Повесть о Волке и Драконе

      В покоях Её Величества королевы Эппл с утра шли сборы. Молодая придворная свита крутилась вокруг своей госпожи, затягивая её корсет и поправляя многочисленные пышные юбки. В комнате с обшитыми бархатом стенами витал одурманивающий запах великолепных цветочных духов — одна из фрейлин только выпустила из флакона ароматное облачко, покрывшее своими капельками плечи королевы. Эппл Уайтлокс глубоко вдохнула воздух, наслаждаясь нотками лепестков роз и лаванды. Ещё одна фрейлина аккуратно зашнуровывала маленькие туфельки на аккуратных ножках своей повелительницы. Третья стояла подле королевы с гребешком, пропуская сквозь его зубья белокурые локоны старшей Уайтлокс. Но всю эту суету нарушили резкие слова королевы, обращенные к одной из фрейлин.        — Я просила привести ко мне мою младшую сестру. Где она? — Недовольным голосом осведомилась Эппл. Одна из её приближенных леди выскочила за дверь, рассыпаясь в извинениях. Вскоре она вернулась, приведя в роскошные королевские покои девушку смертельной бледности. Кожа лица у принцессы была схожа по цвету с мраморными полами комнаты, а длинные кудрявые пряди блестели, подобно полуденному солнцу, отливая золотом. Черты лица девушки были столь изящны и красивы, что фрейлины перестали собирать к поездке королеву; они просто не могли оторвать взгляда от принцессы Блонди. Белоснежные щеки девушки покрылись неясным румянцем. Она смущенно что-то пролепетала, а затем повернулась лицом к старшей сестре.        — Ты ли звала меня, дорогая Эппл? — Тихо спросила Блонди. Она подобрала подол платья и сделала в сторону сестры почтительный реверанс. Королева не обратила на подобный жест никакого внимания, она лишь ответила:        — Да, я велела привести тебя к себе. Надеюсь, ты изволишь говорить со мною о делах государственной важности? — Блонди в ответ повторила реверанс, показывая этим свое согласие. — Вот и отлично. — Холодно вставила она. — Итак, зная твою манеру пытаться со всеми вступить в дружеские отношения, я хочу предупредить тебя: королевский замок — самое неподходящее для этого место. Ни в коем случае не беседуй с партией Элл-Бриара! Не пей и не ешь в их присутствии, не пожимай им рук, не принимай от них подарков и постарайся вообще с ними не пересекаться! — Предостерегла Эппл. — В наше время и в нашем положении стоит быть готовой к заговорам, а потому соблюдать все меры предосторожности. В любом случае, если случится что-то неладное — пошли за мной фрейлину или лакея. Тогда тебе нечего бояться, поняла? — Спросила, наконец, Эппл. Блонди кивнула.        — Но не ужели ты думаешь, что графини из Элл-Бриара могут быть способны на заговор? Я слыхала о них только хорошие вещи, сестра. — Наивным юным голоском спросила принцесса. Её старшая сестра-королева ласково погладила девушку по золотистым кудрям.        — Более того — я уверена в этом. — Холодным тоном ответила она, отстранив от себя сестру. — Эта единственная моя просьба к тебе — будь осторожна. Ради короны люди забывают о чести и доброте. Не удивлюсь, если у графинь и рука не дрогнет тебя отравить, дорогая моя. Но не волнуйся — когда король Дэринг возьмет меня в жены, я наведу в Королевстве порядок…        — Разве ты можешь уверять, сестра, что Его Величество выберет именно тебя? Быть может, он влюблен… скажем, в графиню Эллскую. А ты здесь уже строишь планы и грозишься навести порядок… — Задумчиво заметила Блонди.       Фрейлины вдруг закончили собирать Эппл, почувствовав предстоящую грозу. Приближенные леди знали, что их королева терпеть не может, когда кто-то сомневается в её планах. Тем более, если речь шла о том, возьмут ли её в жены. Но старшая Уайтлокс на удивление спокойным тоном велела им выйти. Свита тут же мигом выскользнула из комнаты, оставив двух девушек беседовать дальше.        — Личная привязанность короля Дэринга никого не волнует. Он может и дальше продолжать любить кого ему вздумается, но выбрать будет обязан ту, чьё положение сейчас более выгодно для государства. Разве ты ещё не поняла, дорогая сестра, что монархия строится на принципах и традициях, а не на чувствах и мечтаниях? Едва король Дэринг появился на свет, как ему было суждено жениться на мне. Его отец, покойный король Чарминг-старший, всегда мечтал расширить свои владения именно на Запад.        — Выходит, он возьмет тебя в жены только потому, что так более выгодно для его народа? — Разочарованно спросила Блонди бледнея. — Получается, когда-нибудь и мне придется стать чьей-то женой не по любви? — Принцесса расстроилась, и её золотистые волосы тоже как-то грустно потускнели.        — Ну-ну, Блонди! Если мы и вынуждены выходить замуж за тех, кого выбираем не сами, то это не значит, что все они невыносимые уроды! Я вот тоже сначала недолюбливала короля Дэринга… А теперь он даже вызывает во мне какие-то чувства… В общем, любого можно полюбить, даже если сначала…        — Да я не об этом! — Грустно воскликнула Блонди чуть более грубым тоном, чем было нужно. Эппл почувствовала холод в её голосе и стала держаться с сестрой менее откровенно и сочувственно. — Я имела в виду, что все планируют нашу жизнь за нас. Я не могу жить так, как мне хочется. А теперь ещё и выясняется, что я и любить не могу того, кого хочу. Получается, что я должна полюбить того, кого мне даёт в мужья народ. Да какой смысл вообще быть правителем, если ты даже свою собственную жизнь не можешь прожить как хочешь?.. Если бы мне дали волю, я бы тут же ускакала куда-нибудь далеко… Лишь бы только этих стен больше не видеть. — Грустным взором принцесса окинула душную комнатку.        — К сожалению, я вынуждена прервать твои мечтания. — Ледяным тоном провозгласила королева Эппл, вставая с кресла. Она подала своей сестре руку, приглашая выйти из комнаты. — Время сборов окончено, пора завтракать — и в дорогу. Как раз приедем в Королевство к обеду, как нас и ожидают. И ещё один совет на будущее, сестра — впредь старайся не говорить своих мечтаний вслух. Любой бы в замке душу продал за свободу, однако мы не такие эгоисты. Если бы я, к примеру, бросила бы трон — все наше царство пало бы, ясно тебе?.. — Королева Эппл там многозначительно умолкла, что Блонди решила не возражать ей и идти в молчании.       Так две сестры холодно шли под руку после откровенного со стороны принцессы разговора. В их отношениях не было нежности, зато стояла предельная ясность — правление не терпит семейных чувств. Девушки вошли в пировальный зал, где их уже ждала придворная свита и десятки наивкуснейших блюд. Эппл села во главе стола; Блонди заняла место по правую руку сестры.       На стол перед принцессой поставили блюдо с мясом перепелов и кубок с вином. Девушка с отвращением съела пару кусочков и запила их парой глотков — есть ей совсем не хотелось. Все те слова, что Королева произнесла пару минут назад в своих покоях так потрясли неокрепший юный ум принцессы, что она была неспособна сосредоточиться на еде. Эмоции затуманили её разум грустными мыслями; девушка поднялась из-за стола и, попросив у всех прощения, выскользнула из обеденного зала.       Блонди, прозванная народом «грустной принцессой», поспешила к себе в покои на верхнем этаже замка. Еле сдерживая слезы девушка заперлась в комнате и опустилась на креслице возле окна. Она уткнулась лицом в ладони, стараясь не верить словам своей сестры. Свежий ветерок трепал золотистые пряди юной девушки, немного обадривая её своим прохладным дыханием. Блонди все же нашла в себе силы забыть о эмоциях и вернуться в обеденный зал, где никто не обратил на порыв девушки особого внимания. При дворе решили, что это был приступ тошноты, так как «грустная принцесса» никогда не славилась хорошим здоровьем.       Спустя полчаса после всех этих действий при дворе начала собираться настоящая процессия. Эппл и Блонди, обе в шикарных официальных платьях, сели в роскошные носилки. Вокруг них ехали всадники на конях, стража, королевские советники и даже фрейлины следовали за всеми в маленьких каретах.       Одна из сестер ехала к королю Дэрингу с триумфом, другая — с неописуемой тоской. Обе были погружены в свои мысли, и до конца дороги так никто никому не сказал и слова. Блонди осознавала, что такие холодные отношения с сестрой — всего лишь излишки королевского воспитания, но она бы все на свете отдала, чтобы сейчас Эппл обняла её дрожащие бледные плечи и обмолвилась с ней хотя бы словом.

