Железный дровосек

      С момента как я встретилась с Хайзенбергом прошла неделя, если не больше. Всё это время я думала над его предложением. Я была не уверена в том, что могу доверять тому, кто служит Миранде.       «Откуда мне знать, что он не сдаст меня ей при первой возможности?»       «Или не убьёт, как только получит желаемое?»       «И как и чем я вообще могу ему помочь?»       Очень много вопросов и совсем нет ответов. Больше всего меня интересовали его личные мотивы. Если я перед ним была почти как открытая книга, то он для меня оставался темной лошадкой. Я решила отправиться на фабрику и попытаться выведать всё что смогу. Днем выходить было опасно, поэтому я дождалась наступления ночи. Как только за окнами стемнело, я выдвинулась.

* * *

      Дорога до фабрики была тихой. Я снова воспользовалась лазом в ограде и проходом через второй этаж. Внутри стояла тишина, кое-где горел свет, но хозяина нигде не было видно. С прошлого моего посещения ничего не изменилось: везде валялся хлам, куски деталей и ненужное барахло. Кроме входных ворот в этом помещении была только одна дверь, поэтому к ней я и направилась. За ней меня ждал небольшой спуск вниз, который вел в слабоосвещенный коридор. Коридор оканчивался лифтовой шахтой.       — Чёрт, неужели тут нет других способов попасть вниз? Почему всегда лифты? — я боялась, что вызов этого скрежещущего монстра привлечет внимание, но выбора особо не было, поэтому я рискнула и нажала на кнопку. Если мне будет угрожать опасность, я всегда могу воспользоваться способностями, так ведь?       Лифт поднимался достаточно долго, но практически бесшумно. Наконец, доехав до меня, его двери распахнулись. На кнопочной панели на стене я обнаружила четыре уровня, но последняя кнопка была сломана. «Так, начнем с начала», — подумала я и нажала на первую кнопку. Кабина начала опускаться. Чуть погодя меня со спины обдало тёплым воздухом. Я обернулась и через решётку увидела подлинную фабрику Хайзенберга. Это было гигантское пространство, наполненное невероятными механизмами, тянущимися вдаль и вглубь одновременно. Целый подземный город предстал передо мной: конвейеры, подъемники, рельсы, трубы… Всё дымилось, перемещалось и впечатляло масштабами. Всмотревшись в конвейеры, я поняла, что на них висят тела, похожие на трупы.       — Чем он тут занимается...? — я заподозрила что-то неладное. Лифт остановился, и я вышла из кабины.       Впереди меня ждал небольшой коридор, ведущий в более освещённое помещение. Внутри я увидела несколько станков, металлические столы, заваленные бумагами, несколько шкафов с закрытыми дверцами и множество инструментов. Я принялась изучать бумаги и поняла, что почти все — это чертежи. На многих из них изображалось человеческое тело, в которое были вживлены разные устройства. Некоторые тела были изменены до неузнаваемости. «Чего он пытается добиться?» — в моей руке один чертеж сменялся другим. Фантазии Хайзенберга не было предела, он явно желал пробовать новое. На одном из чертежей я увидела тело, половина которого состояла из авиационного двигателя с лопастями-пилами. Внезапно за моей спиной начали дрожать предметы. Затем я услышала размеренные шаги, приближающиеся ко мне.       — Я смотрю, ты ничему не учишься, — небольшое облако дыма обволокло меня с затылка. Закашлявшись, я начала махать рукой, чтобы развеять его. — Ты либо очень смелая, либо очень глупая, — он наклонился через моё правое плечо, пытаясь заглянуть в глаза. Я шмыгнула от него в другую сторону. По его лицу было сложно понять, рассержен он или расстроен. Но он точно был недоволен. — Что интересного удалось узнать? — буднично спросил он, перебирая бумажки на столе.       — Зачем все эти эксперименты над трупами? Миранде не хватает живых приспешников? — я старалась держаться уверенно, не позволяя своему голосу выдавать мою напряженность.       — Миранде? Да, в жопу эту суку! — он махнул рукой и перевернул стол. Все бумаги разлетелись в стороны. Не потеряв самообладания, лишь вздрогнув от неожиданности, я дожидалась ответа. Помолчав, он процедил: — Это моя армия, против неё, — он всматривался в чертежи на полу.       — Ты хочешь от неё избавиться? — в голове никак не укладывалась эта мысль. Неужели правление Миранды не такое уж и радужное, раз творение решило восстать против собственного создателя?       Он снова посмотрел на меня и будто вернулся к реальности, моргнув несколько раз.       — Думаешь, ты такая одна, Белоснежка? — он начал подходить ближе. Я делала медленные шаги назад, пока не упёрлась лопатками в шкаф. Хайзенберг же шёл ко мне, не останавливаясь. — Страдаешь, пытаешься унять боль и понять, почему у тебя отобрали право на нормальную жизнь? — он оказался настолько близко, что ещё чуть-чуть — и его сигара прожгла бы мне щеку.       Непроизвольно я задержала дыхание. Он стянул тёмные очки и начал вглядываться в меня. На его лице я увидела множество мелких шрамов.       — Это она с тобой сделала? — В случае с Хайзенбергом сложно было утверждать, что его глаза были зеркалом души, ибо я была не уверена, что у таких, как он, вообще она была. Но именно сейчас в его глазах прослеживалась какая-то искренность, я почувствовала, что он не стал бы врать.       — Она делала и похуже, — он затушил сигару о дверь шкафа рядом с моим плечом. Затем отошёл от меня и направился в сторону лифта.       — Тебя, по крайней мере, не выбрасывали в яму с трупами, — это вырвалось из меня неожиданно, словно крик души.       Нахождение с ним в одном пространстве наводило на меня небольшую панику, не говоря уже о ведении диалога, его манера речи не поддавалась никакому анализу, а поведение было крайне непредсказуемым.       Он на миг притормозил в коридоре, словно моя фраза ударилась ему в спину, после чего снова возобновил шаг. Ещё немного я стояла неподвижно, пока меня не отпустило волнение. В голове был переполох: эмоции менялись от страха и тревоги до сочувствия и переживания, словно на американских горках. Почему-то Хайзенберг заставлял меня нервничать. Собрав волю в кулак, я направилась к лифту в надежде на то, что его кабина не станет моим гробом. Хозяин фабрики стоял у раскрытых дверей и ждал. Пропустив меня вперёд, он сказал:       — В следующий раз попробуй просто спросить.       Он зашёл в кабину сразу же за мной и нажал на кнопку этажа.       — Почему ты сразу не рассказал мне правду? — я решила продолжить диалог, внутри меня томилось странное желание разговаривать с ним, делиться своими эмоциями и узнавать его.       — Знаешь ли, Белоснежка, доверие — это двусторонняя магистраль, — шляпа прятала тенью его лицо, пока он смотрел вниз, черкая носком ботинка металлическую платформу лифта.       — Ты меня проверял? — я была ошарашена таким положением дел. Он знал, что я приду сюда? Зачем тогда он позволил мне зайти так далеко, добраться до его личных документов?       — Ради своей выгоды люди готовы идти на многое, — он снова поднял голову и посмотрел на меня. Без очков он был словно другой человек. Наконец можно было увидеть его глаза, ничем не скрытые. Они были нереального светло-зелёного оттенка, почти серебристыми. Я поймала себя на том, что не могла оторвать от них взгляда, словно они гипнотизировали меня.       — И что ты думал, я сделаю? Пойду к Миранде и наябедничаю? — справившись с наваждением, я улыбнулась, когда попыталась представить сию картину.       Хайзенберг тоже немного ухмыльнулся, то ли из-за моей реакции, то ли из-за того, что тоже задумался над подобной ситуацией. Затем я взглянула на решетчатые двери лифта и поняла, что мы уже давно приехали на нужный уровень. Но никто из нас этого не заметил, или, может, не хотел. Хайзенберг стоял без движения, будто обдумывал сложившееся положение дел.       — Кстати, меня зовут Елена, — вряд ли обстановку, царящую в тот момент, можно было разрядить, но я выбрала именно такой способ. Практически по-свойски, словно не находилась в опасной ловушке, а у старого друга в гостях, я вышла из кабины, надеясь на то, что у меня получится благополучно покинуть это место.       Приключений на сегодня было предостаточно, мне уже давно следовало уйти с фабрики как можно дальше. Не оглядываясь, я шла по широкому коридору по направлению к выходу. Почти у самых ворот меня окликнули:       — Что ты в итоге надумала?       Я ненадолго остановилась и повернула голову в сторону, но не полностью оборачиваясь к Хайзенбергу. Я смотрела на облупившуюся ржавую стену и почувствовала как на меня снизошёл неожиданный ответ. — Я приму твоё предложение, — к моему удивлению, наш разговор сумел меня убедить.       — В таком случае, я не вижу смысла тебе куда-то идти, — Хайзенберг дошёл до очередного стола в центре комнаты и оперся на него ладонями.       — Ты что, предлагаешь остаться здесь? — я задумалась на секунду и поняла, что так до сих пор и не нашла свой дом. Чёрт, но быть под одной крышей с потенциальным врагом — то ещё безумие. Хотя нормальной мою жизнь уже давно не назовёшь.       — Белоснежка, — снисходительно протянул он, — сама посуди, у тебя не так много вариантов, — мужчина поднял руку и начал загибать пальцы: — Лордам было поручено тебя разыскать, у Матери Миранды повсюду есть глаза и уши, но на мою фабрику она не сунется… К тому же, ты говорила, что здесь уютно, да и уже почти освоилась.       На последней фразе он улыбнулся. Он действительно был не против моей компании? Или он решил разыграть карту по типу «держи друзей близко к себе, а врагов еще ближе»?       — Это был сарк...ах неважно. Мне надо собрать хоть какие-то вещи, — я даже не знала, что ещё сказать. Хотелось создать видимость своей важности. Намекнуть на то, что у меня были свои дела. Хотя кому я врала, у меня не было даже своих вещей...       — Насчет этого не волнуйся, утром я сам схожу, — он вскинул руку, и молот притянулся к его ладони. Серьезно? Лорд Хайзенберг, один из «детей» Матери Миранды, хозяин гигантской фабрики по производству механизированных ходячих мертвецов будет завтра шататься по деревне в поисках моей одежды? Ха, почему бы и нет! Интересно что из этого выйдет...       — Я бы всё-таки вышла на свежий воздух ненадолго, — мне немного не хватало кислорода. Помимо того, что на фабрике был спёртый воздух, пол и стены отдавали жаром от высоких температур, мне в принципе было не по себе от внутренних переживаний.       Он кивнул и раскрыл передо мной ворота. На улице всё также стояла ночь. На небе сияли звезды, погода была спокойная и безветренная. Я решила забраться на крышу первого этажа пристройки. Несмотря на все произошедшие события, дышалось мне на удивление легко. Хайзенберг оказался совсем не тем, кем я его представляла. Возможно, он был прав и, объединив усилия, у нас будет больше шансов выстоять против Миранды. Я оперлась спиной о торчащую из крыши трубу и закрыла глаза.