Мелкими каплями белого золота капает дождь

– Что нам делать с моей беременностью? Спросил Вэй Усянь у супруга, когда они наконец оказались лежащими в кровати. Из-за травм омеги Ванцзи не знал, как обнять его, чтобы не причинить боль, потому позволил своему ненаглядному выбрать положение, в котором бы ему было удобно лежать. А устроился Усянь у мужа на плече. Альфа тяжело вздохнул, глядя в окно. На улице уже давно рассвело и, по сути, пора вставать и идти собираться на работу, но о чём вообще может идти речь, когда к нему вернулся смысл жизни? – А что с ней делать? – Я не знаю, какой срок. По виду месяца четыре, а то и больше, но с чего вдруг? О том, что я в положении, известно стало не так давно, возможно, там просто не один ребёночек. Я не хочу делать аборт… – И не надо. – Ванцзи осторожно поцеловал супруга в макушку. – Давай ты родишь этого малыша? Было бы здорово, обзавестись вторым, мы же с тобой ещё не такие старые, вырастим. Сказано это было с теплом и любовью. Уж кто-кто, но точно не Лань Ванцзи позволит своему мужу избавляться от малыша, пусть даже он и не от него. – Как ты себя будешь чувствовать, глядя на него? Меня это беспокоит, – альфа услышал, что Вэй Ин всхлипнул. Усянь до смерти боялся услышать решение супруга на этот счёт. Он любил своего мужа и хотел остаться с ним, но и этот малыш, который практически спас жизнь своего папочки, ради которого тот хотел бороться, он уже запал в сердце омеги. Сделать аборт он бы точно не смог. – Я уже принял тебя однажды с чужим ребёнком, помнишь, как ты тогда этого боялся? А вот голос Лань Ванцзи звучал нежно и успокаивающе. Его рука опять легла на живот Вэй Ина. Пара поглаживаний – и тому совсем расхотелось плакать. – И что из этого вышло? Разве кто-то из нас троих пожалел? Роднее Сычжуя у меня ребёнка нет, а теперь будет ещё один и… Альфа похлопал глазами, понимая, что его, кажется, уже не слышат. Измученный Вэй Ин заснул, буквально отключился. Ну и ладно, пусть отдохнёт, они потом об этом поговорят. А Лань Ванцзи спать не собирался, не до того, он просто не сможет. Мужчина смотрел на своё вернувшееся сокровище, благодаря всех богов за то, что оно живое, оно снова рядом. И пусть возлюбленного касались чужие альфы, пусть он даже понёс от другого мужчины, всё равно, на шее Вэй Ина стоит метка Ванцзи, они семья, они супруги, а ребёнок… Это тоже их малыш. Пролежав так с супругом около часа и убедившись, что сон у того спокойный и крепкий, Ванцзи аккуратно вылез из кровати и вышел из спальни. Он спустился на первый этаж и тут же принялся звонить брату: нужно было сообщить им с Ваньинем радостную новость. Следом он и номер сына набрал, тот вообще со скоростью света понёсся в дом родителей, желая поскорее увидеть папочку, да и вообще, в течении часа уже вся компания была в сборе, даже Сюэ Ян в морг не поехал, ибо всё равно он там уже никому ничем не поможет. Патологоанатом, это же тот врач, который знает, и умеет всё, но приходит на помощь тогда, когда уже слишком поздно что-то исправить. Так чего спешить? Днём раньше, днём позже вскроет труп, а нет, так и Вэнь Нин пускай работает, не филонит. – Где он? Мне надо его увидеть! – Цзян Чэн вцепился в плечи Ванцзи мёртвой хваткой, пытаясь освободить себе путь к лестнице, которую перекрыл альфа, чтобы встретиться наконец с любимым братом. – Подожди… А омега даже рта раскрыть не позволяет, да и по его навьюченному виду кажется, будто он сейчас глаза мужчине выцарапает. – Я в положении! – рыкнул Цзян Чэн. Ну всё, началось! Сейчас авторитетно начнёт давить на Ванцзи своим пузом. А что, со старшим братом Лань такое срабатывает, а эти двое, как показало время и наблюдение, мало чем друг от друга отличаются. Разве что один лёгок в