***

      Молодая девушка спустилась с лошади, приказав своему лакею расседлать и напоить уставшее животное. Только что в лесах Элл-Бриара состоялась замечательная соколиная охота, где графиня Бриарская приняла самое активное участие среди дам. Сокол девушки поймал на охоте самую большую добычу — восхитительного журавля, которого предстояло сегодня украшать обеденный стол обеих графинь. Бьюти Бриарская была известна при дворе как особа крайне активная и бесстрашная. С раннего детства она интересовалась охотой, оружием, и другими сугубо мужскими делами. Она славилась своим особым умением обращаться с луком, и стреляла без промаха. Графиня Бриарская также великолепно держалась в седле, а потому была постоянным участников прогулок верхом по королевским лесам. Мужчины при дворе крайне ценили и уважали эту девушку, а все женщины при дворе тайно завидовали ей. Резво направилась отважная графиня в покои своей сестры, намереваясь рассказать той о сегодняшнем событии.       Графиня Эллская сидела на бархатных подушках в своем домашнем платье и читала книгу. Вероятно, это была «Одиссея» — любимая книга девушки. Графиня Эллская была самой начитанной девушкой при дворе. Без запинки она могла рассказать любое произведение Гомера, была мастером сочинять стихи, всегда могла поддержать разговор. Всем была известна честность, мудрость и справедливость графини, а потому народ мечтал сделать её королевой. Особо хотели этого её личные поданные. У графини Эллской была одна единственная фрейлина по имени Луиза. Это была добрая преданная девушка, которая больше самой графини мечтала о её коронации. Сейчас Луиза украшала рыжие волосы своей госпожи заколками в виде ярких цветов, как вдруг в дверь постучали. Графиня вежливо попросила фрейлину открыть дверь. Девушка оставила свое занятие и поспешила к двери. В комнату вошла особа с живым лицом — уже знакомая нам графиня Бриарская.        — Доброе утро, Эшлин! — Воскликнула охотница, улыбнувшись сестре. Графиня Эллская улыбнулась в ответ, кивнув головой. Она отложила книгу в сторону, приготовившись к длинному рассказу. — Сегодня у нас в лесах была просто великолепная охота с соколами! Как жаль, что ты вновь отказалась участвовать!..        — Бьюти, не отказались от охоты только ты и твои фрейлины! Все остальные женщины во дворце предпочли остаться в своих покоях, чтобы поспать. Знаешь ли, сегодня мы должны ехать к королю Дэрингу. А ты, к примеру, так устала…        — Я? — Удивилась Бьюти. — Да я ни капли не устала, Эшлин! Наоборот, только взбодрилась! Правда, мне надо срочно готовиться к поездке…        — Да, действительно. — Согласилась старшая сестра девушки. — Луиза, оставь мои волосы и приведи в порядок мою сестру. Ей надо сменить охотничье платье на официальное и расплести косы.        — И надеть корсет. — Добавила фрейлина. — Вероятно, её высочество графиня Бриарская по своему обыкновению охотилась без него. — Заметила Луиза, выходя в другую комнату за нарядом. Бьюти довольно кивнула.        — Конечно, я охотилась без корсета. Я ведь не глупа! Вот одна из моих приближенных леди скакала вся затянутая… И посреди охоты упала в обморок от недостатка воздуха! Ха! — Воскликнула графиня, изрядно довольная собой.        — Я ценю твою дальновидность и любовь к комфорту, — ответила ей Эшлин. — Однако при дворе на тебя уже показывают пальцами. Должна признать, что большинству мужчин плевать на твои манеры — они все равно продолжают восхищаться тобою. — Эллская улыбнулась. — Но вот леди… Все считают тебя просто дикаркой, не меньше.        — Хоть мы с тобой и сестры, Эшлин, но мы все равно чертовски разные! — Вставила свою мысль Бьюти. Девушку села на подушки рядом с сестрой.       Графини так резко контрастировали между собой, что можно было бы подивиться их родству. С одной стороны сидела начитанная рыжеволосая интеллигентка со спокойным нравом. В шелковом платье, с аккуратной прической украшенной цветами, пахнущая великолепными духами, Эшлин создавала некий образ идеальной аристократичной девушки. С другой стороны подушек сидела Бьюти Бриарская. Это была активная неугомонная особа с русыми косами, одетая в охотничье платье. От неё пахло лесом, лошадью и пылью. Создавалось впечатление, будто она вообще совершенно случайно оказалась на подушках, и жила вовсе не в роскошном замке, а в охотничьем лагере. Она была не так умна, как её сестра, однако более искренна и открыта людям.       Но вдруг в комнату вернулась Луиза. Она переодела сестру своей госпожи в чудесное платье с узором шиповника. Волосы Бьюти она распустила, и прекрасные русые пряди девушки стали аккуратно спадать ей на плечи. Луиза сняла с ног графини сапоги, забрызганные грязью, сменив их на аккуратные парадные туфельки на шнуровке. И все же, когда Бьюти уже была похожа на обычную леди тех времен, она не пожелала расставаться со своей охотничьей шляпой, украшенной перьями.        — Графиня, вы смеетесь надо мной! — Воскликнула в отчаянии Луиза. — Эта шляпа… Она совершенно не подходит к этому платью!        — Зато она подходит к моему внутреннему настрою. — Отмахнулась Бьюти. — Без неё я никуда не пойду, спасибо. — Луиза вцепилась руками себе в волосы.        — Брось, Луиза. Ты ведь знаешь — мою сестру не переубедить. Пусть разгуливает в своей шляпе. Народ все равно обожает её. — Улыбнулась Эшлин. — А теперь мы, пожалуй, пойдем завтракать. Мне не терпится опробовать то, что сегодня поймали на охоте.       Сестры взялись за руки и направились в пировальный зал. Там они поели замечательно приготовленных перепелов, куропаток, и даже журавля, которого так искусно поймала Бьюти. После завтрака они обе побеседовали в библиотеке о предстоящей охоте с гончими в лесах короля Дэринга.       Затем графинь позвала Луиза. Оказалось, что пришло уже время ехать. Сестры сели верхом на роскошных кобыл и приняли активное участие в походе, возглавляя процессию. Всю дорогу они разговаривали и обменивались шутками. Обе были просто счастливы вернуться к себе на родину.