь бы успокоить любимого. — Ну всё, Тарн, всё, — омега гладит Тарна по голове, целует плечи, — всё пройдёт, успокойся.       Поначалу альфа так и пыхтит, уткнувшись лицом ему в волосы, но постепенно Тайп начинает различать тихое: — Где наш маленький Джоуи, Тайп?.. — Дети взрослеют. Это неизбежно, Тарн… Мы можем только смириться и поддержать их. Да, я тоже не в восторге от увиденного, чуть позже поговорю с ним. В конце концов, пусть хотя бы не светится как новогодняя гирлянда в его присутствии. А то я даже Текно вспомнил: «О, Чамп!», — Тайп так забавно, нараспев передразнивает друга, что даже Тарн не может сдержать улыбки. — Вот. Так-то лучше, — Тайп берет в ладони его лицо, чтобы кротко и нежно поцеловать, — пойдем домой, а?       «Я с ним позже поговорю». Ну да.       Тайп ухмыляется, в памяти всплывает его разговор с Джоуи, когда у сына случилась первая течка. Он так и пришел к нему, начав что-то неуверенно толкать про «давай обсудим новый этап в твоей жизни». На что Джоуи, в своей «за словом не лезу в карман» -манере, ответно спросил: «что ты хочешь нового узнать о нём, пап?» Выяснилось, что в своем омежьем классе — двойняшки уже тогда учились отдельно — «было говорено обо всём», так что «пап, расслабься».       Всё же, сделав Тарну массаж, чтобы тот хоть пару часов вздремнул и успокоился — горячую ванну ему не выдержать из-за лихорадки, — Тайп отправился в своё кафе. Вернувшись домой, он обнаружил Лео в гостиной на диване, с книжкой в руках.       Ага. Значит, Джоуи один. — Можно к тебе? — он три раза тихонько стучит в дверь. — Заходи, пап.       Сына-омегу он застает склонившимся над учебником. — Если занят, я позже зайду тогда?       Джоуи откладывает книгу: — Ты садись, пап.       Тайп приземляется рядом с ним. — Джоуи. Ты знаешь, мы с отцом практически никогда и ни в чем не ограничивали тебя и растили вас с Лео одинаково. Во всяком случае, в том, что зависело от нас. Но… Этот альфа… Кан, да? — Да, папа. Его так зовут. — Ты уверен, что стоит… ммм… позволять ему так вести себя с тобой? Я понимаю, сейчас у вас такой возраст, вы многое переживаете впервые, и…       Джоуи кривит лицо, с укоризной качая головой: — Пап, давай я упрощу тебе задачу. — А? — Окей, пап. Я девственник. Я знаю, что спать надо только со своим истинным. Но если случатся непредвиденные обстоятельства, чётко и ясно говорю: «нам нужен презерватив, без него ничего не будет». Всё?       Тайп не знает, как согнать краску с лица. Он-то, наивный, думал, что это Джоуи сейчас будет краснеть. А вышло… — Пап? — Так, — Тайп собирается с мыслями, — насчёт первых двух пунктов — всё хорошо. Теперь по третьему. Нет, Джоуи. Всё-таки, четырнадцать. И даже пятнадцать. — И даже шестнадцать, да? — И даже шестнадцать. Это рано. И дело не в физиологии, ну или, не только в ней. Просто не торопись. Пусть тебе кажется, что Кан — твой идеал. Твой истинный… — Пап! Мы просто встречаемся. И всё. Я ему сразу сказал: поцелуи — максимум, на что можешь рассчитывать. Хоть раз руки ниже талии опустишь — будешь ползать по земле и зубы свои собирать. У меня есть своя голова на плечах, я не пропаду и в обиду себя дам.       Тайп улыбается, но это всё равно тревожная улыбка. Когда-то он уже это слышал… Но всё вышло не так, как он себя заверял. Пусть Тайп и не жалеет о результате. — Хорошо. Просто помни, что мы с отцом рядом. Что бы ни случилось — вы с Лео всегда можете на нас рассчитывать. — Спасибо, пап, — длиннопалые руки обвивают ему шею, — вы у нас самые классные. Немного с прибабахом, но всё равно вы — лучшие!       Немного с прибабахом. Тайп фыркает со смеху, обнимая сына в ответ: — Это вы у нас самые лучшие. Ладно, занимайся. — Ага. Как там, отец, кстати? Жар прошел? — Отдыхает. Он простыл на сквозняке. Вот и затемпературил.       Джоуи хихикает: — Ой, да ладно-ка тебе, пап. А то я не догадался. Ну что? Мне вытащить Лео на пару часиков из дома?       Тайп цокает языком, поднимаясь на ноги и шутливо грозя сыну пальцем: — Уроки учи. Умник.       Младший омега кивает. — Джоуи? — Да? — Слушай… А у Лео ничего не случилось? Какой-то отстранённый последнее время. — Да это же Лео. Он по жизни «ушёл в себя — вернусь не скоро». — М… Ну, а может ему кто-то понравился?.. И это оказалось невзаимно? — осторожно интересуется Тайп. — Не знаю, — пожимает плечами Джоуи, — не замечал. — Ладно. Занимайся.       Отчасти Джоуи прав: их сын-альфа никогда не отличался разговорчивостью и открытостью. Но не до такой же степени, что подросток по несколько часов неподвижно сидит в одном положении и всё чаще пытается забиться в доме туда, где бы его никто не тревожил.       Лео… Что же с тобой случилось, а?