общении, а из другого порой и пару слов приходится клещами вытаскивать. Ну и, конечно же, что касательно вопросов извращений, Сичэнь так и не смог себя перебороть, даже какие-либо игрушки в постели использовать отказывается, в чём его младший брат полностью противоположен. Хотя, наверное, пока им с мужем придётся забыть о своих увлечениях, ведь Вэй Ин может ещё долгое время чувствовать отвращение от секса, хотя, кто его знает. Может, руки мужа и тут помогут ему быстрее оклематься. – Ты не имеешь права! – Цзян Чэн откровенно толкнул Лань Ванцзи, а пока тот мешкался, рванул как динамит наверх. – А-Чэн, не бегай, тебе вредно! – послышалось снизу голосом Лань Хуаня, которого тотчас же послали, причём сделали это громко и выразительно. Когда омега ворвался в спальню, его брат не спал, причём, судя по его виду, уже давно. Он просто лежал и смотрел в потолок, поглаживая свой животик, а проснулся ровным счётом в тот момент, как перестал чувствовать рядом с собой тепло любимого альфы. Но Вэй Ин не стал навязываться ему и возвращать в постель, понимал, почему муж ушёл: за него же все волновались, вся семья, а тут потеряшка вернулась домой и надо же об этом всех оповестить. Тем более, что Усяню было о чём подумать. Сейчас, уже несколько часов находясь в спокойной обстановке, в доме, который пропитан запахом его истинного альфы, Вэй Усянь решил поразмышлять над одним моментом. Пришла пора перестать поддаваться эмоциям, а включить голову, разбудить в себе андролога. Странно всё выходит, он – меченый омега, гормональный фон которого целиком и полностью подчиняется его альфе. Дабы не забеременеть, но и чтобы не травить себя сильными препаратами и при этом во время секса с любимым думать только о нём, мужчина давно поставил себе спираль. Это решение было принято не единолично, они с супругом так решили вдвоём, а как соберутся завести второго малыша, договорились, что просто эту спираль вытащат. Только, не так давно… Кажется, она должна была уже прийти в негодность, ибо срок её действия истёк. Пришла… Да и как ещё можно было объяснить реакцию мужчины на Вэнь Жоханя, на этих двоих его крыс? С мужем-то всё было иначе, а, как заведено, беременного омегу же отталкивает запах чужих альф, в то время как присутствие рядом отца ребёнка успокаивает и расслабляет. Долго б Усянь ещё размышлял на эту тему, если б в его кровать не прыгнул Ваньинь, желающий задушить любимого братишку в своих объятиях. И обматерил Цзян Чэн своего шисюна, и даже легонечко шлёпнул, а потом позорно разревелся и заявил, что привяжет его к своей ноге, и так он проживёт до конца своих дней. Эти слова заставили улыбнуться старшего омегу, он теперь окончательно почувствовал себя дома. А тут вскоре ещё и Сычжуй пришёл… Малыш… Вот тут пришла очередь Вэй Ина реветь. Навзрыд. И вскоре футболка маленького альфы очень быстро стала мокрой, да настолько, что её впору было выжимать. *** Пять дней спустя – Лань Чжань! Голос омеги дрожал. Он плакал навзрыд и, кажется, совершенно не переживал из-за этого. Мужчина был счастлив. Чувство радости переполняло его с головой, било через край, ему хотелось кричать о своей любви к мужу, к своему самому лучшему и обожаемому мужу. – У меня беременность пять месяцев, ты понимаешь, что это значит? Мужчина замер, он опешил. – Лань Чжань… Бл*ть… Лань Чжань, как я мог? – Усянь рассмеялся. – Какой же я андролог, когда даже сам у себя не смог распознать признаки беременности? Наверное, я слишком увлёкся работой, что забыл подумать о самом главном, о своей семье. И…о господи, мне страшно! Я ведь попал в руки Гуанъшаня и Вэнь Жоханя уже будучи беременным! – омега замер. – Господи, они меня беременного мучили! – Вэй Ин?– тихо позвал его альфа, а тот от голоса мужа будто в чувства пришёл. – Лань Чжань, он твой! Мой малыш от тебя, слышишь? Это наш с тобой ребёночек, плод крепкой взаимной любви, а не жестокого изнасилования! Омега заголосил так, что даже уже и разобрать его слов было невозможно, по крайней мере, кроме перемешавшегося с остальными звуками слово «люблю». – Я тоже тебя очень сильно люблю, малыш, – тепло прошептал ему Ванцзи, прижав динамик к губам, смахивая с глаз слёзы. Вот оно, на тридцать четвёртом году жизни мужчина узнал, что станет папой… Во второй раз! Причём не просто так, а родит ему малыша самый лучший и желанный омега. Его омега, его Вэй Ин. Он откинулся на спинку своего рабочего кресла, устало потерев переносицу. Сцепив пальцы в замок, уложил их на животе. Медленно крутясь из стороны в сторону, мужчина чуть пожевал нижнюю губу, размышляя о чём-то своём. Таким-то альфу и застал брат. Лань Сичэнь приехал к Ванцзи в морг, ибо ему было по пути. Хотел просто попить с ним кофе, а заодно узнать, что же там показали анализы Вэй Усяня, ведь омега должен был встать на учёт в консультацию, и ему было необходимо проверить, всё ли в порядке с малышом, да и, в конце концов, установить точный срок. – Тебе две ложки сахара? – уточнил Ванцзи, рассыпая свежемолотый кофе по чашкам. – Ага. – Сичэнь вольготно растянулся на диванчике, скрестив руки на груди. Старший альфа смотрел с ухмылкой на спину Ванцзи, с хитрецой во взгляде. Он молчал, хотя сказать ему было что. Но сперва стоило бы вручить подарок. – Удивительная вещь – карма, не находишь? – Сичэнь пересел за стол брата, чтобы быть к нему поближе, да и до чашки кофе и печенья так дотянутся проще. Лань Ванцзи вопросительно взглянул на брата. – Да, я про этого Гуанъшаня думаю, – старший альфа загадочно поводил ложечкой внутри чашки. – Куда он там посреди ночи ехал? Из города сбежать хотел? Ванцзи опустился в своё кресло, не сводя взгляд с ухмыляющегося брата. – И надо же ему было так неудачно нарваться на фуру с пьяным водителем. Она же в угоне числилась, правда? – Лань Хуань рассмеялся. – Дружки, видимо, перебрали, скучно им стало, покататься решили, а заодно и допить оставшееся спиртное в приватной обстановке. Тоже мне, додумались, хоть бы бутылки пустые с собой забрали, когда покидали место преступления. Я репортаж по новостям видел, его машина просто всмятку. Люди в округе так сочувствуют несчастному мужчинке, кричат, каким светлым человеком он был и тут такая страшная смерть по вине каких-то недоделков. Как будто они, блин, знали, каким Гуанъшань был при жизни. Одно скажу: он заслужил свою кончину, а возможно, даже ещё и легко отделался. Лань Сичэнь сделал глоток терпкого, ароматного напитка и чуть ли не замурчал от блаженства всё под тем же пристальным взглядом Ванцзи. – Ты хоть не сильно над трупом поиздевался, когда его к вам в морг доставили? – этот вопрос совершенно не требовал ответа. Сичэнь достал из своего рабочего портфеля небольшой конверт и положил его на стол перед братом. Тот вытащил из него несколько листков бумаги, на которых было распечатано несколько чёрно-белых фотографий с камеры видео наблюдения. Пока Лань Ванцзи их изучал, Сичэнь допил свой кофе, закинул в рот печенье, взял парочку с собой и уже хотел было ретироваться, правда, бросил брату на прощание ещё один риторический вопрос. – И, да, ещё хотел спросить. Трудно ли фурой управлять? Всё же, не легковушка с автоматической коробкой передач. Ванцзи бросил на брата пристальный взгляд, а тот вновь рассмеялся. – Да ты не волнуйся, я лично уничтожил все записи с той придорожной камеры. В твоих руках последние доказательства того, что ты был там той ночью. Можешь не благодарить! Да и осуждать тебя я не стану, ибо на твоём месте поступил бы точно так же.